Часть 3
10 мая 2025, 01:45Third Link: Silence of Broken Doll ⛓
Мелисса сидела на кровати, подтянув колени к груди, и в упор смотрела в стену. Жизнь больше не казалась целесообразной. В голове постоянно, снова и снова, прокручивались события из той подсобки — яркие, болезненные, как давящий на матку член, липкие, как подсохшая сперма, убивающие, как кошмары при бессоннице, которой она теперь страдала. Мэл чувствовала себя загнанной, бессильной. Отец контролировал чуть ли не каждый её шаг всю жизнь. А теперь ещё и продаёт её, как скот. Незнакомцу. Человеку, с которым она даже не говорила. Папа женился на маме по любви. Почему она должна выйти замуж по расчёту? Почему она должна тянуть на себе бремя отца, даже если оно во благо? Откуда он знает, что ей теперь во благо? Слёзы навернулись на глаза, скатываясь по щекам крупными каплями. Мелисса крепче обняла себя за колени, чуть покачиваясь. Должен быть выход. Хоть какой-то. Из этого кошмара, в который превратилась её жизнь. Телефон на тумбочке завибрировал, вырывая её из мыслей. Она глянула на экран, ожидая сообщение от отца, но это был неизвестный номер. Мелисса не любила незнакомые звонки, но, не чувствуя подвоха, всё-таки ответила: — Алло? На той стороне повисла пауза. А потом раздался знакомый до леденящего ужаса голос: — Hi, baby girl. Мелисса застыла, кровь похолодела в жилах. Это был ОН. — Надеюсь, ты хорошо восстанавливаешься после нашей последней встречи, — продолжил Чан насмешливо. — Надо сказать, ты выглядела весьма красиво, лежа там, вся в моей… Желудок Мелиссы скрутило. К горлу подступила тошнота. Она хотела бросить трубку, хотела заорать, швырнуть телефон в стену — но страх парализовал её… снова. — А теперь слушай, — голос мужчины стал холодным и властным. — Завтра вечером ты встретишься со мной. Одна. Мелисса с трудом сглотнула, как под гипнозом леденея от голоса в трубке. Потребовалось несколько секунд, чтобы она смогла выдавить из себя хоть что-то: — Откуда у тебя мой номер?! — крикнула она, срывающимся от нервов голосом. — Оставь меня в покое! Бан Чан мрачно усмехнулся, явственно наслаждаясь её паникой. — Ах, крошка, — ласково промурлыкал он. — Ты всё ещё не понимаешь, да? Я могу получить всё, что захочу. Даже твой номер. Сердце Мелиссы колотилось, как бешеное. Паника снова захлестнула. Надо было бросить трубку. Но что-то удерживало её на месте. — Что до завтрашней встречи, — продолжил Бан, голос стал низким и угрожающим. — Восемь вечера. Парк у твоего дома. Приходи одна. Или… — Оставьте меня в покое! Не смейте мне звонить! Мелисса отключила звонок и швырнула телефон на край кровати. Сейчас преобладала злость, но и самой было понятно — это лишь ответная реакция на животный страх. Пока она дома, она чувствует себя в безопасности, но действительно ли это так, если они добрались до неё, узнав личные данные? Чан посмотрел на экран телефона, на его губах растянулась привычная жестокая усмешка. Упрямство девчонки только заводило его ещё сильнее. Он обожал погоню. Обожал тот момент, когда ломается чужая воля. Мужчина убрал телефон в карман и направился к машине. Сев за руль, он набрал другой номер. — Хёнджин, — сказал он, когда гудки ожидания прервались ответом. — Меняем планы. Всё будет уже сегодня. На другом конце послышался смешок, полный тёмного предвкушения: — Наконец-то. Я уже заждался, когда снова смогу повидаться с той узенькой куколкой. Улыбка Чана стала шире. — Встретимся на привычном месте через час. И захвати снаряжение.⛓️
Мелисса нервно металась по квартире, не находя себе места. Мысли скакали беспорядочно. Она знала: тот мужчина — не из тех, кто отпускает. Он придёт за ней. Рано или поздно придёт. И от этой мысли мороз шёл по коже. Нужен был план. Какой-то способ защититься. Но к кому ей обращаться? К отцу? Он не поверит. Особенно перед жизненно важной помолвкой. Подумает, что она строит козни, пытаясь по глупости молодости испортить себе будущее. А если и поверит?.. Что он сделает? Папа вспыльчивый, в отличие от неё. Будет скандал. Огромный скандал. А они не местные, это не их страна, не их традиции, не их родина. Мелисса чувствовала себя виноватой. Она стала зачинщицей всего этого дерьма. Подставить папу и уничтожить то, ради чего он всю жизнь старался… Запятнать и опозорить его имя… Какая же она после этого дочь? А в полицию обратиться? Они, скорее всего, будут на стороне насильников — с их деньгами и влиянием… Нет. Она не выиграет в этой войне беззакония. Она очередная жертва системы. Женщина в беде, загнанная в угол самим обществом. Мелисса чувствовала себя одинокой и беспомощной. Преданной всем миром. Она рухнула на кровать, закрыв лицо руками и горько плáча. Впервые за долгое время Мэл просто молилась о чуде. Вдруг телефон завибрировал снова. Дрожащими руками девушка потянулась к нему, не зная, чего ожидать. Сердце ёкнуло. Сообщение. От того же человека. «Тик-так, малышка. Время пошло. Встретимся в парке через 15 минут. Или я приду сам. Я же знаю, где ты живёшь. ;) Кстати, хочешь, чтобы твой папочка узнал, где ты проводишь ночи и как развлекаешься со взрослыми дядями?» Паника ледяным кипятком хлынула в кровь. Пятнадцать минут? Это же почти ничего. Ни подумать, ни подготовиться, ни сбежать. Мелисса вскочила и, не думая вообще ни о чём, ринулась к шкафу. Нужно было быстро одеться — так, чтобы можно было двигаться, если всё пойдёт не так. Руки дрожали, когда она суматошно натянула джинсы и тонкий хлопковый худи. Хватанула ключи и телефон. Глубокий вдох. И вперёд. Она вышла из подъезда, оглядываясь по сторонам. Парк был в квартале от дома, но каждое тёмное пятно, каждый силуэт казался ей ловушкой. Девушка ускорила шаг, сердце колотилось буквально в ушах. Подойдя к назначенному месту, Мелисса сразу заметила фигуру у дерева. Даже в полумраке он был теперь легко узнаваем. Бан Чан оттолкнулся от ствола и шагнул навстречу. На его лице — хищная, пугающая улыбка. — Прямо вовремя, малышка, — ехидно похвалил он. — Я знал, что ты образумишься. — Почему вы не оставите меня в покое?! — отчаянно и громко выкрикнула Мелисса, не думая о возможных свидетелях. — Неужели в вас вообще ничего человеческого не осталось?! Улыбка Чана стала шире, в глазах блеснуло что-то недоброе. — Человечность? Ох, милая, — он мрачно хохотнул, — Смешно слышать такое от тебя. В конце концов, это ведь ты первая нас оскорбила. Мелисса съёжилась. Слишком поздно она поняла, что сделала ошибку. Она надеялась достучаться до хоть каких-то остатков совести. Но стало ясно: их просто не было. По крайней мере, не в этом человеке. Бан шагнул ближе, нависая над девушкой и давя своим доминированием. Его рука резко подалась вперёд, схватив её за подбородок. — Но не переживай, — прошептал он, его голос стал опасно низким. — Я тебя научу. Ты точно познаешь, что бывает с непослушными, неуважительными шлюшками, вроде тебя. — Я сполна расплатилась за свою ошибку! — выкрикнула Мелисса, отдёрнув его руку и отступив на шаг назад. Глаза мужчины сузились при виде упрямства блондинки. Он сделал шаг вперёд, снова сокращая между ними дистанцию. — Ох, крошка… — промурлыкал он обманчиво мягким голосом. — Ты ещё даже не начала расплачиваться за свои ошибки. — Сердце Мелиссы заколотилось в груди, она попятилась назад, судорожно ища глазами путь к отступлению. Но преследователь двигался быстрее: он схватил её за запястье и резко притянул к себе. — Видишь ли, — продолжил он, сжимая руку всё сильнее, — Мы с друзьями обсудили тебя. И пришли к определённому решению. У Мелиссы похолодела кровь. Он о ней рассказал? Господи, конечно рассказал! Похвастался. Им же явно плевать, что она не местная. Своих, может, и наоборот пожалели бы, а её — нет. Она теперь чужая среди чужих, чужая среди своих, чужая даже для себя. — Оставьте меня в покое, или я обращусь в полицию! — отчаянно пригрозила девушка, не понимая нелепость своих угроз. Дать им отпор! Отстоять остатки себя! Но… как? Сорвать помолвку? Расстроить отца, который столько вложил в эту сделку ради её будущего? С другой стороны — жизнь важнее. Мелисса решила: она всё расскажет. Сегодня же!! Прямо сейчас! Мужчина расхохотался, злобно