Догоревшая спичка

— Не верю! — весело запротестовала Лёва, раскачиваясь на небольшом табурете. — Уже на моменте с переправой реки всё звучало нереалистично. Вы правда хотите, чтобы я поверила, будто после такого лагерь всё ещё работает? Девочка уже больше часа сидела возле сторожки охранника, пока последний пытался завести газонокосилку. Акоп Погосович ухмыльнулся не верящему ребенку, вытирая руки о лоскут ткани: — Да, дружок, это место полно загадок. Видишь, здание администрации? Так вот, под ним есть подвальчик, в котором я неоднократно бывал по долгу службы, разбирая всякий хлам. Между подвальчиком и зданием столовой, бывшей церквушкой, есть ход. Правда, он давным-давно заложен, но сквознячок-то дует сквозь кладку! Ох, ещё как-то раз я нашёл среди хлама кипу бумаг. И представь — это оказались документы царских времён! В советское же время здесь была ставка НКВД, о чём явно свидетельствуют пулевые отверстия в подвальных стенах… Лёва скептически взглянула на продолжавшего болтать без умолку взрослого, решая про себя, есть ли тому смысл врать и приукрашивать историю. Вдруг девочку окликнула родная тётя, по совместительству работавшая на кухне лагеря, Агафья Петровна: — Лёванька, кушать всех зовут уже! — Иду! — радостно крикнула та, спрыгивая с табурета. — Спасибо за историю, Акоп Погосович! Ребёнок побежал меж молодых сосновых деревьев, вдыхая полной грудью летний воздух грядущей лагерной смены.