Глава 4: Тьма между мирами

***

Первые секунды после пробуждения казались сном. Мир вокруг них был… другим. Цвета выцвели, как старая фотография. Небо — багровое, без солнца, только мутный свет без источника. Земля была покрыта чёрной травой, а воздух отдавал запахом серы и пепла. Гарри держал Гермиону за руку — крепко, как якорь. Она тяжело дышала, глаза бегали по сторонам. — Мы… в Междумирье, — прошептала она. — Это не легенда. Это реально. Это — магическая зона, вне времени, созданная остатками древних ритуалов. Никто не возвращался отсюда живым… Гарри сжал её руку сильнее. — Мы не “кто-то”, Гермиона. Мы — мы. И мы выберемся. Издалека доносился шёпот. Он не был похож на звук. Он проникал в разум, обволакивал мысли. «Присоединяйтесь… Станьте вечными… Обретите силу…» Перед ними появилась фигура — высокая, в серебристом плаще. Руна на груди пульсировала с каждым его словом. — Гермиона Грейнджер. Гарри Поттер. Столько силы, столько потерь. Вы созданы для этого мира. Он откликается на вас. Почувствуйте. Они почувствовали. В воздухе что-то дрожало. Их палочки сами начали испускать слабое свечение. Магия в Междумирье не подчинялась законам — она была чистой волей. И она искушала. — Вы хотите защитить друг друга, — продолжил он. — В этом месте вы можете стать больше, чем вы были. Без страха. Без боли. Вместе навсегда. Гарри почувствовал, как Гермиона сжала его руку ещё сильнее. Он посмотрел на неё — и увидел, как капля крови стекала у неё из носа. — Он тянет магическую силу из нас, — прошептала она. — Через наши эмоции. Через… любовь. — Тогда пусть попробует справиться с этим, — рявкнул Гарри и выхватил палочку. Фигура подняла руку — и вокруг начала рушиться “земля”. Мир стал жидким, как чернила, а из-под ног начали вырываться рунические сплетения — цепи, созданные из заклинаний. — Протего Максимум! — закричал Гарри, бросаясь перед Гермионой. Барьер вспыхнул, но треснул от мощи атакующей магии. — Нам не победить его силой, — Гермиона схватила его за ворот мантии, глядя прямо в глаза. — Но можно обмануть саму магию этого места. — Как? — Мы свяжем свои магические ядра. Как в древнем заклинании Fiducia Cordis — “Доверие сердец”. Оно создаёт временное единение — одна воля, один разум, одна сила. Но Гарри, если что-то пойдёт не так… один может не выжить. — Тогда у нас нет права ошибаться, — твёрдо ответил он и сжал палочку. Она приложила палочку к его груди, он — к её. — Fiducia Cordis. Мир вспыхнул. Их тела окутало мягкое белое пламя. Всё исчезло — страх, усталость, сомнения. Они видели друг друга как никогда прежде: дружбу, чувства, воспоминания, боль, привязанность, первую неловкую влюблённость, нежность, все сражения, всё между строк. Вместе они направили волю в сердце Междумирья. В руны. В самого мага. — Expulsum Umbrae! — закричали в унисон. Мир разорвался. Чёрные цепи раскололись. Воздух завыл. Шёпот сменился криком. Плащ мага вспыхнул, и его силуэт исчез в вихре обрушивающейся реальности.

***

Они очнулись в лесу. Раннее утро. Небо — настоящее, синее. Земля — пахнущая росой. Гермиона лежала на спине, глаза закрыты. Гарри подполз к ней, сердце стало комом в горле, боясь самого худшего. — Гермиона… Гермиона, милая! — Он обнял её, наконец почувствовав, как она медленно дышит. — Мы вернулись. Мы… Она открыла глаза. Слабая, но живая. — У нас получилось? — Да, милая. Она протянула руку и слабо улыбнулась. — Тогда ты мне должен завтрак в “Дырявом Котле”. Он рассмеялся сквозь слёзы и прижал её к себе. — Конечно, всё что удобно.