7. Полина — добрая душа

Нет, Лена не хотела втягивать Максима в эту историю и оставлять его наедине с этими уродами. Всему виной был банальный страх. Мозг отключился, зато хорошо работали ноги. Но легче не стало ни капли. Грудную клетку сжимало сжигающее чувство стыда, мешая полноценно дышать. Её корëжило осознание того, что она бросила защищавшего её парня на произвол судьбы. А он спасал её уже второй раз, хотя по сути, не обязан был. И что его порезали, она не знала. Она пообещала себе, что обязательно попросит прощения, когда всё уляжется и если хватит духу посмотреть ему в глаза. «Он денег им даже предлагал, лишь бы они меня в покое оставили», — сокрушалась девушка, сидя на бордюре около какой-то многоэтажки и куря сигарету. Но для рефлексии времени не было. Надо идти домой, пока Денис не вернулся.

***

Стас с Полиной после происшествия поехали домой. Почти всю дорогу они угрюмо молчали. Тишину прерывали лишь судорожные всхлипы девушки. — Как это вообще получилось? — хрипло спросила она, наконец, повернув к Стасу своё заплаканное лицо. — Встрял куда-то? — пожал плечами Стас, внимательно следя за дорогой, — на Макса это не похоже. Он же и мухи не обидит. Хотя, чëрт его… Всякое бывает в жизни. — Я не верю, что Макс кому-то мог перейти дорогу, — уверенно стояла на своём Полина, вытирая остатки слëз. — Кстати, я вспомнил, — заявил вдруг Стас, — мне его друг сказал, что к нему незадолго до этого какая-то девчонка подходила и они куда-то пошли. Полина округлила глаза: — Девчонка? Какая? — Да кто ж его знает, — вздыхал Стас, — вот видишь, мы с тобой не видели, а парни не запомнили. Они ж не думали, что так всё будет. Они приехали домой, безмолвно расходясь по разным комнатам. Стас ушёл на кухню поговорить с кем-то по телефону, а Полина отправилась в спальню, чтобы положить свою сумку, а из неё достать телефон и портмоне Макса. На его телефоне пока не было никаких тревожных сообщений или десятков пропущенных звонков. Никто ещё ничего не знал. Она ради интереса заглянула и в портмоне. Там лежало несколько пятитысячных купюр и парочка банковских карт. Что ж, вряд ли вопрос упирался в деньги. Выложив всё на свою прикроватную тумбочку, она принялась переодеваться, чтобы отправиться в душ. Этой ночью они уснули поздно, лёжа по разным сторонам кровати и каждый думая о своём. Полина уж точно. Разумеется, им было не до любовных утех. В голове никак не хотело укладываться всё, что сегодня произошло. Вот они с прекрасным настроением веселились и плясали, ни о чëм не подозревая, а потом… Она ещё очень долго будет вспоминать этот злополучный день рождения. А Максим и вовсе запомнит его на всю жизнь. На следующий день Полина чувствовала себя разбитой и дело было вовсе не в выпитом вине. Хоть и это утро выдалось таким же солнечным, как и вчера, настроение лучше не стало. Но так или иначе жизнь продолжалась. Полина проверила свой телефон. Ни одного сообщения от потенциальных сотрудников, что странно. Хоть бы написал кто-то. Никому не нужна работа что ли? Ладно, с этим она разберётся позже, нужно собираться.

