Часть 2

— Подъём! Все, кто ещё спит — просыпайтесь немедленно! — голос миссис Уизли, громкий и властный, прокатился по дому подобно мощному заклинанию пробуждения, проникая сквозь стены, сквозь сны, прямо в уши всех обитателей «Норы». Вслед за этим раздался глухой стук, хлопнула где-то дверь, а потом — сдавленный крик, наверняка принадлежавший Фреду: — Мерлин, мама, ты могла бы не устраивать магический грохот в шесть утра?! — Считай, тебе повезло, что я не применила Aguamenti прямо в лицо! — прозвучал ответ миссис Уизли, уже стуча каблуками по ступеням вниз. — Через десять минут все — внизу. Без исключений. Гарри, ты слышишь меня?! — С-слышу, миссис Уизли! — отозвался сонный голос с верхнего этажа. На втором этаже, в комнате, где пахло морозом, в перемешку с цветочными духами младшей Уизли,Ванесса сидела на краю своей комнаты «кровати», натягивая носки на всё ещё зябкие ступни. Джинни, не теряя ни секунды, уже зачесывая пряди в хвост рыжих волос. — Обычное утро в «Норе», — заметила Ванесса с усталой усмешкой, в которой всё же звучала неприкрытая нежность. — А ты чего хотела? Тишину и эльфийскую арфу в углу? — хмыкнула Джинни. — Забудь. Сегодня мы не живём — мы выживаем. У тебя двадцать минут, если хочешь завтрак. Потом уже — автомобиль или голодная гибель. — Ещё бы неделя в вашей семье — и мне понадобится отпуск,где то на Мальдивах — сказала Ванесса, вставая. — Ох, поверь, мне тоже, — с неожиданной серьёзностью кивнула Джинни. — Особенно от Фреда и Джорджа. В прошлом году они пытались подкинуть мне в чемодан какую-то жутко вонючую гадость... Хорошо, что их заметили до того, как она успела сработать. Ванесса лишь едва заметно улыбнулась — уголками губ, мимолётно, как будто этот жест был неосознанной привычкой. Одновременно она старательно приводила себя в порядок, откидывая со лба непослушную прядь. Джинни уже вышла из комнаты, и старая деревянная дверь с протяжным, почти театральным скрипом закрылась за ней. Почти сразу за ней донёсся приглушённый, но узнаваемый голос, полный озорства: — Ну что, Джинни, готова сводить с ума весь факультет, как всегда? — раздался голос Джорджа, в котором шутка звучала столь привычно, что на неё можно было не отвечать. Шаги удалялись по коридору, становясь всё тише, но Ванесса всё же уловила в ответ голос подруги — живой, дерзкий, с тем самым выражением, которое обычно предвещало беду: — А вы с Фредом запаслись своим чудо-арсеналом, чтобы вновь довести всех преподавателей до нервного срыва? Тишина в комнате теперь казалась особенно заметной. Несса, не теряя времени, быстро закончила приготовления: мягкие, кудрявые локоны лёгкими волнами рассыпались по плечам, школьная мантия сидела на ней безукоризненно — чёрная, сшитая точно по уставу Хогвартса, с аккуратными складками и застёжками. Она ещё раз окинула взглядом комнату — место, ставшее временным домом, где стены хранили шёпот вечерних разговоров и аромат беззаботных снов. Затем, не без лёгкой тоски, перекинула сумку через плечо и, на секунду задержавшись у двери, шагнула в коридор, где уже начинался день, полный дорог, чемоданов, и скорого прибытия туда, где всё — начнётся по-настоящему. Внизу, на кухне, царил организованный хаос — тот самый, фирменный, семейный. Мантии мелькали, словно кулисы на магическом представлении, чемоданы громоздились у дверей, клетки с совами издавали тревожные посвисты. Один подозрительно шипящий котёл стоял прямо в проходе, как будто готовился кого-нибудь проглотить. Ванесса вышла на кухню и огляделась рассматривая всех. Каждый занимался своим делом. Молли Уизли — одна, как целый взвод — колдовала тосты, следила за кипящим чайником, поджаривала бекон и одновременно раздавала команды, словно генералиссимус семейной армии: — Джордж, даже не думай трогать пирожки,это в дорогу. — сказала Молли легонько ударив сына по руке, — Гарри и Ванесса,все вещи взяли? Рональд,где твоя палочка? — она повернулась к Гермионе, — Гермиона,а ты всё собрала? Ты уверенна? — Проверила дважды, миссис Уизли, — с достоинством ответила Гермиона, аккуратно перекладывая учебники из одной секции сумки в другую. — Хотя... может, на всякий случай ещё раз... — Не на всякий