Часть 2

Second Link: No Escape ⛓

             С момента изнасилования прошло почти три недели.       Физические травмы зажили. Сильно растянутое, надорванное влагалище — тоже…       Вопреки ожиданиям, Мелисса не забеременела. Это вызвало у неё истерику.       Всё до абсурда зря. Весь пережитый ужас не имел никакого смысла. Он лишь изменил её до неузнаваемости. Мелисса стала пугливой, тихой, плаксивой и странно молчаливой. Отец не сразу заметил перемены, но его это и не особо волновало. Мистер Йон готовился к крупнейшей сделке жизни. Ему были нужны сильные партнёры и наследники. А Мелисса — лучшая гарантия этого. Гарантия его спокойной кончины. Дочь будет при деньгах, при гарантированном наследстве и с уважаемым надёжным мужем. Даже, если девушка этого сама не понимала, отец ради её благополучия постарался знатно.       Отказаться Мелисса не могла. Она всегда была слаба перед отцом. Жених, по словам папы, не возражал и, вроде, проявлял интерес. Тот тоже видел взаимную выгоду. Тем более, ему нахваливали невесту. Оставалось лишь встретиться во вне официальной обстановке и обсудить детали.       Теперь, не забеременев, Мелисса никак не могла отвертеться от этого брака. В какой-то момент она просто сдалась и отпустила ситуацию.       Изнасилование подорвало её самооценку и веру в жизнь. Мелисса совершила фатальную ошибку и где-то в глубине души была готова за неё ‘справедливо’ расплачиваться.       Расплачиваться пришлось буквально, когда Мелисса поняла — жизнь и удача больше вообще не на её стороне. Потому что когда показалось, что урок извлечен и надо жить дальше, она снова встретила одного из тех мужчин.       Точнее, он встретил её.       Мелисса нередко приезжала к отцу в офис. Папа всегда занят, всегда загружен. Тянуть престижную компанию в абсолютно чужой стране — дорогого стоит. Мэл не лезла, не мешала. Девочка даже чувствовала вину, что не может помогать, как положено хорошим детям. Так, сложилось, что потянуть сложные азы бизнеса ей оказалось невмоготу. Поэтому, отец оставил затею — передать дочери наследие, и обдумал другие пути — радикальные, но действенные.       Мелисса любила приезжать к папе на обед. Она нигде не работала — ей это было несложно. Тихий офис, любимая родная еда, заказанная из дорогих международных ресторанов. Несмотря на ситуацию, обиду и даже злость, девушка тянулась к отцу. Больше всё равно не к кому…       Сегодня, Мэл пробыла с папой совсем немного из-за его запланированной встречи с клиентами.       В здании, где располагался офис отца, было много других офисоарендующих компаний. Большинство распределялось по этажам.       Пообедав в очередной раз, Мелисса попрощалась с папой и поехала вниз на лифте. Когда кабина неожиданно остановилась этажом ниже и дверь открылась по вызову, девушка лишь любезно отошла чуть в сторону.       Сначала она его даже не заметила. Просто стояла, отвернувшись. Без макияжа, в юбке-карандаше, запахнутом пиджаке и волосами собранными в бизнес-гульку — она выглядела обычной бизнес-леди, совсем иначе, не так, как в ту ночь.       Бан вошёл в лифт. Его взгляд сразу зацепился за миниатюрную фигуру в углу. В ней было что-то знакомое, но он не мог точно вспомнить. Когда двери закрылись, он присмотрелся внимательнее, задержав на ней взгляд.       — Простите, — сказал он низким, бархатистым голосом. — Мы раньше не встречались?       Мелиссу окатило жаром. Этот голос… Она бы узнала его из тысячи. Всех троих... Девушка напряглась, невольно превратившись в каменную статую, сглотнула.       Нужно было срочно сбежать. Но двери лифта уже закрылись.       Она подняла на него зелёные, перепуганные глаза, глянула снизу вверх и тут же отвернулась.       — Нет, — мотнула Мелисса головой и медленно сжала сумку с телефоном.       Бан Чан сузил глаза, внимательно изучая её.       В её поведении, в том, как она избегала его взгляда, было что-то до боли знакомое… Конечно!