***

— Привет, ну что, как погуляли? — улыбалась Тася, как только они встретились с Полиной у пекарни. Тася приехала на такси чуть раньше Полины. — Не спрашивай… — грустно вздыхала та, отпирая двери ключом. — А что такое? — Тась, давай не сейчас, хорошо? — с лёгким раздражением в голосе отвечала Полина, исчезая за стеклянной дверью. Однако спустя некоторое время, когда работа уже была в самом разгаре, Полина, поняв, что Тася точно не заслужила к себе грубого отношения, предложила ей вместе выпить кофе с пирожным и поговорить. Пока в духовом шкафу выпекался хлеб, девушки расположились за столом возле уголка повара и Полина ей всё рассказала. — Только не нужно об этом распространяться, чтобы об этом каждая собака знала. Не надо. Тася, глядя на Полину глазами испуганного оленёнка, рьяно закивала. Такой же разговор ждал и Лизу. Её приподнятое настроение сразу же упало на дно, когда Полина сообщила ей новости о Максе. Она только начала более или менее отпускать ситуацию, как тут… Такое. Подруги стояли на крыльце заднего выхода. Лиза нервно курила уже вторую по счёту сигарету, а Полина как всегда просто составляла ей компанию. — Говорят, что перед тем, как этому случиться, его какая-то девушка увела. Жаль, что я не видела. Я стою и думаю, как бы узнать, кто эта сука и зачем она это сделала, — в голосе Полины слышался металл. — Ты думаешь, она его порезала? — ухмыльнулась Лиза, нервно стряхивая пепел под ноги и топча его подошвой кед, — зачем? — Я вообще ничего не понимаю, у меня голова вот такая, — сердилась Полина, ладонями обрисовывая большой воображаемый шар вокруг головы. Но как бы там ни было, нужно работать дальше. Очень радовало, что осталось много вчерашней выпечки и сегодня Тася с Полиной испекли только пару партий хлеба и разъехались по домам. Тася отказалась ехать с Полиной, сославшись на то, что за ней заедет отец. Ну что же, Полине даже лучше. Она отправилась домой по своему привычному маршруту. На улице было солнечно и тепло. «Тьфу-тьфу, как бы не сглазить», — пронеслось у неё в голове, когда тёплый ветерок, ласково залезая в салон авто, развевал её волосы. Завернув в жилую зону, она чуть сбавила скорость. Она до сих пор боялась, что на дорогу выскочит та девчонка, которую она чуть не сбила неделю назад. Причём каждый раз. Однако она всё же узнала издалека знакомый силуэт в серой толстовке и пузатым голубым рюкзаком на плечах. Только в этот раз Соня шла по аллее, склонив голову и, судя по её походке, она очень торопилась. «Уже девятый час, почему она ещё не в школе? Опаздывает, скорее всего, что за вопросы. Хотя, учебный год уже давно закончился, куда она спешит?», — сама с собой рассуждала Полина. И она остановилась на обочине, коротко посигналив девочке. Та резко подняла голову, явно перепугавшись. Но увидев знакомое лицо, она тут же успокоилась и подбежала к машине. — Опаздываешь? Давай докину, — быстро проговорила Полина, а Соня тем временем залезла в машину и расположилась на заднем сиденье. Выкрутив руль и включив поворотник, она развернула машину в обратном направлении и поехала. Благо, что других машин пока не проезжало и можно было совершать такие нехитрые манëвры. — Ты только не вздумай вот так вот ко всем подряд садиться в машины, сейчас очень много всяких отбитых, — мягко, но строго проговорила Полина, глядя на дорогу. — Я понимаю. Но я же знаю, что вы добрая и хорошая, — отвечала Соня. Полина лишь коротко усмехнулась. — А ты чего опаздываешь, — поинтересовалась она, — проспала что ли? — Да в будильнике батарейки сели, а телефона у меня нет, — в голосе девочки слышалась грусть. «Странно, обычно уже у пятилетних давно телефоны есть. Видимо, с деньгами всё совсем плохо», — подумала Полина и сердце невольно защемило от жалости к этому ребёнку. — Так а зачем тебе в школу, учебный год же уже закончился, — недоумевала Полина. — Мне книжки надо сдать. Всё никак не получается… — А ты долго там будешь? — Не знаю… — Давай так. Я тебя подожду возле школы, а потом мы поедем и купим тебе батарейки. Соня согласилась. В итоге Полина ждала её недолго. Улыбающаяся Соня, поняв, что Полина не обманула и реально её ждала, вприпрыжку подбежала к машине. И у Полины в голове созрела идея. У неё хоть и не было настроения, но она решила, что подарит его другому. Да и тем более, она не знала, можно ли сейчас съездить к Максу или нет. Сейчас только утро, сейчас он, скорее всего, спит, в лучшем случае. — Ты голодная? Хочешь пиццы или бургеров поесть? — предложила