и громко. Его пальцы с силой врезались в её запястье. — Полиция? Ну давай, принцесса. Сходи. Как думаешь, кому они поверят? Иностранке без связей… или трём влиятельным, уважаемым бизнесменам? У Мелиссы сжалось сердце. Он же прав. Против той троицы она была совершенно бессильна. Чан наклонился ближе, его дыхание источало резкий запах крепких сигарет. — Прими правду, Мелисса. Теперь ты наша. И мы будем делать с тобой всё, что захотим. Девушка даже рта открыть в ответ не успела. Он резко развернул её, прижав спиной к ближайшему дереву. Грубая кора врезалась в кожу через тонкую ткань кофты. Девушка издала тихий, сдавленный звук от боли, но сдержалась. Гордо подняла голову: — У меня тоже есть связи! — возразила она. — Мой отец — значимая фигура, владелец престижной компании. Его уважают в бизнес-кругах! Мелисса уже поняла, что мужчина и так знает о ней достаточно. Имя, адрес, телефон, и даже про папу. Она сама чувствовала, как шатко её положение. Женщина. И Корея. Здесь справедливость не на её стороне. Они с отцом — экспаты. Даже если она без пяти минут мигрантка, даже если с деньгами — привилегии не на их стороне. Здесь много нюансов и всё сложно. Чан который раз презрительно улыбнулся своей коронной улыбкой. — Твой отец? Смешно, — фыркнул он. — Он ничто по сравнению с нами. И ты правда думаешь, что он рискнёт всем ради какой-то… «непонятной ситуации»? И тут уверенность Мелиссы снова пошатнулась. Она знала: отец любит её, но любит ли он её больше, чем бизнес. Встанет ли он на её сторону? Против таких людей? Мужчина, похоже, прочёл её мысли. Его улыбка стала ещё жестче. — Так я и думал, — сказал он довольным тоном. — А теперь будь хорошей девочкой и делай, что тебе говорят. Его рука скользнула вниз, грубо сжав её ягодицу, будто подчёркивая свои слова. Мелисса безнадёжно поникла. Сил отстаивать себя больше не было. Одна — против троих… Это не бой. Это казнь. Она тихо расплакалась, не издавая звука, ненавидя себя и свой выбор… момент когда решила, что лучше быть матерью одиночкой, чем покорно согласиться на помолвку. Улыбка Чана только стала шире, когда он увидел, как блондинка сдалась. Он наслаждался её поражением. Мужчина наклонился ближе, шепча ей в ухо, будто утешая: — Умничка, детка. Так лучше для тебя, — одобрил он, фальшиво ласково. — Прими свою судьбу. Так тебе будет проще. От ужасающего заявления девушка заплакала ещё сильнее, уже задействовав всю мимику лица. Слёзы текли. Глаза опухли. Она чувствовала себя сломанной. Раздавленной под его властью. Мужчина не проявлял ни капли понимания или сочувствия. Она ещё никогда не встречала настолько бездушных людей. Совсем рядом послышались приближающиеся шаги и мягкое цокание мужских туфель. Бан напрягся, его хватка на Мелиссе усилилась. Он словно защищал свою ‘добычу’. Из тени вышла фигура. Сердце Мелиссы сжалось ещё сильнее. Это был тот первый… — кого она сама лично выбрала в тот злополучный вечер — высокий с огромным членом. Его длинные до плеч волосы слегка колыхались на ветру, пока он приближался ленивой, уверенной походкой. Сигарета болталась в уголке его губ. Мужчина подошёл и скользнул взглядом по заплаканному лицу девушки, усмехнувшись холодно, почти с наслаждением. — Ну-ну, — протянул он, голос звучал гладко, как шёлк. — Похоже, ты начал без меня, Чан. Друг хрипло усмехнулся: — Просто разогреваю нашу игрушку, Джин. Хёнджин затянулся сигаретой и выдохнул дым прямо в лицо Мелиссы. Та закашлялась, отмахиваясь рукой от едкого облака. — Готова ко второму раунду, принцесса? — хищно поинтересовался он. Мелисса, как по щелчку тумблера впала в панику. Боль и страх, пережитые с ним в первый раз, моментально включили реакцию. Она замотала головой и начала вырываться, закричав во весь голос: — Нет!!! Нет!! Отпустите!!! Я не выдержу!!! Её крики разнеслись по всему парку. Уже стемнело, но люди наверняка ещё могли быть где-то рядом. Их могли заметить. Бан и Хёнджин переглянулись. Их лица мгновенно стали холодными, выверенными, как у охотников. Чан сильнее сжал Мелиссе запястье и резко зажал ладонью её рот, заглушив крик. — Заткнись, тупая сука, — прорычал он, глаза сверкнули гневом. — Хочешь, чтобы было хуже? Хван отбросил сигарету, шагнул ближе. Его рука резко метнулась вперёд и вцепилась в челюсть Мелиссы задевая пальцы друга: — Слушай внимательно, актриса, — прошипел он. — Ты пойдёшь с нами. И лучше не выёбывайся. Даже если дозовёшься, мы легко скажем, что ты продавала себя здесь в парке. С доказательствами... И тогда тебе будет намноооого хуже. В этом обществе не любят продажных шлюх. У нас деньги, у тебя — лишь слёзы. Усвоила? Глаза Мелиссы расширились от ужаса. По щекам потекли новые слёзы. Она замерла, испуганно уставившись на мужчину снизу вверх. Зажатая одним и другим, девушка окончательно пожалела, что вообще согласилась прилететь в Корею. Хватка Хёнджина на её челюсти усилилась. Пальцы больно вдавились в кожу. Он наклонился ближе, его сигаретное дыхание попадало прямо в лицо. — Я сказал: ты поняла? — повторил он угрожающе тихо. Мелисса едва кивнула, тело дрожало от страха. Речи о выстаивании своей чести больше не шло. Чан медленно убрал ладонь с её рта, готовый в любой момент снова её заткнуть. — Умница, — спокойно сказал Хёнджин, грубо проведя большим пальцем по её нижней губе. — Ну что, поехали покатаемся? Не дожидаясь ответа, он схватил её за руку и потащил от дерева. Бан Чан шёл рядом, тяжёлый и молчаливый, как тень. Мелисса семенила мелкими шажками, спотыкаясь и едва поспевая за их широкими шагами. Она плакала, всхлипывала, хватала ртом воздух. Надежда была только на одно: лишь бы не покалечили. Лишь бы не убили. Бан и Хёнджин довели её до стоящего поблизости чёрного внедорожника. Машина блестела в тусклом свете фонаря. Один из них открыл заднюю дверь и грубо втолкнул Мелиссу внутрь, сами забрались следом. Прежде чем она успела что-то сказать или закричать, Хёнджин достал из кармана куртки моток серой изоленты. — Нельзя, чтобы ты кричала и привлекала ненужное внимание, — пояснил он с кривой усмешкой, отрывая кусок ленты. Мелисса увильнула, пытаясь уклониться, но Чан удержал девушку на месте. Через пару секунд её рот уже был заклеен, и протесты превратились в приглушённое мычание. Следующее — Хёнджин скрепил её запястья новой полоской ленты, лишив остатков свободы. Убедившись, что всё закреплено как следует, мужчины уселись на свои места. Чан занял водительское сиденье, выруливая от бордюра парковки и направляясь к выезду. Мелисса замычала, тяжело сопя. В прошлый раз, когда мускулистый мужчина её насиловал, она потеряла сознание от нехватки кислорода. Сейчас нос был забит слезами и соплями. Ещё чуть-чуть — и она вообще задохнётся. Охваченная паникой, она забрыкалась, повернувшись лицом к Хёнджину. Может, он более человечный? Хватаясь за него связанными руками, Мелисса умоляюще замычала громче, указывая на своё лицо. Хёнджин приподнял бровь, наблюдая за паническим поведением блондинки. На его лице на мгновение промелькнула тень обеспокоенности. Он взглянул на Чана, но тот лишь пожал плечами, абсолютно равнодушный к её мучениям. — Что с ней? — спросил Хёнджин раздражённо. Друг ухмыльнулся: — Видимо, поняла, что не может дышать через свой сопливый нос. Сама виновата — нехер так рыдать. Глаза Мелиссы расширились в панике, движения стали ещё более отчаянными. Хёнджин раздражённо вздохнул, но протянул руку и сорвал ленту с её рта. — Ладно. Но если закричишь — я сам тебе рот заклею, — процедил он угрожающе. Мелисса громко хапнула воздух и задышала часто и жадно. Ни звука больше не издала. Сжалась, прижав связанные руки к груди. Было страшно. Ещё страшнее — осознавать, что с ней могут сделать и, не дай бог убить. Девушка лишь молилась, чтобы всё скорее закончилось. Машина продолжала ехать. Городские огни постепенно исчезали вдали, уступая место тёмным, безлюдным районам. Мелисса ёжилась на сидении, сердце бешено колотилось. Куда бы они ни ехали — она точно знала: там не будет ничего хорошего. После, казалось бы, вечности машина наконец остановилась. Мужчины вылезли первыми, а потом вытащили Мелиссу наружу. Она спотыкалась, ноги не