Часть 5. Ад пуст – все бесы здесь

Флейта в моих руках – не просто инструмент. Это часть меня, как и ветер, что поёт в её отверстиях. Я помню, как отец хмурился, услышав первые ноты – он ждал фортепиано, а получил вихрь, сорвавший со стен портреты предков. Это отвлекало от обязательных для аристократов занятий музыки, но пробудило во мне интерес: что если ветром можно управлять при помощи флейты? Придворный маг королевства Обскуры подтвердил, что это действительно возможно. Он дал мне несколько советов по контролю моей магии и немного рассказал, как можно совмещать музыку и ветер. Я много тренировалась – по началу ничего не получалось и я расстраивалась. Однако затем я поняла принцип. Я начала прислушиваться, повторять звуки ветра при помощи флейты, соединяясь с ним и постепенно учась управлять. Вскоре после этого меня отправили на обучение в Облачную Башню, где инструмент мне уже не понадобился. В общем, я не обладаю силой музыки, но научилась пользоваться звуками – они ведь часть воздушной стихии. Сейчас я держу в руке ту самую флейту, которая была со мной ещё с Обскуры. Она – отличный способ контроля ветра без применения всего внутреннего ресурса. К тому же, позволяет мне по большей части обойти ограничение наручников. Из-за них моя магия слаба, поэтому мне бы не помешала помощь хозяина Башни. Но даже если он не поможет, я всё равно не позволю феям проникнуть под купол. Теперь же, когда наручники жгут плоть, я впиваюсь пальцами в знакомый металл, словно он может забрать боль. Пусть феи бьются в бессилии – их гармония не сравнится с яростью моей бури. Звучит первая низкая нота – она означает, что я вхожу в контакт со стихией. Она не собирается подчиняться сразу, но я не сдаюсь. Затем я начинаю брать другие ноты – ветер послушно ускоряется. Постепенно наращиваю темп мелодии и заставляю вихрь циклично вращаться вокруг Башни. Из-за образовавшегося давления циклон прижимается своими краями вплотную к магическому куполу. Я продолжаю ускорять мелодию, кожа на запястьях болит, но я стискиваю зубы. Воздух сгущается, как невидимая броня, сливаясь с магией купола. Купол продолжает содрагаться от ударов фей, но уже значительно меньше. Моя музыка и ветер смешались в одно, я более ничего кроме них не слышу. Феи упорно продолжают биться, намереваясь справиться грубой силой... глупые феи. Заметив, что их магия не действенна, пятеро девушек с большими крыльями все вместе начинают сыпать на купол волшебную пыльцу. Она искрится, как несбывшаяся надежда – красиво, но бесполезно. Неужели они думают, что древнейшие заклинания, которые создавали веками сильнейшие колдуны, можно так просто разрушить? Фейской пылью? Они себя всемогущими возомнили? Краем глаза я замечаю, как Валтор поднимается в воздух выше меня. Его ладони удерживают активированные искры магии, которые с каждой секундой продолжают опасно набирать силу. Мужчина вскидывает руки вверх — искры летят к куполу, обволакивая его. В следующую секунду резкий ультразвуковой импульс отталкивает фей на довольно приличное расстояние от Башни. Они падают с высоты на землю, но в последний момент одна из них при помощи магии выращивает огромные плющи. Растения спасают их от травм и возможной смерти. Я продолжаю играть, еле сдерживаясь, чтобы не закричать от боли. Фейские наручники жгут так сильно, что у меня дрожжат руки. Мне всё сложнее контролировать ветер, но я обязана сохранять концентрацию... иначе ураган, что я создала, станет слишком опасным для Облачной Башни. Признаться, в какой-то момент мне кажется, что феи попытаются ещё раз проломить барьер. Рыжая девушка действительно снова взлетает и ударяет со всей силы, что у неё осталась, но заклинание Валтора снова отбрасывает её назад. Она упрямо хочет ещё раз попытаться, несмотря на усталость. Уже собирается взлететь, но её за ногу ловит одна из её подруг – блондинка. Похвальное упорство, нечего сказать. Я уважаю целеустремлённость в других людях. Другие девушки складывают крылья и снова принимают человеческий облик, но эта рыжая всё никак не сводит взгляд с того места, где должна быть Облачная Башня. Я понимаю, что они ещё обязательно сюда вернутся... Когда они скрываются за горизонтом, я начинаю плавно замедлять мелодию. Лучше с этим не спешить, ведь можно сделать только хуже. Из-за боли от оков я случайно взяла не ту ноту, фальшивую. Гармония нарушена! Фальшивая нота режет по нервам, как нож – тело пронзает судорога, ветер воет