Часть 4: Эхо Забытой Войны

Резкий, пронзительный вой сирены вырвал инженера из тяжелой, беспокойной дремы. Звук, установленный им самим для оповещения об активации турели, был тем не менее неприятно резок и всегда означал одно – враг у ворот. Он мгновенно вскочил на ноги, сердце привычно учащенно забилось в преддверии возможной стычки. Рука сама собой нашарила холодный металл импровизированной клюшки для лакросса, прислоненной к переборке. «Детская игрушка, — мелькнула раздраженная мысль. — Давно пора обзавестись чем-то посерьезнее». Но сейчас выбирать не приходилось. Едва он пришел в себя, как снаружи ударил первый выстрел турели – короткий, хлесткий хлопок. Система работала. Он специально настроил ее на распознавание образов: стрелять только по тем видам существ, с которыми ему уже пришлось столкнуться, – не хотелось зря расходовать патроны на каждую мимо пролетающую птицу. А раз турель открыла огонь, значит, снаружи кто-то из "старых знакомых". Первый инстинктивный порыв – рвануть наружу, оценить обстановку, – был тут же подавлен более трезвой мыслью о предосторожности. Он осторожно выглянул из-за края едва приоткрытого люка шаттла. Снаружи снова хлестко ударил выстрел турели – второй по счету. Перед ним разворачивалась картина хаотичного бегства: сотни тех самых цветастых лошадей в панике уносились прочь, поднимая столбы пыли. Одна из них, заметно крупнее остальных и окутанная пламенем, на этот раз не сиреневым, а каким-то густо-синим, стремительно удалялась по воздуху. «Так, посмотрим поближе», – отдал он мысленную команду, и встроенные окулярные импланты послушно переключились в режим увеличения. Детали улетающей синей фигуры мгновенно стали резче. Доспехи! На ней были настоящие, подогнанные по фигуре латы. Это меняло всё. Дикие звери не куют броню. Значит, либо они сами достаточно разумны для металлообработки и военного дела, либо кто-то снабжает их снаряжением. Любой из вариантов выводил ситуацию на новый уровень. Инопланетные формы жизни – обыденность для космического инженера, но столкновение с враждебной инопланетной цивилизацией… Это было нечто совершенно иное. И куда более опасное. Вглядываясь в удаляющийся силуэт, инженер отметил, что у бронированного создания имелись рог на лбу и пара крыльев за спиной. Он пытался вспомнить, видел ли он рога или крылья у тех разноцветных существ, что атаковали его в первый раз, но в суматохе боя детали ускользнули. Затем фокус его улучшенного зрения сместился на грудь улетающей фигуры. Две аккуратные пробоины темнели на металле нагрудника. Из них толчками вытекала густая, темная жидкость, поразительно похожая на его собственную кровь. Несмотря на очевидно серьезные ранения, существо продолжало полет и вскоре исчезло за гребнем ближайшего холма. Не успел он отвести взгляд от того места, где скрылась первая фигура, как тишину снова разорвал резкий хлопок – третий выстрел турели. Инженер инстинктивно развернулся к другому обзорному иллюминатору. Там, в небе, еще одно синее существо, также закованное в сверкающую серебром броню, на мгновение замерло, теряя высоту, а затем, окутавшись таким же интенсивным темно-синим сиянием, как и первая фигура, ярко вспыхнуло и исчезло прямо в воздухе, не достигнув земли. Инженер отступил от иллюминатора, пытаясь осмыслить увиденное. — Та-ак, — протянул он задумчиво, барабаня пальцами по металлической обшивке шаттла. — Это была уже не просто стычка с агрессивной фауной. Это… скоординированная атака. Настоящей мини-армии с броней и, похоже, какой-то тактикой отступления при потерях. Это место куда опаснее, чем я предполагал изначально. Он нахмурился. Главный вопрос оставался без ответа. — Но какого черта им от меня нужно? — пробормотал он вслух. — Если бы это были просто дикие звери, защищающие свою территорию, – это одно. Но броня… это подразумевает разум. Организацию. Зачем разумным существам нападать на одинокий посадочный модуль посреди пустыни? Нужно быть предельно осторожным. Размышления о мотивах нападавших были важны, но первоочередной задачей оставалось выживание. А выживание требовало защиты. — Ладно, — решительно произнес он, направляясь к консоли управления фабрикатором. — Раз