держали от страха. Взору открылся большой дом. Современный, холодный, с гладкими линиями. Как и мужчины, что вели её туда. У Мелиссы сжался желудок — здесь, скорее всего, и произойдёт то, чего она так боится. Тут, в этом чужом, холодном доме, они собираются довершить начатое. Девушку повели к входной двери, сжимая за руки крепко, не давая даже дёрнуться. Когда они подошли ближе, огромная входная дверь открылась сама — и на пороге появился третий. Широкие плечи почти заполнили дверной проём. Он медленно провёл взглядом по Мелиссе, и на губах заиграла знакомая жестокая усмешка. — Ну-ну, — протянул Минхо. — Смотри, что ветром к порогу надуло. Мелисса снова задёргалась. Трое. Опять! Попыталась вырваться но, удерживающие её мужчины даже не пошевелились. — Проведём игрушку внутрь, — предложил Чан, голос без стеснения сочился злорадством. — Я уже не могу дождаться, чтобы продолжить с того места, где мы остановились. От страха Мелисса упёрлась ногами у входа, как будто это был последний рубеж её свободы. Минхо усмехнулся, в мыслях вспоминая, когда у него дома последний раз была женщина. Так-то он ‘всеядный’, и поразвлечься сможет с любым телом, но душа больше лежит к мужчинам, соответственно любовники этого пола посещают его дом гораздо чаще. Он шагнул вперёд, возвышаясь над девушкой. — Испугалась, принцесса? — насмешливо поинтересовался он с фальшивой заботой. — Мелисса заскулила и попыталась съёжиться, пригибая голову, будто он её сейчас ударит, но Бан Чан и Хёнджин держали её мёртвой хваткой. Сам Минхо протянул руку и легко провёл пальцами по её влажной от слёз щеке. — Не волнуйся, сладенькая, — игриво прошептал он. — Мы хорошо о тебе позаботимся. Прямо как в прошлый раз. От этих слов Мелисса окончательно сломалась. Глаза наполнились новыми слезами, стирая перед ней видимость происходящего. Воспоминания хлынули лавиной. Пытаться бороться больше не имело смысла. С последним лёгким усилием трое мужчин втолкнули её внутрь, дверь с грохотом захлопнулась за их спинами. Гул прокатился по холлу, словно скрепляя приговор. Уже внутри дома Чан и Хёнджин отпустили девушку. Мелисса споткнулась, не удержав равновесия. Минхо поймал её. Его сильные руки жёсткой хваткой обвили её тонкую талию. — Добро пожаловать в наш скромный домик, принцесса, — прошипел он ей на ухо, горячим и разящим алкоголем дыханием. — Надеюсь, тебе понравится. Мелисса всхлипывала, захлёбываясь соплями. Она знала — выхода больше нет. Она полностью в их власти. — Ну что, малышка, — произнёс он низко и угрожающе. — Готова извиниться за свою дерзость? Глаза девушки расширились от непонимания и ужаса. Извиниться? За что? Она же ничего не сделала. Увидев её замешательство, Чан ещё больше надменно заулыбался.. — За то, что оскорбила нас, конечно, — процедил он. — Не помнишь, маленькая шлюшка? Шутила насчёт… физической несостоятельности корейских мужчин? Осознание медленно пришло к Мелиссе, и её накрыло волной стыда. — Это не я придумала! — воскликнула она защищаясь. — Это везде написано… У моих обоих парней тоже маленькие были… Девушка осеклась. Не стоило говорить лишнего. Им плевать. Они используют любое её слово против неё. Глаза Бан Чана сузились. Он улыбнулся своей фирменной надменной улыбкой. — Значит, ты нас сравниваешь со своими бывшими? — прорычал он злобным голосом. Хёнджин мрачно усмехнулся, сделав шаг ближе. — А мы-то думали, ты невинная малютка, — его рука грубо сжала ягодицу девушки. — А ты, оказывается, опытная шлюшка. Мелисса жалобно всхлипнула, тут же пожалев о сказанном. Попыталась вырваться из хватки Хёнджина, толкаясь локтями связанными скотчем рук, но Минхо крепко удерживал её на месте. — Ну что ж, раз у тебя такие высокие стандарты… — процедил Минхо сквозь зубы. — Я не шлюха! — взмолилась Мелисса эмоционально тороторя сквозь слёзы. — Я хотела серьёзных отношений! С первым не сложилось… со вторым пришлось расстаться из-за помолвки… Пожалуйста… не делайте мне больно… Простите… Я не хотела никого обидеть! Вам и обижаться-то не на что… Вы… вы слишком большие… Чан упивался беззащитностью их жертвы. Чужая слабость заводила всегда. С этой же девкой вообще как-то необычайно приятно. — Слишком большие?! — грозно фыркнул он. — Это ты сейчас пытаешься сделать нам комплимент, сучка? Хёнджин хрипло рассмеялся, его рука скользнула с ягодицы вниз, между ног Мелиссы, интимно сжав её через ткань джинсов. — Наша принцесса пытается нас задобрить, — усмехнулся он, прикусив пахабно губу. — Понимает, что ляпнула, и теперь выпрашивает прощение. Минхо наклонился ближе к девушке так, что его дыхание щекотало ухо его горячее дыхание обдало ухо Мелиссы. — И с чего ты решила, что мы тебя простим, а? — прошептал он. Мелисса зажмурилась, беспомощно запрокидывая голову и плача ещё больше. Этот высокий мужчина с длинными волосами в прошлый раз порвал её вход, потому что его слишком огромный член не пролазил без усилий в её юное влагалище. Она была слишком узкая и маленькая. И он теперь смеет над ней ещё издеваться. Пальцы Хёнджина продолжали давить на промежность Мелиссы, его прикосновения становились все настойчивее. Он наклонился, его губы коснулись её уха. — Помнишь, как хорошо было, когда я растягивал тебя, принцесса? — прошептал он, его голос сочился жестоким весельем. — Как ты пыталась кричать и молить о пощаде? Девушка рыдала, пытаясь свести ноги и уворачиваться от чужой хватки. Она попыталась вырваться, толкая Минхо ногами, но Хёнджин крепко удержал её на месте. Чан шагнул вперед, схватив блондинку за подбородок и заставив ее посмотреть на него: — Ответь ему, — приказал он, его глаза были незабываемо холодными и беспощадными. — Тебе понравилось, когда Хван разорвал тебя на части? — Нет! — зарыдала девушка, навзрыд. В ту ночь она была под действием какого-то наркотика и пьяная, но она помнит абсолютно всё. Хватка Чана на подбородке Мелиссы усилилась. — Лгунья, — прорычал он. — Я видел, какая ты была мокрая. Как твоя маленькая пизда сжималась вокруг него. Тебе нравилась каждая секунда этого. Мелисса отчаянно замотала головой. Заявление было обидно и страшно унизительно. Не могла она мокнуть от такого. Не по собственному желанию! — Нет, пожалуйста, — всхлипнула она. — Я не хотела этого. Я испугалась. Это было больно! Хван мрачно усмехнулся, продолжая настойчиво дразнить её через джинсы. — О, бедняжка, — его голос звучал театрально-фальшивой симпатией. — Не волнуйся. На этот раз мы позаботимся о том, чтобы тебе понравилось. Минхо, молча наблюдавший за сценой, цокнул, устав от словесных прелюдий. В отличие от друзей, его не особо возбуждало моральное насилие и процесс запугивания. Его холодные глаза впились в зарёванную Мелиссу. — Хватит болтать, — раздражённо прорычал он. — Давайте уже начнём вечеринку. С удивительной скоростью он схватил девушку за талию и перекинул через плечо. Она вскрикнула от неожиданности и страха, борясь с его железной хваткой. Друзья-подельники следовали за Минхо, пока он нёс их общий трофей глубже в дом. Люди поднялись по большой лестнице. Дом был сказочно богат, но роскошь окрестностей не была заметна Мелиссе в её перепуганном состоянии. Когда они добрались до большой спальни, Минхо бросил блондинку на двуспальную кровать. Её тело слегка подпрыгнуло от удара о мягкий матрас. Мелисса откинулась на кровати, широко раскрыв глаза от страха, наблюдая за приближением троих мужчин. Чан и Хёнджин, как палачи стали по обе стороны кровати, а Минхо встал у изножья, преграждая ей путь на случай попытки побега. — Пожалуйста, — взмолилась девушка дрожащим голосом. — Не делайте этого. Я сделаю всё, что захотите, только не делайте мне больно. Старший мужчина жестоко ухмыльнулся. — Всё, что мы захотим, а? — размышлял Чан, жадно скользя глазами по её телу. — Что ж, это заманчивое предложение… Хёнджин мрачно усмехнулся, протягивая руку, чтобы погладить блондинку по ноге. — Но, боюсь, уже слишком поздно для переговоров, принцесса. Мелисса громко заскулила, отпрянув от прикосновения Хёнджина. Она знала, что от этого не убежать, но не могла не попробовать в последний раз. —Пожалуйста, — взмолилась она, смотря в его чёрные голодные