… Его губы изогнулись в хищной улыбке — осознание пришло внезапно.       — Ааах, теперь я вспомнил, — протянул он, делая шаг ближе. — Ты же та самая шлюшка из клуба. Та, что подумала, будто может нас оскорбить и остаться безнаказанной.       Мелисса замерла. Сердце бешено заколотилось в груди. Она не отрывала взгляда от пола, молча молясь, чтобы лифт скорее добрался до первого этажа.       — Котик, язык проглотила? — усмехнулся Чан, схватив её за подбородок и заставив поднять взгляд ещё раз. — Или до сих пор болит после того урока, что мы тебе преподали?       — Оставьте меня в покое, — прошептала девушка и попятилась назад, но получилось всего на шаг. Мелисса упёрлась спиной в стенку лифта.       Улыбка мужчины только шире стала при её испуганной реакции. Его хватка на подбородке чуть усилилась.       — А с чего бы мне это делать? — спросил он с притворной заботой в голосе. — Нам ведь есть что наверстать, не думаешь? — мужчина прижал молодую женщину к стенке. Его свободная рука скользнула по её боку и своевольно легла на бедро. — Скажи мне, крошка, ты усвоила урок той ночью? Или тебе нужно напомнить, кто тут главный?       Мелисса ощутимо вздрогнула. Её тело помнило всё слишком хорошо: и боль, и унижение. Слёзы подступили к глазам, но она сморгнула их, отказываясь плакать при нём.       Девушка нервно взглянула на табло: двадцатый этаж… Осталось всего двадцать — и она будет свободна.       Наивная мысль.       Она не знала, кто этот мужчина. Не знала, кем были те мужчины. Не знала, что он делает в этом здании. По его деловому костюму можно было лишь предположить, что он тут работает.       Но Мэл знала одно — именно он тогда влил ей в рот то вещество, после которого она перестала двигаться и потеряла сопротивление.       — Пожалуйста, не надо… — тихо взмолилась она. — Я никому не сказала…       Бан Чан мрачно усмехнулся. Его рука скользнула с её бедра и нагло легла на ягодицу, сильно сжав.       — Конечно, не сказала, — прошипел он. — Кому бы поверили? Кому интересно, что скажет такая шлюшка, как ты? Всё равно никому нет дела до таких. — он наклонился ближе, его дыхание жгло ухо. — Но мне не всё равно, — прошептал он уже шелковистым голосом. — Я очень даже заинтересован в том, чтобы научить непослушных девочек их месту.       Мелисса пришла в ещё больший ужас. Она не справится с ним. Он здоровый, высокий, мощный мужик, рядом с ним она как подросток. Девушка тихо всхлипнула. Тело предательски задрожало под его руками. Она знала, что должна бороться, кричать, звать на помощь. Но свежие воспоминания были слишком живыми, а страх — парализующим.       Девушка в панике оцепенела, не зная, что делать. Они же сейчас приедут. Лифт откроется — и она спасена. Верно?       — Я не шлюха… Я была пьяна… Я сделала ошибку… Пожалуйста, забудьте меня. У меня и так жизнь рушится… — Мелисса пыталась сдержать слёзы, но мокрые глаза уже блестели.       Выражение лица Чана стало жёстким. Его хватка болезненно усилилась.       — Ах ты, бедненькая принцесса, — с отвращением процедил он. — Как же трудно, когда родители используют тебя как товар, да? Ни во что не ставят? Бедняжка.       Бан прижал её к стене сильнее, его колено вжалось между её бёдер.       — Думаешь, мне не плевать на твои проблемы? Милашка, ты для нас — просто игрушка. И сейчас я как раз в настроении поиграть.       Мелиссе перехватило дыхание. Паника подступила к горлу. Лифт замедлялся, значит, они приближались к первому этажу. Но вместо облегчения её охватил ужас. А если он пойдёт за ней?       Она поняла: этот мужчина — жёсткий.       На него не подействуют ни слёзы, ни уговоры. Единственный шанс — сбежать, как только лифт откроется. На людях он не рискнёт. Тем более на что-то большее. Он её не знает. А значит, больше они вряд ли пересекутся. Ну, не может же быть настолько всё плохо!       Наивная надежда…       — Я буду кричать, — отчаянно предупредила она.       