Глава 18. Рокировка (часть 3)

Сириус Блэк Третий вот уже несколько минут пререкался с портретом своего благородного предка. И если в начале их спора Сириус еще старался сдерживать речевые обороты, дабы разговорить прапрадедушку, то нескольких фраз, брошенных бывшим директором Хогвартса, хватило, чтобы привести младшего Блэка в бешенство. Впрочем, сам портрет Финеаса Найджелуса тоже пребывал в негодном расположении духа: последние месяцы его потомки вели себя крайне оскорбительно, с полнейшим отсутствием какого-либо уважения. Остальные портреты бывших директоров лишь наблюдали за открывшимся представлением, изредка украдкой хихикая и перешептываясь. Им нечасто доводилось видеть настолько наглые выходки, да и семейство Блэк редко представало перед окружающими в таком свете. Когда Сириус с портретом перешли на третий круг взаимных оскорблений, Фоукс, все это время сидевший на своей жердочке и недоуменно взиравший на происходящее, тряхнул головой, издал не очень громкий крик, взмахнул крыльями и вылетел в окно — мол, разбирайтесь сами. Это заставило Сириуса заткнуться и наконец-то включить мозг. Пообещав бесполезному портрету уничтожить его остальные копии, мальчишка вылетел из кабинета директора, громко хлопнув дверью. Финеас Найджелус еще некоторое время оскорбленно жаловался на неблагодарных потомков каждому, кто был готов его слушать, однако большая часть портретов, как только представление окончилось, поспешили сделать очень занятой вид. Сириус бежал по Хогвартсу к заброшенному кабинету трансфигурации на пятом этаже, где он договорился встретиться с друзьями. Мебель в школе все еще бесновалась и к тому же крайне негативно реагировала на стандартные контрзаклинания вроде «Фините». Прежде чем приноровиться и начать бежать, уклоняясь от беснующихся препятствий, Сириус получил несколько ссадин и синяков, а один раз его что-то едва не столкнуло с лестницы. Мысль о том, что Лунатик был прав, проскользнула в голове гриффиндорца, однако сразу же была отодвинута злостью на весь свой род. Когда Сириус наконец добрался до условленного с друзьями места, то обнаружил крайне живописную картину: Джеймс с алеющей скулой и еще более растрепанными волосами, чем обычно, яростно бросался заклинаниями в уворачивающуюся от него танцующую парту; Римус, мрачный, со сжатыми зубами, взял на себя защиту и с невероятной быстротой и точностью колдовал «Протего» невербально, умудряясь защищать и себя, и друзей. Сириус ревностно про себя подумал, что он, скорее всего, пока так не сможет. Питер же где-то умудрился потерять палочку и, громко бранясь, катался верхом на брыкающемся под ним учительском столе, крепко вцепившись в столешницу. Их заклинание со временем, видимо, стало набирать силу, и оживали теперь даже мелкие предметы — перья, чернильницы, книги, но они просто носились, как бладжеры, принося больше всего неудобств. Надо отдать Сириусу должное — мальчишка сориентировался быстро, запер за собой дверь и присоединился к Джеймсу. Вдвоем им удалось загнать парту в угол и испепелить ее с помощью «Редукто». Ребятам потребовалось около десяти минут, чтобы уничтожить взбешенные предметы интерьера, и, когда они закончили, не сговариваясь, рухнули на грязный пол, тяжело дыша. — Знаете, — прохрипел наконец Питер, — больно это признавать, но, кажется, в этот раз мы немного перестарались. Римус продолжал сжимать губы и очень недобро посмотрел на Джеймса и Сириуса. Оба мальчишки поежились. — Я надеюсь, что все это было не зря? — наконец мрачно спросил староста. Сириус вспыхнул, хотел возмутиться, но так ничего и не сказал, отведя глаза в сторону. — Старикан мне ничего не рассказал. Джеймс выругался, помянув Мерлина, Годрика и почему-то подштанники Слизерина. Питер лишь простонал, а Лунатик продолжал молчать, и остальных друзей это пугало. — Я хочу вернуться домой и сам разобраться, что происходит, — наконец высказался Сириус, стараясь не смотреть на Римуса и ища поддержки у Джеймса. Поттер встрепенулся, взъерошил волосы и азартно улыбнулся. — Думаешь сбежать через Хогсмид? — Нет, у меня не так много времени. Думаю воспользоваться каминной сетью. Питер присвистнул и заинтересованно подполз поближе, правда, задел ладонью одну из множества щепок и ойкнул — посадил занозу. — Я подумал об этом слишком поздно, надо было воспользоваться камином в кабинете у Дамблдора, — продолжил Сириус, — но сейчас туда соваться опасно: Фоукс улетел, я уверен, что Дамблдор уже там. Остается… — Маккошка, — встрял Питер, восхищенно переводя взгляд с Сириуса на Джеймса, который уже улыбался той самой улыбкой, которую