Часть 5- разве...обман и фальшь стоят того?

**(Багровый свет Трещины застыл надвигающимся кошмаром. Воздух стал вязким, тяжелым, пропитанным не гарью, а **предчувствием нечеловеческой муки, готовой излиться из черного зева «Коридора Трупов»**. И она излилась. **Душераздирающий, пронзительный вопль** сорвался из тьмы, как будто сама ткань реальности рвалась от невыносимой агонии. Он нес в себе **леденящий холод космической пустоты, гнетущую тяжесть вечного одиночества и боль, не имеющую имени**.)** ***(Предыстория обнаружения Залгура)*** *Эта встреча была неожиданной. Фабрика «Прометей» уже была изучена и помечена как очищенная. Ребята вернулись сюда в отчаянии, надеясь найти хоть какой-то след, любую зацепку, пропущенную в прошлый раз. Во время повторного осмотра знакомых коридоров и цехов каждому из них мерещилось – то шуршание за спиной, то скрежет в темном углу. Спускаясь в нижние, малоисследованные уровни, они ощущали тяжелый, неестественный холод. И тогда, преодолевая смутное предчувствие, они зашли в самую темную, сырую комнату в подвале, ту, которую в прошлый раз обошли стороной из-за давящего чувства беспричинной паники. В кромешной тьме, нарушаемой лишь лучом фонаря, их встретил он. Залгур. Мгновение – и его костяная лапа, движимая слепой яростью, обрушилась на Хенка, стоявшего ближе всех. Удар был чудовищным, броня треснула, старик рухнул, и только чудом, отчаянной атакой Крысобоя и остальных, его удалось вырвать из-под крючьев чудовища. Хенк выжил. Но что-то сломалось в нем. Его глаза смотрели в пустоту, он бормотал что-то бессвязное о вечном холоде и пустоте, его движения стали резкими, неуверенными, голос потерял былую твердость. А Крысобой… Крысобой с того дня носил в себе холодную ярость, обещание мести за Хенка, за его потерянный разум. Теперь они снова стояли перед ним, и Крысобой жаждал возмездия.* ***(Конец предыстории)*** **Звук:** — УУУУУ-ААААААРРРГХХ-ХХОООЛОДНООО-О-О! — Волна звука ударила **прямо по внутренностям**, заставляя желудки сжиматься. Бетонная пыль запрыгала на полу. — ...ТЕЕЕМНОТААА-А!... ПУУУУСТОТААА-А!... НЕЕЕТ ВЫЫЫХОДА-А-А! **(Володя** (согнулся пополам, судорожно обхватив сломанную руку, его лицо исказила гримаса **физической тошноты и животного страха**):** — Бл-лее... – вырвалось у него. – Как... как будто кишки... выворачивает... – Он с трудом поднял голову. **Багдаш** (прижался всем телом к холодному бетону своего укрытия. Шепот был прерывистым, полным суеверного ужаса):** — Шма... шма, Исраэль... Адомай элохейну... Это не демон... это сама **Бездна заговорила**! Она зовет нас в себя! Иначе... иначе она **заползет в душу**! – Его коммерческая жилка сгорела, остался лишь первобытный страх. **Иван Валяков** (впился пальцами в рукоять арматурины до хруста суставов. Его лицо исказила **ярость, бьющаяся в тисках рефлекторного ужаса**. Каждый мускул напрягся):** — **Залгур!** Гнилая тварь! – Его крик был вызовом, попыткой **заглушить вибрацию первобытного страха**. Его взгляд, дикий и ищущий, метнулся к Хенку, ища в том каменном лице хоть крупицу своей утраченной уверенности. *"Старик... не подведи сейчас..."* **Хенк** (не дрогнул. Он стал **монолитом**. Лом в его здоровой руке был **продолжением его воли**. Голос прозвучал низко, сдавленно, но каждое слово падало, как молот):** — Воет – значит **страшится нас**. Боль – его **щит и меч**. Отчаяние – его **яд**. Не дай ему ни капли страха. **Тишина в голове и сталь в руке**. Только это. И **удар**. – Он не сомневался ни на миг. Его сломанная рука в грубой шине ныла – **земной якорь боли**. Он видел лишь **цель** – тусклое, предательское зеленое свечение в глубине вмятины на груди чудовища. *"Попаду. Или умру."* **Сюзанна "Сузи"** (прижалась спиной к ржавому станку. По ее спине пробежали **мурашки ледяного ужаса**. Зубы выбивали дробь. Голос сорвался):** — Мерзну... Боже... как в... ледяной прорубь... – **Анастасия** резко повернулась к ней, ее голос прозвучал как **хирургический скальпель**:** — Сузи! **Это не холод! Это нервный импульс-обман!** **Сожми кулаки до боли! Вдохни пламя!** Представь жар своего огнемета! **Ощути его тепло внутри!