Мужчина рассмеялся, холодным, невеселым звуком, от которого у Мелиссы по спине пробежали мурашки.       —Давай, кричи, — бросил он вызов, его рука скользнула по её бедру, задирая юбку выше. — Посмотрим, как далеко это тебя заведет.       Лифт дзынькнул, возвещая об их прибытии на первый этаж. Мелисса напряглась, готовая бежать, как только двери откроются. Но мужчина был быстрее. Одним быстрым движением он развернул её, прижав её грудью к стене, а своим телом прижавшись к ее спине.       Его рука зажала ей рот, заглушая любой звук, который она могла издать. Свободной рукой он потянулся, грубо ощупывая её грудь через блузку.       — Не так быстро, красотка, — прорычал он ей на ухо.       Девушка замычала в его руку, пытаясь отодрать его ладонь со своего лица. Здание большое. В вестибюле же есть люди.       Но, истинная паника началась, когда Мелисса поняла, что он тащит её в обратную сторону от лобби к дверям, ведущим в подземную парковку.       Чан без особых усилий поволок блондинку к лестнице, ведущей в подземный гараж, игнорируя её приглушенные протесты и тщетные попытки сопротивления.       Оказавшись внутри, он пинком захлопнул за ними дверь, лишив её возможности побега и спасения. Мелисса отчаянно вырывалась, пытаясь брыкаться и даже бить в его бок руками. Звуки борьбы, копошений и цокающих каблуков эхом разносились по затемнённому серому пространству.       — Куда ты собралась, маленькая блядь? — злобно прошипел он, разворачивая её лицом к себе. — Ты правда думала, что сможешь просто уйти от нас? От меня?!       Мелисса отчаянно замотала головой, слёзы ручьём потекли по прекрасному, но паникующему лицу. Она попыталась заговорить, но рука мужчины по-прежнему крепко зажимала ей рот.       — Заткнись, — приказал он, прижимая её к бетонной стене. — Я устал слушать твои жалкие всхлипы. Пора тебе раз и навсегда узнать своё место.       Мелисса физически сжалась. Её сильно затрясло от стресса и страха. Последняя надежда осталась позвонить папе. Он в здании, он спустится, спасёт.       Одна рука девушки медленно поползла в сумочку. Мелисса мычала ему в руку, всхлипывая сопливым дыханием от слёз носом и отвлекая от действия.        Не помогло.       Чан заметил движения Мелиссы, его глаза опасно сузились. Свободной рукой он грубо схватил её за запястье, не давая ей залезть в сумочку.       — Ничего подобного. Даже не думай, — прорычал он, сжимая её тонкую руку так сильно, что на ней остались синяки. Никто не придёт, чтобы спасти тебя, малышка. Теперь ты моя. — Он прижался к ней своим телом, больно впечатав в стену. Его рука переместилась от её рта к изящному горлу, оказывая ровно столько давления, чтобы затруднить дыхание. — Я думал об этом моменте с той ночи в клубе, — признался он низким и угрожающим голосом. — Обо всём, что я хочу сделать с тобой. Всех способах, которыми хочу сломать тебя.       Мелисса, перепуганная, что он её сейчас вообще задушит, схватилась руками за душающую её ладонь, накрывая своими сверху:       — Please... no, — прохрипела девушка, смотря на него снизу вверх умоляющими глазами.       Как же ей не повезло нарваться на одного из насильников. На весь Сеул площади она умудрилась оказаться с одним из трёх мужчин в одном лифте... этого не должно было быть! Это невозможно!       Бан слегка ослабил хватку, позволив жертве прерывисто вздохнуть. Жестокая улыбка играла на его губах, когда он наблюдал, как она борется, наслаждаясь своей властью над ней.       — Пожалуйста, что? — поддразнил он, наклонившись достаточно близко, чтобы она могла чувствовать его смешанное с сигаретным ароматом дыхание на своем лице. — Пожалуйста, остановись? Пожалуйста, отпусти меня? Или, может быть... пожалуйста, снова трахни меня до отключки?       Мелисса отчаянно замотала головой, слёзы текли по её щекам. Она попыталась заговорить, но из её горла вырвался лишь слабый хрип.        — Так я и думал, — презрительно усмехнулся Чан, полностью отпустив её шею. — Прикидываешься достойной леди, а на деле — всего лишь удобная дырка, которая даже пикнуть без разрешения не смеет. Такие, как ты, рождены ублажать таких, как мы. Вам это нравится.       — Нет… — Мелисса помотала головой. Паника начинала преобладать. Ей становилось трудно дышать уже и без посторонней ‘помощи’.       Улыбка мужчины стала шире от её реакции. Он явно наслаждался страхом, который внушал. Чан наклонился ближе, его губы коснулись её уха:       — Да, — поправил он тихим, угрожающим шёпотом. Его рука скользнула вниз, чтобы грубо ощупать её грудь. — Теперь ты наша, малышка. Моя, Хёнджина, Минхо… Ты первая начала, помнишь? Навязалась, как самая последняя шлюха. А теперь мы владеем тобой — телом и душой. — Мелисса испуганно захныкала в голос. Тело девушки мучительно вздрагивало от его прикосновений. Хотелось кричать, сопротивляться, но ужас держал её парализованной в плену собственного сознания. — И мы так весело будем ломать тебя, — мрачно пообещал мужчина, его пальцы впились в её нежную плоть. — Как в прошлый раз, только хуже.       — Нееет!! — отчаянно закричала девушка, начав истерично вырываться. — Помогите!!       Неужели на всё здание съёмных компаний и офисов рядом нет людей или камер?       Девушка узнала имена двух насильников, но в панике даже внимания на них не обратила.       Хватка мужчины на Мелиссе усилилась, его терпение истощилось. Он грубо толкнул её к стене, прижав своим весом. Одна рука снова зажала ей рот, заглушая её отчаянные крики.       — Заткнись нахуй, — прорычал он, его глаза сверкнули гневом. — Никто не придёт тебя спасать, глупая сука! Всё это здание принадлежит мне. Каждая камера, каждый охранник — все они работают на меня.       Глаза Мелиссы расширились от ужаса, когда она осознала смысл его слов. Она действительно оказалась в ловушке — снова во власти этих монстров. Чан улыбнулся довольной и ехидной улыбкой, увидев, как на её лице проступает осознание.       — Удивлена, крошка?       Мелисса стояла, зажатая мужчиной, сила которого была просто нереальной. Она боялась того, что будет, но уже знала — ничего хорошего, или хотя бы нейтрального.       Надежда сбежать таяла с каждой секундой. Она всего-то пришла к отцу на работу… А к чему это привело…       Улыбка мужчины стала по-настоящему хищной, когда он увидел, как надежда угасает в глазах светловолосой девушки. Он наклонился ближе, его губы коснулись её уха. Его шёпот был предупреждающим приговором. Тихим, угрожающим.       — Теперь ты моя. Ты знаешь, что у тебя нет шансов, — промурлыкал он, его рука скользнула вниз, чтобы собственнически сжать её зад. — И я буду наслаждаться тем, чтобы снова и снова тебя ломать.       Мелисса горестно захныкала, заливаясь слезами ещё больше. Она знала, что сопротивление бесполезно, но какая-то маленькая часть её — живая, всё ещё отказывалась сдаваться без борьбы.       Чан мрачно усмехнулся, легко подавляя её слабые попытки сопротивления. Мужчина потащил её к ближайшей двери с надписью “Private/관계자외 출입금지”       Девушка упиралась, всхлипывала, спотыкалась. Ноги почти не держали. Страшно. Та ночь в клубе отложила огромный психологический и физический отпечаток. Они не жалели её. Наркотик, травмы, укусы, синяки... Этот мужчина тогда жёстко отымел её в рот, а член другого, более высокого мужчины, надорвавший вход в её влагалище, она не сможет забыть никогда.       Настоящая неконтролируемая истерика накрыла Мелиссу, когда она увидела дверь. То ли кладовая, то ли какая-то комната охранников. Они были где-то между этажами подвальной парковки. Здание огромное. Почему же нет людей?!       —Пожалуйста, отпустите. — взмолилась девушка. Хотя она прекрасно понимала, что, как минимум, изнасилования уже не избежать. Было страшно. Ей через пару недель знакомиться с женихом, а судьба так жестоко подкинула ещё больше испытаний.       