уж тут такие развлечения, пора и мне принарядиться. Начнем с простого. Пластинчатая броня. Чертежи стандартного армейского комплекта из высокопрочной стали уже разворачивались на его нейроинтерфейсе. Это было далеко не вершина защитных технологий, но лучше, чем ничего. Аугментированная сила позволит ему носить тяжелые латы без значительной потери подвижности. Однако мысль о том, чтобы противостоять врагу, способному на организованные атаки, в обычном "железе", оптимизма не добавляла. — Примитивщина, конечно, — пробормотал он, запуская процесс печати первых сегментов брони. — Настоящая силовая броня с экзоскелетом и встроенными системами – вот что было бы в самый раз. И нормальное оружие, а не эта дурацкая клюшка. Но мечты о высокотехнологичном снаряжении разбивались о суровую реальность. Для силовой брони и серьезного вооружения требовались ресурсы. Редкие металлы, сложные композиты, энергоячейки… всего этого у него по-прежнему было в обрез. Первая мысль – разобрать турель. Ее мощные электромагниты и системы наведения содержали некоторое количество ценных компонентов, которые могли бы пойти на создание более совершенного ручного оружия, вроде компактного гаусс-ружья. Но эта мысль была тут же отброшена. После атаки целой армии лишаться единственной автоматической системы обороны базы было бы верхом глупости. Турель должна оставаться на посту. Значит, нужно искать другие источники. Разбирать с таким трудом построенные паровые буры или генераторы? Перспектива снова вернуться к ручному труду и монотонной загрузке топлива в печи совершенно не прельщала. Они уже сейчас приносили неоценимую пользу, обеспечивая его сталью и энергией. Нет, их трогать нельзя. Если бы только на борту шаттла изначально было больше меди… Он задумчиво обвел взглядом внутреннее пространство шаттла. Его взгляд остановился на массивном блоке криогенной установки. Стоп! Шаттл! Конечно! Он ведь уже на планете, криокапсула ему больше никогда не понадобится. А фотонный двигатель, предназначенный для межзвездных перелетов, здесь, на поверхности, был абсолютно бесполезен. Эти сложные системы наверняка содержат кучу полезных материалов: сверхпроводники, редкие сплавы, высокоемкие конденсаторы... И тут его осенило еще ярче. Аккумулятор! Точнее, одна из буферных батарей в силовой системе шаттла. Реактор питал все, но для стабилизации и пиковых нагрузок использовались мощные накопители. Демонтировать всю систему было бы рискованно – турель и фабрикатор требовали стабильного питания. Но изъять одну-две секции… это возможно. Для питания ручного оружия одной такой батареи должно хватить с лихвой. Правда, эти бортовые аккумуляторы не отличались портативностью. Их не проектировали для того, чтобы таскать на спине. Тяжелый, неуклюжий ящик. Придется мастерить специальную систему креплений, возможно, интегрировать ее прямо в спинную секцию той брони, что он собирается делать. Задача не из легких, но перспектива получить в руки настоящее энергетическое оружие, а не полагаться на мускульную силу и клюшку, стоила любых усилий. Перспектива обзавестись и броней, и настоящим энергетическим оружием придавала уверенности. С таким снаряжением вылазки за пределы импровизированной базы станут куда менее рискованными. Возможно, тогда и поиски нефти перестанут быть самоубийственной затеей. Хотя… осторожность не повредит. После сегодняшней атаки покидать относительно безопасный периметр вокруг шаттла и турели не хотелось совершенно. Но и отсиживаться вечно было нельзя – ресурсы не бесконечны, а для восстановления врат их потребуется немыслимое количество. Он решительно тряхнул головой, отгоняя сомнения. План есть, пора действовать. Взяв с собой ручной гравиметр – прибор, необходимый для поиска залежей углеводородов по аномалиям плотности, – и свежеотпечатанную кирку на всякий случай, он направился к люку. Время искать нефть. *** Твайлайт Спаркл чувствовала, как паника ледяными тисками сжимает ей горло. Дыхательные упражнения, которым ее учила Кейденс для концентрации в стрессовых ситуациях, сейчас совершенно не помогали. Перед ее глазами все еще стояла картина рушащихся щитов и падающей наставницы. Она склонилась над