12 год: Самоактуализация: Научный Метод

Наде́жда — положительно окрашенная эмоция, возникающая при напряжённом ожидании исполнения желаемого и предвосхищающая возможность его свершения; философский, религиозный и культурный концепт, связанный с осмыслением состояния человека, переживающего этот эмоциональный процесс.

20 мая, 1916 год.

Плюх, чпоньк, трахх-бабах, шлёп, пахх, ууу, бжикк, ба-бах, тикк, бззинь, ддзиинь. Она так и не смогла достичь должного уровня физической подготовки. Разрубать предметы было невыносимо сложно. Такуми, например, уже с лёгкостью делил валун на две части за один удар. Ей оставались только бамбуковые ставни. А вот что с этим делать она не знала. Дзюбей научил её технике полной концентрации дыхания пару месяцев назад, и с того момента она пытается поддерживать её на протяжении всего времени, что невыносимо сложно. Иногда появляется ощущение, что у неё взрываются барабанные перепонки, или атрофируются лёгкие, заставляя Шинобу падать на колени и молить, чтобы это прекратилось, но и к этому можно привыкнуть. Насыщение организма достойным количеством кислорода помогло ей продвинуться в тренировках, но это всё ещё не принесло существенных результатов. Единственное, что она смогла придумать, так это спросить у Дзюбея. Он уж точно должен знать, как решить эту проблему. – Да я без понятия. – Что?! – Я предупреждал Химеджиму, что ты не сможешь отрубать демонам головы, и он согласился со мной, но сказал, что ты всё равно будешь пытаться, и даже если я тебя выгоню, то ты скорее всего сделаешь какую-то глупость. Шинобу кольнуло чувство предательства. Даже после того, как она доказала Химеджиме, что может сделать невозможное, передвинув огромный валун с помощью силы ума, он продолжал не верить в неё. Потрясающе. — Но если бы мы и так и так зашли в тупик, то зачем вообще было держать меня здесь? — спросила Шинобу после нескольких минут молчания. – Чтобы следить и вовремя остановить, – сразу же ответил Акира. Шинобу устало выдохнула. Весь пройденный путь за три года казался ей абсолютно бессмысленным. Столько мучений и страданий без толку. У неё были надежды, что благодаря постоянным тренировкам, ее тело вдруг вырастет, или что ее силы увеличится, но даже этого было мало. Для того, чтобы убивать демонов этого недостаточно. Ее миниатюрностью, что раньше считалось привлекательной чертой, ее даром, как для девочки, и вызывало у людей чувство умиления, на работе истребителя превратилось в проклятье, вызвавшее чувство жалости. Порой это было невыносимо, и спасибо Шинобу только то, что её окружение почти никак не менялось. – И что, вот прям ВООБЩЕ больше нет никакого способа? – Либо отрубать голову, либо сжигать на солнце. – Ну я могу привязывать демонов к чему-либо и ждать до утра? – с надеждой в голосе предложила Шинобу. – Исключено. У Демонов максимально разный спектр магии, которую они могут использовать. Верёвки не практичны и небезопасны, – отрезал Дзюбей. – А что на счёт глицинии? Демону не убегает с горы на финальном отборе из-за неё. – Ну-у-у, если у тебя в руках будет глициния, то они просто не будут к тебе подходить. Но это как-то противоречит задаче истребителя. – А убить ей можно? – Будешь кидаться пакетами с глицинией в них? Не думаю, что это вызовет что-то большее чем негодование или аллергическую реакцию. Шинобу покинула Дзюбея в ещё более ужасном расположении духа, чем до этого. Последняя надежда померкла и оставила после себя лишь ноющую пустоту.

***

23 мая, 1916 год.

Кряк, шмяк, тралалейло тралала.

***

"Дорогая Шинобу! С огромной радостью сообщаю тебе, что недавно приобрела поместье, чтобы обустроить здесь больницу для Истребителей демонов! Дабы лечить их от тяжёлых ранений! Поместье находится неподалеку от Токио, что очень удобно. Здесь также есть соседи! Милые девушки! Ты можешь приходить в любое время! Не терпится тебя увидеть! С любовью! Канаэ!"