Бан проигнорировал мольбы Мелиссы, грубо впихнув её в дверной проем маленькой, тускло освещённой кладовой. Вдоль стен тянулись полки, заполненные чистящими средствами и офисным оборудованием. Одинокий простенький светильник висел на потолке, отбрасывая жуткие тени по всему пространству.       — Никто не придёт спасать тебя, крошка, — прорычал он, пинком захлопывая за ними дверь. — Теперь только ты и я.       Мелисса отступила, широко раскрыв глаза от ужаса, всё ещё пытаясь инстинктивно закрыться руками. Спиной врезалась в полку, отчего несколько предметов с грохотом упали на пол. Мужчина шагнул вперёд, нависая над ней с жестокой улыбкой.       — Помнишь, как хорошо было в прошлый раз? — поддразнил он, расстёгивая ремень.       — Не-ет!! Не надо! — Мелисса пришла в ужас от воспоминаний. Ей повезло, что этот мужчина её тогда наркотиком накачал. Иначе она бы умерла от всего, что с ней делали. Она помнит, как очнулась, как не могла ходить, сидеть, помнит как тот, кого она сама выбрала, растянул её своим громадным членом.       Улыбка Бана стала шире, он явно наслаждался её страхом. Он продолжал наступать, загоняя её все дальше в угол маленькой комнаты.       — О да, малышка, — издевательски промурлыкал он, его голос сочился садистским наслаждением. — Я помню каждую деталь. Как ты кричала, как ты истекала кровью. Как твоя тугая маленькая пизда растягивалась вокруг чудовищного члена Хёнджина. Такие картинки, признаюсь, крайне редки.       Мелисса снова отчаянно замотала головой. Она попыталась заговорить, молить о пощаде, но из её горла вырвался лишь сдавленный всхлип.       Чан протянул руку, грубо схватил её за подбородок и заставил посмотреть на него.       — Но знаешь, что мне понравилось больше всего? — прошептал он, его глаза сверкали нездоровой, бесчеловечной злобой. Он наклонился ближе, его губы коснулись уха Мелиссы. — Смотреть, как ты ломаешься. Видя, как свет угасает в твоих глазах, когда ты поняла, что спасения нет. Что ты полностью принадлежишь нам.       — У-у… м-моляю. — Мелисса заикалась, её тело сотрясалось от страха и отвращения. Она попыталась вырваться, но хватка мужчины на её подбородке была железной.       — Мы явно не доделали работу в тот раз, — продолжил он с предвкушением, — И снова тебя сломаем. Только на этот раз будет ещё лучше.       Свободной рукой он потянулся вниз, грубо ощупывая грудь Мелиссы через блузку.       Девушка сутулилась, рыдала, пыталась отвернуться. Сопротивляться ему не было сил. Он слишком мощный накаченный громила. Оставалось стерпеть? Подыграть? Но она не могла!       Теперь, когда было уже поздно и помолвке быть, она не могла так!       — Пожалуйста, не надо. Умоляю, сжальтесь. Я не могу. Мой жених… — девушка отвернулась, рыдая. Будто это её убережет.       Улыбка Бан Чана померкла, сменившись взглядом холодной ярости. Он отпустил подбородок Мелиссы, но тут же схватил её за волосы и резко отдёрнул голову назад.        — 이년아! — выплюнул он, его голос был полон презрения. — Ты думаешь, твои слёзы что-то значат для меня? Ты всего лишь игрушка, безделушка, которую мы можем использовать и выбрасывать по своему усмотрению. — Мелисса вскрикнула от боли, кожу головы стянуло жгучей болью от грубого обращения. Она попыталась вырваться, но мужчина крепко держал её, его хватка была непреклонна. — Ты сама навлекла на себя это, маленькая шлюха, — прорычал он в её лицо. — Оскорбляешь нас, думая, что тебе это сойдет с рук.       — Я была пьяна. — еле-еле выговорила девушка, теряясь от боли.       Бан усмехнулся, его хватка на волосах Мелиссы болезненно усилилась.       — Пьяная или нет, ты оскорбила нас, — прорычал он. — И теперь ты заплатишь за это. — Он грубо толкнул её к стене. Его свободная рука скользнула вниз, пробираясь под блузку, нащупывая нежную грудь, и сжимая достаточно сильно, чтобы оставить синяки. — Я буду наслаждаться тем, что снова сломаю тебя, — мрачно и с извращённым наслаждением пообещал он. — И на этот раз не будет никаких лекарств, чтобы притупить боль.       — Пожалуйста, — всхлипнула Мелисса. Она знала, что мольбы бесполезны, но ничего не могла с собой поделать.       — Мольбы тебя не спасут, — шикнул он, его рука скользнула вниз, пытаясь задрать юбку. — На самом деле, это только заставляет меня хотеть причинить тебе ещё больше боли. — он начал тереться своими бедрами о её, позволяя ей чувствовать свою растущую эрекцию через их одежду. — Чувствуешь это?       Мелисса закрыла глаза, борясь с ужасом и предстоящей пыткой. Она помнила его член. Он был меньше, чем у того длинноволосого, но тоже большущий. Ей придется нихрена не сладко. Как же так вышло, что решив забеременеть от первого попавшегося, она в итоге оказалась в таком ужасном положении? Теперь, когда было слишком поздно, Мэл пожалела о том, что не ценила заботу папы и маленькие члены своих первых парней.       Мужчина ухмыльнулся, увидев реакцию Мелиссы. Страх на её лице и смирение в теле позабавили. Такие сочетания попадались крайне редко. Он продолжал тереться о блондинку своей уже полностью выросшей эрекцией, что так неприятно натягивала ткань в его брюках.       — Нравится? — спросил он, прикусывая губу от похоти и надменного чувства власти. — Помнишь, каково это было, когда я трахал твой прекрасный рот? Как ты задыхалась и давилась моим членом? — девушка пискнула, вспоминая страшные моменты позора, когда она очнулась. Наркотик, хоть и притупил её память, но окончательно не стёр. — Ну, готовься ко второму раунду, — пообещал он, его рука двинулась, чтобы расстегнуть ширинку. — Потому что на этот раз я не остановлюсь, пока не испорчу все твои дырки.       Мелисса пыталась держаться, но выходило, мягко говоря, хреново. Его угрозы, мысли, что это происходит прямо в здании, где работает её отец. Её жених, с которым она ещё даже не знакома... страх, что с ней будет, когда он закончит. Ведь вызвать скорую она и на этот раз не сможет. И людям показаться... опозорить отца…       Глаза корейца сверкали садистским удовольствием, когда он наблюдал, как молодая женщина буквально разваливается на его глазах. Справившись с ширинкой, он освободил свою впечатляющую эрекцию. Схватив девчонку за ладонь, он с силой обхватил её пальцы вокруг своего ствола.       — Чувствуешь это, котёнок? — прорычал он, направляя её руку, чтобы погладить себя. — Это то, что ты собираешься взять. Каждый. Грёбанный. Сантиметр.        Мелисса всхлипывала, морщилась от отвращения, плакала в голос. Её рука механически двигалась под его руководством. Она не могла заставить себя посмотреть на него, держа глаза закрытыми.        Чан мрачно усмехнулся, отпуская её руку, но не позволяя перестать ему надрачивать. Другой рукой он потянулся вниз, грубо задирая юбку девушки до самого пояса. Его пальцы коснулись внутренней стороны её бедра, заставив вздрогнуть.       Пальцы мужчины ползли выше, дразня край трусиков беловолосой любовницы. Он чувствовал, как она дрожит от страха, слышал её прерывистое дыхание. Это только подогревало его садистские желания.       — Обожаю такие игрушки. Всегда такие чистые. Ещё новёхонькие, — издевался он фальшивой похвалой. — Такая послушная девочка. Так готова угодить. — Мелисса отчаянно замотала головой, пытаясь отрицать его слова. Мужчина ухмыльнулся, чувствуя её тепло через тонкую ткань нижнего белья. Он зацепил пальцами пояс, медленно потянув трусики вниз. — Давай посмотрим, как сильно ты взмокла для меня, ладно?       Неожиданно мужчина просунул ей руку между ног. Мелисса вскрикнула. Она даже не успела поморщиться, насколько грубо и резко он попытался засунуть в неё два пальца. Почти получилось, но без удовольствия и явно доставив ей боль. Поняв, что она сухая, Чан явно разочаровался, но лишь ухмыльнулся и самоуверенно сплюнул себе на ладонь, размазывая тут же слюну по её идеально гладкой вульве. От появившейся смазки Мелисса почувствовала себя окончательно уязвимо и беспомощно.       