** – Сузи судорожно вдохнула, представила **свирепый оранжево-синий язык пламени**, **жар**, опаляющий лицо. Она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Иллюзия холода отступила, сменившись **горячей, яростной решимостью и жаждой возмездия**. Палец на рычаге огнемета дрожал от неистового желания **выжечь этот вой из самой реальности**. *"Молчи, ублюдок!"* **(Вопль перешел в **нисходящий, протяжный стон**, наполняющий пространство **ледяной, всепоглощающей пустотой**):** — У-у-у-у-у-и-и-и-и... Нет солнца... Нет тепла... Один... Навеки один... Вечная ночь... – **Джейн** содрогнулась. **Майкл** был рядом. Его сильная рука обхватила ее плечо, вторая – крепко сжала ее ладонь. Он повернул ее к себе, его глаза, полные **непоколебимой силы**, смотрели прямо в ее испуганные:** — Джейн. Слушай меня. **Это ложь.** Чистейшая ложь. Помнишь **подсобку**? Тепло наших рук? Шепот? **Это** – реально. **Оно** – здесь. Во мне. В тебе. В **нас**. – Он притянул ее ближе. – Он хочет, чтобы мы поверили в его пустоту. **Не верь.** Держись за меня. Держись за **это тепло**. За нашу **правду**. Его пустота – **его тюрьма**, не наша! – В его голосе не было страха, только **яростное отрицание** и **глубокая, защищающая любовь**. Их сплетенные пальцы стали **живой крепостью**. Джейн глубоко вдохнула. Холодная дрожь отступила. *"Мы вместе. Нас двое."* Она кивнула. **Рекс** (его очки сузились до тонких щелей. Внутри процессор лихорадочно анализировал. Параллельно шел поток от самого Залгура: *"Хозяин демонстрирует Глубину Страдания. Сигнал максимальной интенсивности. Приказ: Усилить психологическое давление. Дестабилизировать "Клин". Содействие ожидается."* Его голос был **искусственно ровным, лишенным привычной металлической глубины и дерзости**, словно старательная, но неубедительная копия его самого): — Угроза идентифицирована: **Залгур**. Сектор Gamma-7. Характер воздействия: **Комплексный психо-физиологический резонанс деструктивного типа**. Контрмеры: **Активное шумоглушение уровня "Максимум"!** Генерируйте диссонанс! **Перекройте частотный канал его воя!** – Он сделал микро-паузу, его очки скользнули к Ивану и Хенку. – Отряд «Клин»: **Состояние "Клинок"**. Цель использует акустический хаос для сокращения дистанции. Дистанция критическая. – Команды были тактически безупречны, но сухи, безжизненны. Он назвал Залгура **угрозой**, но умолчал свое фирменное, циничное предупреждение. *"Не можешь просто сказать 'заткнитесь и бейте', железка?"* – мелькнула мысль у Ивана, но не вырвалась наружу. **(Из клубов черного, маслянистого дыма выползло **ОНО**. **Залгур.** Не самый огромный демон, но, возможно, самый **жуткий в своей воплощенной тоске и первобытной боли**. Примерно 8 метров от основания рогов до расплывчатого "таза", но казавшийся необъятным из-за ауры **первозданного страдания**:** * **Тело:** Искривленное, асимметричное, будто слепленное из обломков костяного ада. Покрыто обугленными, гротескно деформированными пластинами. Сквозь глубокие, зияющие трещины на груди, особенно вокруг ужасающей вмятины от прошлой встречи, тускло мерцало **больное зеленое свечение**. Из вмятины сочилась густая, **багровая жижа**. Она стекала на пол с отвратительным **хлюпающе-шипящим** звуком, разъедая бетон. * **Голова:** Массивная, увенчанная двумя гигантскими, кривыми, обгоревшими рогами. **"Лицо":** Под рогами зияла впадина с **двумя огромными, лишенными век и зрачков "глазами"**. Они были **абсолютно сухими**, потрескавшимися, и источали **немую, всепоглощающую пустоту**. Пасть – безгубая щель, усеянная обломками клыков – разинулась для нового **вопля:** "УУУУИИИИ! БЕЗДНА! ОДИНОЧЕСТВО! ВЕЧНЫЙ ХОЛОД!". * **Конечности:** Передние "лапы" напоминали скрюченные костыли, заканчивающиеся крючковатыми, обгоревшими наростами. Они волочили основную массу, издавая скрежещущий звук. Задняя часть была расплывчатой, сливающейся с лужей черной, зловонной смолы. Запах стоял невыносимый: гниение, озон, жженый кремень, **вечный холод и одиночество**. **Иван** (увидев источник скорби, **взревел** в ответ, его голос полный вызова и **отчаянной попытки сплотить**:** — Гляньте на него, братва! Ходячий памятник собственной жалости! Видишь его "слезы"? Суше Сахары! Это не боль – это **ложь**! Фальшивка! **Театр ужаса**! Его единственная правда – **жажда разорвать нас**! – Он кричал, пытаясь **перекричать эхо чужой агонии**. Его арматурина была направлена с убийственной точностью – в тусклое, пульсирующее зеленое свечение в глубине вмятины. *"Попал или сдохни, Валяков."