неподвижным телом Селестии. Принцесса Солнца лежала в неглубокой лощине, куда отступили остатки их разбитой армии, на плаще, наспех брошенном на пыльную землю. Вокруг царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра да тихим, испуганным перешептыванием гвардейцев, сбившихся в кучки поодаль. Несколько единорогов-целителей из Королевской Гвардии пытались стабилизировать состояние Селестии, их рога испускали дрожащие лучи магии, но лицо правительницы оставалось мертвенно-бледным, а на ее золотых доспехах зияли жуткие пробоины. — Прижмите рану! Сильнее! – голос Твайлайт дрожал, срываясь на крик. Она метнулась взглядом к одному из целителей. — Нет, нет, слишком сильно, так нельзя! Ткани! Вы повредите ткани! Еще магии, живо! Кто-нибудь, поддерживайте щит от кровопотери! И… и дайте ей дышать, не толпитесь! Воздуха! Ее команды были отрывисты и противоречивы. Она чувствовала себя совершенно потерянной. — Твайли, успокойся. Она дышит, — раздался за спиной знакомый голос. Твайлайт резко обернулась. Там стояла Принцесса Луна, раненая, но державшаяся прямо. — Но… но… — начала было она, слова застревали в горле. — Нет, — мягко, но настойчиво прервала ее Луна. — Послушай. Она дышит. А теперь спроси себя, дышала ли она несколько минут назад? Твайлайт судорожно вздохнула, вспомнив мгновения после удара. — Нет… — тихо признала она. — Вот именно, — кивнула Луна, и в ее голосе прозвучала тень мрачной гордости. — Мы с сестрой крепче, чем кажемся на первый взгляд. Нас не так-то просто убить. Рог Принцессы Луны испускал слабое, темно-синее свечение, поддерживая ее в воздухе. Так, стараясь не делать резких движений, она на несколько мгновений зависла, а затем плавно опустилась рядом с бессознательной сестрой. Из-под ее доспехов на боку виднелся край наспех наложенной повязки, уже начавшей темнеть от крови. — А теперь, — она чуть повернулась к Твайлайт, и аура вокруг ее рога едва заметно колыхнулась, — не могла бы ты посмотреть на мой круп? Твайлайт моргнула, явно сбитая с толку неожиданной просьбой на фоне всего произошедшего. Она нерешительно перевела взгляд с лица Луны на ее… круп и обратно. — Э-э-э… — выдавила она, и ее щеки слегка порозовели под сиреневой шерсткой. — П-простите, Ваше Высочество… это звучит как-то… двусмысленно. Луна непонимающе нахмурилась, ее аура вокруг рога слегка дрогнула от удивления. — Почему? — искренне спросила она. — Что не так в просьбе осмотреть мои раны? Мы должны немедленно обсудить природу этого оружия! Твайлайт встряхнулась, отгоняя смущение и возвращаясь к роли аналитика. — Ах, оружие… Да, конечно, — быстро проговорила она, снова поворачиваясь к целителям, склонившимся над Селестией. — Мы пока не смогли определить… Мы вообще не нашли никаких остаточных следов магии от того, что поразило Принцессу Селестию. Никаких! Только две пары сквозных ранений – входное и выходное. И судя по их расположению… траектория была практически идеально прямой. — Вот как? Совсем никаких следов магии? — Луна задумчиво склонила голову, темно-синее свечение ее рога стало чуть ярче. — Твайлайт, а у меня… у меня нет выходного отверстия. Ее рог вспыхнул интенсивнее, и небольшой, сплющенный обломок темного металла плавно поднялся в воздух и подлетел к Твайлайт. — Вот это извлекли из моей раны, — голос Луны звучал напряженно. — Скажи, Твайлайт, возможно ли… возможно ли, что это оружие вообще не магическое? Твайлайт недоверчиво уставилась на металлический обломок, который медленно вращался перед ее носом. — Это… это абсурд! — воскликнула она, ее голос дрогнул от изумления. — Такой крошечный снаряд! Как… как вообще возможно запустить его с достаточной силой, чтобы пробить доспехи Принцессы? Без магии? — Твайли, — Луна покачала головой, ее взгляд был серьезен, — в том досье, что вы изучали… там ведь говорилось, что эти существа не владеют магией. Либо наши сведения ошибочны, либо… либо они знают о способах метания металла что-то, чего не знаем мы. Что еще было в том досье? О чем вы еще читали? Твайлайт нахмурилась, копаясь в памяти, отбрасывая шок и пытаясь вспомнить детали из старых текстов. — Там говорилось… что они предпочитают метательное оружие, — медленно проговорила