Отсутствие возбуждения у девушки не особо его волновало. Точнее, не волновало вовсе. Но он наслаждался этим вызовом, зная, что заставит её тело ответить, хочет она того или нет.       — Не волнуйся, малышка, — прошипел он холодным как сталь тоном, его скользкие пальцы бесцеремонно массировали нежную плоть, грубо сдавливая и нажимая в самых неподходящих местах. — Я позабочусь о том, чтобы ты была красивой и мокрой для меня.       Мелисса заскулила, извиваясь под его прикосновением. Не от наслаждения. Наоборот. Она ненавидела то, насколько уязвимой она себя чувствовала, как легко он манипулировал её телом.       Взрослый мужчина продолжил своё нападение, засунув в неё один палец, затем два. Он беспощадно двигал ими, растягивая ее узкий заживший канал.       — Ну как тебе? Достаточно прелюдий? Ты явно стала шире после нашей первой встречи, — подметил он, его голос был тихим и гипнотическим.       Мелисса скривилась и стиснула зубы. Ему нравилось унижать, владеть и издеваться. Этот человек явно болен. Она не могла подыграть. Ей было мерзко и страшно, но влагалище намокло на физическое раздражение.       Физиологическая реакция организма, возможно будет спасением, ибо его размер пугал, а без смазки он и не влезет без травм. Мелисса снова пискнула, когда он засунул пальцы глубже, нащупывая глубины и шейку матки, как гинеколог.       — Магия женских тел. Что ни делай — вернётся в форму.       Ухмыльнувшись, он вынул пальцы. Резко развернул девушку лицом к стене. Схватил за бёдра, сплюнул в руку ещё раз. Обмазал слюной член, присел, потому что она ростом намного ниже, и насадил её на свой член до упора так, что её ноги оторвались от пола.       Мелисса закричала от боли, напряжённо вытянувшись и задрожав от переизбытка насильственных ощущений, но мужчина тут же накрыл её рот рукой, заглушая её страдания.       Чан удовлетворенно застонал, глубоко погрузившись до упора. На мгновение замер, прислушиваясь, как его член окутало её тугое рельефное тепло. Он с садистским упоением смаковал её приглушённые крики, наслаждаясь своей властью над ней.       — Ну, как кисонька? Нравится? Не забыла настоящее качество? — прорычал он, его бёдра беспощадно задвигались, врезаясь в неё с особой жестокостью и мощью. — Придётся постараться, принять всё до сантиметра. Я другого не приемлю.       Мелисса хваталась руками за стену. Пыталась отстраниться, чтобы хотя бы на мгновение облегчить боль. Пыталась оттолкнуть, убрать его ладонь со своего лица.       Он безжалостно вбивался в неё, наслаждаясь стимулирующим скольжением её узких структуристых стенок. Каждый толчок прижимал девушку к холодной бетонной стене. Свободная рука мужчины сжимала её бедро, удерживая её на месте, пока он наслаждался актом животного насилия.       — Блять, дааааа. — Чан рычал от удовольствия, неосознанно усиливая хватку.       Мелисса отчаянно глухо мычала в его руку. Ее сопливый от слёз нос был полностью заложен. Каждый неполноценный вдох был подвигом. Давление между ног было слишком ощутимо. Особенно, когда он насаживал её глубже, поднимая миниатюрное тело в воздух.       Мелисса не могла принять его полностью. Она это чувствовала. Ему было плевать.       Мужчина зверски трахал девушку около минуты.       Бьющейся в панике и сражающейся за жизнь Мелиссе это показалось вечностью. В итоге нехватка необходимого кислорода усилилась и девушка начала терять сознание, слабея с каждой секундой.       Чан заметил, как блондинка обмякла в его руках, когда она всё-таки отключилась и её сопротивление окончательно прекратилось. Он раздраженно заворчал, но не прекратил свои неустанные удары. Более того, его это только подстегнуло.       — Проснись, мышка, — прорычал он, его рука покинула ее рот, чтобы грубо ощупать её грудь. — Мы еще не закончили.       Голова Мелиссы наклонилась вперёд, её тело превратилось в безжизненную куклу, которую Чан мог использовать по-своему усмотрению, что он и делал. Он продолжил беспощадно трахать обмякшее тело, удерживая весь вес на руках и преследуя собственное освобождение.       