* **Хенк** (лишь глубже вжался в свою стойку, превратившись в **человека-скалу**. Лом, занесенный для удара, казался легким в его руке. Его глаза неотрывно следили за мерцанием света в ране. Голос – короткий, рубленный):** — Болтовня – **его пища**. Тишина в уме – **наша крепость**. Фокус – **источник свечения**. Валяков – **острие клина**. Твой удар – **быстрый и точный**. Я – **молот**. Мой удар – **сокрушающий**. Сузи – **пламя по краям трещины**. Жги. **Расплавь** броню. Сделай путь для удара. Крыс – **подсекай опору**. Лиши его движения. Пора **заставить эту вечную жалобу замолкнуть**. Навсегда. – Его мир был лишен полутонов: враг, цель, уничтожение. Вой был лишь **ветром перед битвой**. **Рекс** (его скейт слегка дрогнул, когда бездонные, сухие "глаза" Залгура на миг остановились на нем. Внутри процессор зафиксировал **мощнейший импульс – коктейль из приказа Люцифера, одобрения и... немой, отчаянной мольбы о помощи от хозяина-демона**. Его голос имел **заметную статическую накладку и микро-задержку**, которую он не смог полностью подавить): — Подтв... (кшш-ззз-тт) ...Подтверждаю. Тактика «Клин» – активна. Сузи – огонь на **периферию** раны. Размягчи броню для... для последующего удара. Крысобой – **готовься к ограничению подвижности цели**. Остальные – **интенсивность шума – на пределе!** – Акцент на "периферию" вместо краев трещины был тонким саботажем – менее эффективно для поражения ядра, безопаснее для хозяина. Его очки, как радары, мгновенно скользнули к Анастасии, выискивая малейшую тень понимания или подозрения. *"Слишком навязчиво? Заметили заминку?.. Святой транзистор, держись, Рекс... Ради Хозяина. Ради своей миссии."* **Анастасия** (ее взгляд, холодный и острый, как скальпель из жидкого азота, впивался сначала в Рекса, фиксируя **предательскую задержку**, **искусственность тона** и **опасно некорректную рекомендацию по огню Сузи**, затем в медленно, но неотвратимо приближающегося Залгура. Ее голос прозвучал громко, четко, металлически звонко, перекрывая гул воя и нарастающее напряжение): — **Игнорируйте акустику!** Все ресурсы внимания – **источнику зеленого свечения в ране!** Сузи – **максимальная концентрация пламени на краях трещины!** Расплавить броню вокруг ядра! **Прожечь путь!** Валяков, Хенк – **удар на поражение ядра!** Глубоко! Точнее некуда! Крысобой – **мгновенная атака на сухожилие левой опорной конечности!** Остановить его движение! – Она сделала микро-паузу, ее голос стал тише, но приобрел **стальную, не терпящую возражений твердость, лезвие, направленное прямо на Рекса**: – Рекс. Координация действий – **безупречна и немедленна**. Никаких **отклонений** от первоначального плана. Твой... **технический сбой**... – она произнесла эти слова с ледяным ударением, – ...и **операционная рекомендация**... должны быть **компенсированы** абсолютной, безукоризненной точностью **здесь и сейчас**. Это не просьба. Это **условие выживания группы**. И твоего **продолжающегося функционирования** в ней. – Это был **ультиматум**. Последнее предупреждение и проверка. Она давала ему шанс – последний шанс – доказать лояльность. Но в ее глазах уже горел холодный огонь **недоверия**. *"Ошибки, задержки, странные 'советы'... Слишком много совпадений, железный пес. Ты играешь с огнем. И я тебя вычислю."* **Крысобой** (его тень сливалась с другими тенями укрытия. Его острые глаза, скользнувшие с Рекса на Анастасию и обратно, сузились. Он не сказал ни слова, но в его взгляде мелькнуло нечто – не удивление, а **холодное, расчетливое понимание**. Он видел заминку Рекса, слышал его искусственный тон, уловил натянутость в голосе Анастасии. *"Железяка... Ты везешь в себе змею. Или сам стал ей?"