Глава 25

Дождь зарядил на весь день: мы с Пьеро еще утром съездили на участок, где практически полностью были возведены стены, обсудили план сада и летней террасы, вернулись в Болонью и плотно пообедали, а с неба продолжало лить. Тенор вымазал свои белые кеды в глине, а я, наученная горьким опытом, вышла в специально отведенных для таких целей ботинках для трекинга. Чистоплюйство Пьеро и куски грязи в машине нарушили душевное равновесие мужчины, поэтому он поехал в химчистку и на автомойку, а я вернулась в офис, чтобы сделать и сдать промежуточный отчет по данному объекту. Во время работы я все думала о том, как же мужчина изменился с нашей первой встречи, когда казался холодным, высокомерным и немного грубым. Теперь же его улыбка была теплой и мягкой, а взгляд полным нежности и заботы. Он проверял, пообедала ли я, оплатила ли я счета за квартиру, привозил вкусности по вечерам и неизменно желал спокойной ночи по телефону, даже если у него были запланированы съемки и выступления. Разительная перемена за такой короткий срок меня не то что бы пугала, но навевала некоторые вопросы. Брякнул телефон, и я взяла его в руки. «Сегодня пятница – предлагаю остаться у меня на ночь. Что скажешь?» Я быстро нацарапала ответ. «Я согласна. Чем займемся?» Через пару минут экран телефона вновь загорелся. «Закажем суши и будем валяться перед теликом. Франц порекомендовал новый фильм, можем его посмотреть». Я усмехнулась: Пьеро и валяться перед теликом? Лежать тюленчиком – это не в его стиле, скорее, он устроит забег по парку, наплевав на дождь и другие осадки. Это я и написала тенору, и через несколько минут получила гневную тираду о том, что он тоже человек и тоже хочет ничего не делать хотя бы пару часов в своей жизни. Я согласилась с мужчиной (мне пришлось это сделать) и углубилась в работу, отвлекаясь только на коллег и звонки от заказчиков. А погода отрывалась вовсю. Пока я бежала до такси, ожидающее меня около входа в офис, то промокла до буквально до последней нитки. Дождь лил стеной, и я грустно смотрела на свои промокшие насквозь серые брюки, в которых я планировала отправиться к тенору. Видимо, не в этот раз. Дома, наскоро приняв душ и переодевшись, я вновь вызвала такси и помчалась навстречу любовным приключениям, ожидающим меня в этот уикэнд. Пьеро уже скидывал фото привезенной еды, и я тихонько облизывалась, стараясь усмирить голодное урчание в желудке. Сицилиец с улыбкой открыл мне дверь и принял из рук мокрый зонт. -Как там водичка? Комфортна для заплывов? -Можно и потеплее, конечно, -я улыбнулась и скинула плащ, оставшись в простых джинсах и нежно-розовом пушистом свитере-паутинке. Пьеро тут же засунул палец в особо крупную дырку и пощекотал мой бок. -Вязальщице пряжи не хватило, что ли? Или ты за естественную вентиляцию? Я захихикала от щекотки и увернулась от ловких рук синьора Бароне. -Какое-то у тебя игривое настроение сегодня. То на стройке все пытался приобнять, сейчас вот тычешь мне в бока и все шутки шутишь. Что случилось? -Я просто очень рад, что наконец-то наступили выходные и мы проведем их вместе, -прищурил глаза Пьеро и притянул меня к себе. -Очень соскучился по тебе. -Так мы ж утром виделись, -я щелкнула брюнета по носу, а затем чмокнула в щеку. -Но мне приятно, что есть человек, думающий обо мне в течение дня. Однако лично я последние пару часов думаю только о еде – давай поужинаем, пожалуйста, я ужасно голодная. Пьеро за руку отвел меня в кухню, где внезапно был красиво сервирован стол. На тарелках из тонкого фарфора лежали белоснежные отглаженные салфетки, суши были разложены на деревянные дощечки, а бокалы для вина поблескивали в мягком свете свечей. На улице уже