Часть 2

И Ксандр привёз её. Но не в комнату, ставшую временным домом, а в свои апартаменты. Жилье коменданта сто шестьдесят первого на удивление оказалось лаконично скромным. С жиру тот не бесился, вопреки устоявшимся стериотипам среди местных работяг. Однако, чистота и опрятность вкупе с армейским минимализмом подкупали Рейн. Мужчина, занимавший не простительно огромное количество времени её мыслей, открывался с другой стороны. И Райне хотелось думать, что эту сторону видит только она. — Ты голодна? — вопрос, скользнувший шёпотом вдоль шеи наманер сквозного июньского ветерка. Девушка покачала отрицательно головой, разве, что, действительно голод одолевал. До Ксандра ван Хейса. Последний наблюдал за ночной гостьей с интересом. Приглашал ли кого-то сюда Ксандр хоть раз? Брон и тот окалачивался исключительно в зоне порога, не более. А Райну приволочь сюда нестерпимо хотелось. Желалось спрятать белокурую девчонку от всего и всех в собственной спальне, оголтело владеть и любить, лишь бы ходячая беда не наломала дров ему, Ксандру, ещё больше. Смог бы он перекроить собственные устои ради возлюбленной? Начать жизнь с чистых листов, коих в их новых суровых реалиях было не так много. Обуздать внутренний вулкан, сотканный из противоречий и неутолимого гнева? Сколько бесчисленных раз комендант спускал всех собак на Райну, зачастую даже не понимавшую, в чем её оплошность? И как корил себя, оставаясь наедине мрачных стен кабинета со своей тьмой? Смог бы мужчина отбросить предрассудки, выкованный временем и жизнью суровый деспотичный образ? Не побоится ли потерять наработанный стажем престиж кровавого тирана? Ответ отчётливо виднелся на дне полупрозрачных радужек напротив, взиравших теперь с присущим беспокойством и толикой страха. — Ты меня слышишь? Все в порядке? Ван Хейс криво усмехнулся. Кретин, так глубоко зарылся в барахло мыслей, что и забыл — сегодня он не один. Облизнув губы, мужчина хрипло прошептал: — Райна, останься со мной. На вечер, на ночь, на всю гребанную жизнь, что им была уготована. Рейн, должно быть, ослепла окончательно, вдавив розовые очки с упором в глазницы. Иначе как бы сама себе объяснила порывистый кивок и последовавший за ним жгучий поцелуй? Такой, что земля ушла из-под ног. Избитое клише романов двадцатого, но точнее и не скажешь. Ван Хейс готовился взвыть от внутренних метаний. Как сороколетний девственник — не знал за что ухватиться вперёд. А потому, руками чуть ли не бороздил хрупкое женское тело. Борясь со своей сутью, напоминал сам себе — в руках не граната, а фарфоровая ваза. Сбереги, дурак. Воздуха катастрофически не хватало, глотали его ртом наперегонки. С непривычки подрагивающими руками Ксандр расстегивал женское платье. Глаза, даже тот, что видел похуже, пожирали открывающийся вид, подствеченный тусклым прикроватным ночником. Райна старалась не отставать и с неприсущей резкостью спустила с крепких плеч камзол. Комендант филигранно уложил на прохладную простынь молочное тело, второпях жадно покрывая поцелуями. Губы прошлись по впалому животу, бархатная кожа пленила и на миг в голове зазвенела шальная мысль — смог бы кто-то поселиться в этом животе? Кто-то, похожий на самого Ксандра и Райну? Тряхнув головой и осознав абсурдность порыва, Хейс оставил последний поцелуй у самой кромки белья и приспустил его. Райна, наблюдавшая за происходящим, тяжело дышала, глазами бегая по лицу своего мужчины. Неужели он? Звонкий девичий стон разрезал тишину в тот момент, когда мужские губы коснулись её нижних. Сумасшедший. Язык, скользнувший вдоль складок, совершил круговое движение и вторгся внутрь, напрягаясь до самого кончика. Мог ли Ксандр знать, что может так? До встречи с Райной и не ведал. Дожимая девушку нарастающей лаской, крупной ладонью придавливал все тот же подрагивающий живот и сам пускался в волну эйфории. Резко оттолкнувшись, наощупь отыскал завалявшийся презерватив в прикроватной тумбе. От покалывающего конечности возбуждения, руки совсем не слушались и Ксандр сжал губы в недовольстве, готовый вспыхнуть сейчас же, если бы на помощь ни пришла Райна. Ловко совладав с закипающей яростью любимого, помогла надеть защиту и оставив трепетный поцелуй на губах, легла на спину, утягивая коменданта за собой. Первый толчок вышел резким и рваным, Ксандр глухо выдохнул, прикрыв глаза. До чего внутри оказалось жарко и тесно. На секунду уверовал, что кончит прямо сейчас. Нет, таким конфузом вечер не закончится. Дав привыкнуть и себе, и партнерше, толкнулся уже глубже. Вздрогнул, ощутив, как Рейн оплела его, подобно дикому плющу, скрестив ноги на пояснице и огладив вспотевшими ладонями крепкую мужскую спину. Расплывчатое сознание девушки ни могло не выцепить ряд деталей, закравшихся в самое сердце — Ксандр до смешного мило морщился, когда становилось нестерпимо хорошо, прятал редкие грубые стоны в частых поцелуях и на пике удовольствия сплел свои пальцы с её. Рейн не помнила, чтобы когда-то достигала оргазма с немногочисленными любовниками, потому не сразу осознала, как потемневший до угольного оттенка влажный взгляд Ксандра толкнул её за край. Не столь эстетично выгнувшись, скорее больше, как человек, из которого гнали дьявола, Райна протяжно застонала, впиваясь ногтями в спину ван Хейса, чьи движения теперь напоминали хаотичную рваную дробь. Ощутив внутреннюю пульсацию, мужчина вжался до упора, сжимая девичьи пальцы в собственной руке и рыча охрипшим внеге голосом.

***

Огонёк зажигалки озарил тёмную спальню. Закурив, Ксандр блаженно выдохнул, прижимая к себе разомлевшую Райну, что вальяжно закинула ногу на мужские бедра, прикрытые простыней. — А можно мне на завтра отгул? Ксандр приподнял брови, удивляясь заданному вопросу. Впрочем, после ухмыльнулся и кивнул, убрав со лба девушки прилипшие пряди. — Можно. Чтобы чемоданы паковать. Отдам распоряжение Брону, он поможет с переездом.