глаза, её голос был едва громче шепота. — Прости меня за то, что я сказала. Я не это имела в виду. Я была пьяна и глупа. Пожалуйста, просто отпусти меня. Улыбка Чана исчезла, сменившись холодным, злобным выражением. — Извинения не помогут, малышка, — гавкнул он злобно. — Ты оскорбила нас, и теперь тебе придется заплатить цену. Минхо шагнул вперёд, поставив колено на кровать. — И поверь мне, — презрительно усмехнулся он и ползком, как охотящийся лев, подался вперёд, наклоняясь ближе к самому лицу заложницы. — Ты пожалеешь, что вообще открыла рот. — Пожалуйста, — Мелисса зажмурилась и захныкала, прижимая связанные руки к лицу в попытке закрыться, — Я сделаю всё, что угодно. Всё, что захотите. Только не делайте больно, умоляю. Чану понравилась игра. Всё для них было довольно ново и непредсказуемо. Это заводило. Его рука скользнула вверх по бедру девушки. — О, мы сделаем тебе больно, красотка, — он переглянулся с друзьями — молчаливый сигнал, понимание без слов. — Но не волнуйся, ты научишься любить это. Хёнджин перешёл к другой стороне кровати, его пальцы начали вычерчивать узоры на руке Мелиссы и проложили дорожку вниз. — Нет, пожалуйста, не надо боли! Не надо следов. Мне с женихом встречаться надо. Умоляю, не портите мне жизнь ещё больше! — Мелисса зажмурилась, пытаясь увильнуть и напряжённо трясясь от страха. Глаза Бан Чана сузились от раздражения на жалкие мольбы девчонки, хотя, остатки непокорности раззадоривали. — О, малышка, — он провёл большой ладонью выше по её бедру, — Надо было подумать об этом прежде, чем оскорблять нас. — мужчина наклонился ближе к её уху. — Не волнуйся, — прошептал он, — мы позаботимся о том, чтобы твой новый муж никогда не узнал об этом. Если, конечно, ты не решишь рассказать ему сама. — Я не… — Мелисса всхлипнула, отрицательно замотав головой. Чан мрачно усмехнулся, явно забавляясь отчаянием молодой женщины. — Хорошая девочка, — промурлыкал он, его рука скользнула к её щеке. — А теперь давай немного повеселимся, ладно? Сердце Мэл забилось быстрее, когда пальцы этого жестокого мужчины скользнули вниз по её шее, задержавшись на ключице. Она знала, что сейчас произойдёт, и не могла заставить себя сопротивляться. Больше нет. Остатки логики кричали, что всё бесполезно. Хёнджин и Минхо слаженно сосредоточились на том, чтобы снять с Мелиссы одежду. Их руки были повсюду. Мужчины стянули с неё балетки, дёргали за худи, расстёгивали её джинсы. Мелисса тихонько всхлипывала, но больше не сопротивлялась. Через несколько мгновений она была освобождена от скотча на руках и раздета догола. Её нежная бледная кожа открылась их голодным взглядам. Девушка стыдливо попыталась прикрыться, сгруппировавшись, хотя осознанно понимала, что это глупо, но руки самопроизвольно пытались выстроить защитный барьер. Бан ухмыльнулся, увидев попытку девчонки прикрыться, находя её скромность забавной, учитывая ситуацию. — Не нужно стесняться, ангелок, — сказал он нежно, но твёрдо, оттягивая её руки от тела. — Мы всё это уже видели, помнишь? Мелисса попыталась свернуться в клубок, но Минхо и Хёнджин грубо раздвинули её ноги, полностью лишив последних остатков контроля и достоинства. Взгляд Чана скользнул по обнажённому телу, впитывая каждую деталь. Его глаза задержались на груди девушки, плоском животе и, наконец, на её аккуратно выбритой киске. — Красиво, — похвалил он хриплым от желания голосом и похабно облизал свои губы. Такие гладкие и ухоженные промежности попадались редко. Как-то местные женщины предпочитали волосистый объём. Мужчины в принципе не придираются, но такая открывающаяся светлая и юная нежность куда приятнее. Мелисса оказалась на кровати, распластанная в позе морской звезды. Стыдно, страшно, мерзко. Ненависть ко всем троим росла всё больше и больше, но себя она ненавидела сильнее всех — за то, что маленькая пьяная ошибка привела её к такой непоправимой и разрушительной трагедии. — Перестань выть. Ты сама навлекла это на себя, — Минхо изрядно поднадоело слушать её скулёж. — Твои действия имеют последствия. Теперь пришло время столкнуться с ними. Мелисса даже уже не отвечала — терпела, отворачиваясь. Она не могла смотреть на него, на их всех, видеть жестокость и похоть в их глазах. Минхо и Хёнджин держали её ноги широко раздвинутыми. Рука Чана скользнула вниз по телу девушки — его прикосновение было на удивление нежным. Он остановился на её груди, обведя сосок кончиками пальцев. — Такие идеальные маленькие сиськи. Мелиссу непроизвольно скрючило от этой стимуляции. Когда наедине с любимым человеком и всё обоюдно, ощущения приятны и возбуждающи. Когда происходит насильно, против воли, в страхе и унижении — всё лишь ухудшается. Мелиссе было мерзко. Раздражение не доставляло радости, лишь хотелось оттолкнуть вторженца. Ещё и стыд… Бан Чан ухмыльнулся, увидев очевидный дискомфорт девушки, явно наслаждаясь её страданиями. — Не нравится, малышка? — поддразнил он, сильнее сжимая затвердевшую ягодку её груди. — Может, это поможет? Он наклонился и захватил ртом один из её сосков, засасывая тот излишне сильно и царапая зубами чувствительную плоть. Мелисса вскрикнула, невольно выгнув спину. Руками она упёрлась в голову и плечи мужчины, пытаясь его оттолкнуть. Она же его не хочет. Тело само противится. Минхо и Хёнджин усмехнулись, их руки уже нетерпеливо блуждали по её ногам, приближаясь к самым интимным местам. — Она отзывчива, — заметил Хёнджин, его голос сочился весельем. — Редко такие встречаются. Девушка продолжала неосознанно изворачиваться. Стимуляция была раздражающей, противной. Она не наслаждалась ни на один процент из всего этого сумасшествия. Страшно, унизительно. Расслабиться было невозможно. Мысль одна — сбежать. Чан поднял голову от груди блондинки. — Всё ещё не наслаждаешься, да? — размышлял он с садистским выражением лица, убирая её руку в сторону. — Ну, не волнуйся, крошка. У нас есть способы заставить тебя сотрудничать. Как и в прошлый раз, мужчина достал из кармана брюк небольшой пузырёк. Глаза Мелиссы расширились от ужаса. Нетрудно было догадаться, что это. — Нет, пожалуйста, — взмолилась она дрожащим голосом. — Не снова. Я не могу… Но её мольбы не были услышаны. Мужчины хотят наслаждения, а не назойливый, сбивающий с волны вой и мешающие ручонки. Бан открыл пузырёк, поднеся его близко к лицу девушки. Тошнотворно-сладкий запах наполнил её ноздри, заставив голову закружиться. — Не надо… мне будет плохо. Пожалуйста. Я не хочу спать. Я плохо переношу препараты, — взмолилась девушка. Хотя, с другой стороны, быть в полусознании защитит её психику. Поможет. И не так уж это плохо? Но страх потерять контроль, хоть какой-то, ещё больше ужасал и отключал логику. Чан мрачно усмехнулся на мольбу Мелиссы, его рука скользнула вниз, чтобы собственнически обхватить её гладкий выпирающий лобок. — О, лапонька, — мужчина саркастично приподнял брови и насмешливо улыбнулся, — это не лекарство. Это что-то гораздо, гораздо лучшее. Глаза девушки расширились от страха, поняв, что он имел в виду. Она попыталась отстраниться, но Минхо и Хёнджин крепко держали её на месте. Чан артистично, с явной наигранной театральностью, поднёс флакон к губам жертвы и влил содержимое. Эффект был моментальным. Мелисса почувствовала, как у неё закружилась голова, а зрение затуманилось. Паника охватила сильнее, но ненадолго. Когда препарат подействовал, тело молодой женщины начало расслабляться против её воли. Сопротивление Мелиссы ослабевало по мере того, как препарат проходил через организм. Конечности стали казаться тяжёлыми, а разум — затуманенным. Она всё ещё могла чувствовать руки мужчин на своём теле, но ощущения были приглушёнными, далёкими. Чан ухмыльнулся, наблюдая, как она поддаётся эффекту наркотика. — Я же сказал, что понравится, — проворковал он, его пальцы лениво очертили круги по внутренней стороне её бедра. — Просто расслабься и позволь нам позаботиться о тебе, как о настоящей женщине. Заторможенно Мелисса попыталась протестовать, но её слова вышли невнятными и бессвязными. Она чувствовала, как дрейфует, а её сознание ускользает. Хёнджин усмехнулся, его рука скользнула вверх, чтобы обхватить