15 год: Пустые Надежды

Как тяжко мне, в пути взметая пыль, Не ожидая дальше ничего, Отсчитывать уныло, сколько миль Отъехал я от счастья своего. Усталый конь, забыв былую прыть, Едва трусит лениво подо мной, – Как будто знает: незачем спешить Тому, кто разлучен с душой родной. Хозяйских шпор не слушается он И только ржаньем шлет мне свой укор. Меня больнее ранит этот стон, Чем бедного коня – удары шпор. Я думаю, с тоскою глядя вдаль: За мною – радость, впереди – печаль. (50)

1 марта, 1919 год.

Жизнь в роли Хаширы кардинально отличалась от жизни в роли обычного истребителя демонов. Теперь Шинобу узнавали. А ещё её боялись. Это было довольно необычное ощущение, потому что миниатюрная девочка-подросток в самом расцвете переходного возраста не должна пугать высоких взрослых мужчин. Но это был не просто страх, это был страх, смешанный с уважением. Шинобу Кочо наконец-то стала испытывать по отношению к себе уважение со стороны других истребителей, и это оказалось очень приятно. Нет, раньше к ней тоже относились неплохо — она главный врач корпуса и очень активный охотник, но это всё ещё было больше похоже на снисхождение. Может быть, это видела только Шинобу, и на самом деле это было не больше чем её навязчивые мысли. – Мне бы хотелось поздравить вас с повышением, – сказал Готто, когда принёс ещё одного раненого с задания. – Я был очень рад узнать, что вас выбрали. – Не знаю, было ли из чего выбирать... – промямлила Шинобу. Охотников всегда мало, не то чтобы на ранг Хаширы есть кем привередничать. – Не стоит так прибедняться, – уверил её Готто. – Уверен, Глава не за красивые глаза набирает сотрудников. – Особенно это касается Химеджимы. Готто издал смешок, тут же обратно прикрывая рот маской. – Думаю, мне пора, – он поспешно вышел из лазарета. – Госпожа Шинобу! – Нахо заправила постель пациента, который уже мог выписываться из больницы. – Суми и Киё приготовили несколько порций сладкой картошки! А Аой купила клубничный торт! Я даже смогла сварить данго! Мы сделали это, чтобы отпраздновать твоё повышение, ну, как мы это делали, когда повысили Канаэ, – лицо девочки помрачнело. – Поэтому мы решили подготовить тоже самое и для тебя! У Шинобу чуть слюни не потекли, пока Нахо перечисляла все вкусности, что они приготовили. И купили. Клубничный торт? Данго?! Кто-нибудь, держите её. Её сёстры точно заметили, что Шинобу почти не ест и больше работает, из-за чего и решили воспользоваться любым поводом для того, чтобы накормить её. Ещё и сладким. Как она любит. – Спасибо, Нахо, – искренне ответила Шинобу. – Мне правда приятно. Девочка была достаточно удовлетворена ответом Шинобу, почти сразу убегая на кухню к остальным. После этого она быстро вернулась, схватила Шинобу за руку и поволокла вслед за собой. – Давай, там уже всё готово... – Нахо, я верю на слово, – Шинобу улыбнулась. У неё ужасно болели уголки губ и все лицевые мышцы в последнее время. Ужасно. – Ты должна это увидеть! – Я же не противлюсь... Но девочка уже обошла её сзади и начала толкать в спину, приближая к кухне, откуда уже доносились женские голоса. Шинобу смирилась со своим положением и через некоторое время разглядывала шведский стол, состоящий из всего, чего она когда-либо любила. Она не знала, насколько вкусная еда может впечатлить её сейчас. Присаживаясь за стол, Шинобу поняла, что на неё смотрят. И это была не просто Канао со своими особенностями, это были все. Шинобу удивлённо подняла брови и оглядела собравшихся подозрительным взглядом. Ну, что с вами? – Что-то случилось, дорогие? Все девочки разом отвёрнулись, словно их поймали на месте преступления. Шинобу хотела усмехнуться и едко пошутить, но сдержалась. Нечего портить своим глупым поведением такой хороший вечер. «Разве этим бы ты его испортила?» – спросил противный голос в голове. Шинобу всё не могла определить, кому он принадлежит. Кажется, она слышала его в первый раз. Конечно, испортила бы. А мне кажется, это не так. Заткнись. Кого волнует? Это было грубо. Мне нужно извиниться? ... Я не буду настаивать. Шинобу задумалась и пришла к выводу, что не собирается извиняться перед своими же мыслями в своих же мыслях с помощью своих же мыслей, после чего решила сосредоточиться на девочках. – Так как продвигаются ваши дела? – Всё отлично! Нахо помогает мне решать математику! – радостно сказала Киё, беря в руки кастеллу. Шинобу вспомнила тот случай с ложками и мысленно порадовалась такой хорошей девочке, как Нахо. – Это замечательно. А у тебя, Канао? Девочка вздрогнула. – Я много тренируюсь. А вот это уже не замечательно. – Ты молодец... В их окно на высокой скорости врезалась ворона. Суми рядом с ней вскрикнула от неожиданности, а Шинобу с усталым видом, но улыбкой на лице подошла к окну, чтобы открыть его. – Эй, ты чего? ПРИКАЗ ОТ ГОСПОДИНА УБУЯСИКИ! НОВАЯ МИССИЯ ВМЕСТЕ С ХАШИРОЙ ВОДЫ! ЭТОЙ НОЧЬЮ! Шинобу несколько раз погладила свою ворону. – Значит, с Хаширой Воды, говоришь.