никто не в силах остановить. — Вы сумасшедшие, нас всех отчислят. По своей интонации Питер звучал очень счастливым, несмотря на смысл сказанных им слов. — Да, и до ее кабинета не так далеко. Если не будем отвлекаться, сможем добежать минут за десять… — Под «отвлекаться» ты имеешь в виду отключение сломанного артефакта, который ты, Сириус, украл из сейфа отца и притащил в школу? — вмешался Римус. — Или ты имеешь в виду, что не хочешь уничтожать последствия нашей великой идеи и обезвреживать заклинание, усиленное сломанным артефактом, который ты окончательно доломал? Или же ты под «отвлекаться» имеешь в виду защиту младшекурсников, которые, вероятно, пострадали по нашей вине, и… С каждым новым предложением голос Римуса становился ниже и тише. Джеймсу даже послышались нотки рычания, однако он быстро вспомнил, что полнолуние прошло совсем недавно и они в безопасности. — Римус, мы это сделали вместе! — взорвался Сириус. — И ты в этом тоже участвовал. И да, я имею в виду под «отвлекаться» все это вместе взятое, потому что сейчас для меня важнее семья! Сириус вскочил, разворачиваясь к другу. Люпин поднялся на ноги медленно, смотря исподлобья. Костяшки юного оборотня побелели — так сильно он сжимал кулаки. Джеймс тоже поднялся на ноги и, как всегда, выступил в качестве миротворца. — Сейчас не время! Выясните отношения после того, как все это решим. Сейчас и правда самое удачное время, если хотим сбежать из Хогвартса. Преподавателям просто не до нас, Римус. А учителя справятся с мебелью гораздо лучше нас и… — Ясно, — прервал Римус друга. — Как обычно. Думаете только о себе. Делайте, что хотите. Я в этом больше не участвую. С меня хватит. И с этими словами Люпин, не разворачиваясь, направился к выходу из кабинета, доставая палочку. Джеймс позвал его, но Люпин проигнорировал. И Джеймс выругался Мерлин знает который раз за день. — Оставь, — зло бросил Сириус. — Разберемся с ним после. Сейчас надо попасть домой. — Ты нас приглашаешь? — внезапно спросил Питер, который все эти годы изнывал от любопытства по поводу того, как жили настолько чистокровные волшебники, как Блэки. Сириус несколько поморщился, глядя на друга, и неопределенно дернул плечами. С одной стороны, ему крайне не хотелось одному отправляться домой, где он, нарушив половину школьных правил, мог один на один встретиться с разъяренной матерью. С другой стороны, мать могла быть совсем в плохом состоянии, и одному домой не хотелось Сириусу совершенно. — По ходу дела разберемся, — хмыкнул Джеймс, прекрасно понимая реакцию друга. — Палочки на изготовку, двигаемся к кабинету Макгонагалл! И мальчишки, слушаясь приказа, последовали за Джеймсом. Дорога до кабинета Макгонагалл прошла на удивление спокойно — судя по всему, заклинание начинало ослабевать или преподаватели были близки к решению проблемы. А может быть, просто мебель самоустранилась, врезаясь во все подряд. Но для мальчишек это было лишь одним показателем — времени на побег из школы становилось меньше. В вестибюле на третьем этаже компания друзей наткнулась на поднимающуюся по лестнице Лили Эванс в сопровождении Снейпа. Они выглядели тоже слегка потрепанными, однако гораздо лучше троих гриффиндорцев. — Что, Поттер, неудачное свидание со шкафом? — зло выплюнул Снейп, все еще обиженный за недавнюю их стычку в библиотеке. — Сев! — огорченно воскликнула Эванс, ожидая новой склоки заклятых врагов, однако, к ее удивлению, их проигнорировали. — Прости, Эванс, надо бежать! — лишь бросил ловец гриффиндорской сборной, и компания действительно убежала прочь, не потратив ни единого мгновения на одноклассников. Лили и Северус остались стоять с крайне удивленными лицами, переглядываясь. — Знаешь, Лили… Сейчас уже не так много мебели, да и до гостиной тебе немного осталось. Давай увидимся за ужином, хорошо? — не глядя на подругу, пробормотал слизеринец и быстро направился вслед за ненавистной компанией, изнывая от любопытства, что же эти тупые гриффиндорцы задумали в очередной раз. Лили осталась стоять в вестибюле одна, переполняемая неприятным чувством, что и Джеймс Поттер, и Сев обделили ее вниманием. Раздраженно фыркнув, гриффиндорка, гордо подняв голову, направилась в сторону башни, в мыслях представляя их следующую встречу с обоими ее одноклассниками. И, разумеется, ни один из них не получит ни капли ее благосклонности. Пока ребята добирались до заветного камина, им навстречу вышли слизеринцы. Сириус нос к носу столкнулся с младшим братом и его близкими друзьями — Розье и Краучем. — Ну наконец-то! — ухмыльнулся Регулус, весело поглядывая на брата. — Я уж думал, никогда