её грудь. — Она готова, — объявил он, снимая куртку. Дыхание Мелиссы стало тяжёлым, а взгляд — остекленевшим, как и в прошлый раз. Теперь у неё была борьба с собственным телом, а не с чужими. Из живой, отчаянно бившейся девушки она превратилась в безвольную, неподвижную куклу. Защититься от жестоких грязных фантазий мужчин теперь было невозможно — ни физически, ни уговорами. Улыбка Бан Чана стала шире, когда он увидел, как девушка изменилась под влиянием веществ. Её тело стало вялым и послушным. Он провёл рукой по голому бедру, наслаждаясь гладкостью нежной кожи. — Идеально, — пробормотал он, уже придумывая “интересненькие эксперименты”. Хёнджин и Минхо обменялись взглядами, их собственное возбуждение было очевидным. Они отпустили ноги Мелиссы, позволив им естественно раскрыться в вульгарном, непристойном положении. Чан расположился между бёдрами блондинки, его эрекция напряжённо выпирала в штанах. Он посмотрел на неё сверху вниз. — Готова к первому раунду, малышка? — прошептал мужчина, обводя пальцами контур её половых губ. Девушка его не слышала. Она уже не понимала, что с ней делают. Не понимала очевидного. Вряд ли она даже понимала вообще, кто она. — На. Пригодится, — Минхо бросил Чану тюбик смазки на водной основе. Чан поймал тюбик лубриканта и ухмыльнулся. — Всегда готов, да, Минхо? — усмехнулся он, откручивая крышку. — Обращайся, — друг подмигнул и игриво повёл бровями. Чан выдавил щедрое количество геля на пальцы, потирая их друг о друга, чтобы согреть. Этакий машинальный жест заботы. Затем, без предупреждения, он погрузил два пальца в нежное влагалище девушки. Мелисса тихо запахнула воздух — на большее работы нервной системы не хватило. — Охуеть, она всё ещё узкая, — заметил он. Мужчине казалось, что после последнего раза, она будет ýже более “гостеприимной”. — Сколько ж ей надо? Даже после Хёнджина… Хван ухмыльнулся на комментарий друга. — Что я могу сказать? Я одарён. Но да, она была практически девственно-тугой, — похвастался он, его рука двинулась, чтобы погладить свою собственную впечатляющую длину через брюки. Чан закатил глаза, но в его взгляде был намёк на восхищение. — Выпендрёжник, — шутливо цокнул он, хотя его собственная эрекция тоже была впечатляющей. Минхо, не желая оставаться в стороне, перебрался выше и встал на колени рядом с головой Мелиссы. Он расстегнул ширинку, освободив свою готовую к работе длину. — Займём болтливый ротик делом. — Без церемоний он схватил волосы на затылке девушки и направил её рот к своему члену. Чан продолжал вводить и выводить пальцы из нежного лона, добавляя третий палец, а потом и четвёртый, чтобы растянуть её ещё больше. Не для цели… так просто. Потому что может. Несмотря на смазку, её проход был довольно узким, тело явно сопротивлялось его вторжению. — Кто хочет пойти первым? Друзья обменялись взглядами, молчаливое согласие прошло между ними. Хван кивнул в сторону Минхо, уступая ему первый раунд. Минхо ухмыльнулся. Отпустил её голову — та безвольно опустилась назад на кровать. Он переполз к другой стороне, расположившись между раздвинутыми ногами девушки. Подвинулся вперёд бёдрами, сравняв член с её входом, и настойчиво прижал кончик к манящим складкам. — Готова или нет, я вхожу, — прорычал он и одним быстрым движением подался вперёд. Тело девушки дёрнулось по инерции от внезапного непрошенного толчка, приглушенный выдох вырвался из лёгких Мелиссы, когда существенная длина Минхо полностью заполнила её. Несмотря на смазку, растяжение было интенсивным. Минхо застонал от удовольствия, смакуя тугое тепло, окутывающее его член. — Блять. Обожаю, — вырвалась незаконченная фраза восторга. Мужчина начал двигать бёдрами в устойчивом ритме. Каждый толчок посылал волны ощущений через одурманенное тело Мелиссы. Девушка не была в полной отключке, но и здесь её тоже ‘не было’. Ощущения доходили до мозга, но отвечать на них он был не в состоянии. Чан и Хёнджин наблюдали с напряженным вниманием, их собственное возбуждение росло. Рука Бана скользнула к его молнии, освобождая его напряженную эрекцию. Терпеть в строгих тесных брюках становилось больно. — Не изматывай ее слишком быстро, — предупредил старший друг, лениво поглаживая себя. — Мы все хотим очереди. Минхо хмыкнул в знак признания, увеличивая темп. Комната наполнилась звуками шлепков плоти о плоть, смешанными с тихими, непроизвольными вздохами и кряхтениями Мелиссы. Когда толчки Минхо стали более беспорядочными, он крепко сжал бедра девушки, притягивая её навстречу к своему члену с каждым движением вперёд. — Бля, я всё, — прорычал он, его лицо нелепо и забавно исказилось от сильного экстаза. С последним мощным толчком Минхо глубоко погрузился в Мелиссу и опустошил яйца через свой пульсирующий член. — Сука, её пизда, как насос доит. Минхо с довольным лицом отстранился, гордо наблюдая как из измученного влагалища Мелиссы потекла струйка белой спермы. Чан и Хёнджин обменялись завистливыми взглядами, их собственные желания достигли апогея. — Моя очередь, — Чан не стал терять время и отталкнул Минхо в сторону, занимая своё место между ног Мелиссы. Играться уже не хотелось. Нужда сношаться победила. Он потёр горячей головкой по мокрым складкам неподвижной девушки. После спермы друга всё было скользким и грязно-возбуждающим. — Приготовься, куколка, — прорычал он, его глаза наполнились похотью и злобой. — Я буду трахать тебя, пока ты не сможешь ходить прямо. С этими словами он врезался в неё нарочито жестоко, его бóльший размер растянул и без того уязвимые стенки. Мелисса дёрнулась и издала глухой жалобный стон. Чан сразу же задал жестокий темп, вбиваясь в Мелиссу с неумолимой силой. Кровать скрипела под ними, изголовье ударялось о стену с каждым мощным толчком. Бёдра мужчины двигались вперёд и назад в резкой карающей амплитуде. Остатки спермы Минхо приятно обеспечивали дополнительную смазку. — Блядь, она такая узкая, — проворчал Чан, излишне сильно впиваясь пальцами в бёдра девушки. — Как после этой дюймовочки нормальных трахать? Хёнджину надоело ждать очереди. Просто наблюдения мало. Член и тело тоже просят активностей. Мужчина встал и быстро разделся, оставив на себе лишь майку и носки, а затем переместился, чтобы оседлать лицо блондинки. Он освободил свою массивную эрекцию, кончик уже истекает преякулятом. — Откройся, принцесса, — приказал он, постукивая своим массивным членом по её губам. — Пора тебе постараться заставить этот прекрасный ротик работать. Мелисса, мыча и смотря куда-то сквозь Хёнджина, не среагировала. Он сам открыл её рот и размазал предэякулят по её губам. Грязно, эротично. Его член слишком большой для её рта, но желание ощутить приятное и оттрахать хоть как-нибудь непреодолимо. Осторожно он надавил на её подбородок и открыл рот, вводя головку члена. Рот девушки растянулся, создавая возбуждающее зрелище. Её подпрыгивающее от толчков Чана тело, заводило ещё больше. — Может, сэндвич ей устроим? Один хер, не почувствует... почти… — предложил Минхо с ухмылкой, залипая на прыгающие туда-сюда холмики грудей. Чан скривился от такой идеи. Он обожает анал, как и Минхо, но она ж не подготовлена... с презервативом что ли? Клизму, для очистки же ей щас делать не будут. Старший колебался, обдумывая предложение Минхо. Мысль о двойном проникновении в Мелиссу была невероятно привлекательной, но он не мог скрыть свои опасения по поводу гигиены. Чан тот ещё перфекционист. — Мы могли бы использовать презервативы, — размышлял он, немного замедляя толчки. — Но я предпочитаю чувствовать её голой кожей... Хёнджин, все ещё сидя верхом на лице Мелиссы, мрачно усмехнулся. — С каких это пор ты стал таким придирчивым, Чан? — поддразнил он, заталкивая свой член глубже в её рот. —Поживи немного. Бан нахмурился, не оценив замечание Хёнджина. Он возобновил свой карающий темп, решив доказать своё превосходство. — Ладно, — прорычал он. — Но я первый. Дай резинку. Мужчина резким движением вышел из девушки, оставив её пустой и приоткрытой. Налету поймал брошенную Минхо упаковку презерватива. Перевернул блондинку на живот, расположив её задницей вверх. — Подсоби. Раздвинь ей ягодицы, чтоб не кулялась, — приказал