***

– Господин Томиока, нас вдвоём поставили на миссию так скоро после моего выступления в ряды Хаширы! Вам не кажется, что это очень здорово? – ласково спросила Шинобу. Он не ответил. Гию ждал её возле поместья бабочек, сложив руки на груди. Его лицо, как обычно, не выражало никаких эмоций, кроме бесконечной горечи, а тело было напряжённым. Шинобу как могла старалась помочь ему освоиться рядом с ней. Может быть, она сделала что-то не так? Как-то обидела его? – Господин Томиока, вам не говорили, что некрасиво игнорировать людей, которые желают вам только добра? – Ты не желала мне добра, ты спрашивала о моём настроении по поводу сегодняшней миссии, – строго ответил он, продолжая смотреть куда-то вдаль. Шинобу хотелось начать биться головой об стену. – Я не имела в виду, что делаю это прямо сейчас, – медленно проговорила обученная общаться с глупыми детьми Шинобу, – я имею в виду, что такие люди заслуживают получить от тебя хоть крупицу внимания. – Я прямо рядом с тобой, – Гию пожал плечами. О, боги, дайте ей сил. – Ты действительно плох в межличностном контакте. Шинобу и Томиока отправились на север, чтобы разыскать демона. Это должно было быть целое гнездо в виде рассадника демонов, что объясняет, почему отправили их двоих. Пробежав по ветвям деревьев и стараясь выследить в кромешной темноте магию крови. – Давай разделимся, – сказала она, вынимая катану из ножен. – Согласен. Она оставила его на одной стороне леса, начиная пробираться в противоположную. Возможно, если они смогут оценить периметр, то быстрее справятся с заданием. Шинобу почувствовала мерзкий запах демонической крови. Демона, который убил множество людей. Который мог бы убить ещё больше. Гнев закипел внутри неё. Ей хотелось разорвать его на части голыми руками, оставив лишь большое красное пятно на земле после своего мстительного акта. Но она никогда не сможет это сделать, потому что Шинобу Кочо слаба. Очень слаба. От этого её злость только разрасталась. Демон напоминал гибрид акулы и человека, что заставило её закатить глаза. Здесь она может себе позволить побыть собой. Здесь не для кого улыбаться и не для кого пытаться быть правильной, чтобы не обидеть. Нет. Эти твари заслуживают каждой капли её ненависти, и они её получат. – Эй, идиот, – окликнула она демона, привлекая к себе внимание. Тот заскрипел зубами и с жаждой накинулся на неё. Ты убийца. Она нанесла удар один раз. Тот, что забирает жизни невинных. Второй. Ты ублюдок. Третий. Демон упал на землю и схватился за свежие раны, которые уже покрылись фиолетовыми пятнами. Вены на нём вздулись, а глаза со страхом крутились по сторонам. Знаешь, Шинобу, представь чудесный мир, где люди и демоны живут вместе! Канаэ, этот мир уже есть. Нет, я имела в виду тот, где мы не убиваем друг друга! А помогаем, дружим с демонами! Это же просто потрясающе. Это было бы невероятно полезно для нашего мира! Сколько пользы можно было бы принести просто тем, что ты живёшь сотни лет! Шинобу посмотрела на испепеляющуюся фигуру