тебя не догоню, слишком быстро бегаешь. Джеймс и Питер несколько напряглись — Поттер всегда был настороже при слизеринцах, а Питер просто опасался, однако Регулус и его друзья всегда были на особом счету из-за Сириуса. Их всегда старались обходить стороной. Розье и Крауч придерживались похожей позиции и тоже остались чуть в стороне, наблюдая за проскакавшим мимо столиком, которого догонял чайный сервиз. Слизеринцы решили, что будет забавно посмотреть, что случится, если чашки и чайник догонят свою добычу, и приклеили ножки столика, хихикая и переговариваясь. — Как ты? Откуда ты знаешь? — Не ты один умеешь вскрывать отцовскую охранку, — фыркнул Регулус. — У нас с тобой одна кровь, помнишь? Я могу тебя отследить. — Иногда я в этом сомневаюсь… Мне некогда, я… — Это, — кивнув в сторону отчаянно брыкающегося столика, перебил Регулус, — ваших рук дело? — Да, но это неважно, я… — И зачем вы это устроили? В этот момент Регулус стал чертовски похож на отца… Сириусу не хотелось препираться и спорить с младшим братом, что вообще-то это он старший, — времени не было. — Я не могу сидеть здесь, не зная, что происходит с семьей! Мне надо было поговорить с Финеасом! — И как? — Никак. — Знаю, я тоже говорил. Сириус запнулся и удивленно посмотрел на младшего брата. — Но как ты попал в кабинет директора? — Я просто попросил, — пожал плечами Регулус с вежливой, даже немного смущенной улыбкой, однако в глазах плясали веселые огоньки. К диалогу прислушивались все присутствующие, поэтому, когда слизеринцы громко заржали, Джеймс не выдержал и тоже к ним присоединился. Питер же закрыл лицо ладонями, присел на корточки и начал всхлипывать — и было непонятно, смеется он или плачет. Сириус, скорее раздраженный находчивостью младшего брата, передернул плечами, как всегда, когда отгонял неприятные мысли. — Я хочу вернуться домой через камин Макгонагалл. Ты со мной? — наконец спросил он брата. Регулус сохранил улыбку на лице, однако взгляд стал серьезным. Немного подумав, младший Блэк кивнул. А потом все-таки усмехнулся. — Это точно лучше, чем оставаться в этом бедламе, который вы тут устроили. Неожиданно для всех трое гриффиндорцев и столько же слизеринцев едва ли не дружно направились к кабинету заместителя директора. А Северус Снейп под дезиллюминационным заклинанием аккуратно проследовал за ними. *** Северус терпеть не мог Блэка-гриффиндорца, с подозрением относился к Блэку-слизеринцу, презирал Петтигрю и все это вместе испытывал к Джеймсу Поттеру. К Розье и Краучу пятикурсник оставался равнодушным. Однако вся эта компания вместе вызывала у Северуса недоумение, жгучее любопытство и азарт гончей, почти настигшей добычу. Проследовав за самой странной компанией в его жизни — такое ему даже во сне с температурой не приснилось бы, — слизеринец успел-таки прошмыгнуть в захлопывающуюся дверь и притаиться в углу. Блэк-старший метнулся к камину первым, быстро нашел летучий порох, поглядел на брата, затем на товарищей. И, кивнув своим мыслям, произнес: — Мы с Регом пойдем вдвоем. Вам необязательно идти за нами. А затем сразу же, не дождавшись ответа друзей, шагнул в камин, громко и разборчиво назвав адрес. Блэк-младший покачал головой, что у его друзей вызвало усмешки. Они прекрасно понимали, что это высшая степень раздражения, которую Регулус позволял себе демонстрировать при сторонних людях. Когда оба представителя благороднейшего и древнейшего семейства отбыли из Хогвартса, Барти Крауч с нагленькой улыбочкой подошел, едва ли не протанцевал к камину, зачерпнув летучий порох в кулак. И игриво поглядел на гриффиндорцев. — Я не для того за вами, придурками, гонялся по Хогвартсу, чтобы оставаться в неведении. И с этими словами мальчишка также отправился на Гриммо. Эван Розье раздраженно фыркнул и закатил глаза. Из их троицы он был самым ленивым и старался избегать приключений на пятую точку, однако бросать друзей он не собирался и также последовал в обитель Блэков. Поттер выругался, а затем сразу же потянулся к пиале с порохом и залез в камин. Напоследок он посмотрел на Питера. Джеймс не был уверен, что Петтигрю стоит звать стать свидетелем и что Сириус это одобрит, но Питер выглядел таким растерянным, что Джеймс ему ободряюще улыбнулся и кивнул. Когда Петтигрю набрался смелости и последовал за сей странной компанией, из угла медленно к камину подошел сам Северус. В нем боролись два желания — пойти и нажаловаться директору, чтобы всех этих придурков исключили, и пойти следом, чтобы узнать, что же все-таки происходит. Любопытство, как и всегда, в нем победило. Кабинет Макгонагалл остался пуст.