темнело, поэтому атмосфера казалась невероятно волшебной. -Ого, как красиво! -я с восхищением повернулась к мужчине. -Ты где столько посуды взял? У тебя же всего две вилки и пару кружек стояло. -Заехал днем в магазин и купил все самое необходимое, -пожал плечами тенор и кивнул на большой бумажный пакет. -Там еще посуда стоит, надо распаковать будет. -Серьезно? -я выгнула бровь, не понимая, что вообще происходит. -То есть ты добровольно поехал в магазин посуды и потратил там кучу денег? А зачем? Тебя ведь все устраивало. -Ну, я у тебя пока жил, заметил, как ты трепетно относишься к таким мелочам как тарелка для пасты или правильный бокал для вина, -смущенно улыбнулся Пьеро и почесал рукой затылок, а я пошла инспектировать еще не распакованную часть покупок. -Мне захотелось тебя порадовать, да и вообще хочется, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома. Тебе ведь нравится? -Очень, -я присвистнула, заглядывая в пакет. -Красная керамическая форма для запекания? Ну все, я теперь просто обязана ее обновить и приготовить лазанью. Ого, а это что? Золотой тазик для салата? Пьеро, ты превзошел самого себя! Все такое красивое! -Я рад, что тебе понравилось, -мужчина подошел сзади и, прижавшись, обвил талию руками. -Старался выбирать то, что ты бы купила себе домой. Я угадал, получается? -Ага, -я широко улыбнулась и чмокнула тенора в губы. -А теперь приступим к ужину! Мы с аппетитом уплетали свежайшие морепродукты и обсуждали интерьер будущего дома. Пьеро скептически отнесся к темно-синим стенам на кухне, которые предложил ему дизайнер, поэтому мне пришлось лезть в телефон, чтобы показать, как это красиво и благородно выглядит. -Главное – выбрать правильный оттенок, -я поучающе подняла руку с палочками вверх. -Перед покраской стен надо будет сделать выкрасы и посмотреть на них при разном освещении, чтобы найти тот самый оттенок. И то не факт, что в финальном варианте он будет выглядеть именно так. -Может, и не стоит так заморачиваться? Сделать классические бежевые стены и все, -Пьеро отпил вина из высокого бокала. -Они к концепции дома в целом подходят. -Бежевый – он ведь практически у всех сейчас, а дизайнеры хотели подчеркнуть твой вкус и стиль, -я, улыбаясь, закинула в рот креветку. -Ну, если тебе не нравится, то я не настаиваю. Дом ведь твой, в конце концов. Пьеро посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Я нахмурила брови и перестала жевать. -Что? Что такое? Я испачкалась? -я провела большим и указательным пальцем по краешкам рта. -Ой, салфетки же есть, чего это я?.. -Я и не замечал, что ты такая забавная, -засмеялся мужчина, отпивая еще вина. -Наверно, этим ты меня и привлекла, но я изначально выделил другое. -Что именно? -я отложила палочки. Разговор заворачивал в очень интересное русло. -Только не говори, что тебе приглянулись красивые глазки. -Да, красивые глазки. -Как предсказуемо! Еще две попытки. -С милой улыбкой и нежным голоском я снова в пролете? -Естественно. Не поверю в это. -Ну, все попытки закончились. Придется тебе выбрать что-то из этих вариантов. Я замолчала, хитро улыбаясь. Словесная дуэль была прекращена, но битва взглядов продолжалась. Пьеро будто испытывал меня на прочность. В его глазах горел огонь желания, но он был истинным джентльменом: за все то время после выкидыша он не сделал ни одного неверного намека, зная, что эта ситуация оставила след в моей душе, и я боялась сексуальной близости в принципе, не только с Пьеро. Но теперь я видела, как хотел меня этот мужчина, и мне становилось не по себе из-за того, что я не могла ему дать то, чего он по-настоящему хочет. -Я выбираю остановиться есть – скоро лопну, а еда все не заканчивается, -я