она. — И? — Луна внимательно смотрела на нее. — И что… что они изобрели луки, — закончила Твайлайт, все еще не до конца понимая, к чему клонит Принцесса Ночи. — Вот именно, — кивнула Луна. — Луки. Простой, но эффективный способ разогнать снаряд без магии. Мы не должны спешить с выводами, Твайлайт. Возможно, они просто… усовершенствовали эту идею. Та башня, которую мы видели… она вполне могла быть их новым видом лука. — Башню? — переспросила Твайлайт, непонимающе моргнув. Она была так сосредоточена на лечении Селестии во время отступления, что почти не видела поля боя. — Ах, да, конечно. Ты ведь не видела эпицентр… сражения, — поправилась Луна. — Заклинаниями видения ты ведь владеешь, верно? — Ну… да, — неуверенно кивнула Твайлайт. — Хотя обычно от них больше мороки, чем пользы. Они неточны, нестабильны… — Возможно, — Луна не стала спорить. — Но сейчас это может быть единственным способом взглянуть на то, с чем мы столкнулись, не приближаясь к… этому существу снова. Или ты предпочитаешь рискнуть и подойти поближе? — Нет-нет! — Твайлайт поспешно замотала головой. — Заклинание видения подойдет. Определенно. Твайлайт отошла на пару шагов от суеты вокруг Селестии, села прямо на пыльную землю и закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. Глубокий вдох… выдох… Нужно было отбросить панику и тревогу. Рог начал светиться ярче, мягким сиреневым светом. Потребовалось значительное усилие воли, чтобы подчинить себе капризные потоки эфира, заставить их сплестись в нужную форму – форму магического окна, заглядывающего сквозь пространство. На краткий миг перед ее мысленным взором промелькнула картинка – то самое металлическое сооружение, похожее на гигантскую птицу, брошенное посреди выжженной равнины. И да, вот она – та самая невысокая башня, о которой говорила Луна. Серая, металлическая, с толстой трубой, торчащей из ее боковой части, словно маленькое, тёмное дуло, как у пати-пушки Пинки. «Неужели… неужели это и есть то оружие?» – пронеслось в голове Твайлайт. – «Такая примитивная на вид конструкция? А внутри… там может быть одна из этих обезьян, управляющая ей?» Однако куда больше ее внимание привлекли дымящие печи неподалеку от "птицы". Из жерла одной из них, к ее абсолютному изумлению, совершенно самостоятельно вытекала в формы расплавленная, раскаленная добела субстанция – жидкий металл! Огромные механические клешни, двигаясь без видимого управления, методично поднимали куски руды и угля, загружая их в топку другой печи. А сама руда и уголь нескончаемым потоком двигались к печам по широкой, непрерывно движущейся металлической ленте, больше всего походящей на какую-то механизированную, самодвижущуюся дорогу! Внезапно, створка в боку металлической "птицы" начала открываться, отъезжая в сторону с тихим шипением. И из темного проема появилось оно – та самая "хитрая обезьяна". Существо было облачено в какой-то громоздкий, темный костюм, покрывающий все тело. Он поблескивал тусклым металлом в некоторых местах, но общая форма была неясной из-за дрожания магического "окна". За спиной у существа висел большой угловатый ящик. Еще один светящийся ящик поменьше оно выкатило за собой на небольшой тележке от него к наспинному ящику тянулись толстые провода. Картинка начала сильно рябить. Твайлайт почувствовала, как заклинание видения слабеет – поддерживать его становилось все труднее… Связь прервалась. Твайлайт с трудом открыла глаза, чувствуя легкое головокружение после такого напряжения. Она повернулась к Принцессе Луне, которая терпеливо ждала, ее рог все так же испускал мягкое сияние. — Принцесса, — Твайлайт покачала головой, ее голос был полон недоверия, — я… мне сложно поверить, что вся эта плавильня, все эти механизмы… что они могут работать совершенно самостоятельно, без малейшего применения магии! Это… это просто невероятно. — Возможно, ты и права, — задумчиво произнесла Луна, хотя в ее голосе слышалось сомнение. — Наши сведения о них могли устареть или быть неполными. Не исключено, что эта… порода… все же обладает некоторыми магическими способностями, о которых мы не знали. — Эта порода? — переспросила Твайлайт, нахмурившись. — Вы хотите сказать, они… отличаются от