Когда мужчина приблизился к оргазменной кульминации, он вынул член из девушки с завидным самоконтролем, позволив бессознательному телу блондинки соскользнуть на пол.       Бан встал над распростертым на полу телом Мелиссы, поглаживая свой твёрдый как камень, подрагивающий от напряжения член. Он восхищался своей работой — синяками, образовавшимися на её бледной коже, ее слезами, испорченным макияжем, которого сперва казалось и не было. Жестокая улыбка появилась на его губах, когда он направил свой готовый к извержению член ей в лицо.       — Пора пометить мою территорию, — низко простонал он, хриплым от похоти голосом.       С шумным низким стоном, похожим на рык, мужчина сделал несколько движений рукой и, напрягая бёдра, извергся, заливая бессознательное лицо Мелиссы толстыми нитями перламутровой тёплой спермы. Он позаботился о том, чтобы покрыть каждый сантиметр — её лоб, щеки, нос и даже ее приоткрытые губы. Часть спермы стекла на её волосы и шею, создавая унизительный непристойный беспорядок.       Бан отступил назад, с удовлетворённой ухмылкой оглядывая своё «творение».       Светловолосая молодая женщина лежала, неподвижно на холодном бетонном полу. Полуголая, без сознания, сломанная им. Её лицо и волосы были обильно испачканы его семенем. Он заправил член в брюки и поправил свой дорогой костюм.       — Это было лишь предисловие, малышка, — произнёс он холодно и угрожающе. — В следующий раз я не буду таким нежным.       С этими словами он повернулся и вышел из подсобного помещения, оставив Мелиссу в осквернённом состоянии. Когда за ним закрылась дверь, в коридоре послышались приближающиеся шаги. Как ‘вóвремя’…       — Сэр, у Вас всё в порядке? — раздался обеспокоенный голос одного из охранников.       Бан Чан повернулся к парню в форме, лицо его было спокойным и собранным: профессионал своего дела.       — Всё в порядке, — заверил он. — Просто пришлось провести дисциплинарную беседу с одной сотрудницей. Ничего серьёзного.       Охранник кивнул, приняв объяснение без лишних вопросов. В конце концов, кто бы осмелился спорить с боссом?       Пока Чан уходил, он достал телефон и набрал знакомый номер. Гудок. Второй. Наконец, ответ.       — Чан? Что такое? — лениво протянул Хёнджин.       Губы Бана изогнулись в жестокой усмешке.       — Я нашёл нашу маленькую европейскую подружку. И у меня есть план…

⛓️

      Мелисса очнулась и сразу же тихо застонала. Было холодно. Твёрдо. Мокро. Больно. Унизительно. Страшно и снова больно.       Всё повторилось, так же, как и в прошлый раз. Масштаб пережитого унижения и вторжения был слишком велик, чтобы самостоятельно оправиться и двинуться дальше. Мэл очнулась уже другим человеком. Это ощутилось даже физически.       Девушка кое-как привела себя в порядок. В помещении кладовой удобно оказалась туалетная бумага. Она стала великолепным подспорьем, чтобы стереть с себя вонючую сперму. Внешность была помята, но всё же выглядела лучше, чем Мелисса себя ощущала изнутри.       Выбиралась Мэл из здания через подземную парковку, — буквально вдоль стен, мимо припаркованных машин и мимо охранного шлагбаума. Вышла на улицу, стараясь не попадаться никому на глаза. Вызвала такси.       Её видели… но никому и в голову не пришло поинтересоваться или помочь изрядно помятой и явно нуждающейся в помощи девушке.       Больше ни шагу в это здание. Никогда. А ещё лучше — нанять охранника. Если папа позволит… если ей хватит смелости хоть намёком рассказать…       Следующие пару дней Мелисса провела дома.       Она бы хотела уехать из Кореи. Но, к сожалению, полностью зависима от отца. Он не дал ей доучиться в Австралии. Привёз сюда. А теперь, кажется, собирается буквально продать её — в обмен на инвестирование.       Или он правда думает, что так обеспечивает ей «счастливое будущее»?       Как бы там ни было — Мелисса не знала, что делать. Ещё страшнее — уже не была уверена, что нужно.