31. Ужасные стечения обстоятельств

Вечером следующего дня Полина встретилась в уютном ресторане с её коллегами по танцам и Аней, чтобы отметить премьеру, которая почти за сутки собрала около двадцати тысяч просмотров, что являлось очень хорошим показателем для нового канала на YouTube, причём российского аккаунта. Комментарии были тому подтверждением. Помимо русскоязычных там было довольно много слов восхищения на английском языке. А это означало только одно: видео ушло в мир. Полина нашла даже иностранный комментарий о себе, в котором говорилось о красоте зелёно-карих глаз, пристально смотрящих в самую душу. Его писала какая-то девушка из Италии, как позже выяснилось. Полина с радостью ответила ей, что этот взгляд принадлежит ей. Полина впервые сталкивалась с таким вниманием в соцсетях, даже её прошлогоднее участие в съёмках промо-ролике про фитнес-клуб её мамы не вызвал таких ощущений. Здесь не было сальных взглядов и двусмысленных комментариев, лишь сплошное восхищение обычными химкинскими девчонками и московскими парнями, которые умеют танцевать. Ну и ребятами, решившими это снять. — За наш успех, девочки, я так ра-ада, что мы это сделали-и! — радостно воскликнула Аня, поднимая свой бокал шампанского. — Ура!!! — заголосили все, как одна и подтянули свои бокалы к бокалу Ани. — Полин, ты такую речь толкнула в «телеграме», меня аж на слезу пробило, — поделилась одна из девушек, когда они вновь принялись за еду. — Да, кстати, — поддакнула Аня, — я даже несколько раз переслушала. Тебе бы каким-нибудь лайф-коучем быть или как это называется сейчас… Девушки по-доброму захихикали. — Так и правду ведь же Полина сказала, не так ли? — подала голос другая девушка. Те согласно заголосили. — А это звучит как тост, между прочим! — задорно заявила Полина, протягивая руку к бокалу, — давайте теперь выпьем за нашего учителя! За Аню. — Да! Да! — звонко поддакнули девушки. — Ой, ну девочки, ну засмущали… — смеялась Аня. Вечер продолжался. Девушки мило беседовали, обсуждали свой танец и планы на будущее. Полина сегодня, понятное дело, была не за рулём. Её отвозил Максим. И пока она проводила вечер в ресторане, он отдыхал у себя дома. Сегодня день выдался не такой напряжённый, как вчера. Он лежал на кровати и залипал в телевизор, пока не услышал звук входящего сообщения. Подумав, что это Полина, он сразу же взял рядом лежавший телефон. Но это была не она. «Макс, здарова! Чем занят? Ты не можешь ко мне приехать на работу? Помощь твоя нужна, дружище!» — гласило сообщение от Вани. Макс, который буквально родился готовым всегда прийти на помощь своим друзьям, тут же ответил согласием, но сообщил, что ему всё равно придётся отлучиться, потому что нужно будет забрать Полину с так называемого корпоратива. Ваня не был против. Оказывается, Ване нужна была помощь с приёмкой товара. Поставщик приехал очень поздно, Ваня в смене был один, народу в баре тьма, и тут ему было просто не разорваться. Он попросил Макса принять товар и помочь его разгрузить. Тот с лёгкостью согласился. Максим был из тех, кого можно смело было назвать «лёгким на подъём». Если дело касалось помощи друзьям или близким, для него это было, что называется, святое. И пока Ваня был загружен работой, Максим таскал кеги и ящики в подсобку, которые уже были отгружены на улице самим поставщиком. — О, Максим? Ты тут чë делаешь? — раздался удивлённый женский голос в полутьме тесного коридора с тёмными стенами, расписанными разными граффити. Макс, нагрузивший в руки пару ящиков с пенным, чуть откинул голову, чтобы взглянуть на человека, который к нему обратился. — Привет, Лиз, — отвечал он, — да вот, другу помогаю. А ты? Он скрылся в подсобке. Лиза пошла следом. — А я решила любимого навестить и вот… Курить иду, пойдёшь со мной? — Я сигареты дома забыл, — отвечал тот, уже отряхивая руки. — Ну ты чë? — хихикнула Лиза, — я сигаретой не угощу, что ли? Макс сдался. Они вышли на улицу, чуть отойдя в сторону, чтобы не загораживать проход и закурили. Лиза уселась на один из деревянных ящиков с пивом, вытянув и скрестив ноги. — А Полина где? — поинтересовалась она, выпуская тугую струю дыма в воздух. Дым, играючи, плавно выплывал из её рта. — У них сегодня корпоратив с девочками из танцевальной группы, — сообщил Макс, опираясь спиной о бетонную стену и затягиваясь. — Слава богу, я уж подумала, что вы поссорились, — нервно хихикнула Лиза. Макс покачал головой. — Меня другое напрягает. Совпадение