он Минхо, который с готовностью подчинился, пока он сам открывал блестящий пакетик. Хвану пришлось отстраниться. Тот с любопытством наблюдал, медленно надрачивая себе. Тугая дырочка Мелиссы открылась мужчинам во всей красе, и Бан облизнул губы в предвкушении. Натянув презерватив на один палец, он схватил тюбик смазки и щедро нанёс вещество на латекс. — Расслабься, малышка, — он обвёл её анальный вход кончиком пальца. — Это может быть немного больно. Без дальнейшего предупреждения он вдавил в неё палец, прорвав тугое кольцо мышц. Девушка жалобно полусонно застонала, но никто и внимания не обратил. Хёнджин, повернув голову девушки на бок и устроившись в новой позиции, заполнил её рот снова. Боль хоть и притуплённо, но чувствовалась. Мелисса, одурманенная веществами, не могла ни отстраниться, ни кричать, ничего. Сейчас она больше была похожа на сломанную куклу, хотя, если подумать, она ей и являлась. На радость Чана девушка оказалась с абсолютно чистой кишкой. Будто готовилась заранее. Хотя, точно, нет. Они же не дали ей времени на сборы. Видимо, и не ест нифига, вот и 'чистая’. Мужчина ухмыльнулся, вводя второй второй палец в узкую дырочку и медленно её растягивая. — Нам повезло. Пусто, как голове Минхо, — заметил он, весело ухмыляясь. — Полагаю, нам всё-таки не понадобятся эти презервативы. — Слы-ы-ыш?.. — друг насупился, но саркастичная шутка не прошла мимо. Минхо усмехнулся в ответ. Его руки блуждали по ягодицам Мелиссы. — Тем лучше. Такие маленькие узкие задницы надо чувствовать без преград, — согласился он, крепко сжав ягодицу. Хёнджин, всё ещё погруженный во рту девушки, одобрительно застонал. — Поторопись, Чан, — подгонял он. — Я не продержусь долго. Старший друг убрал пальцы, заменив их кончиком своего члена. Неиспользованный презерватив отлетел на край кровати. Бан с силой надавил, но твёрдые мышцы сопротивлялись. Она узкая везде. Что ж за тело такое не сдающееся? Медленно с огромнейшим усилием и добавлением смазки он сумел ввести головку. Пол дела сделано. Потеря анальной девственности официально в процессе, и девка её упустила. Чан застонал от усилий, когда он протолкнулся вперёд, тугое кольцо мышц Мелиссы сопротивлялось его вторжению. Он приложил больше усилий, чувствуя, как она медленно уступает ему. — Бля, она, пиздец, какая узкая, — прорычал он, впиваясь пальцами в её бедра. — Её здесь ещё никто не трогал, я уверен. Минхо ухмыльнулся, пристально наблюдая. — Девственная задница, - подтвердил он. — Счастливчик, что смог сорвать её вишенку. Хёнджин, все ещё погруженный во рту Мелиссы, мрачно усмехнулся. — Хён, шевелись. Я тоже хочу, - предупредил он. — Я не дотерплю. — Хван сдерживался, но глаза от подступающей кульминации закатывались, а кончать вот так, не потрахавшись по-настоящему не хотелось. Бан Чан удвоил свои усилия, наконец сумев полностью прорваться в тесный вход. — У неё пизда свободна. Хочешь, встискивайся. Задницу пока не дам. После тебя у неё тоннель будет, — шикнул Чан Хёнджину. Чан начал трахать девушку в позиции почти доги стайл, держа её бёдра на весу и рыча от аномальной почти некомфортной тугости. Вроде девка взрослая, хотя, они же даже её возраст не знают. Возраст? Да, даже её имя известно только Чану, потому что он её телефонный номер надыбал по пропуску в здание офисов. Хёнджин охотно оставил её рот в покое и, подстроившись, лёг на спину, натаскивая её обездвиженное тело на себя. — Подожди. Дай я всуну. В тот раз не могла, рвать пришлось. На этот уже адаптировалась?... — Хван попытался всунуть в неё член. — Ёбаный в рот, охуеть. Опять как девочка! — он с трудом насадил её на свой член. Крови в этот раз не было, но растянута она больше своего возможного явно. — Давай, теперь ты, — кивнул Джин Чану. — Без наркоты она б сдохла. Бан ухмыльнулся, наблюдая за борьбой Хёнджина, забавляясь неспособностью Мелиссы легко приспособиться к его огромным размерам. — Полагаю, нам придётся больше её тренировать, — размышлял он, пристраиваясь следом и возобновляя толчки в её тугую задницу. Тело Мелиссы дёргалось с каждым движением, её разум был слишком затуманен, чтобы полностью осознать двойное проникновение. Боль и ощущения смешались в сбивающем с толку тумане. Минхо наблюдал с восторженным вниманием, поглаживая свой собственный член, наслаждаясь представлением. — Бля, это горячо, — выдохнул он, его глаза были прикованы к виду девушки, пронзённой с двух сторон. Чан и Хёнджин быстро нашли ритм, их движения синхронизировались, и они полностью заполнили безвольное тело блондинки. — Мы такое разве с кем-то делали? — прорычал Хёнджин, чувствуя, как член Чана стимулирует его собственный сквозь тоненькую перегородку её влагалища. Бан хрюкнул в ответ, его бёдра двинулись вперёд с возобновлённой силой. — Не с кем-то таким узким, — ответил он стиснув зубы и пыхтя от напряжения. — Бля, я чувствую тебя сквозь неё. Хёнджин застонал, его голова откинулась на подушку. — То же самое, — выдохнул он. — Как будто она массирует мой член изнутри. Минхо, не в силах больше сдерживаться, вклинился, толкая друга в плечо. — Подвинься, — потребовал он, вставая позади Мелиссы. — Я тоже хочу часть этого действия. Бан Чан неохотно отступил, позволив Минхо занять его место: — Быстрей. Я хочу накачать эту дыру до краев, — огрызнулся он при этом. Минхо мрачно усмехнулся нетерпению старшего: — Терпение, Чан, — поддразнил он, сравнивая свой член с её уже растянутой дырочкой. — У нас вся ночь. Мужчина толкнул бёдрами вперёд, зарываясь до самого основания одним быстрым движением. Тело Мелиссы дёрнулось, её голова покоилась на плече мужчины под ней. Весь вес девушки лежал на нём, но она была удивительно лёгкой. Хёнджин, всё ещё погруженный в её влагалище, застонал от дополнительной стимуляции. — Блять, это невероятно, — выдохнул он, его бёдра подались вверх. Минхо задал карающий темп, его толчки идеально соответствовали ритму Хёнджина. Комната наполнилась звуками плоти, ударяющейся о плоть, смешанными с мужским дыханием, хрюканьем и приглушёнными невнятными стонами Мелиссы. Ощущение того, что она заполнена с двух сторон, было подавляющим. Её одурманенный разум изо всех сил пытался обработать натиск стимулов. Нервная система была опасно перегружена. Чан наблюдал с восторженным вниманием, его рука лениво подрачивала и гладила собственный член, пока он ждал своей очереди. Вид тела Мелиссы, зажатого между его двумя друзьями, был невероятно эротичным. Толчки Минхо становились всё более беспорядочными, его контроль ускользал с каждым новым движением. — Блять, всё, я близко, — прорычал он, ускоряясь. Хёнджин, чувствуя настойчивую стимуляцию на своём члене, тоже увеличил темп. — Я тоже. С последним мощным толчком Минхо глубоко погрузился в девушку. Мужчина буквально зарычал в голос, когда опустошал себя в конвульсиях, выплёскивая струю за струёй в запретную глубину. Хёнджин взорвался следом, наполнив её своим горячим семенем с другой стороны. Мелисса едва ли была в сознании, её разум плавал в дымке наркотиков и подавляющих ощущений. Казалось, девушка уже вовсе отключилась. Дожав из себя последние остатки мужской сущности, Минхо и Хёнджин отстранились, их объединённые жидкости вытекли из измученных отверстий блондинки, стекая по её ляжкам. Чан, не в силах больше ждать, занял свое место позади девушки. Уже привычным движением он приставил член к её зияющей растянутой заднице, готовый продолжить делать то, что делал до того, как его прервал друг. Мужчина вошёл со стоном удовлетворения. Узкий проход всё ещё оказывал сопротивление, несмотря на предыдущее растяжение. Он начал двигаться, его бёдра резко вонзались вперёд с каждым толчком, со звонким хлопком ударяясь о её упругие ягодицы. — Блять, одна из лучших сóсок, — прорычал он, оставляя вдавленные следы от пальцев на белой коже чужих бёдер. — Любишь мой хуй, да? О-о-о… сука, ты рождена для этого. Тело Мелиссы сотрясалось с каждым движением. Её разум был слишком отравлен, чтобы заметить или напрямую осознать боль. Всё, что она могла чувствовать — это неумолимые толчки, ощущение того, что она заполнена и использована. Минхо и Хёнджин наблюдали за пыхтением