3. Мир мимов

      Беверли-Ка-он-Гарденс, 20:20. 3 года назад.       Она смеётся, когда дождь разносит в пух и прах его план спокойно прогуляться по саду, чтобы встретить красочный закат, и свидание не кажется ему таким безнадёжно испорченным. Это была вторая их встреча, и пелена перед глазами, из-за которой происходящее казалось нереалистично прекрасным, лишь крепче затягивалась. И лишь где-то в отдалении маячила мысль: «Идеальных не существует», однако Джаз был готов принять любой изъян, который обнаружил бы в Мисс Чуткие пальцы в будущем. Потому что ни один изъян не оказался бы сильнее притяжения, что возникло между ними.       Они спешили к ближайшей кофейне, чтобы укрыться от внезапного ливня. Но вдруг ветер мощным порывом сорвал с её головы котелок, понёс дальше по тротуару. Джаз побежал за ним, чтобы вернуть растерявшийся хозяйке. Головной убор был успешно пойман. Джаз отряхнул его от грязи, не заботясь о чистоте своих белых перчаток.       — Спасибо, я испугалась, что потеряю её, — девушка приняла протянутую шляпку, благодарно улыбаясь.       Её волосы, уложенные в специфичную косу, почти полностью выбились из причёски, разметавшись рыжими локонами по плечам. Грим частично смылся из-за дождя, которому больше не препятствовали поля шляпки.       Осознание прошибло его словно удар током. Джаз замер, глядя на неё неверящим, растерянным взглядом. Как же глуп он был, как же не понял раньше? Он ведь сразу почувствовал, что где-то слышал этот голос, чувствовал нечто знакомое в чертах её лица. Тогда он подумал, что мог видеть мисс Чуткие пальцы на своих выступлениях, но он никак не думал о том, что она могла быть из другой части его жизни.       Сомнений нет, он хорошо помнил её. Агентка В.О.З.Л., та слишком юная для своей профессии рыжеволосая девчонка, которая разрушила его планы в прошлом. Из-за неё и двух других агенток он оказался в тюрьме. Шпионка. Сэм?       Она схватила его за руку, не заметив ошалевший взгляд, которым он буквально пронзал её, и потянула в сторону кофейни.       Первой мыслью было вырвать руку, накричать на неё, раскрыть подлый обман. Второй, конечно же, не совершать таких глупых действий. Для начала следовало успокоиться, решить, что ему делать можно было и позже, уже с холодной головой. А пока что Джаз решил делать вид, что и дальше продолжает быть обманутым.       Как он мог не замечать раньше? Сейчас сходство было настолько очевидным, что возникал вопрос, неужели она не могла сменить внешность более координально?       Теперь ясно в чём было дело. Она была слишком хороша. Слишком красива, как та, кто идеально соответствовал его представлениям о привлекательности. Не безумная фанатка, которой могла бы оказаться девушка, выбравшая ну очень специфичного кумира в его лице, а интеллигентная поклонница. Умная, эрудированная, хитрая. Обманщица.       Они забежали под навес кофейни, остановились, чтобы отдышаться. Джаз Хэндс уже смотрел на свою спутницу новыми глазами, но она продолжала не сознавать этого.       Сейчас было слишком явно видно, кто именно стоял перед ним. И что этот маскарад не слишком шёл ей, выглядел ненатурально. Глаза шпионки блестели от света уличного фонаря, падающего мягким лучом ей на лицо. Пухлые губы были чуть приоткрыты, а по щеке немного растеклась чёрная тушь. Кем бы не была девушка перед ним на самом деле, Джаз Хэндс не мог не признать — она была очаровательна.       Он аккуратно протянул к её лицу руку, показывая, что хочет стереть чёрный потёк с лица. Она податливо тянется к его руке.       Что на самом деле она чувствовала в этот момент? Когда её, агентку всемирной организации защиты людей, работающую под прикрытием, так касался преступник. Унижение, отвращение, бессилие?       Внезапно его пронзило горькое ноющее чувство, он притянул её к себе, немного грубее, чем мог бы позволить себе в иных обстоятельствах, и впился ей в губы злым поцелуем.       Как далеко шпионка сможет зайти, оставаясь преданной долгу, своей миссии, что она позволит ему, притворяясь влюблённой? Несмотря на то, что она агент В.О.З.Л., Сэм ведь была совсем юной девушкой, для которой подобному в работе должен был быть предел. Неужели она будет готова на всё ради агентства?       Жадно целуя её, он остро чувствовал презрение, как к ней, так и к самому себе, и вместе с тем мстительное удовольствие.       