***

Канаэ была невообразимо рада тому, что у Шинобу ничего не получается в тренировках. (Каждое предложение в письме со знаком "!"? серьезно?). Немного обидно, но Шинобу понимала её слишком хорошо, чтобы злиться. Нет тренировок – нет карьеры Истребителя, нет карьеры Истребителя – нет риска смерти, нет риска смерти – твоя младшая сестра в безопасности! Круто же! И она уже купила поместье. Какая радость. Хотя больница это не плохая идея, если бы не граничила с немощностью Шинобу. С постоянным напоминанием почему была куплена больница. Шинобу не сдавалась. Каждый истребитель демонов, чтобы убить демона отрубает ему голову. Каждый истребель демонов делает так начиная с эпохи Хэйан. На протяжении тысячи лет каждый Истребитель каждой семьи каждого города и каждой деревни отрубал демонам головы. Сначала это делалось обычными силами, после подключилась полная концентрация дыхания. Нужно выйти за пределы и сформированные точки зрения на счёт убийства демонов, чтобы она могла убивать демонов. Нужно придумать решение проблемы. Что лучше всего получается у Шинобу? Дерзить, гнобить, саркастичить... Так. Что лучше всего у неё получается, что можно использовать против демонов? Ну она неплохо двигается, может сделать акцент именно на телосложение, раз это не минус? Ещё она создаёт хорошие лекарства, Кадзуки подтвердит, но ей же не лечить демонов нужно, а убивать. Кадзуки... Кадзуки! Она использовала против него слабый яд, что не совсем и яд, просто сильнодействующее препарат для облысения, но если повысить дозировку и концентрацию яда глицинии, а после каким-то невообразимым образом загнать в демона, это его убьёт. Убьёт же? Должно. Шинобу буквально побежала в свою комнату с этими мыслями, по дороге врезаясь во всех знакомых. – Аккуратнее, чёртова Кочо! – закричал Кадзуки, в которого она влетела. У него уже чуть-чуть отросли волосы, и теперь он напоминал ежа. Такого же колючего и нелюдимого. – Кадзуки, спасибо тебе! – громко поблагодарила она, и обняла его. Кадзуки завопил. – Отстань, ненормальная! С ума сошла?! Но Шинобу уже убежала. Такуми, наблюдавший эту картину, усмехнулся.

***

Бук, карк, фююх, вжиик, чпыык, срыыык, срыыык. Сначала последовали наброски на бумаге. Она придумала немало вариантов катаны, которая могла бы выплескивать яд внутрь организма демонов. Также нужно найти способ собирать его где-то, чтобы во время битвы использовать. Желательно также в катане. Придумать что-то подобное оказалось сплошным ужасом. Это было одновременно и приятно, и выматывающе. В целом Шинобу нравилось думать над сложными задачами, но продумывать всякие мелочи было муторно. На несколько недель она погрязла в постоянном черчении, улучшении и модифицировании созданного. Дзюбей отвёл её в научную библиотеку инженерных наук, где ей захотелось остаться жить. Такое количество знаний там хранилось (как и в любой библиотеке), но здесь они были слишком не знакомы. Это был не первый раз, когда она изобретала какие-либо устройства, но это был первый раз, когда это было действительно важно. – Эй.. – кто-то ткнул её в плечо. Сделать ли рукоять особенной? Может разместить на ней вспомогательные материалы, для выполнения задуманных действий... – Шинобу... Чтобы посреди боя можно было в конкретный момент выталкивать яд. Может, сделать такой яд, чтобы мог убивать демона покрывая его? – Шинобу! – Такуми толкнул её сильнее. – Оглохла что-ли? – Извини, просто задумалась, – поднимаясь на ноги, сказала она и уткнулась в строгий взгляд зелёных глаз. – Тебя не было на завтраке. – Забыла. – Тебя не было на обеде. – Не забыла, но специально не пришла. Такуми устало вздохнул, а после указал рукой ей за спину. – Оу... Поднос с едой стоял прямо перед ней. Она настолько заработалась, что забыла поесть. Да и к тому же не заметила, как Такуми зашёл в комнату и поставил его. – Спасибо, – благодарно сказала она, а после схватила бамбуковые палочки и принялась есть. – Спасибо будет тебе, если ты доешь всё, – сказал Такуми и принялся разглядывать чертежи. – Срань господня, это что? Он ткнул пальцем в самый перечёркнутый и неаккуратный, но при этом самый, пока что, успешный чертёж ножен. – Это устройство, которое будет менять яд в катане при нажатии. Или не нажатии, а определенном движении... Наверное, нужно добавить какой-нибудь... – Эй! – Я здесь! – И как ты это делаешь? – покачал головой Такуми. – Я использую научный метод для решения этой задачи. – Я говорил не об этом, но спрошу: а что такое научный метод? Шинобу уставилась на него так, словно он только что спросил: а что такое селекция? – Научный метод — это чёткий алгоритм поиска истины. Как бы инструкция, как не обманывать себя, когда пытаешься что-то понять. Есть строгие правила, по типу объективности, воспроизводимости и честности, чтобы всё правильно работало. Такуми очень внимательно её слушал, а после принялся рассматривать бумагу. Хоть Шинобу и знала, что он не понимает ни черта, всё равно ей стало немного приятно. Шинобу также заметила, что он принес её любимую еду – цукудани с имбирём. Она его не заслуживает. – Ты что, проглотил волка? – Шинобу покосилась на Такуми, у которого из живота раздавались животные звуки. – Я забыл поесть пока шёл к тебе. – Такуми Рэндзи забыл поесть? – Шинобу высоко выкинула брови, хватаясь руками за голову. – Поверить не могу! – Ха. Ха. Ха. – Держу пари это всё из-за постоянных тренировок Дзюбея. – Шинобу Кочо жалуется на Дзюбея Акиру? Поверить не могу! – с тем же уровнем язвительности ответил Такуми, а это заслуживает уважения. – Если бы он не давал мне время на отдых и занятия, я бы делала это не переставая. Всё это время она ела стоя. Шинобу очень не нравилось, что при разговоре с Такуми ей приходилось задирать голову. Хотя так было с практически любым человеком в её окружении, но с Рэндзи она общалась больше всего. Такуми молчал, продолжая разглядывать чертежи. – Слушай... – начал он немного виноватым тоном. Да блядь. – Ты уверена, что оно того стоит? Если что-то пойдет не так, – быстрый взгляд сверху вниз по Шинобу. – То закончится всё очень плохо... — Да. Я понимаю. Поэтому я сейчас здесь – пытаюсь это очень "плохо переварить" во что-то нормальное, — твёрдо сказала она. Такуми чуть поёжился. Шинобу до этого не приходилось выслушивать от него нотации по поводу того, что ей не стоит вступать в ряды Истребителей. За исключением их первой встречи, на которой он скорее удивился ей, чем разозлился, эта тема не поднималась. Даже Дзюбей, Канаэ, Химеджима, Кадзуки и его придурки не пускали возможности сказать ей, что её слабость просто напросто погубит её. – Да, но если это не сработает, или яд будет слабый, то... – Рэндзи, по-моему я здесь занимаюсь ядами, а не ты, – строго обрезала его Шинобу. – Я лишь предполагаю. Я волнуюсь! – Не утруждайся! – Но ты можешь пострадать или погибнуть! – Тебя это не должно волновать! – Ну и пускай! Значит, мне будет плевать, если ты сдохнешь! – Такуми гневно вышел, хлопнув дверью. А Шинобу в ужаснейшем настроении вернулась за улучшение чертежа, так и не доев цукудани.