тех, о которых мы читали? — Я тоже использовала заклинание видения, пока ты была… занята, — Луна чуть повела головой в сторону целителей у тела Селестии. — И да, судя по тому, что я смогла разглядеть сквозь его тяжелую броню… — Броню?! — глаза Твайлайт удивленно расширились. — Оно было в броне? Я… я, кажется, не заметила… или не придала этому значения. Видела какой-то костюм, но чтобы прямо броня… — Да, Твайлайт, в тяжелой пластинчатой броне, — подтвердила Луна с ноткой нетерпения. — И если предположить, что эта броня хорошо подогнана по фигуре, то пропорции этого существа заметно отличаются от описаний в старых текстах. У него более короткие конечности, голова меньше, а туловище шире и массивнее. Вероятно, есть и другие детали, которые я упустила. Так вот, Твайлайт, как по-твоему, та "одежда", что ты видела, – она соответствовала его формам? Твайлайт задумчиво потерла подбородок копытцем. — Да… Пожалуй, тот костюм… он сидел на нем почти идеально, — медленно проговорила она, словно собирая воедино разрозненные фрагменты увиденного. — Получается… получается, мы практически ничего не знаем об этих существах. Все наши старые данные могут быть бесполезны. — Именно, — твердо сказала Луна. — И я по-прежнему склоняюсь к мысли, что магия здесь ни при чем. На том металлическом обломке, что извлекли из моей раны, нет ни малейших следов остаточной магической энергии. Ни единого. Твайлайт посмотрела на неподвижную Селестию, затем на раненую Луну. Ее лицо выражало глубокую тревогу. — Принцесса, — её голос дрогнул, — нам… нам нужно отступить. Немедленно. Слишком много неизвестных. Мы не понимаем, с чем столкнулись, а два наших сильнейших воина… вы обе… ранены. Мы не можем рисковать еще больше. Луна решительно тряхнула головой, ее глаза сверкнули в полумраке лощины. Темно-синее сияние ее рога на мгновение стало ярче. — Нет, Твайлайт, — ее голос вновь обрел твердость, отгоняя любую мысль о слабости. — Отступать сейчас – значит признать поражение и дать этой твари время укрепиться. Мы должны остаться. Разбить здесь временный лагерь, передовой операционный пункт, если угодно. Нам нужно проанализировать произошедшее, изучить противника и разработать новый план атаки. Эти… эти чудовища должны быть уничтожены. Прежде чем станет слишком поздно. Твайлайт с недоумением посмотрела на Принцессу Луну. Непреклонность в голосе ночной правительницы, ее почти фанатичное желание уничтожить этих существ, так сильно контрастировали с обычной сдержанностью и мудростью обеих сестер. — Но почему? — тихо спросила она, ее голос был полон искреннего непонимания. — Принцесса, почему вы и Принцесса Селестия так… одержимы идеей убить их? Что они сделали такого, что вызывает в вас обеих такую ярость? Луна криво усмехнулась, и в ее глазах на мгновение мелькнул холодный блеск. Сияние ее рога чуть заметно пульсировало. — Она тебе не рассказала? Разумеется, не рассказала. Моя сестра имеет скверную привычку переписывать историю, когда считает это… уместным. Это одна из немногих вещей, в которых мы с ней кардинально расходимся, — ее голос был ровным, но в нем звенела сталь. — Мы втянули тебя в битву с могущественным врагом, не удосужившись объяснить причин. За это – мои извинения. Пойдем. Когда обустроим временный лагерь, найди мой шатер. Нам есть о чем поговорить. Многое нужно обсудить. *** Несколько часов спустя. Внутри просторного, но аскетично обставленного командирского шатра, пахло лечебными травами и озоном от остаточной магии. Принцесса Луна поморщилась и тихо шикнула от боли, когда попыталась удобнее устроиться на походной лежанке. — Проклятье, рана, — пробормотала она себе под нос, осторожно касаясь перевязанного бока. В шатер, отогнув тяжелый полог, вошли Шайнинг Армор и Твайлайт. Лицо капитана Кристальной Гвардии было серьезным и обеспокоенным. — Вы в порядке, Принцесса? — с тревогой в голосе спросил он, подходя ближе. — Вполне, Армор, — Луна попыталась ободряюще улыбнуться, но улыбка вышла немного вымученной. — Хотя сидеть мне, похоже, не придется еще долгое время. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я продолжу разговор лежа? Не дожидаясь ответа, она осторожно, стараясь не потревожить рану, опустилась на бок на своей лежанке. На тот бок, где не было этой проклятой дыры от вражеского снаряда. Твайлайт и Шайнинг Армор, видя ее состояние, молча опустились на расстеленные на земляном полу коврики. Шайнинг Армор откашлялся, собираясь с мыслями. Его взгляд был прямым и твердым, когда он обратился к Луне. — Принцесса, Кристальная Империя оказала Эквестрии огромное доверие, присоединившись к этой… экспедиции. И хотя мы по-прежнему будем считать вас нашими союзниками, даже если ваше объяснение причин этой войны окажется для нас неудовлетворительным, я, как командующий Кристальной Гвардией, оставляю за собой право немедленно отозвать свои войска, если ситуация потребует этого. Нам нужна ясность. Твайлайт, сидевшая рядом с братом, нервно теребила край своей гривы. Мысли путались. — А я… как Принцесса Дружбы… я… — она запнулась, и вдруг ее глаза испуганно расширились. — А почему я вообще здесь? В смысле, с военной точки зрения? Мы же не привели с собой… Армию Дружбы или что-то в этом роде! — Она ахнула, прикрыв рот копытцем. — О нет! У меня… у меня что, должна быть Армия Дружбы?! Луна перевела взгляд с Твайлайт на Шайнинг Армора. — Если Кристальные силы решат отступить, никаких санкций или обид со стороны Эквестрии не последует, Армор. Мы признаем, что Кристальная Империя не имеет прямых обязательств участвовать в этом конфликте. — Затем она снова посмотрела на Твайлайт. — Что касается тебя, Твайлайт, твое присутствие здесь – это часть демонстрации силы. В наших границах находится враждебная иностранная сторона, и для других наций важно видеть, что Эквестрия относится к этому вторжению со всей серьезностью. Иначе это может их… неоправданно воодушевить. Твой отъезд, если бы он произошел отдельно от Кристальной Гвардии, мог бы быть неверно истолкован, как разногласия внутри правящего дома Эквестрии, что также имело бы свои последствия. — Принцесса, — Твайлайт удивленно вскинула брови, — я с трудом могу представить, чтобы мои действия могли спровоцировать войну с целым иностранным государством! Это же… — Як-Якистан, — коротко, но многозначительно бросила Луна, глядя на Твайлайт в упор. В палатке воцарилась напряженная тишина. Твайлайт густо покраснела, отводя взгляд, и залпом осушила кружку с водой, стоявшую рядом. Шайнинг Армор сдержал усмешку, но тоже предпочел промолчать. На мгновение единственными звуками остались треск факелов снаружи да далекие голоса дозорных. Луна позволила этой паузе затянуться, прежде чем продолжить. — Итак, — Луна нарушила затянувшуюся тишину, ее голос снова стал серьезным. — Прежде чем я перейду к сути, позвольте задать вам один вопрос. На него нет единственно правильного ответа, но он важен для понимания. Представьте себе вагонетку, несущуюся по рельсам. Она неуправляема и вот-вот должна разбиться. В этой катастрофе неизбежно погибнут пять пони, находящихся на путях… — …И есть возможность перевести стрелку на другой путь, где находится всего одна пони, — нетерпеливо закончила за нее Твайлайт, едва Луна поставила многоточие. — Да, Ваше Высочество, это классическая этическая дилемма. Принцесса Селестия заставляла меня углубленно изучать подобные вопросы, когда я была ее ученицей. Мой ответ: я бы немедленно перевела стрелку. Бездействие — это тоже выбор, не менее осознанный, чем действие. Поэтому я выбираю меньшее зло. Луна едва заметно кивнула, выслушав быстрый ответ Твайлайт. Ее взгляд переместился на Шайнинг Армора. — Любопытно, — протянула она. — Армор, а ты знаком с этой дилеммой? Каким был бы твой выбор? Шайнинг Армор выпрямился, его голос прозвучал твердо: — Да, Ваше Высочество. Нас в Королевской Гвардии учат таким вещам. Я бы тоже перевел стрелку. Если поступок помогает добиться лучшего для всех, то нельзя сказать, что он неправильный, даже если какие-то правила нарушены. А вот если из-за него все становится только хуже – это всегда плохо. — Я тоже перевела бы стрелку, — Луна чуть заметно усмехнулась, ее взгляд насмешливо задержался на Шайнинг Арморе. — Особенно если цена вопроса – всего лишь "нарушение каких-то правил", как выразился наш доблестный капитан. Очаровательная формулировка, когда речь идет о… хладнокровном убийстве