Вместе с мыслями об их собственных отношениях, ему в голову лезли и мысли о том, что на его месте мог оказаться и другой бывший заключённый, за которым была бы необходима слежка. К разрывающим сердце чувствам вмиг присоединилась злость на бессердечное агентство, пославшего девушку на подобную миссию и ревность.       Справившись с собой, Джаз оторвался от губ «Мисс Чуткие пальцы», даже выдавил обворожительную улыбку и подал ей руку, приглашая войти с ним в кофейню.       Свидание прошло хорошо, он продолжал держать лицо, оставаясь всё тем же галантным и обходительным кавалером. Она продолжала лицемерно принимать его ухаживания.       Когда поутих первый порыв злости, у Джаза Хэндса сформировалось некое подобие плана.       Дело в том, что агенты В.О.З.Л. не ошиблись, установив за ним эту слежку, отказываться от своих стремлений он не собирался. Строительство Мира Мимов уже было запущено, и нерешённым оставался всего один вопрос. Был необходим чип, без которого вся идея была провальна, но достать его было очень и очень нелегко. У шпионки В.О.З.Л. это точно получится. Начальство наверняка поспособствует тому, чтобы она достала необходимое объекту наблюдения, чтобы не потерять его доверие.        Джаз Хэндс пытался узнать о Саманте больше, но информация в интернете ограничивалось выпускной фотографией на сайте школы Беверли Хилз, на которой она с подругами-шпионками, беззаботно улыбалась на камеру. Значит, она из Беверли Хилз…       На третье свидание Джаз пригласил её именно туда, в самый модный торговый центр на Родео драйв, «Блеск», делая жирный намёк о том, что ему известно о её личности. Он живо представлял себе, как она с подругами днями на пролёт гуляла здесь во времена учёбы в старшей школе, в то время как он мечтал хотя бы о толики принятия, транслируя Парижу великое искусство пантомимы и оставался отвергнутым.       Выбор места свидания удивил Саманту, но не насторожил. Сообщая девушке о том, что доказать свою преданность и готовность следовать его идеям, она должна выполнить его поручение и выкрасть ценное приспособление, Джаз понимал, что начинает играть с огнём. Теперь Сэм убедится в преступности его намерений и будет уверенна в том, что шпионит не напрасно. Однако вместо торжества в её глазах, он увидел нечто иное. Всего на мгновение перед тем как Сэм выразила решительную готовность, по её лицу пробежала тень… разочарования?       Не этого ли шпионка ждала? Подтверждения, что он взялся за старое, выйдя на свободу. Что его вскоре будет необходимо остановить и снова предотвратить «катастрофу».       — Всё, что угодно ради великого искусства пантомимы, — с предвкушающей улыбкой сказала она.       Казалось, пришла пора остановиться. Мисс Чуткие пальцы должна достать ему чип, и тогда для осуществления его задумки всё будет готово. Он победит, ведь находится на шаг впереди неё. А она станет ему не нужна.       Только вот всё это было лживо, а Джаз Хэндс давно научился не обманывать хотя бы самого себя. Ничего не будет так, как он задумал. И Сэм, сама того не зная, не успев потерять преимущество, тут же обрела новое. Ведь несмотря на то, что обман был раскрыт, и он должен был возненавидеть её, этого не произошло.       Он уже успел влюбиться в умную, воспитанную и прелестную Мисс Чуткие пальцы, а тот факт, что она оказалась шпионкой В.О.З.Л. раскрыл в ней другие грани личности: девушки сильной и отважной. Образ не разрушился в глазах Джаза, а дополнился, стал настоящим, многогранным.       Его стало тянуть к ней ещё сильнее, хотя новые чувства и стали двоякими, им он отдавался с новой силой.       Осознание того, что она, шпионка, великолепный агент организации по борьбе с преступностью, была в его его руках, утопала в его объятиях, дарила ему нежные поцелуи, было для него громче всех доводов, ценнее всех смыслов. Джаз больше не верил в то, что она была с ним лишь из-за своей миссии — сыграть такие чувства невозможно, она не была такой хорошей артисткой, как он, даже не смотря на то, что оставалась непревзойдённой шпионкой.       