перевела все в плоскость обычного общения. -Не хочешь прогуляться? -В дождь? -Пьеро повернул голову в сторону окна. -Нет, он, конечно, стал меньше, но ты уверена? -Хорошо, давай останемся дома и посмотрим фильм, который посоветовал Франц, -я пожала плечами и встала из-за стола. -Посуду только давай сейчас помою, пока не засохло все окончательно. Мы прибрались в кухне и через полчаса удобно устроились на диване в гостиной, переодевшись в пижамы. Я еще рискнула снять макияж, поэтому предстала перед взором мужчины практически в первозданном виде. Да, некоторое время назад мне было как-то все равно, есть ли на мне румяна с тушью или нет, но сейчас почему-то особенно хотелось выглядеть привлекательной в глазах сицилийца. Пьеро укрыл меня теплым пледом, а я прижалась щекой к его плечу и положила руку на грудь, которая высоко поднималась от дыхания. Мужчина, улыбаясь, накрыл своей ладонью мою. Фильм показался мне скучноватым, поэтому я начала отвлекаться на переписки с подружками, и, когда я в очередной раз прыснула от шутеечки Малики, Пьеро поставил видео на паузу. -Тебе не нравится? -Честно? Нет, слишком заморочено для пятничного вечера, -пробормотала я извиняющимся тоном. -Если я тебе мешаю, то могу уйти в другую комнату. -Останься, -брюнет нажал на кнопку пульта, и комната погрузилась во тьму. -Потом досмотрю, ты важнее. Мягкие губы коснулись моего лба, и я сильнее прижалась к мужчине. Дождь за окном лил стеной, барабаня в стекла домов, а я купалась в тепле тела Пьеро, пропитываясь его сладким парфюмом. Мне было так хорошо, так спокойно, что казалось: за последнее время – это лучшее, что происходило со мной. -О чем думаешь сейчас? -прошептал Пьеро, кончиками пальцев касаясь моего плеча. -О тебе, -промурлыкала я, прикрывая глаза. -О том, как мне уютно с тобой, как приятно с тобой находиться. -Читаешь мои мысли? -усмехнулся сицилиец, прижавшись щекой к моей макушке. Я хихикнула. -Хотелось бы иметь такой навык, но увы – чужие мысли для меня закрыты. Тебе тоже хорошо сейчас? Брюнет медленно кивнул. Я, улыбаясь, повернулась лицом к мужчине и потянулась к его губам, чтобы запечатлеть на них поцелуй. Мне так хотелось, чтобы он почувствовал то, что чувствую я – нежность, трепет и радость одновременно. Хотелось сказать ему «спасибо» за то, что он был рядом со мной и не требовал ничего взамен, не ставил условий и не пытался меня подавить. Я углубила поцелуй, касаясь ладонью заросшей щеки. Наши языки сплелись в танце, который грозил перерасти в нечто непристойное. Дыхание участилось, а внизу живота чувствовалась пульсация, которая нарастала с каждым мгновением. -Нам стоит остановиться, -прохрипел Пьеро, с трудом прервав поцелуй. -Я держусь из последних сил… -Нет, не стоит, -я отрицательно мотнула головой и, взяв горячую руку сицилийца, поместила ее чуть ниже талии. -Я готова, Пьеро. В темноте сверкнули стекла очков, а пальцы мужчины впились в мое бедро. Он явно сомневался, нужно ли пересекать черту, но остатки самообладания все-таки покинули его, и брюнет с рыком откинул плед и впился страстным поцелуем в мои распухшие губы. Я ожидала, что меня растерзают в первые же минуты от накопившегося вожделения, но Пьеро был очень чутким. Он так боялся мне навредить или испугать, что я невольно подумала о том, что травма была не у меня, а у него. Его пальцы скользили по моей коже, оставляя за собой след в виде мурашек, губы ласково касались нежных участков, а объятия накрывали меня, словно пушистое одеяло. Тенор боялся травмировать меня и постепенно двигался к тому, чтобы я потеряла разум от блаженства. Он словно смаковал каждую секунду нашей с ним близости и касался не только тела, но и души. Брюнет подхватил