***

25 мая, 1916 год.

Ууу, ээээ, либлодибло, абракадабра. Ей нужен был кузнец. Для Шинобу требовался мастер в изготовлении оружия, дабы обсудить с ним эту сумасшедшую идею, и понять, возьмётся ли он за её исполнение. Ведь если нет, то ей придется изучать ещё и кузнечное ремесло, а это такая себе перспектива. Она конечно знала основы... Но всё же это займет время. Много времени. Шинобу была уверена в своих набросках и точных чертежах. Она была в этом, чёрт возьми, на сто процентов уверена. Потратив такое большое количество времени на разработку невозможно сомневаться в себе. А это значит, что уже в скором времени она сможет убивать демонов. Это был просто восторг. Когда она показала Дзюбею чертежи катаны, тот чуть не свалился в обморок от удивления. С выпученными глазами он тут же принялся расспрашивать ее о механизме работы, на что она с радостью ответила, а после попросила об аудиенции с кузнецом, на что Дзюбей с огромной готовностью ответил. Шинобу жила в таком предвкушении от предстоящей встречи, что только и делала что проверяла конспекты и бумаги. Всё должно быть идеальным. Такуми не разговаривал с ней. Она с ним тоже. Их ссора оказался глубже, чем могло показаться на первый взгляд. Пускай у Такуми были поводы, чтобы переживать за неё, но если бы это он провёл то количество часов, доводя до идеала все планы, то говорил бы иначе. Но вместо этого, он выбрал игнорировать Шинобу. Да и к чёрту его.