случай, а потому что поезд не ждёт, — бросила Молли, ловко направляя горячие тосты на тарелку взмахом палочки. Сквозь весь этот вихрь собирающихся детей, указаний миссис Уизли,дрожащих клеток сов тянулось что-то удивительно уютное. Как будто сама магия Хогвартса уже начиналась здесь, на кухне, среди криков, запаха кофе и спешки, которую можно было любить только сердцем. Во всей этой обстановке,Ванессу не могли оставить без шуточек. — Несса, а тебе удобно щеголять в мантии навыворот? — раздался знакомый голос с привычной издёвкой. Это был Фред — как всегда, с непрошеными замечаниями и слишком бодрый для такого раннего утра. — Фред, не трогай меня с утра, — процедила Ванесса, не глядя в его сторону. Её голос был низким и хрипловатым, будто она не разговаривала, а едва сдерживалась от того, чтобы зарычать. — Ладно-ладно, как прикажете, миссис Блэк, — с преувеличенной покорностью вскинул он руки, одной из которых всё ещё крепко сжимал чашку с дымящимся чаем. Ванесса хмыкнула и, не меняясь в лице, лишь едва заметно приподняла бровь — ухмылка в уголке губ выдала, что шутка её, в сущности, позабавила. Время ускользало слишком стремительно. С каждой минутой «Нора» напоминала осиное гнездо в разгар лета: хлопали двери, кто-то торопливо сновал по коридорам, раздавались возгласы и топот ног. За окном уже поджидал до нелепости большой, но надёжный внедорожник мистера Уизли — слегка шатающийся на месте, как нетерпеливая сова перед вылетом. Он, казалось, не столько стоял, сколько ожидал с характерным нетерпением всех пассажиров, слегка подрагивая, словно знал, что ему предстоит взлететь. Посадка в машину напоминала сражение за лучшие места: кто-то бегал в поисках потерянной палочки, кто-то хватал клетку с совой, забыв застегнуть замки на сундуке. А Молли Уизли, как полководец перед битвой, громко раздавала последние распоряжения, одновременно помогая заталкивать чемоданы и проверяя, все ли дети на месте: — Никто не высовывается из окон, не открывает двери в полёте и не кормит сов в дороге! Это ясно?? — Как будто мы в прошлом году это делали, — пробормотал Джордж с невинным выражением лица, которое сразу же выдавало с головой его вину. — Джордж, вы с Фредом — особенно под наблюдением, — строго добавила Молли, и в её голосе было столько ледяной решимости, что даже Рон застыл с бутербродом наполовину во рту. — Один раз высунул руку в окно — и теперь до конца жизни слушать буду, — пробурчал Фред, скрестив руки и делая вид, что глубоко обижен. — Хватит оба, — отрезала Молли, — мы и так опаздываем. После этих слов воцарилась напряжённая тишина, прерываемая лишь приглушённым урчанием зачарованного двигателя, посвистом ветра, пробегающего вдоль окон, да урывистыми криками сов, встревоженных внезапным полётом. Машина взмыла в небо, унося с собой крикливую, суетливую, но до боли родную команду — туда, где начинался новый учебный семестр, и где, быть может, уже за поворотом ждали совсем иные приключения. Машина приземлилась с характерным глухим ударом — настолько мягко, насколько могла позволить себе заколдованная техника Артура Уизли. Пыль под колесами взметнулась и закружилась вихрем, оседая на старой мостовой, ведущей ко входу на вокзал «Кингс-Кросс». — Все на выход! — скомандовала Молли, хлопнув дверцей. — И держитесь ближе друг к другу. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь заблудился среди маглов. С одной стороны, всё выглядело вполне обыденно: толпы людей с чемоданами, громкие объявления над платформами, стук колес по рельсам. Но если присмотреться внимательнее, можно было заметить кое-что странное — например, котёл с притороченной к нему метлой или сову, злобно глядящую сквозь прутья клетки на прохожих. — Ладно, парами, быстро, без остановок, — торопила Молли, указывая на кирпичную колонну между девятой и десятой платформами. Первыми — как всегда — шмыгнули Фред и Джордж. Они, не оборачиваясь, с лёгкостью скрылись в стене, словно растворившись в воздухе. Гермиона, Рон и Гарри последовали за ними, волоча сундуки и сов, старательно избегая лишнего внимания со стороны маглов. — Несса, пойдём вместе, — сказала Джинни и потянула подругу за рукав. — Главное — не замедлять шаг. — Как будто я в первый раз, — усмехнулась Ванесса, подхватывая сумку и ускоряя шаг. Они пробежали прямо на колонну, и в следующий миг привычный вокзальный шум исчез. Его заменила другая музыка — железнодорожный гудок, звонкий смех, лай собак, хлопанье дверей и магическая суета. Платформа 9¾ оживлённо гудела, как улей. Среди клубов пара стоял великолепный алый локомотив — «Хогвартс-Экспресс». Его латунные детали сверкали в утреннем солнце, а дым из трубы плавно поднимался в небо, напоминая дыхание огромного зверя. — Каждый раз — как впервые, — тихо сказала Ванесса, оглядываясь. Сквозь пёструю толпу на платформе, где всё напоминало кадры из яркой, шумной сказки, Ванесса вдруг остановилась. Среди мельтешащих лиц, чемоданов и клеток с совами, как будто вынырнув из прохладной тени замка, стоял Драко Малфой. Он, как всегда, безупречно выбрит, причёсан и одет — словно сошёл с обложки чистокровного магического глянца. Его взгляд, холодный и насмешливый, метнулся от Джинни к Ванессе, задержался, прищурился. — Блэк, — протянул он с леденящим притворством, — что, ещё не очутилась в Азкабане, как твой папаша? Ах да,этот сумасшедший на свободе,но не надолго. Тон был колюч, но сама фраза — отточенное жало. Несколько секунд на платформе словно сгущался воздух. Ванесса медленно повернулась к нему. Ни единой эмоции на лице. Лишь глаза, тёмные, как шторм над Чернильным морем, смотрели на Малфоя с такой невозмутимой яростью, что можно было ощутить: под этой маской — бушует буря. — Малфой, — произнесла она, понижая голос до едва слышного рычания, — закрой рот, пока можешь, и иди к своему папочке — жаловаться. Может, успеет научить тебя быть хоть немного человеком. Хотя яблоко от яблони не далеко падает. Воздух будто задрожал. Джинни, стоявшая рядом, почувствовала, как мурашки прошлись по коже. Все привыкли к сдержанности Ванессы, к её лёгкой усмешке, к её отстранённости. Но в этот момент она говорила так, словно защищала нечто большее, чем просто своё имя и собственного отца. Драко скривился. Его взгляд скользнул по группе ребят, остановился на Гарри, потом на Гермионе. — Посмотрите на неё, — сказал он, громко, театрально, — у нашей Ванессы клыки прорезались. Что, думаешь, тебе простят то, что ты носишь фамилию Блэк? Одна ты и твой папаша всё равно окажетесь там, где вам и место. Он скосил глаза на Гарри и Гермиону, и язвительная ухмылка расползлась по его лицу. — Смешно, всё ещё держишься за этих Уизли? За мальчика, который вечно на краю лезвия ходит, и за мерзкую грязнокровку? Гарри шагнул вперёд, но остановился, когда Ванесса подняла ладонь, не отрывая глаз от Малфоя. — Слушай, Драко, — её голос был удивительно тих, и от этого вдвойне угрожающий, — смотри, чтобы тебе нос заново не пришлось вправлять. Семестр только начался, а ты уже подписал себе приговор. Она шагнула мимо, предельно близко, нарочно задев его плечом. За ней повторили остальные. Малфой смотрел в след презрительным взглядом.Но, кажется, впервые — не ответил. — А ты и вправду — с характером Блэков, — пробормотал Рон, уже догоняя Ванессу. — Просто этот хорёк достал. Блефует, не зная, что делает, — бросила она, даже не оборачиваясь. Платформа вновь ожила. Где-то позади Фред и Джордж предлагали первокурсникам свои изобретения,Гермиона прижимала к груди список необходимых зелий, а Джинни вдруг резко вскрикнула: — Быстрее в вагон! Если не займём место — будем ехать с первокурсниками и их жабами! — Только не снова... — простонала Ванесса и побежала следом. Купе у окна встретило их мягким светом и лёгким запахом старых подушек. За стеклом летела Англия, а внутри — шумно и по-домашнему уютно. Близнецы обосновались в другом купе, забрасывая новыми шутками учеников пятого курса. Джинни села к подругам. А Ванесса, Гарри, Рон и Гермиона оказались вместе — старой, уже привычной компанией. Рон с упоением рассказывал историю из детства, где фигурировали ожившие ложки и колдующий отец. Гермиона деловито перекладывала книги с колен на сиденье, время от времени вставляя уточнения. Гарри молча смотрел в окно — вдаль, как будто надеялся увидеть ответ на вопрос, который ещё не знал. А Ванесса слушала. Молча. С лёгкой улыбкой на губах. Тень недавней стычки с Малфоем ещё не рассеялась, но тут, среди друзей, она ощущалась уже не такой тяжёлой. Поезд вздрогнул, заскрипел и тронулся с места. Клубы пара обволокли стекло, и мир за окном начал растворяться в сером тумане, словно становился менее реальным. Всё, что было до, — осталось позади. Впереди — Хогвартс. Новый семестр.