Он узнавал её лучше — не только то, что она хотела показать, оставаясь в образе, но и что относилось к ней настоящей. Её перфекционизм, желание всегда всё делать идеально и лучше всех часто доводил её до состояния потерянности и неудовлетворенности собой. Друзья не всегда понимали её «скучных» увлечений и желания всё держать под контролем. Мама слишком сильно опекала, желая ей самой безопасной жизни, не хотела ничего слышать о том, что дочь выросла.       Саманта сама делилась с ним своими проблемами. И Джаз ни за что бы не поверил, что она стала бы делать это, если бы относилась лишь как к преступнику, за которым должна шпионить. Свидания продолжались. Саманта и Джаз гуляли по городу, посещали музеи, ведь оба любили искусство и делиться друг с другом своими мыслями о нём, по вечерам звонили друг другу, и оставаясь только вдвоём много-много целовались.       Для обоих это время было похоже на сон. Сон растаял как утренний туман перед рассветом в тот день, когда двери Мира Мимов распахнулись перед бесчисленными посетителями.       Остров Мимов, Тихий океан. 11:30       Когда Кловер и Алекс стало известно о секретном задании Сэм, на одну тайну в её жизни стало меньше, и это частично принесло ей облегчение. Конечно, то, что происходило между ней и бывшим преступником по-прежднему оставалось лишь с ней и весело тяжким грузом. Но хотя бы часть тайн из этого огромного клубка удалось расплести.       Джаз показал чертежи парка, который возводил на своём острове — задумка была действительно превосходной. Парк атракционов, зоопарк, музеи, кафе. Всё было продумано до мелочей. Очевидно, что планы по реализации этого проекта он начал создавать ещё сидя за решёткой. Это была долгая, кропотливая работа.       Сэм кажется действительно начинала верить, что у Джаза Хендса получится открыть великолепный парк, в который будут стягиваться тысячи туристов.       Глупо, конечно, но она начала надеяться, что Джаз Хэндс откажется от сумасшедшей идеи превратить весь мир в огромную сцену для пантомимы, что в его затее открыть Мир Мимов нет ничего криминального, и он заживёт законопослушной жизнью. Тогда она расскажет ему о том, кем является на самом деле, извинится за свой обман. А он… возможно сможет её простить? Да, такая надежда действительно зрела у неё в сердце, не смотря на кричащие инстинкты.       Однако настал день X. Сэм вместе с подругами прибыла на открытие Мира Мимов, чтобы расставить все точки, узнать чем же обернётся миссия, оказавшаяся куда более трудной, чем ей казалось изначально.       Подруги стали следить за Хендсом, пока Сэм против воли развлекала зрителей своим провальным выступлением. Они позвонили ей и рассказали об его истинных замыслах.       В этот момент всё рухнуло. Аккуратным движением кисти, покрытой белоснежной перчаткой, он захлопнул её пудреницу, подкравшись абсолютно незаметно.       — Удивлены, мисс Чуткие пальцы? Когда нужно за кем-то проследить без мима не обойтись, — сказал он на ужас Саманты. А затем достал что-то из кармана, подошёл к ней ближе… и провёл по лицу белым платком, стирая грим.       — Сэм, — она вздрогнула, впервые услышав своё имя из его ест, — Это ты бросила меня в тюрьму В.О.З.Л.       — Будь моя воля, ты бы продолжал там сидеть, — ответила она, игнорируя шум в сердце.       Это был адреналин, чистой воды адреналин. Иначе она не справилась бы с обуревающими её эмоциями.       Она была раскрыта. Образ разрушился, все прошлые чувства будто испарились. И вместе с тем Сэм казалось, что ей никогда не было так плохо, как в этот момент.       Джаз Хендс провёл её через аппарат, превращающий в послушных мимов, и мир для неё потерялся.       Ужас, обида, боль. Всё прошло. И Сэм была почти рада блаженному туману в своей голове.       Без своих подруг Сэм ни за что бы не спаслась. Обдумать как сильно она была им обязана, ей только предстояло в будущем. Сейчас же…       Она осовободилась от оков контроля разума. Победила Джаза Хендса. Всё было кончено. Кончена была и история влюблённых мимов.       Последние слова, которые он сказал, перед тем как агенты В.О.З.Л. увели преступника, на долгие годы засели у Саманты в голове:       — Я только надеюсь на то, что где-то в глубине тебя живёт Мисс чуткие пальцы, которая мечтает вырваться на свободу и стать мимом, — в этом чувствовалась такая горечь, что становилось трудно дышать.       Агент В.О.З.Л. толкнул Джаза Хэндса в кузов машины, захлопнул двери так, что единственным видом на улицу осталось маленькая бронированная вставка из стекла. Это был конец всего. Его мечты о Мире Мимов, его плана. Его любви.       