***

Камата Кадзи прибыл ровно к полудню вторника. Невысокий кузнец с короткими волосами, торчащими из под красной маски, надетой на его лицо. «Хёттоко». Насколько знала Шинобу, они использовались, чтобы скрыть настоящую личность кузнеца и защитить её от отслеживания. Также они нужны для защиты лица и глаз от раскалённых печей и летящих искр. Одет Камата был в зелёное кимоно с чёрной рубашкой и тёмными брюками. – Вы же Госпожа Кочо? – Кадзи аккуратно постучал в дверь её комнаты, не заходя через порог. – Я кузнец из деревни кузнецов. Прибыл по приглашению. – Да, конечно, проходите, пожалуйста! – Шинобу подорвалась с места, приглашая кузнеца войти. – Если я правильно понял по посланию Господина Дзюбея, вам требуется особая катана. – Кадзи принялся снимать с пояса одну катану за другой, – Я решил взять с собой несколько прототипов, дабы мы могли вместе выбрать самый подходящий вариант. Шинобу сразу поняла, что это не то, что ей нужно. Кадзи чуть покрутил первую катану. – У меня есть с необычным лезвием для более плавного удара, с вот такой гардой... – Простите, что прерываю вас! – Шинобу чуть приподняла руки, не давая кузнецу продолжить. – Просто это совсем не то, что мне нужно! – она подошла к своему столу и взяла в руки чертежи. – Вот, взгляните... Кузнец осмотрел чертёж. – ТВОЮ МАТЬ! ЭТО ЧТО ТАКОЕ?!

***

Вуук, чмяк, шпряк, кляк. – Это устройство катаны, которая мне нужна, – сказала Шинобу, опешившему кузнецу. Тот посмотрел на чертёж, после снова на неё. Открыл рот. Вновь посмотрел на чертёж, потом на неё. Закрыл рот. – Так, видимо мне стоит объяснить, – Шинобу чуть прокашлялась. – Кхм-кхм, ну, это что-то вроде биохимического комплекса, с механикой высокоточного дозирования. Меч работает как инжекторная система доставки нейротоксина в тело демона. Она будет встроена в ножны. Сами ножны-резервуары модифицированы под капсулу высокого давления с ядом на основе никотиноидов, аналогичные W-ядру из биохимии. Конструкция включает двухфазный гидравлический насос, то есть при вкладывании клинка поршень сжимает жидкость, создавая давление. Капиллярные каналы Г-образной формы, минимизируют турбулентность токсина с помощью ламиниарного течения. Селективные клапаны открываются только при угловом ускорении, предотвращая утечку в покое. – Шинобу чуть вздохнула, пытаясь вглядеться в лицо кузнеца, но то оставалось непроницаемо за маской. – Триггером для механизма активации яда служит угол отклонения клинка от оси ножен: При извлечении срабатывает пьезоэлектрический датчик на рукояти, открывающий мембрану. Центробежная сила распределяет яд по микроканавкам на лезвии, аналогично эффекту Магнуса в аэродинамике. Я буду ударять Катаной в тело демона, и уменьшая площадь давления я увеличу силу удара, смогу проткнуть их плоть, вкачивая при этом яд глиции. Кузнец молчал всю речь Шинобу. Он молчал все время, пока собирал ее чертежи. И также молча покинул комнату. Блестяще. – И как всё прошло? – Дзюбей прислонился лицом к двери. – Я... Я не знаю, – Шинобу уставилась на то место, где только что стоял кузнец. – Посмотрим, что из этого выйдет.

***

30 июня, 1916 год.