ли, но после того, как меня одна девушка угостила сигаретой, меня порезали в толпе спортиков. Что-то я переживаю, — нервно смеялся Макс, по новой затянувшись. Огонёк от сигареты стал на мгновение ярче обычного, а затем всё утонуло в дыму. — Ты чë? — заржала Лиза, — ты думаешь, я что-то замышляю или куда-то встряла, как Ленка тогда? Слава богу, нет. — Просто ассоциации очень неприятные, ты уж прости. — Понимаю, — задумчиво кивнула Лиза, стряхнув пепел с сигареты, — не каждый день тебе в шею нож втыкают. Я, если честно, не представляю, как бы я жила после такого. Ты ж буквально чуть не умер. Макс молча курил, не найдя, что сказать. Вся его жизнь была полна опасных ситуаций, это неудивительно, ведь он работал в МЧС. Но, зная назубок технику безопасности, он старался избегать ошибок, насколько это было возможно. Был когда-то давно в их части случай, как только Макс поступил в отряд, где один мужчина погиб, когда они разбирали полуразрушенный дом после пожара, чтобы достать уже тела погибших, и его придавило бетонной плитой. Макс хоть и раньше знал, но после этого случая особенно запомнил, что техника безопасности — это не просто бзик начальства. Это буквально и есть жизнь. Вообще насмотревшись всякого разного за свою практику, он как никогда остро осознал, что человеческая жизнь — очень хрупкая и что люди к ней относятся порой очень пренебрежительно. Но и сам Макс был не без греха: он бывало очень часто налегал на алкоголь, когда в жизни происходило что-то плохое. Иногда настолько сильно, что прям до белки. А сейчас желание так напиваться у него не возникало. Наверное, не было поводов. Мог выпить баночку пива за ужином и ему этого хватало, чтобы расслабиться. Когда Максим уже поставил последний ящик и уже собрался идти закрывать дверь, он услышал вой полицейской сирены. Сначала он не придал этому значения, но когда пара полицейских авто зарулило к заднему выходу бара, Макс оторопел. Они ехали сюда.

***

— Как же я наелась, просто ужас, я снова растолстею, — томно вздыхала Аня, опуская виноватый взгляд в полупустую тарелку. — И я, — поддакнули в один голос другие девочки. — Да не переживайте, сейчас чуток отдохнём и снова начнём давать жару, да? — бодро щебетала Полина, с аппетитом жуя лист салата, — я готова хоть завтра начать! Девушки отрицательно заголосили. — Да шучу я, — смеялась Полина с набитым ртом. На самом деле она могла приняться за работу хоть завтра. Да хоть сейчас. У неё было такое состояние, что ей казалось, что она готова горы свернуть. Даже несмотря на то, что они с девочками объелись по два горячих блюда и салатов за душевными разговорами и смехом. — Ой, девочки, как не хочется, чтобы этот вечер заканчивался, — призналась Аня, когда очередная волна смеха затихла. — О, у меня по этому случаю тост есть как раз! — воскликнула Полина, хватая бутылку шампанского и быстро, но аккуратно наполняя бокалы. И когда девушки разобрали свои бокалы, Полина начала: — Девочки, давайте выпьем за то, чтобы таких вечеров было как можно больше! — Я за! — смеялась Аня, первая поднимая бокал. — Да! Конечно! — радостно заголосили остальные и тоже подняли свои бокалы, чтобы чокнуться. — Тебе надо тамадой на свадьбе быть, Поль, что ни тост, то праздник! Ты вообще сама как праздник! — заявила Аня. В компании вновь послышался смех. Внезапно лежавший на столе телефон Полины зазвонил. Полина, едва успев отхлебнуть, отставила бокал и взяла телефон. Звонила Лиза. — Ой, девочки, вы простите, я подружке отвечу… — пробормотала она и приняла вызов. — Да, Лиз? — улыбаясь, ответила она. Но взволнованный голос подруги и слова которые она произнесла, заставили улыбку мигом испариться с лица. Это и привлекло внимание девочек за столом. — Поль, что случилось? — Полин, что такое? — наперебой расспрашивали они, но Полина не в состоянии была и слова сказать, в горле пересохло, а язык будто прилип к нëбу. Сердце застучало где-то в горле, а уши на какое-то время будто бы утратили способность слышать. — Мне надо ехать, девочки, простите, — залепетала та, хаотичными движениями непослушных пальцев хватая сумку, чтобы достать кошелёк. Она оставила наличные на столе, сказав, чтобы сдачу официант оставил себе в качестве чаевых и спешно покинула ресторан, игнорируя расспросы и волнение своих коллег «по цеху». Ведь их волнение было небеспочвенным: ведь ещё пару минут назад Полина искрилась счастьем и радостью, а сейчас в ней будто бы что-то умерло.