невинного пони. — Усмешка исчезла с ее лица так же быстро, как и появилась, уступая место пронзительной серьезности, когда она перевела взгляд на Твайлайт, а затем снова на ее брата. — Но позвольте усложнить задачу, — продолжила Луна, ее голос стал тише, но весомее. — Представьте ту же неуправляемую вагонетку, несущуюся на пятерых. Но на этот раз нет вторых путей, нет развилки, нет стрелки. Вы стоите на мосту над путями, а рядом с вами – очень крупный, скажем так, толстый незнакомец. Единственный способ остановить вагонетку и спасти пятерых – это столкнуть этого незнакомца с моста под колеса. Он гарантированно погибнет, но пятеро будут спасены. Вашего собственного веса, увы, недостаточно. Что вы сделаете? — Луна испытующе посмотрела на них, в повисшей тишине ее вопрос прозвучал оглушительно. Твайлайт побледнела, ее глаза испуганно расширились. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла, не находя слов. Шайнинг Армор нахмурился, его обычная уверенность заметно пошатнулась. Он отвел взгляд, явно чувствуя себя крайне неуютно. Молчание затягивалось. Луна обвела их тяжелым взглядом. — Понимаю, — кивнула она с едва уловимой горечью в голосе. — Легко рассуждать о "меньшем зле", когда не нужно пачкать собственные копыта. Значит, в этом случае… пятеро погибнут? Потому что прямое действие кажется… неправильным? Хотя суть выбора та же. Тяжелое молчание повисло в шатре после слов Луны. Твайлайт все еще выглядела потрясенной, а Шайнинг Армор мрачно смотрел в пол, явно обдумывая безжалостную логику Принцессы Ночи. Луна обвела их долгим, печальным взглядом. — Вот видите, — тихо произнесла она, и в ее голосе уже не было ни насмешки, ни упрека, лишь глубокая усталость. — Теории – это одно. А реальность… реальность всегда сложнее и грязнее. И иногда, чтобы действительно "перевести стрелки" и предотвратить настоящую катастрофу, приходится делать то, что в уютных кабинетах назвали бы чудовищным. — Она сделала паузу, словно собираясь с силами. — В прошлый раз, когда мы с сестрой столкнулись с… этими созданиями, — само слово далось ей с видимым усилием, — мы изо всех сил пытались следовать всем тем высоким идеалам и добродетелям, которыми так гордится наш народ. — Мы проявили милосердие, — продолжала Луна, ее голос звучал глухо, словно она заново переживала те события, — несмотря на огромные потери, которые мы понесли в битвах. Им позволили сохранить жизнь, достоинство и свободу. Все, что от них требовалось, – покинуть Эквестрию. Ну а теперь… к самой мякотке этой истории — Луна сделала паузу, обведя их взглядом, в котором промелькнула тень мрачной иронии. — Оценили каламбур? Твайлайт непонимающе моргнула. — Э-э… простите, Ваше Высочество, я не совсем… — Я тоже не понял, — признался Шайнинг Армор, слегка нахмурившись. — В чем каламбур? Луна криво усмехнулась, глядя на Шайнинг Армора. — Грифонская поговорка, — коротко бросила она, затем ее взгляд стал жестким, и она обратилась уже к обоим: — Скажите-ка мне, какие на вкус пони? Твайлайт смущенно, почти машинально, лизнула собственную переднюю ногу, словно пытаясь на вкус определить ответ. В этот момент лицо Шайнинг Армора внезапно озарило понимание – до него дошло, к чему клонила Луна своим каламбуром про "мякотку". — Пушистые, — коротко бросил он, глядя на Принцессу Ночи с плохо скрываемым отвращением. — Любопытно, — протянула Луна, не обращая внимания на гримасу отвращения Шайнинг Армора. Ее голос оставался ровным и холодным. — А мне доводилось слышать, что мы, пони, довольно постные, суховатые, с легкой сладковатой ноткой и почти без специфического привкуса дичи. Что бы это ни значило. Шайнинг Армор помрачнел еще сильнее. — Получается, они так и не ушли тогда... — глухо произнес он. — Именно так, Шайнинг Армор, — подтвердила Луна, и в ее голосе прозвучала сталь. — Не ушли. Поначалу мы действительно думали, что они покинули наши земли. Но потом… потом пони стали пропадать в приграничных районах. Разумеется, мы отнеслись к этому со всей серьезностью, но даже так ушли годы и тысячи пропавших без вести, прежде чем мы осознали истинную причину. К тому времени, как мы их обнаружили, эти твари уже успели крепко обосноваться, на