Полина, повернувшись к девочке, как только та захлопнула дверь. — Ну, я не знаю… — застеснялась Соня. — Поехали, — подмигнула ей Полина. — Хорошо… И Полина не прогадала, когда предложила Соне поесть. Она с аппетитом уплетала и пиццу, и картошку фри, и молочный коктейль. Но на этом всё не закончилось. Увидев в торговом центре рекламу детской сказки, показ которой вот-вот должен был начаться, Полина незамедлительно отправилась в кассу, едва успев купить билеты. Они с Соней успели попасть в кинозал до начала сеанса. Девочка вся светилась от счастья, забыв на время о своих проблемах. После кино Полина купила Соне сахарную вату и они уже собрались домой, как тут Полина вспомнила, что забыла самое главное — купить батарейки. Они дошли от отдела с электроникой и техникой и Полина внезапно поняла, что ей нужно. Увидев витрину с мобильными телефонами, она пошла смотреть цены и ассортимент. Консультант помог ей разобраться и через полчаса уже получила чек о покупке телефона. Соня, которая ещё не понимала, что происходит, просто топталась рядом. — Вот, это тебе, — протянула она девочке коробку со смартфоном. Он был достаточно простенький и дешёвый, но десятилетнему ребёнку — в самый раз. — Как это мне? — округлила свои голубые глаза девочка, по очереди глядя то на Полину, то на телефон. — Вот так. Держи, говорю. — Нет-нет, я не возьму, я не могу, — в голосе девочки слышалась тревога. Полина вздохнула, чуть опуская коробку. — Это и вправду очень странно, понимаю, что твои родители неправильно поймут, но… Мне просто хотелось тебе помочь и… — Не надо, — перебила её Соня, — я не возьму. — Неужели тебе не хочется? Ты его просто не показывай никому и всё! — Не надо, я же сказала! — громко рявкнула Соня, топнув ногой, а её глаза-озëра наполнились слезами. — Ну, тогда хотя бы купим тебе батарейки… — раздосадованно произнесла Полина. Не зря Стас ей тогда сказал, что не нужно никому навязывать свою помощь и бежать впереди паровоза. С одной стороны, можно понять Соню, ведь такие серьёзные подарки, как телефон, даже не любой бы взрослый принял от малознакомого человека, каким бы он хорошим не казался на первый взгляд. А с другой… Сонины одноклассники телефоны наверняка уже по третьему кругу меняли. Неужели ей не хотелось? И вообще, да что это за родители такие, которые не могли купить ребёнку телефон, даже самый простенький? Когда Полина училась в школе, в её классе были дети из малообеспеченных семей, но у всех были телефоны, потому что родители старались дать детям всё по своим возможностям. И даже имея богатых родителей, она никогда не насмехалась над уровнем жизни таких ребят и наоборот, даже старалась с ними дружить и угощать вкусностями, однако далеко не все воспринимали этот жест радушно. Некоторые из ребят пытались её даже буллить, говоря, мол, нам не нужны твои подачки, но у них ничего не вышло, Полина умела постоять за себя. А всё потому что ей с детства вкладывали в голову правильные ценности и воспитывали человечность. Правда, когда возник конфликт между ней и родителями по поводу учëбы в универе, мама сгоряча заявила, что если бы не их деньги, то она сама никогда в жизни не поступила бы в вуз и не могла бы оплачивать учëбу. На что Полина отвечала, «а зачем вы тогда меня рожали? Чтобы упрекать? Вы родители и это ваша прямая обязанность — обеспечивать своему ребёнку будущее». После этих слов на неё вылился ушат дерьма и ей пришлось экстренно съезжать к подруге. Спустя несколько лет у них более или менее наладились отношения, они смогли проговорить все свои проблемы и решить их. Мама очень долго извинялась за свои сказанные со злости слова, а отец даже дал ей свою кредитку. Сейчас же они прекрасно ладят. Родители благосклонно и уважительно относились к её увлечениям, да и Полина повзрослела, у неё перестал играть юношеский максимализм и она остепенилась. А вот отношение к деньгам осталось прежним — она знала им цену и не позволяла себе ими разбрасываться, даже когда они стали у неё водиться. Были, конечно, поначалу заскоки, она могла потратить на бутылку вина десять тысяч, потому что ей так захотелось, но она воспитывала в себе финансовую грамотность, чтобы деньги не улетали в трубу. Сегодня же у неё случился этот заскок, но не в отношении себя, а чужого ребёнка. И она поздно осознала, что погорячилась. Но телефон она всё же решила оставить до лучших времён. Полина подвезла Соню, а сама решила, что поедет в больницу к Максу, чтобы узнать, как он там. Время уже перевалило за