Сэм никогда не любила его, лишь притворялась ради миссии В.О.З.Л. теперь он знал наверняка.       После его слов о вере в существовании Мисс Чуткие пальцы в глубине её души она произнесла цинично: «Не бойтесь, девочки. На Беверли Хилз не останется ни одного мима».       Она ничего не чувствовала к нему. Для неё он омерзительный преступник, сумасшедший, злодей. Всё было игрой.       Джаз Хэндс и сам не знал степень какого исхода своих действий желал. Сидя в тюрьме и вынашивая план Мира Мимов, он мечтал захватить умы и сердца людей, чтобы великое искусство пантомимы стало наконец признанным, мечтал о том, чтобы построить новый мир. Повстречав Мисс Чуткие пальцы, он возжелал сделать её своей королевой. Узнав об её истинной личности, всеми силами захотел переманить на свою сторону, убедить в том, что построит прекрасное общество, идеальный мир.       Конечно, Саманта никогда бы не поверила в это. Она — агент В.О.З.Л. Правильная девчонка. Героиня. Его мечта была беспочвенной надеждой.       — Иллюзия, — вслух сказал он, приземляясь на скамью внутри машины. Наручники сводили с ума, не давали даже устроиться удобно, и Джаз Хэндс в тысячный раз проклял всё на свете.       — Всё могло бы быть иначе.       Он вскинул голову, услышав её голос, будто приговор прозвучавший над ним. Она стояла перед ним одна, без подруг или других агентов. Зачем она пришла? Поиздеваться?       — Я не хотела, чтобы всё так вышло, — сказала она, подходя ближе к закрытым дверям автомобиля, глядя на узкое окошко, откуда он взирал на неё сверху вниз.       — Что не хотела? Победить? Спасти мир? — усмехнулся он.       — Чтобы до этого вообще дошло, — нахмурилась она и скрестила руки на груди, — Я надеялась, что В.О.З.Л. могли ошибаться на твой счёт. Но это не так. Твоё место в тюрьме.       Джаз вскочил на ноги, вмиг оказавшись у запертых дверей.       — Похоже, что так, — сказал он, с трудом стараясь сохранять последние крупицы достоинства, — Но и ты оказалась не так проста, не так ли? Мисс Чуткие пальцы… Какой жестокий спектакль, Саманта.       Она зарделась, казалось, даже побледнела, и с дрожью в голосе ответила:       — Игра стоила свеч.       — Конечно! — воскликнул он, вне себя от злости, — Но позволь дать тебе совет. В следующий раз, когда будешь притворяться кем-то другим, внимательно следи за тем, чтобы не выбиваться из образа. Гламурная девушка-мим из Беверли Хилс.       Сэм опешила, неверяще покрутила головой.       — Не набивай себе цену, ты не мог знать, — она умолкла, будто вспоминая некоторые моменты их отношений, — Если бы ты раскрыл меня, то точно не стал бы…       На Сэм разом обрушилось осознание, переосмысление всего произошедшего, воспоминания.             Она отвернулась от него, не желая показывать ему, какие эмоции вызвало его признание. Если он давно знал о том, кем она была на самом деле, то почему продолжал этот цирк? Хотел воспользоваться знанием в свою пользу?       Их долгие вечера только вдвоём, наполненные искренностью беседы, долгие поцелуи. Они оба знали, кем являются на самом деле. Чем же были эти отношения?       Джаз наблюдал за реакций Сэм, не издавая ни звука. Он не хотел признаваться, но разозлившись, не выдержал, решил поколебать тем самым её уверенность в себе. И что же теперь? Что это значит для Сэм?       Он видел, что её плечи дрожали. Она… плакала?       — Сэм…       Она всхлипнула, прикрыла рот рукой, пытаясь сдержаться, пока её тело затрясло только сильнее.       — Едем! — послышался приказ со стороны водительского места.       Машина завелась. Сэм обернулась на этот звук, и Джаз увидел её лицо: покрасневшее, со влажными дорожками от слёз, печальное, прекрасное.       Нет, это не притворство, не ложь! Всё, что было между ними — правда. Сэм чувствовала то же, что и он. И теперь также раздавлена, опустошена, растеряна!       Времени на разговор больше не было. Джаз сокрушенно подумал о том, что растратил его на злые бессмысленные обвинения. Лишь в последнее мгновение всё между ними снова стало настоящим.       — Прошу, прости меня, — только и смог прокричать он, перед тем, как машина тронулась, увозя его прочь от его Саманты.       Его Саманты.       