***

Вот уже который день подряд Лена не могла спокойно жить. Она плохо спала, плохо ела и частенько косячила на работе, хотя до этого она всегда была внимательной и ответственной. Всему виной были те самые голубые, словно лёд глаза, взгляд которых пронизывал до костей. Они ей снились. Они ей мерещились в каждом. Ей казалось, что каждый второй парень — это он. Лена понимала, что потихоньку сходит с ума. В какой-то момент, не выдержав, она, едва успев принять заказ почти под самый конец рабочего дня, убежала в туалет, чтобы умыться холодной водой и прийти в чувство. Нужно было унять дрожь в руках и ногах. Нельзя в таком виде обслуживать людей. Эти ледяные глаза настолько въелись ей в подсознание, что она сумела сложить пазлы в обрывках памяти и перемотать так называемую плëнку у себя в голове, чтобы до конца понять, откуда она их знает и почему они так пугают её. Это случилось зимой, в канун Нового года. Это был очередной алкогольный трип в чьей-то прокуренной однушке с оборванными и местами заляпанными различного происхождения пятнами обоями и забитой канализацией. Тогда она впервые попробовала наркотики. Но, не имея опыта в подобных делах, она употребила слишком большую дозу и её тогда ужасно дико рвало и она всю ночь провела в ванной, валяясь в собственных и не только рвотных массах. А под утро, когда она плохо соображала от недосыпа и неудачного прихода, к ним в квартиру пожаловал молодой парень. Он не был похож на тех, с которыми тогда тусила Лена. Он был опрятным, в чистых вещах, от него приятно пахло. Высокий и красивый. Явно из другого теста. Но явно знакомый с наркотиками. Он тогда ей тихо, но довольно в жëсткой форме объяснял, чтобы такого больше не повторялось. Понятное дело, что под таким давлением и в таком состоянии она была на всё согласна, но она не понимала, как он узнал, что она вообще их употребила. Как потом оказалось, её сдал её же парень — Денис. Рыжий картавый ублюдок. Лена до сих задавалась вопросом, как она вообще могла с ним быть вместе. Самый обычный слабак и трус. После отходосов Лена ещё долго пыталась собрать себя по частям и остудить голову на морозе, заодно вспоминая всё то, что говорил ей Андрей. Она плохо помнила его лицо, но очень хорошо въелись в память две льдинки, пристально глядящие на неё. Андрей, как оказалось, являлся родным братом наркодилера, который и вёл этот так называемый «бизнес». Самого его никто никогда не видел, но зато брат иногда курировал всю эту движуху. Например, следил за тем, чтобы товар доставлялся и чтобы никто из курьеров не употреблял лишнего. Лена, и без того ужасно себя чувствующая, надолго запомнила его грубый тон и резкие хватания за руки и волосы. Но ещё больше запомнились его глаза и тот факт, что никто из присуствующих даже не пытался заступиться. Денис в особенности. Хотя по большей части это была его вина. Он дал ей такую дозу, от которой девушке почти мгновенно стало плохо. Потом всё вроде бы устаканилось. Примерно полгода всё шло более или менее спокойно до наступления лета. А именно до того момента, когда Соня украла тот самый пакет. С тех пор всё пошло под откос. Умывшись холодной водой, Лена взглянула в большое зеркало, заляпанное кем-то до неё уже подсохшими каплями воды. Тушь чуть подтекла, а по виску стекала большая капля. Парочка из которых уже успела попасть на фирменную белую рубашку. Обесцвеченная прядь волос немного выбилась из хвоста и, чуть намокнув, прилипла ко лбу. Тяжело переводя дух, она судорожными движениями оторвала кусок бумажного полотенца, стоявшего на раковине и аккуратно промакнула им лицо и вытерла руки. Яркий жёлтый свет светодиодной лампы под потолком придавал желтушность лицу, хотя на деле оно было довольно бледным. — Лена! — донёсся до девушки приглушённый женский голос из-за двери, в котором та узнала свою напарницу, — ты скоро? Там заказ готов уже! Иди свои столы бслуживай! Сколько можно за тобой бегать? У меня тоже работы полно! — Иду! — отозвалась та и поспешила к выходу, нервно глотая слюну. Не будет же она до конца рабочего дня тут прятаться? Отработать смену Лена всё же смогла. Предварительно собрав всю оставшуюся волю в кулак и улыбаясь посетителям из последних сил. И вот вроде