Плюх Плюх Плюх Плюх Вышло действительно прекрасно. Катана получилась не просто хорошей, она была идеальной. Лежала в руке удобно, переливалась на солнце красиво, а главное – выполняла свою функцию правильно. Без сучка, без задоринки. Шинобу практиковалась на самодельных соломянных манекенах. Пока кузнец делал катану, она потратила силы и время на повышение дозировки глицинии, чтобы в демона не приходилось вливать три ведра. По идее, нужно было семь ударов на одного демона, то есть 7 к 1. Может в будущем Шинобу сможет улучшить это значение к, хотя бы, 4 к 1. Завтра будет финальный отбор, который проводится в середине лета. Там то она и проверит своё изобретение. Что не радовало, так тот факт, что если что-то не сработает, или что-то загнётся, например, клапан давления сломается, дозировки яда не хватит, отклонение оси от ножен окажется не тем, боже... Столько всего могло пойти не по плану. Дзюбей каждый раз охал и ахал, рассматривая катану. Вообще-то, вокруг нее собрались почти все его ученики-истребители, которых теперь было около двадцати. Хината с улыбкой на лице разглядывал катану, а после что-то воодушевлением высказывал Такуми, который, к слову, тоже пришёл посмотреть. – С ума сойти, – Дзюбей крутил катану взад-вперёд. – Ничего, если я так сделаю? – Во время поединка часто нужно будет уклонятся от атак демонов, так что яд не выльется в этом случае. Дзюбей вернулся к свои делам, оставив толпу детей общаться друг с другом. – Опять все радуются какой-то глупой заслуге никчёмной Кочо? – не пойми из ниоткуда вылез Кадзуки, сразу же начиная жаловаться на нее. – Здесь есть хотя бы чему радоваться, Кадзуки, в отличие от некоторых, – вдруг вмешался Такуми. – Вау, а вот и кавалер! – Кадзуки противно ухмыльнулся. – У тебя нет никаких заслуг, и ты не можешь пережить если у кого-то что-то выходит хорошо, потому что ты идиот, Кадзуки, – за три года совместной учёбы, он конкретно достал её, и если это был последний шанс отомстить ему, то она наговорит всё, что придёт в голову. – Мне хотя бы хватает сил, чтобы не ныть без конца, а брать всё в свои руки и делать! Кто из нас двоих по-настоящему никчёмный – так это ты! Толпа радостно принялась обсуждать случившееся. Кто-то одобрительно поддакивал, кто-то наоборот. – Я никчёмный? На твоём месте я бы проверил свою комнату, Кочо! – угрожающе сказал Кадзуки, и Шинобу стало не по себе. С чего бы ему говорить подобное? – Не думаю что тебе хватило мозгов сделать что-то нормальное, – сказала Шинобу. – Или хотя бы остроумное. – О! Не волнуйся, я просто зашёл навестить тебя, и не застал! – Да, конечно. – Ты прекрасно знаешь, что завтра мы все отправимся на верную гибель, так что это считай подарочек на последок. – Не говори про гибель. Мы все хорошо подготовлены. Шинобу должна была отправиться на Финальный отбор, но завтра собираются стать истребителями куда бо́льшее количество людей, чем ей казалось на первый взгляд. Если честно, она и сама поверить не могла, что спустя столько лет тренировок, она отправится на Финальный отбор. Особенно учитывая все её проблемы. – Хорошо или нет, подготовится к встрече с демонами нельзя. – Слишком много умно для тебя, – скептически сказала она, но поспешила к своей комнате. Такуми пошёл за ней, так как они были соседями. – Как думаешь, что этот идиот хотел этим сказать? – немного резко спросил он. – Я думаю он просто выдал что-то дебильное, – также раздраженно ответила Шинобу. Они ещё не помирились. Шинобу распахнула дверь своей комнаты. Ничего. Всё оставалось убрано на своих местах. Чистота и порядок, которые не изменились со дня её уборки после затворничества. Она присела на свою кровать, наконец расслабляясь за целый день тренировок. Уже завтра она отправится на Финальный отбор. Чуть пододвинувшись к письменному столу, Шинобу взяла в руки пергамент, и принялась писать письмо для Канаэ.

***

"Дорогая Канаэ, Прости, что не писала тебе так долго. На самом деле я нашла способ убивать демонов, не отрубая им головы. Я не буду писать подробно, ведь собираюсь рассказать тебе лично все! Лично, так как уже завтра отправляюсь на Финальный отбор! Надеюсь ты гордишься мной. С любовью Шинобу"

***

– Надо же, он действительно просто сказал бред, а мы повелись, – Такуми подошёл к ванной. – Здесь у тебя вода разлита. – У меня стояла кружка, наверное, Кадзуки не придумал ничего лучше, чем просто вылить содержимое. – Да, он такой, – Такуми усмехнулся. Шинобу перевалилась через перила кровати и вдруг поняла, что лужа оказалась раза в три больше, чем может в целом вместить в себя кружка. Такуми собирался взять полотенце из ванной. – Стой... – Шинобу чувствовала неладное. – Не открывай... Поздно. Такуми распахнул дверь и десятки литров воды полились прочь из ванной комнаты, затапливая всё на своём пути. Кадзуки открыл кран и вставил тряпку в раковину, чтобы вода лилась мимо. Твою мать! Жидкость не остановилась на её комнате, а решила затопить ещё и комнату Такуми. Шинобу осталась на своей кровати, как на спасательной лодке, просто наблюдая за всем чертыханием Такуми со стороны. Пара её вещей промокла, но спасать их не было смысла. Всё равно уже завтра она покинет это место. Письмо для Канаэ сдуло ветром прямо в озеро у неё в комнате, поэтому отправить его Шинобу уже точно не сможет. – Ну, Кадзуки! Ну тварь! – закричал Такуми. Шинобу выключила кран и просто оценила масштаб предстоящей уборки после этого потопа. Кадзуки раскрыл её окно и закричал: – Это тебе благословение на Финальный отбор, Кочо!