этот раз на небольшой лесной поляне. Не так основательно, как в первый раз, но все равно – слишком опасно. Твайлайт, до этого момента сидевшая с видом глубокого потрясения от рассказа о пропавших пони, внезапно вскинулась. Ее глаза широко распахнулись, а на мордочке отразился неподдельный ужас, смешанный с запоздалым пониманием. Кажется, только сейчас до нее дошел весь чудовищный подтекст того самого каламбура. — Подождите… я… я не уверена, что правильно понимаю… — ее голос дрогнул, став почти шепотом. — Они… они что… ЕЛИ нас?! Луна медленно кивнула, ее взгляд был тяжелым, как свинец. — Не сразу, — ответила она, и в ее голосе не было и тени сочувствия к ужасу Твайлайт, лишь сухая констатация фактов. — Эти существа… были слабее пони. Даже слабее единорогов. Свои укрепления они возводили гораздо быстрее с помощью рабов. Пони-рабов. Когда мы попытались положить конец этому безумию, они выгнали своих пленников в бой перед собой, подгоняя их кнутами и ударами. Любой из рабов, получивший ранение на службе у своих мучителей, удостаивался лишь одного – ножа мясника. — Это… как бы ужасно это ни звучало, но это… гениально, с военной точки зрения. — Шайни! — возмущенно воскликнула Твайлайт, не веря своим ушам. — Но ведь так и есть! — возразил капитан, его профессиональный интерес перевесил на мгновение отвращение. — Они обеспечили себя едой, рабочей силой и стратегическим преимуществом – все разом! Как тут атаковать? Практически нет уязвимых мест! — Верно, — подтвердила Луна, ее голос был лишен эмоций. — И это полностью уничтожило боевой дух наших войск. Убивать тех, кого ты пришел освобождать, или погибнуть самому. Нелегкий выбор. В итоге лишь ничтожно малое число пленников пережило тот конфликт. — Она на мгновение замолчала, ее взгляд устремился куда-то вдаль, сквозь стенки шатра. — Я совершила в своей жизни куда больше ошибок, чем могу признать. Возможно, больше, чем когда-либо будет прощено. Но могу с уверенностью сказать: милосердие, оказанное этим тварям, стало самой дорогой ошибкой за всю мою долгую жизнь. Когда мы наконец сломили их оборону и ворвались в их лагерь, мы вырезали их всех. Всех до единого. И сожгли это место дотла. Мы отказались повторять одну и ту же ошибку дважды. — Сколько… сколько пони...? — едва слышно спросила Твайлайт, ее голос дрожал. — Я не знаю, Твайлайт, — ответила Луна, и в ее голосе прозвучала бездна застарелой боли. — Даже сейчас, по прошествии стольких лет, мы понятия не имеем, сколько жизней было потеряно лишь потому, что мы пытались быть… добрыми. Теперь я сожалею об этом. Но тогда… тогда ни у кого из нас не хватило духу разбирать горы костей в их лагере. Неизвестное число пони, вероятно, тысячи, так и остались лежать в общей могиле. Луна попыталась отвернуться от них, чтобы скрыть подступившие слезы, но резкая боль в раненом боку заставила ее замереть. И Твайлайт, и Шайнинг Армор увидели, как по щекам Принцессы Ночи покатились крупные, тяжелые слезы. «Проклятые твари… — с горечью подумала она, чувствуя, как рушится ее выдержка. — Они отняли у меня моих подданных, мое здоровье… а теперь еще и мою гордость». — Принцесса… — Твайлайт осторожно шагнула вперед, ее голос был полон сочувствия. — Вы… вы же не могли знать. Это не ваша вина. — Она права, Ваше Высочество, — поддержал сестру Шайнинг Армор, его собственный голос звучал искренне. — Вы поступили правильно, проявив милосердие. Никто не может винить вас за то, как все обернулось. — Неужели вы не понимаете?! — вскрикнула Луна, ее голос сорвался от боли и ярости. Слезы текли по ее щекам, оставляя темные дорожки на шерсти. — Я подвела их! Они погибли из-за меня! — Но… — начала было Твайлайт, протягивая к ней копытце. — Вон! — прервала ее Луна, ее глаза сверкнули неконтролируемой магией. — Убирайтесь оба! Вон! Мощный, но не причиняющий вреда импульс темно-синей магии мягко, но настойчиво вытолкнул ошеломленных Твайлайт и Шайнинг Армора из шатра. Они не сопротивлялись, слишком потрясенные такой вспышкой отчаяния. Полог шатра захлопнулся за ними. Оставшись одна, Принцесса Луна свернулась на своей лежанке, сотрясаясь от беззвучных рыданий, и, наконец, провалилась в тяжелый, беспокойный сон.