Она с болью на лице смотрела ему вслед, не представляя, что было со всем этим делать. Подруги уже звали её — нужно было быстро привести себя в порядок. Но, конечно же, полностью скрыть следы слёз никак не выходило.       Глаза опухли, покраснели, продолжали быть влажными.       — Сэми, что случилось? — спросила Алекс поражённая состоянием подруги.       — Этот мерзавец сказал тебе что-то? — тут же присоединилась к ним Кловер.       Сэм не знала, что ответить, глотала слёзы, внутренне ругая себя за то, что не могла успокоиться.       — Чтобы он не сказал, теперь ему уж точно придётся помалкивать. Мы его больше не увидим, — сказала Кловер, ласково обняв подругу.       — Всё будет хорошо, дорогая, — к объятиям присоединилась Алекс, и в таком положении девушки-шпионки долго стояли, пока вокруг них агенты В.О.З.Л. занимались расчисткой площади на Родео Драйв.       Тюрьма В.О.З.Л, 18:00. Настоящее время.       — Сэм! Мы искали тебя, — с явным облегчением в голосе сказал Дин, когда вместе с другими работниками В.О.З.Л. шпионка оказалась на поле перед тюрьмой.       Дин и Блейн уже были там в обществе начальника тюрьмы Ллойда и офицеров.       — Что произошло? Отказали все охранные системы? — спросила она у них.       — Все системы управления и даже оружие сотрудников. По последнему нововведению все пистолеты электромагнитные.       — Наши гаджеты тоже бесполезны. Мы не сможем даже воспользоваться ранцами, — сказал Блейн, — Кто-то полностью захватил управление над всеми компьютерными системами в пределах тюрьмы.       — Значит, теперь заключённые могут беспрепятственно бежать? — спросила Сэм.       — Мои люди патрулируют все выходы. По-старинке они вооружены дубинками, тогда как у заключённых нет ничего, — отозвался Ллойд.       — Но всё же их гораздо больше, —сказал Дин, — И думаю, в ловушке теперь не они, а мы.       — Скоро В.О.З.Л. направит сюда подкрепление, и тогда нас будут использовать как заложников, — припомнила Сэм то, что сказал ей Хэндс, — А что в женском крыле?       — Тоже самое, что и у нас. Ситуация относительно под контролем. Бежать заключенные не могут, но внутри постепенно захватывают контроль над тюрьмой.        — Докладываю: заключённые полностью захватили блок A, а находящихся там работников тюрьмы захватили в заложники, — к офицерам подбежала группа охранников, — Говорят, что руководят преступниками члены так называемого объединения Л.У.Ж.А.       — Их лидер Терренс Льюис. Мне с Алекс и Кловер не один раз приходилось сталкиваться с ними, — сказала Сэм.       — Они попытаются захватить в заложники нас всех. И у них выйдет. Число заключенных в пять раз превышает число агентов, и за ними контроль над всеми системами тюрьмы, — сделал неутешительный вывод из складывающихся обстоятельств Дин, — Возможно, нам следует попытаться вступить в диалог с Терренсом Льюисом.       Ллойд категорично отказался:       — Диалог бессмысленен. Их требование ясно: выпустить всех из тюрьмы. Здесь содержится более трёхста заключенных. Не обычных бандитов или воров, а террористов, международных преступников. Необходимо решать эту проблему именно нам и именно сейчас.       — И рисковать жизнями заложников? — нахмурилась Сэм, — Постойте. Женский корпус входит в блок А?       — Боюсь, что это так.       Сэм в бессилии посмотрела на Блэйна, которого это известие привело в ужас. Кловер и Алекс в руках заключенных. Учитывая, скольких из них привели под суд именно трио шпионок, отомстить им хотят очень многие.       — Блэйн, Дин. Мы спецагенты. Мы должны проникнуть туда и освободить заложников сами.       — Агент Симпсон, здесь никто не сомневается в ваших исключительных способностях, однако не думаю что это возможно, — тут же вмешался Ллойд.       — Сэм права. Мы должны продумать план действий и освободить сектор А, — тут же вступился за коллегу Блэйн, — Двое наших агентов также сейчас находятся там. С их помощью у нас получится получить преимущество.       — Бессмысленно говорить о преимуществе в данных обстоятельствах.       — Мистер Ллойд. Извините, но в этот раз мы не подчинимся вам. Мы работаем непосредственно на Джеральда Льюиса, и в данных обстоятельствах можем принять решение самостоятельно, — вдруг вмешался и Дин.       — Тогда не вижу смысла продолжать обсуждение, агенты.       Переглянувшись, трое шпионов кивнули друг другу:       — Тогда разработаем план.