друга с довольными ухмылками. Мужчины знали, что это было только начало долгой ночи для несчастной блондинки. Толчки Чана становились всё более настойчивыми. В погоне за инстинктивным освобождением самоконтроль мужчины ослабевал. Он наклонился над Мелиссой, прижимаясь грудью к её спине. — Хорошо берёшь, — тихо прорычал он ей на ухо. — Папочка бы тобой гордился. Мелисса издавала редкие слабые звуки мычания в ответ, тело девушки полностью было в его власти — тряпичная кукла, которую используют для удовольствия, не заботясь о её собственном. Ещё несколько секунд и мощные движения Бана превратились в быстрые дёрганые толчки, а его дыхание стало сбивчивым. Мужчина напряжённо стиснул зубы, руками фиксируя бёдра девушки для большей стабильности. — О-о-ооо… — натуженно протянул он, закрыв глаза на несколько секунд. — Блять, аж голова закружилась… Задержавшись там ещё на мгновение, мужчина смаковал ощущение того, как тугая задница выдаивает его чувствительный член досуха. Эти секунды всегда самые сладкие и самые важные. Когда Бан Чан наконец вышел, обмякшее тело Мелиссы рухнуло на кровать. Она лежала, еле дыша. Если не знать, что её накачали, и не видеть выливающейся из раздолбаного анала струйки спермы, то можно было бы подумать, что девушка просто спит. Минхо и Хёнджин обменялись удовлетворёнными взглядами. Их физические желания были временно утолены. Но ночь ещё даже не начиналась по-настоящему. Чан, переводя дыхание, повернулся к друзьям с кривой, хищной улыбкой. — Второй раунд? — предложил он, глядя на распростёртую фигуру Мелиссы. — Перерыв, — мотнул головой Минхо, потянувшись. — Мне не двадцать. Я и так уже дважды кончил. Он гордо ухмыльнулся. Друзья кончили лишь по одному разу. Чан хрипло рассмеялся, с лёгкой завистью в глазах. — Хвастун, — пробормотал он, хотя в голосе звучало уважение. — Ладно. Давайте сделаем короткий перерыв. Возьмём выпить, перекусить. Хёнджин кивнул в знак согласия и направился к мини-бару в углу комнаты. Он вернулся с бутылкой дорогого виски и несколькими стаканами. Трое мужчин устроились в удобных креслах, налив себе щедрые порции янтарной жидкости. Потягивая алкоголь, они время от времени бросали взгляды на неподвижную фигуру Мелиссы на кровати. Тишину нарушил Чан. Его голос звучал низко, почти задумчиво: — И что будем делать с нашей игрушкой? Минхо сделал глоток виски, его холодный взгляд так же был прикован к лежащей девушке. — Мы же не можем держать её здесь вечно, — произнёс он. — Рано или поздно кто-то заметит, что она пропала. Хёнджин кивнул, его длинные волосы мягко скользнули по плечам. — Верно. Но мы можем немного развлечься с ней… перед тем как отпустить. — В его глазах сверкнул садистский огонёк. — Оставим ей парочку сувениров на память. Бан Чан усмехнулся, в голове уже крутились разные варианты. — Нравится, как ты думаешь, Джин, — ухмыльнулся он. — Но надо быть осторожными. Ни следов. Ни единой зацепки, ведущей к нам. — Сколько она в отключке ещё будет? — спросил Минхо. — Трахать куклу легко, но, блять, неинтересно. Хоть бы звуки какие издавала. Чан хрипло усмехнулся, его глаза опять лениво скользнули по безжизненной фигуре Мелиссы: — Пару часов. Доза, которую я ей дал, держит крепко. Хёнджин ухмыльнулся, лениво обводя пальцами край стакана: — Вполне хватит, чтобы мы передохнули… и придумали что-нибудь поинтереснее. — его взгляд задержался на обнажённых изгибах тела Мелиссы. Минхо кивнул, на губах заиграла жестокая усмешка: — Ну, когда проснётся — мы позаботимся, чтобы вела себя погромче. — мужчина отпил глоток и задумался, — А её никто не хватится? Она ж из дома сбежала. Они были у него дома. Вообще-то это не так уж безопасно — привезти к себе жертву и насиловать её группой. Бан Чан отмахнулся от его сомнений: — Расслабься. Она живёт одна. С соседями не контачит, подруг здесь нет. Я проверял. Хёнджин кивнул: — К тому же, она, скорее всего, слишком унижена, чтобы вообще что-то заявить. После всего, что мы с ней сделали… Минхо, похоже, удовлетворился ответами. Он откинулся в кресле: — Отлично. Значит, у нас полно времени, чтобы насладиться нашей игрушкой. Трое мужчин продолжали пить и обсуждать планы на Мелиссу, их голоса звучали тихо, заговорщически. Тем временем Мелисса лежала без сознания на кровати, не подозревая, что её ждёт. Мужчины допили свои напитки, и разговор постепенно сместился от непринуждённой болтовни к куда более мрачным намерениям. Глаза Чана хищно сверкнули, когда он снова посмотрел на беззащитное тело Мелиссы. — Ладно, парни, — сказал он, ставя стакан с глухим стуком. — Пора разбудить нашу спящую красавицу… и по-настоящему повеселиться. Минхо и Хёнджин кивнули в знак согласия. Их желание вновь разгорелось при мысли о продолжении разврата. Они поднялись с кресел и подошли к кровати, где лежала беззащитная девушка. Старший мужчина протянул руку и провёл ладонью по её гладкому бедру: — Посмотрим, насколько она отзывчива, будучи наполовину в сознании. Его рука скользнула выше, пальцы очертили изгиб её бедра. Он наклонился ближе, горячее дыхание коснулось её уха: — Просыпайся, кошечка, — прошептал он низким, вкрадчивым голосом. — Время играть. Мелисса слабо слабо шевельнулась, лёгкий стон сорвался с её губ. Она начинала приходить в себя, но процесс отходняка обычно долгий. Веки медленно дрогнули, но взгляд оставался пустым и мутным, сознание всё ещё полностью затуманено препаратом. Минхо и Хёнджин наблюдали с предвкушением, возбуждение снова нарастало. Они знали — это только начало. Для них — ночи наслаждения. Для неё — ночи боли. Глаза Мелиссы медленно открылись, взгляд был мутным и расфокусированным. Она несколько раз моргнула, возможно, пытаясь прояснить сознание. Девушка пыталась пошевелиться — но конечности были будто из свинца, тяжёлые и непослушные. Чан заметил её попытку бороться и ухмыльнулся с жестокой усмешкой: — Куда собралась, малышка? — усмехнулся он, его рука грубо сжала её грудь. Мелисса жалобно всхлипнула, точнее тихо мыкнула, потому что рот так и не слушался. Она всё ещё была неподвижной марионеткой, хотя сознание немного прояснялось. Немного… Чан мрачно усмехнулся тщетным попыткам Мелиссы заговорить, его пальцы резко сжали её сосóк. — Язык проглотила, сладкая? — издевался он, наслаждаясь ее беспомощностью. — Ээй, ты там меня слышишь вообще? — от ткнул пальцем в висок девушки, получая в ответ лишь тяжелое медленное моргание и тихий выдох. — Не знаю, как насчёт языка, а вот кое-что другое она глотает отлично. — усмехнулся Минхо, глянув на Хёнджина. Друзья обменялись понимающими взглядами, явно развлекаясь затруднительным положением блондинки. Хёнджин наклонился, его длинные волосы щекотали лицо Мелиссы, когда он говорил. —Не волнуйся, принцесса, — с улыбкой сказал он, — Мы позаботимся о том, чтобы ты была артистичной и красноречивой достаточно скоро. Слова мужчин просачивались сквозь мутную пелену в голове девушки, не складываясь в осмысленные фразы. Где-то на самом краю сознания периодически вспыхивал страх — тупой, неоформленный, непонятный. Рука Чана двинулась от груди Мелиссы к её горлу, оказывая ровно столько давления, чтобы напомнить ей о её уязвимости, будто наркотического подводного состояния ей было мало. — А теперь давай поговорим о том, что будет дальше, — прорычал он, его глаза сверлили её. Девушка даже не среагировала. Задуши он её сейчас, та даже пальцем не шевельнет в свою защиту. Минхо сделал шаг вперёд, ставя колено на кровать. Все трое мужчин почти голые, но в комнате нет ни капли смущения. — Слушай сюда, — начал он, голос был отстранённым и холодным. — Теперь ты — наша игрушка. Пока нам не надоест. Где захотим, когда захотим — ты будешь подчиняться. Хёнджин согласно кивнул в поддержку друга. Бан, не отрывая взгляда от Мелиссы, добавил спокойно, но угрожающе: — И если вздумаешь сбежать или открыть рот… тебе стоит подумать. Ты же не хочешь, чтобы у твоей семьи начались проблемы, правда? Глаза Мелиссы то открывались, то закрывались. Девушка улавливала обрывки фраз, но на данный момент не могла обрабатывать поступающую информацию. Чан отпустил её горло, позволив дышать свободно. Он поднялся, глядя