бы ничего не произошло, но внутри у неё трепетал страх, леденящий душу и разум, заставляющий всё сжиматься донельзя. У неё было ужасное предчувствие. Что-то должно произойти и очень скоро. Смена закончилась, Лена, передевшись в обычные джинсы и футболку, неспешно покинула кафе и вышла на улицу, где уже давно стемнело и воздух дышал околоосенней прохладой. Замечательная погода для прогулок, но у девушки не было ни сил, ни настроения для этого. Хотелось попасть домой как можно скорее. Она взяла свой телефон и, чуть помедлив у значка с телефонной книгой, всё же решилась на звонок. Спустя пару гудков на том конце провода ответили. — Да? Лен, привет, — раздался бодрый голос Саши. — Саш, привет, ты… Не мог бы встретить меня с работы, пожалуйста… — робко начала девушка, нервно оглядываясь по сторонам, буквально следя за каждым движением на улице. — Хорошо, но я смогу приехать только через минут двадцать. Я сегодня на дежурстве, и мой товарищ отлучился, а пост бросать нельзя, сама понимаешь. Ты подождëшь? — Да ладно, не надо, я не буду тебя отвлекать, ты же работаешь, — смутилась Лена. — Да ты не отвлекаешь. Мне несложно. Просто подождать надо. Если тебе страшно одной оставаться, давай повисим на телефоне пока. Губы Лены растянулись в улыбке. Так с ней никто прежде ещё никто не общался. Так заботливо и бережно. Она что, впервые встретила человека, которому на неё не наплевать? Не считая Максима, конечно же. Но тогда он просто был с ней вежлив и добр, а Саша, кажется, реально проявляет к ней интерес. — Да, хорошо, — согласилась девушка и медленным шагом стала отдаляться от кафе. Они болтали с Сашей о всяком разном, о ерунде и не совсем, и Лена почувствовала себя чуть лучше. Тревога немного отступила. Вдруг разговор прервала чья-то попытка дозвониться до Лены. Это была Соня. Отступившая тревога вдруг накрыла её вновь: младшая сестра никогда не звонила ей в такое позднее время. Это могло означать лишь одно… — Погоди, Саш, мне Соня звонит, я сейчас… — пробормотала Лена, переключаясь на вторую линию. — Да, Сонь, что случилось? — Лен, тут мама… Она… Она… Приезжай скорее… — голос девочки дрожал от испуга и ужаса и она не могла чётко сформулировать свою мысль, но Лене и объяснять ничего не надо было. Да и некогда особо вдаваться в подробности, нужно было действовать, причём незамедлительно. Было решено не ждать Сашу, а ловить такси или последнюю маршрутку. Быстро напечатав ему сообщение о том, что дома что-то произошло и ей нужно срочно ехать, она побежала к остановке. Страх за себя сменился страхом за Соню. И от пугающей неизвестности становилось только хуже. Как жаль, что человечество до сих пор не изобрело телепорт. Ведь нет хуже чувства, когда ты сию секунду не можешь оказаться в нужном месте. Саша перезвонил Лене примерно спустя пару минут, когда девушка уже со всех ног неслась по слабоосвещëнной аллее к ближайшей остановке, куда вот-вот должна была подъехать последняя по расписанию маршрутка. Чтобы попасть на эту остановку, нужно было перейти на другую улицу. Дорожное движение было довольно оживлённым, но ситуацию контролировали светофоры на перекрёстке. На пешеходном светофоре как раз оставалось секунд десять и этого должно было хватить, чтобы Лена успела перебежать по довольно широкой зебре и оказаться на остановке. Телефон, лежавший в сумке, разрывался от звонка, но Лене было некогда. Она, резко и судорожно выдыхая, бежала со всех ног. Слева вдалеке показался свет фар маршрутки, которая уже находилась в десяти метрах от остановки. У зебры стояло несколько машин, покорно ожидавших зелёного сигнала светофора. «Отлично, я успеваю!» — мысленно обрадовалась девушка и в следующее мгновение её ослепил свет фар, стремительно несущейся на неё машины. Лена не успела ничего даже подумать, как в ту же секунду она всем телом почувствовала резкий удар, от которого оно на миг будто бы поднялось ввысь и тут же грузно шлëпнулось на асфальт. Каждая его клетка почувствовала острую, пронизывающую боль, которая парализовала её с головы до ног. Перед глазами всё резко потемнело и наступила тишина. Единственное, что она ещё могла слышать — это глухую мелодию звонка телефона, который лежал где-то недалеко от её головы.