и рвётся вразнобой, вырываясь из-под контроля. Я вскрикиваю, флейта выпадает из рук – медленно, словно во сне. Затем камень площадки встречает меня всей тяжестью жестокой реальности. Больно, но не сравнится с ожогами на запястьях. Последнее, что я чувствую – как содрагается Башня от магии. Чьи-то крики тонут в уже неподконтрольной буре. Я погружаюсь во тьму бесчувствия, оторванной от жизни. Снова... Сколько прошло времени? А существует ли вообще время в небытие? Я не знаю. Во тьме я слышу чьи-то голоса, но уши заложило, словно я под водой. Под горячей водой, ведь мне невыносимо жарко. Нет, это точно не может быть небытие. Я уже была в нём и помню, что не чувствовала абсолютно ничего. Меня просто... не существовало. Сейчас же я горю и не ощущаю даже капельку моей магии. Должно быть, я в аду. Люди часто говорят, что ведьмам место в аду, но иногда сами забывают, каких демонов они прячут в глубинах своих душ. Настоящее зло обычно прячется у всех на виду, маскируясь под обычных людей... но я никогда не пряталась и не стеснялась своей тьмы. Если мне и суждено очутиться в аду, то я унесу с собой как можно больше людей. Особенно тех, кто заслуживает там вечно страдать! Валтор... и почему я чувствую жар Огня Дракона? Неужели ад состоит из его огня? Души грешников после смерти горят в его тёмном Пламени Дракона? Не удивлюсь... оно способно выжечь что угодно, даже первородный грех. Даже человеческие души, изначально сотканные из света, в этом огне сгорят и не оставят праха. Что будет, если это пламя погаснет? Грешные души будут возрождаться и снова творить зло? А кто вообще определяет, что есть грех? И если моя тьма – зло, то что тогда свет? Свет, который обратил меня в камень, потому что я посмела родиться носителем силы Дракона. Разве я виновата? Я отказалась подчиниться и добровольно отдать свою силу, но разве я была обязана? Я не виновата в том, что Воздух всегда хочет оставаться свободным. Тогда почему я оказалась в аду? Я открываю глаза – везде бесконечная темнота и... огонь. Море огня! Я иду по его дну между языками пламени. Мне нечем дышать: огню ведь нужно поглощать воздух, чтобы гореть. Это адская мука – быть в сознании, но не иметь возможности вдохнуть полной грудью! Лучше умереть. Мне чересчур жарко и я начинаю скучать по приятной прохладе и холоду. Несмотря на то, что огонь окружает меня повсюду, он не касается меня... но ему это и не нужно, чтобы причинить боль. Я не могу ни взлететь, ни найти выход из этого огненного моря. Оно бесконечно. Лёгкие жжёт от нехватки кислорода, голова кружится, в глазах темнеет, мышцы слабеют и перестают держать. Я обессиленно ложусь на дно. Наверняка у меня ярко красные щёки и волосы, мокрые от пота. Как же хочется... жить. Но не на дне огненного моря, а высоко в небе, где никто не сможет меня достать. Даже Огню Дракона, горящему где-то на земле, не достать до облаков. Вдруг я слышу чей-то голос, но не могу разобрать его. Он повторяется и повторяется, приближается всё ближе и ближе, но его всё равно не разобрать. Кажется, мужской голос. Это Валтор... хотя кто знает? Может, мне мерещится. С каких это пор мне стал мерещеться его голос? Странно. — ... Се... ста... Ничего не понимаю. Возможно, если в этом море я не одна, то и страдать в одиночестве не буду? Когда я почувствовала что-то холодное, то удивилась. Но этот предмет почти сразу же стал таким же горячим, как моя кожа. Так что я решила, что это галлюцинация. И вот я снова чувствую холод на лбу, он не плавится. Моя голова быстро остывает, кажется даже мозг замёрз. Постепенно и остальное тело начинает остывать, мне становится легче. Голос, который я слышу, тоже как ледяная плеть рассекает пространство: — Нимфа! Это точно хозяин Башни. Я прихожу в себя, резко втянув прохладный воздух. Больше нет огненного моря – оно оставило после себя только тени на стенах. Я нахожусь в Облачной Башне, меня трясёт, как от лихорадки. Как и всегда, здесь царит полумрак, освещаемый лишь свечами. Я лежу на чьей-то большой кровати в чьей-то спальне... понятия не имею, чьи это покои. Над моей головой светится магия ледяной ведьмы – это она охладила меня. Рядом с кроватью стоит Валтор и задумчиво рассматривает татуировки на моих запястьях, которые слегка подсвечивают его аристократичные черты лица. Его руки в перчатках, через ткань я не чувствую их температуру. В комнате ощутимо попахивает дымом. — Очнулась. — кивает маг. — Хм. — разочарованно хмыкает Айси