меня на руки так, словно я ничего не весила, и бережно понес в спальню, словно я была самой большой драгоценностью в его жизни. Пьеро аккуратно положил меня на кровать и навис надо мной – мышцы под упругой смуглой кожей перекатывались и сбивали мое и так неровное дыхание. -Ты так прекрасна, Кэрол, -восторженно выдохнул Пьеро, рассматривая мое тело в свете уличных фонарей. -И ты моя. Руки тенора скользнули к талии, а затем невесомо коснулись бедер. Губы Пьеро раскрылись и накрыли мои, дыхание перемешалось, и мы слились в одно целое. Я была продолжением Пьеро или Пьеро был продолжением меня – я не понимала, но знала одно: чувства тенора были настолько сильны, что бурлили через край и выливались в то прекрасное, что сейчас происходило между нами. Мы касались не тел друг друга, а сердец, они бились в унисон, подстраиваясь друг под друга. Влажное дыхание сбивалось, перемешивалось с дыханием Пьеро, а тела двигались с одинаковой амплитудой. Простынь под моей спиной смялась в причудливых узорах, волосы спутались, но передо мной открывался удивительный вид: Пьеро ласкал меня взглядом полузакрытых глаз, согревал сладостной улыбкой, окутывал своим шепотом, словно теплым коконом. Его аккуратные движения свидетельствовали о том, что я – ценность, меня нужно беречь, заботиться… -Я люблю тебя, -прошептал Пьеро, касаясь пересохшими губами чувствительной точки за ухом. -Люблю тебя, люблю, люблю… Эти слова взорвались оглушающим фейерверком в моей голове, и мир стал крошечным, сузился до маленькой точки, в нем был только Пьеро и мои чувства к нему. Как всполохи зарниц моргнули работа, развод, подруги… Но образы побледнели, уступая место брюнету напротив, прижимавшему к своей груди мои ладони – я пропускала сквозь пальцы тугие завитки жестких волос. Мы синхронно закончили, но не могли разорвать объятий. И не хотели. Этот момент стал той точкой, когда люди выходят на уровень выше в своих отношениях, и это послевкусие я хотела продлить как можно дольше… -Как себя чувствуешь? -Пьеро коснулся моих плеч мягкими губами, и я, замотанная в простыню, повернула голову. -Тебе не было больно? -Мне было волшебно. И сейчас до сих пор я не понимаю, где реальность, а где сон. Или это все было реальностью? Ущипни меня. -Не хочу, -Пьеро нежно поцеловал меня в раскрасневшуюся щеку. -Но ты не спишь. -Замечательно, -промурлыкала я, лениво вставая с постели. -Полотенце в ванной? Брюнет кивнул, закинув руки за голову, а я, пощекотав его за бок, прошлепала в ванную, где уставилась в зеркало на лохматую, красную девицу с треснувшей посередине нижней губой. Смывая с тела поцелуи Пьеро теплой водой, я крутила в голове его признание. Эти три заветные слова щекотали желудок, но в то же время мозг давал понять, что что-то здесь не так. Так быть не должно. -Начинать отношения с секса – это как-то неправильно, -спустя пару десятков минут мы с Пьеро сидели на кухне: я пила цитрусовый чай, а мужчина цедил минеральную воду. -Страсть, желание – это, конечно, классно, но что будет, когда это все превратится в рутину? Очередное расставание с обвинениями? -Ты опять начинаешь, Кэрол? -закатил глаза Пьеро, тяжело вздохнув. -Мы же вроде договорились: пытаемся построить хотя бы подобие нормальных отношений, но а с чего они начались – это дело десятое. Не с насилия, в конце-то концов. -Я бы тебя точно посадила в таком случае, -я фыркнула, задрав нос. Мужчина цокнул и сложил руки на груди. -Чего ты хочешь от меня сейчас? Я сдержал свое обещание не прикасаться к тебе до того момента, когда ты сама не захочешь секса, признался тебе в любви – то есть, сделал свой выбор. Я честно обозначил то, что мне нужно от тебя, но как раз-таки не услышал то, чего