***

Покинув такси, Полина, не чувствуя каблуков, стремглав помчалась ко входу в полицейский участок. Она была одета лишь в тонкое вечернее мини-платье на бретельках. Она с этой суетой благополучно забыла свой пиджак в ресторане. Но она не чувствовала сейчас ничего, кроме страха и не могла думать ни о чём другом, кроме Максима. Она не ощущала ни холода, ни боли от того, что подвернула лодыжку, пока бежала ловить такси у ресторана. Даже шампанское и то выветрилось уже. Она прильнула к окну дежурной части, обратившись к полицейскому, мужчине средних лет, который поднял взгляд на заплаканную и немного растрëпанную девушку. Он бросил ручку, которой что-то черкал в тетради и внимательно посмотрел на Полину. — Что у вас случилось, девушка? — поинтересовался он, а его голос из-за бронированного стекла звучал довольно приглушённо. — Мне… Я хочу узнать, за что задержали Коренкова Максима Сергеевича! — голос Полины прозвучал довольно жёстко, но это точно не являлось злым умыслом. Она просто очень сильно перенервничала и сейчас весь стресс предательски лез наружу. — Так, гражданочка, успокойтесь, кричать не надо. Я не глухой. Давайте поговорим спокойно. Что у вас случилось? Равнодушный и холодный тон полицейского рушил и без того шаткое состояние Полины, но она из последних сил взяла себя в руки. — Задержали моего парня. Максима Сергеевича Коренкова. Я хочу узнать, за что… — уже спокойнее произнесла она, проникновенно глядя полицейскому в глаза. Тут послышался звук открывающий двери где-то сзади дежурного и к посту вышел ещё один полицейский, взгляд которого был тут же прикован к Полине. На вид ему было примерно как и ей. Он был невысокого роста, худой и жилистый. Явно не славянской внешности. Смуглый, с большими чëрными глазами и густыми, чуть сросшимися бровями, лёгкой небритостью, но довольно симпатичный. Лицо его показалось ей очень знакомым. И она не обратила бы внимания на него, если бы не его изучающий взгляд. Он нагнулся к своему товарищу, что-то тихо ему сообщив, всё так же не отрывая глаз от Полины. Первый полицейский изменился в лице, явно занервничав. — Гражданина Коренкова задержали за приём крупной партии кокаина в баре, — сообщил молодой полицейский, поправляя фуражку, — и сейчас к нам везут его товарища, который там работает. Что же, Полина, ты по наклонной пошла, дорогая? — неожиданно проговорил он, — в криминал тебя так и тянет, я смотрю… В его голосе слышалась лёгкая издëвка. А у той аж дыхание перехватило и она даже не знала, от чего больше: то ли от этой новости, то ли от того, что в этой южной внешности она узнала парня по имени Аслан, который за ней пытался ухаживать в старшей школе, а она над ним лишь посмеивалась. И вот теперь настала его очередь смеяться: он ведь на стороне закона, а она вечно вляпывается в криминал: то Стас все нервы вымотает со своими разборками, то теперь Максим… Дала бы ему шанс и сейчас горя бы не знала. Так ведь?