на неё сверху с жестокой ухмылкой: — Умница, — подытожил он. — А теперь… давай повеселимся. Трое мужчин придвинулись ближе, их намерения были очевидны. Выбора у девушки больше нет. Во всяком случае не в ближайшее время. Чан схватил запястья блондинки, прижав их над ее головой. Минхо и Хёнджин каждый схватили одну из её ног, широко раздвинув их. Девушка протяжно замычала. Видимо, где-то в самой глубине ее сознания, она всё-таки всё ещё боролась. Мелисса медленно и слабо потянула руки вниз, но её тело всё ещё было слишком слабым от наркотиков, чтобы оказать какое-либо реальное сопротивление. Чана это улыбнуло. Его уже налитый член приятно дрогнул в предвкушении удовольствия. — Помни, милая, — прорычал он, — чем больше ты борешься, тем больнее. Массивный член вошёл в припухшее влагалище, полностью заполнив его. Мелисса коротко мыкнула, уловив внезапный сигнал боли на вторжение. Минхо и Хёнджин с садистским наслаждением наблюдали, как Бан Чан врезался в девушку и как её тело дергалось с каждым мощным толчком. Хёнджин потянулся ‘помочь’, его длинные пальцы нашли клитор Мелиссы. Круговыми уверенными движениями он начал растирать его, вызывая у беспомощной девушки вздох. — Ну, посмотрим, сможем ли мы заставить ее насладиться этим, — обратился он к друзьям, не сводя глаз с ее лица. Минхо мрачно усмехнулся, его рука подалась вперёд, чтобы грубо схватить нежную грудь. — Сомнительно, в её положении, — размышлял он. — Но будет весело попробовать. Мелисса ещё один усиленный выдох с невнятным жалобным стоном. На внешнем уголке глаза появилась не пролитая слезинка, но лицо не подчинялось — плакать мимикой девушка не могла. Тело не слушалось и лицевые мышцы тоже были отключены. Любые прикосновения не приносили ни малейшего удовольствия. Нет чувств. Нет любви. Нет безопасности. Только прошитые вглубь мозга стыд. Страх. Боль — физическая и моральная. Женщины устроены сложнее. Они не возбуждаются по щелчку пальцев. Тем более в такой страшной ситуации и под наркотиком. Оставит ли это отпечаток на её будущем? Уже можно точно сказать, что да. Жертвы насилия обрастают комплексами. Им трудно расслабиться. Даже годы терапии не спасают. Бан Чан замедлил толчки, заметив отсутствие реакции Мелиссы, за исключением случайного хныканья и почти залитого слезами лица. Он слегка нахмурился, раздражение промелькнуло на его чертах. Мужчина не привык, чтобы его партнёрши были такими... безжизненными. Он уже насладился легкодоступностью, теперь хотелось большего. Даже в её наркотическом состоянии он ожидал большей реакции — большего сопротивления, большего страха, чего-то, что подпитывало бы его доминирование. — Это действительно всё, на что ты способна? — усмехнулся он, грубо схватив Мелиссу за подбородок и заставив посмотреть⛓️
Машина неслась по тускло освещённым улицам. Огни города мягко отбрасывали отблески на расслабленное лицо Мелиссы. Чан уверенно вёл машину, лавируя между потоками. В салоне царило напряжённое молчание — каждый был погружён в собственные мысли. Хёнджин смотрел в окно, отражение его лица смешивалось с бегущими огнями. Мысли возвращались к вопросу Минхо о любви. Он обычно не позволял себе думать об этом, но сегодня что-то зацепило — как заноза под кожей. Минхо молча сидел, периодически поглядывая на Мелиссу — следил, чтобы она не завалилась или, не дай бог, её не стошнило. Несмотря на холодную маску, в его взгляде промелькнуло лёгкое беспокойство — то, чего он бы никогда не признал вслух. На одном из светофоров Чан резко затормозил, не успев проскочить. Тело Мелиссы дёрнулось вперёд, и голова резко опустилась. Девушка очнулась. Глухо застонала. Сознание возвращалось, а тело, обретая контроль, начинало реагировать. Немного не дотянули с дозировкой, или наоборот— перебрали. Мелисса начала тяжело моргать, глаза предательски закрывались. Первой пришла боль. Между ног. В анусе. Пульсирующая, тупая, но слишком яркая, чтобы игнорировать. Девушка тихо всхлипнула, ещё не до конца осознавая, где сама находится. Минхо повернулся к ней, холодно глядя: — Смотри-ка, наша Спящая Красавица просыпается, — бросил он, не проявляя ни капли сочувствия. Хёнджин тоже обернулся, его взгляд задержался на Мелиссе. Её судорожные вдохи, дрожь, с которой она едва сидела, внезапно задели что-то внутри него. Он тут же отогнал это чувство, сосредоточившись на дороге. Чан усмехнулся, стуча пальцами по рулю, как только загорелся зелёный: — Идеально по таймингу. Прямо к финалу шоу. Мелисса судорожно глотала воздух, её тело трясло от боли и страха. Она попыталась приподняться, но тут же осела обратно, веки слипались. Хёнджин нервно поёрзал, его взгляд снова упал на неё. В этом что-то было не так — видеть её такой: беспомощной, сломанной. Но он напомнил себе: это то, чем они занимаются. Это их суть. Девушка очень быстро пришла в себя. Наркотик перестал действовать так же резко, как и начал. К концу поездки она уже сидела, забившись в угол сиденья ближе к двери машины. Смотрела на мужчин глазами, полными страха и слёз. Она не понимала, куда её везут, не помнила, что с ней сделали, но по боли внизу догадывалась — многое. Теперь она не знала, куда они решили её отвезти: то ли убивать, то ли ещё куда. Машина наконец остановилась у тускло освещённого переулка неподалёку от дома Мелиссы. Чан заглушил мотор, обернулся с водительского сиденья и злобно усмехнулся: — Конечная, принцесса, — произнёс он насмешливо и пугающе спокойно. Хёнджин отстегнул ремень, вышел и обошёл машину, открыв заднюю дверь со стороны девушки. Он немного наклонился, чтобы поймать её взгляд. Выражение его лица было непроницаемым, но голос прозвучал с леденящей окончательностью: — Ты сейчас выйдешь и пойдёшь домой. Ни слова — никому. Мы знаем, где ты живёшь. Мы знаем, кто твой отец. Он блефовал. Чан знал, кто её отец. Хвану же было откровенно плевать. Он даже имени её не знал — и знать не хотел. Так проще. Так легче. Мелисса, которая сначала попятилась от него, вдруг застыла, не веря услышанному. — Вы… вы меня отпускаете?.. — её испуганные глаза метнулись между всеми похитителями. Уголки губ Хёнджина дрогнули в холодной усмешке. Он чуть отстранился, давая ей пространство, но не теряя устрашающего присутствия. — Пока что, — ответил он глухо. — Считай это предупреждением. Подыграешь — может, и выживешь. Попробуешь пойти против нас — … Он не стал заканчивать фразу — угроза повисла в воздухе сама собой. Бан Чан злобно хмыкнул с водительского сиденья, повернувшись и сверля её угрожающим взглядом: — О, милая… это ещё даже не начало. Ты теперь наша. Сегодняшняя ночь — просто разминка. Минхо всё это время молчал. Его ледяной взгляд был прикован к Мелиссе, словно он изучал её реакцию. Всё происходящее, казалось, было для него всего лишь игрой. Мелисса испуганно вдохнула, разрыдалась, но не стала медлить. Она судорожно отстегнула ремень и рванула прочь от них, лишь с опозданием поняв, как больно идти. Знатное они ей устроили порево… Бег замедлился почти сразу. Согнувшись пополам, вцепившись в низ живота, она прихрамывая ковыляла прочь, не оглядываясь. Хёнджин молча смотрел ей вслед, пока её силуэт не скрылся за поворотом. Его лицо оставалось каменным, но внутри него бушевал непрошенный конфликт. Он закрыл дверь мягким щелчком и снова сел в машину, тяжело выдохнув. — Ну, в целом, вышло даже лучше, чем ожидалось, — небрежно заметил Чан, вновь заводя мотор и отъезжая от обочины. Голос его звучал почти буднично — как будто они не оставили только что покалеченную девчонку, хромающую в слезах. Минхо откинулся на спинку сиденья, скрестив руки. — Надеюсь, она вняла. Не хочется потом разгребать, если вдруг сорвётся и заговорит. Хёнджин молчал, смотрел в окно, пока огни города размывались за стеклом. ⛓️ Мелисса вернулась домой и разрыдалась, как только закрыла за собой дверь. Страшно. Больно. Унизительно. Несправедливо. И она ничего не может с этим сделать. Оказалась жертвой без возможности защититься. А впереди — встреча с женихом, будь он неладен… Как она может, если находится на крючке у троих мужиков, которые её насилуют?Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!