демона. Дружить с ними. С существами прямиком из преисподней. Канаэ, ты всегда была слишком доброй, эта доброта тебя и погубила. Шинобу вернулась к Томиоке, который всё ещё сражался с демоном. Он был сильнее, чем тот, который напал на Шинобу, а его тело было больше. Она перепрыгнула на другую ветку и встала в стойку. – Томиока, я использую второй стиль, а ты должен попробовать четвёртый! Мы убьём его по непредсказуемой траектории! Томиока оглянулся на неё, и ей захотелось со всей силы дать ему в лицо. Не отвлекайся! Ты же обещал! Он кивнул ей. Он был согласен. Шинобу не была уверена, хватит ли у неё мастерства, чтобы выполнить сложную кату и при этом не задеть Томиоку своей катаной, но у неё не было времени на раздумья. Только бы не навредить ему. Только бы всё прошло хорошо. Пожалуйста. Шинобу оттолкнулась от дерева, Томиока создал поток воды, и демон оказался разрублен. – Да! Шинобу захлестнуло такое незнакомое чувство гордости и радости. Она справилась. Они справились. Вдвоём. – Как хорошо всё получилось! – она широко обернулась на Томиоку, но его лицо выглядело пустым. Её радость погасла. Что толку, если не с кем разделить? – Мы смогли. – Несколько демонов не дадут больших результатов, – Томиока выдохнул. – Радоваться такой маленькой победе странно. Гию Томиока не умеет наслаждаться мелочами. – Это не повод вешать нос, – уверила его Шинобу. Канаэ часто так говорила. – Знаешь, ты бы мог зайти ко мне в поместье, и я осмотрю тебя на наличие ран. Я уверена, что тебе понравится еда, которую приготовили мои сёстры. Шинобу не знала, какое любимое блюдо у Томиоки. Это нужно исправлять. – Сёстры... – устало повторил он. – Они очень хорошие и готовят прекрасно, – намекнула она. Гию промолчал. – Да, ты знаком с ними, так что ты обязан зайти, – Шинобу улыбнулась. Это будет идеальный день, если Гию ещё и зайдёт к ней после успешной миссии. А у них есть сладости! Идеально. Радость от его компании оказалась очень непривычной. Почему Шинобу так хотела его пригласить? Так погодите... «Во время влюблённости увеличивается частота сердечных сокращений и сила ударов сердца. Это происходит из-за выделения адреналина и норадреналина, которые заставляют сердце биться быстрее и сильнее. Такая реакция похожа на учащённое сердцебиение при физических нагрузках». Физические нагрузки у неё были, но прошло время, и Шинобу успела отдохнуть. Это то, как люди определяют свою влюблённость: они нервничают рядом с объектом воздыхания, потеют, их сердце пытается выпрыгнуть из груди, а мысли становятся глупыми. Шинобу этого не чувствовала. Слава богу. Сложно представить Шинобу Кочо влюблённой. Невозможно. – Так что? Томиока, как тебе эта идея? – Шинобу просто проявляла добропорядочность, не более. Гию в последний раз одарил её холодным взглядом. А после он развернулся и ушёл, не сказав ни слова. Шинобу сглотнула неприятный комок в горле и побежала в сторону своего поместья, чувствуя себя ничтожеством, на которое Гию даже не захотел обращать внимание.