хочешь ты. И ты снова полна решимости все испортить? -Испортить? Я? Снова? -от негодования у меня перехватило дыхание. Это он серьезно сейчас? -Слушай, мне кажется, что ты не готова к отношениям, -резюмировал Пьеро, вставая со стула и уперевшись руками в деревянную столешницу. -Полчаса назад в постели я чувствовал единение с тобой, мне казалось, что ты моя окончательно, но опять ты шагаешь назад и прячешься. Я не понимаю, как играть в такие игры и, уж прости, не особо хочу. Все эти кошки-мышки я оставил где-то в юности, и если тебе так нужны эти игрища, то, пожалуйста, найди другую жертву. Я устал. В тоне Пьеро сквозила сталь, и я прикусила губу. А ведь он прав. Зачем я выношу ему мозг? Что со мной не так? Ведь с Витторио все было словно в романтическом фильме – я была понимающей, четко говорила, что мне нужно, и отношения наши были легкими и безоблачными до последнего времени. Что же, блин, со мной не так? -Наверно, я боюсь снова разочароваться в любви, -я опустила глаза в чашку и почесала лоб. -Когда ты понимаешь, что твой близкий человек отдаляется до той черты, будто вы с ним совершенно незнакомы, то становится тоскливо и одиноко. В душе словно дыру пробили. Вы вроде бы еще вчера с человеком были счастливы, а сегодня тебе больно до тошноты от расставания. Я этого боюсь, да. Никто не даст гарантий, что мы с тобой продержимся вместе до конца жизни, но и никто и не скажет, что через год мы пройдем мимо друг друга так, словно вообще никогда не были знакомы. Пьеро молчал, продолжая внимательно изучать меня, а я повернула голову к окну. Слова сами лились рекой. -Своими действиями я не пытаюсь тебя привязать или вывести из себя. Я правда хочу быть с тобой, но прошлый опыт не дает мне окунуться с головой в чувства. Будто мозг обнаруживает угрозу и включает стоп-кран, типа «ты разве забыла, к чему все привело? Тебе было мало боли? Зачем тебе вообще отношения?». Но ты ведь отличаешься от тех партнеров, что были у меня до нас. Над этим надо работать, конечно, это тяжело, и я не знаю, сколько времени это займет. Но ясно одно: я правда люблю тебя, Пьеро, -на этих словах я повернулась к тенору. Глаза его расширились, и он вытянулся, словно натянутая струна. -И то, с каким трепетом ты относишься ко мне, очень ценно и помогает осознать, как я тебя люблю на самом деле. Повисла тишина. Пьеро молчал, поджав губы, а я, склонив голову, смотрела в его темные глаза, ожидая реакции. Я не ждала, что он закружит меня в объятиях, смеясь от счастья после моего признания, но ведь хоть что-то он должен был ответить на это? -Кэролайн, с тобой очень непросто, -подал голос мужчина – он был чуть хриплым. -Но твои глаза обещают мне, что со временем полегчает. Это возможно, как думаешь? -Все зависит от партнера, -я пожала плечами и, тяжело встав со стула, медленно подошла к Пьеро. Мы не разрывали зрительный контакт: мужчина словно вел к себе, а я, поддавшись его зову, не могла сопротивляться. Наконец я встала перед тенором и взяла его за руку. -В паре оба обычно влияют на отношения, не так ли? -Все так, -кивнул брюнет, и я почувствовала, как его тело расслабляется. -Я понял тебя, Кэрол, поэтому позволь мне просто быть рядом. И любить тебя так, как это было полчаса назад. Я, облегченно улыбнувшись, обняла Пьеро, уткнувшись носом в его грудь, обтянутую темной футболкой. Мужчина бережно обвил руками мою талию, и я услышала стук его сердца. Оно билось ровно и четко, но стоило мне чуть сильнее сжать тенора в объятиях, как пульс увеличивался и немного сбивался. Я усмехнулась, ведь ровно то же самое чувствовал Пьеро, как только он делал объятия крепче. И это давало нам понять, как каждый из нас был дорог друг другу.