Новые тайны. И, быть может, перемены, о которых никто пока не догадывался. Время в поезде будто текло иначе: мягко, тепло, как чай с мёдом. За окном пролегали луга, холмы и мелькающие леса — пейзаж, который невозможно было спутать с каким-либо другим. Только мир волшебников мог быть одновременно таким древним и живым, таким сказочным и настоящим. Купе наполнилось тихим шелестом страниц — Гермиона снова углубилась в толстую книгу с выцветшей обложкой, изредка поднимая голову, чтобы поправить что-то в словах Рона. Тот пересказывал историю, в которой фейерверки Фреда и Джорджа случайно испортили вечеринку по случаю годовщины свадьбы родителей. Гарри молчал, всё ещё уставившись в стекло, как будто ловил момент, в котором прошлое и настоящее сплетаются в одну нить. Ванесса сидела напротив, тихо играя кончиком палочки: не заклинания — просто привычка. Её взгляд был рассеянным, но внутренне она была на стороже. После встречи с Малфоем у неё оставалось ощущение, будто надвигается что-то... недоброе. Как затишье перед бурей. Внезапно дверь купе с грохотом отъехала в сторону. — Угощения с тележки! Шоколадные лягушки, батончики "Дырявый Котёл", жевательные перья, тыквенные пирожки! Женщина в мантии с узором из парящих чайников улыбнулась так, словно уже знала, кто что возьмёт. — Мне три пирожка и шоколадную лягушку, — тут же отозвался Рон, роясь в карманах. — Как всегда, — усмехнулась Гермиона. — Ты не хочешь что-нибудь, что не прыгает по купе? Ванесса взяла лишь одно — тёмную карамель в обёртке, переливающейся как нефрит. Она молча вернулась на место и развёрнула сладость, глядя, как пар от поезда заволакивает стекло. — Ты в порядке? — негромко спросил Гарри, бросив на неё взгляд исподлобья. — Да, — коротко ответила она, отводя глаза. — Просто... в этом году что-то будет. Не знаю, почему — просто чувствую. Гарри чуть кивнул. Он знал, что такое предчувствие. Слишком хорошо. Постепенно купе снова наполнилось разговорами. Они обсуждали новые предметы, гадали, кто станет новыми префектами, и какой сюрприз подбросит Хагрид в этом году на УЗМ. Когда поезд стал замедляться, небо уже начинало темнеть. За окном клубился фиолетовый вечер, и где-то вдалеке показались первые огни Хогсмида. Стук колёс стал глуше, шаги учащённее. Все собирали вещи, криво натягивали мантии, кто-то ругался из-за забытой палочки, кто-то смеялся. — Первокурсники — за мной! — раздался негромкий, но могучий голос. И Ванесса, невольно улыбнувшись, узнала Хагрида ещё до того, как его силуэт проступил в окне. — Ну что, — сказал Гарри, — вперёд? Они вышли из купе. В коридоре — жара от соседних тел, запах сладостей, гул голосов, шаги, шаги, шаги. На перроне, окружённом магическим сумраком, ждали повозки — всё те же, запряжённые тестралами, которых теперь уже видели все четверо. Ванесса остановилась на секунду, глядя на лошадей с крыльями летучих мышей и пустыми глазами. — Они странно красивые, — тихо сказала она. — И очень настоящие, — кивнул Гарри. —вы про кого? — поинтересовался Рональд. Гарри и Ванесса с непониманием посмотрели на Рона. —Ты не видишь кто тянет повозку? — с удивлением сказала Ванесса. — в смысле? она сама едет,тут никого нет, — сказала Гермиона. Ребята не стали задерживаться на этом,все сели по местам. Но внутри Гарри и Нессы остался непонятый вкус недосказанности. Но Ванесса понимала что всё она может узнать в библиотеке Хогвартса. Повозка дёрнулась. Колёса тронулись, и тьма начала расступаться. Где-то впереди встали башни Хогвартса, чёрные на фоне звёздного неба, окутанные тонкой дымкой ожидания. Зимний мороз скользил по лицу,а снежные хлопья аккуратно падали на одежду. Именно в этот миг — когда тишина впервые воцарилась в голове — Ванесса вдруг поняла: всё изменится. Хогвартс ждал их. И он не собирается отпускать.