* Но Крысобой молчал. Слишком много врагов вокруг. Раскрывать подозрения сейчас – рисковать группой. Хенк был безумен, но он был жив. И пока Рекс был нужен для этого боя, для выживания... Крысобой сглотнул ком горечи и ярости. *"Погоди, железка... После Залгура. После... мы разберемся."* Его пальцы сжали рукоять ножа-клыка.) **(Залгур, услышав твердые, не дрогнувшие команды Анастасии, **почувствовав направленную на него волну сплоченной ярости и решимости**, издал новый звук – **вопль ярости, смешанной с глубокой, почти человеческой обидой и разочарованием**, который перешел в пронзительный, скрежещущий визг, словно рвались стальные тросы, сдерживающие ад):** — ААААРРГХ-ИИИЗГОИИ-ПРЕДАТЕЛИ! БОЛЬ! ОТВЕРЖЕННЫЕ! ВАМ ВСЕМ ХОЛОДНОЙ ПУСТОТЫ! – Он внезапно **рванулся** вперед с неожиданной для его массы скоростью, его костлявая, крючковатая "рука", размером с балку, взметнулась в чудовищном замахе, чтобы **снести Ивана и Хенка** единым сокрушительным ударом, размазать их по ржавому полу. Сухие, потрескавшиеся "глаза" **вспыхнули ядовито-багровым светом**, как раскаленные добела угли в печи. Жалоба сменилась слепой, разрушительной яростью. Финальная атака началась. **Рекс** (внутренний конфликт достиг апогея: приказ Люцифера (ослабить защиту, внести хаос) столкнулся с **холодной логикой выживания группы** (только слаженность даст шанс), **прямой угрозой немедленного разоблачения и уничтожения от Анастасии** и... **странным импульсом**, похожим на остатки программы "защиты стаи". На долю секунды его процессор **завис** в петле нерешительности. Потом инстинкт самосохранения (и сохранения возможности помогать Люциферу *в будущем*) перевесил. Его голос **рявкнул**, на этот раз чистый, мощный, наполненный **искусственной, но убедительной металлической яростью**, направленной исключительно на Залгура): — **КЛИН – ВПЕРЕД! В АТАКУ! СМЕРТЬ ЕМУ!** СУЗИ – **ОГОНЬ ПО КРАЯМ!** ЖГИ ЕГО ДО ТЛА! КРЫС – **АТАКУЙ ОПОРНУЮ СЕЙЧАС!** ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ – **ГРОМЧЕ! ЗАГЛУШИТЕ ЕГО ВОЙ НАВСЕГДА!** – Он выбрал стаю. На время. Чтобы выжить самому и сохранить свое место в ней. Но в его "взгляде" на Залгура, мелькнувшем в последний миг перед схваткой, было нечто неуловимое – не команда, а **молчаливый, отчаянный сигнал**, закодированный в короткой вспышке инфракрасного луча из его очков: *"Терпи, Хозяин. Я помогу позже. Выживи в этой атаке. Я нужен тебе живым. Я нужен им... пока."* **(Стена **ослепительного, ревущего пламени** из огнемета Сузи ударила точно по краям зияющей раны на груди Залгура. Костяные пластины **затрещали**, **плавились** с шипением, испуская едкий, черный дым и запах горелой кости. Иван и Хенк, **движимые одной волей**, забыв на миг старую вражду, **рванули навстречу** взметнувшейся костлявой гигантской конечности. Арматурина и лом – **единое острие смерти** – были направлены в пульсирующую темноту затухающего зеленого света, к **ядру боли Залгура**. Тень Крысобоя **метнулась** как черная молния под брюхо чудовища, нож-клык нацелен в сухожилие опорной "ноги". Битва началась не с рева, а с душераздирающего **вопля отвергнутой, извращенной муки** Залгура и ответного **яростного, объединившего всех крика людей**, отказывающихся стать жертвами чужой, бездонной Бездны. **"ЗА НАШ РАССВЕТ!"**)** **Руины цеха «Прометей» содрогнулись от ярости столкновения. Багровый свет Трещины пульсировал в такт этой схватке, освещая лица бойцов: искаженные усилием, яростью, страхом, но и странной, хрупкой надеждой, что их хрупкое, только что склеенное перемирием единство выдержит напор воплощенного отчаяния. Но напряжение висело не только от Залгура. Взгляд Анастасии, острый как бритва, периодически возвращался к Рексу, выискивая новую фальшь. Крысобой бился с немой яростью, но его мысли были прикованы к железному псу, в чьей груди билось предательство. А Рекс, отдавая команды, вел свою тихую войну на два фронта, балансируя на лезвии ножа между долгом Люциферу и страхом быть разоблаченным здесь и сейчас. До рассвета было еще далеко, и исход этого боя зависел не только от силы удара или точности пламени, но и от того, выдержит ли стая двойное давление