обед. Когда она прощалась с Соней, та выглядела очень перепуганной и выбежала из машины, даже толком ничего не сказав. «Оно и понятно, был бы телефон, была бы связь с родителями, чтобы те не переживали. В целом я виновата сама, что без ведома родителей таскала полдня их ребёнка по городу», — подумала Полина и решила набрать Стаса. Он не брал трубку. Повторив попытку уже в третий раз, она плюнула на всё и поехала сама. Когда она поднялась в реанимационное отделение с бешено колотящимся сердцем, её у самых дверей оперблока остановила медсестра, в белом халате и маске по самый нос. — Так, девушка, вы куда? В реанимацию посторонним вход запрещён, вы читаете надписи на двери или как? — строго спрашивала она, а её голос разносился гулким эхом по длинным коридорам. Полина сегодня точно не хотела ни с кем ругаться, поэтому вежливо начала: — Прошу прощения, но у меня вчера друга привезли с ножевым ранением в шею и… — Фамилия? — нетерпеливо спросила медсестра. — Коренков… — Так его ещё утром в хирургию перевели, как только он от наркоза очнулся. Вы думаете, его будут столько времени оперировать? — Да? — не сдерживая радости воскликнула Полина, — спасибо! — крикнула она медсестре, уже пустившись бежать по полупустым бесконечно бежевым коридорам. И плевать ей было на язвительные ответы медсестры. Самое главное, что с Максом всё хорошо. Но она даже не спросила, в какую именно палату его перевели. Да и чëрт с ним! Язык не отсохнет спросить. И ей едва успела накинуть белый халат на плечи дежурная медсестра хирургического отделения, прежде чем она помчалась искать Максима. И она нашла его почти сразу же. Он лежал во второй общей палате на самой первой койке от углового окна. На нём толком не было одежды, перебинтована шея, а низ прикрывала простыня. Помимо него там находилось ещё двое мужчин. Но Полина даже не обратила внимание на них, бросившись к Максу. Тот, конечно же был крайне удивлён её появлению. — Полина? — еле слышно изумился он, будто не веря своим глазам. — Ты как? — так же тихо спрашивала она, осторожно опускаясь на край койки и отчего-то расплываясь в улыбке. Сердце продолжало бешено биться, будто в груди был мотор. Он тут же почувствовал уже знакомый запах липы и мëда, исходивший от её одежды и волос. — Было и похуже, — слабо улыбнулся он. Вид, конечно, у него был так себе: помимо перевязанного горла, лицо было всё в ссадинах и царапинах, а на сгибе локтя проглядывались свежие следы от капельницы. — Говорят, я крови много потерял, переливание делали. Задели какую-то важную артерию. Ещё бы немного, я бы тупо истёк кровью и всё. — Господи, — зажмурилась Полина и судорожно вздохнула. — Ничего, зато органы все целые, может, кому пригодились бы, — еле слышно усмехнулся Макс. — Дурак, — сквозь слëзы шептала Полина. — Эй, ты чего плачешь, — он осторожно дотронулся пальцем до её руки, что находилась в паре сантиметров от его, — всё хорошо. Их взгляды встретились и повисла неловкая секундная пауза. — Угу… Я хотела ещё… — перевела тему девушка, опуская взгляд на свои руки, — в общем, твой портмоне и телефон у нас дома, если что. Я могу сейчас съездить за ними. Хорошо? Я просто не стала сразу их брать, мало ли… Туда-сюда катать. — Да, привези, пожалуйста. Только у меня просьба, если вдруг мне будет звонить бабушка или родители, ничего им не говорите, ладно? Особенно бабушке. Не хочу, чтобы ещё из-за этого она переживала. Просто скажите, что Макс так загулял, что он сейчас отсыпается у вас дома, позже перезвонит. — Да, конечно, — согласилась Полина, но уходить пока не спешила. Она бросила на Макса быстрый взгляд и тут же отвела его. Завидев её смятение, он встревоженно поинтересовался: — Что-то случилось? Та, набравшись смелости, спросила: — И кто это сделал с тобой? — Кхм, — Макс неловко кашлянул, — я за девушку заступился просто. — За какую девушку? — в голосе Полины слышалось нетерпение, — как это вообще произошло? — Это долгая история… — Макс, ты куда-то встрял? — строго продолжала Полина, буравя его взглядом. Тот молчал, потупив взор. — Макс, ну не молчи, пожалуйста. А он даже не знал, как преподнести эту историю так, чтобы она не звучала абсурдно, но и Полину он расстраивать не хотел своим молчанием. А ещё он понял, что по-другому про это рассказать не получится. Однако в этот самый момент в палату зашла медсестра, закатывая тележку с медикаментами и звонко объявила пациентам о перевязке и попросила посторонних покинуть помещение. Полине пришлось уйти, так ничего и не узнав.