и отворачивается, но продолжает держать холод над моей головой. Первое время я не могу сообразить, что произошло. Голова всё ещё кружится. Я молчу, чувствуя, как по виску скатывается капля пота. Даже нет сил отдёргивать руку. — Ты сеешь хаос, тёмная Нимфа. — слегка усмехается маг. В глазах снова пляшет искра пламени, но на этот раз как будто над погребальным костром. Это не похвала, не упрёк, а просто констатация факта. Видимо, мой больной от лихорадки мозг не выдерживает напряжения, поэтому я хрипло смеюсь: — Тогда мы с тобой одного поля ягоды, Вал-тор. Тяжёлые двери спальни с треском распахиваются, впуская немного запыхавшуюся Дарси и вихрь Сторми: — Я потушила пожар. — говорит первая. — Ураган слишком неконтролируемый! Он мне не поддаётся, что бы я не делала! — злится вторая. Мужчина даже не поворачивает голову к ним. Его взгляд заставляет меня вжаться в кровать – в нём нет ни капли жалости. Только азарт, какой бывает у охотников. Его голос, холодный и резкий, произносит: — Значит, ты делаешь недостаточно, Сторми! Даже... обычная тёмная Нимфа смогла подчинить ураган. Он проводит большим пальцем по татуировке и она вспыхивает белым светом! Жар на мгновение снова возвращается, но лёд быстро его остужает. Теперь понятно, почему я горела, когда была без сознания – Валтор изучал письмена. Я дёргаю руку на себя, дабы освободится от прикосновения мага, но он не отпускает. Ведьмам явно не нравится лицезреть его интерес к чему-то или кому-то, кроме них. Сторми смотрит на меня острым, как нож взглядом – хорошо, что взгляды не способны убивать. Не специально ли он хочет стравить нас? Если да, то чего ради? Что он задумал? — Агр! Пусть тогда Селеста и усмиряет его! — А-ха-ха... — снова я не сдерживаю смешок. — Хаос вызван гармонией и она же является противодействием. Это заклинание снимается только музыкой либо специально написанными стихами. Никто не умеет играть на инструментах или писать стихи? — А ты точно бывшая ведьма? Ты могла бы гармонично... — злобно огрызается ведьма ураганов, но Валтор резко заставляет её умолкнуть: — Молчать. — Я сниму это заклинание. Мне просто нужно... — я вовремя себя отдёргиваю. Чуть не сказала про ядовитые плоды, что собрала сегодня. Нечего ему знать о моих ухищрениях. — Кое-что нужно. Я пытаюсь встать с мягкой постели – ожидаемо получается не очень. Разумеется, никто мне не помогает: Валтор, наконец, отпускает моё запястье, а Айси убирает магию с моего лба. Со второй попытки я всё же встаю на ноги, выпрямляю спину, приглаживаю волосы. Игнорирую дрожь в коленях. Осмотрев рукава своей рубашки, я кидаю недовольный взгляд на мага – манжеты растёгнуты и небрежно задраны вверх. Кто вообще дал ему права прикасаться ко мне? То, что он хозяин Башни не значит, что он может делать что угодно. Я не хотела ему показывать фейские оковы, но он взял и посмотрел сам. Теперь он знает про них... Что теперь будет? — Тебе стоит поторопиться, пока ураган не снёс половину Башни. — проговаривает он. По его взгляду я понимаю, что теперь мне стоит быть вдвойне осторожней. Вокруг него словно сгущается тьма. — Постарайся как следует, Нимфа. Жду-недождусь, когда магия фей на твоих руках тебя убьёт. — едко усмехается Айси. — Правильно говоришь: недождёшься. Вас не должна беспокоить моя проблема. — говорю я и выхожу за дверь, игнорируя чью-то реплику, которая летит мне в ответ. Пока шагаю в свою комнату, я думаю о мотивах мага. Он ведь прекрасно знает, как подбирать контрзаклинания и сам может с лёгкостью усмирить ветер, но не стал этого делать. Вместо этого сначала отправляет Сторми разбираться с ураганом, а потом меня... Вне сомнений, он проверяет границы моих возможностей. А сегодня ещё узнал о моих оковах... Это кому угодно покажется странным. Почему на простую студентку, ведьму ветра, наложили такое ограничение? Не может же обычная колдунья с заурядной магией быть настолько опасной? Конечно, Валтор уже знает, что я не простая Нимфа и будет дальше меня испытывать. Дело становится плохо. Мне нужно как можно быстрее найти способ избавиться от фейских наручников и онулировать кровавый договор. В коридоре ощутимо пахнет гарью. Сначала я не понимаю, о каком пожаре говорила Дарси, но потом меня словно ударяет током. Связанная со мной энергиями Башня чувствовала то же самое, что и я, когда была без чувств! Только для замка огонь Валтора был реальным. Надеюсь, что порабощённые ведьмы не пострадали. Хотя, они меня не так сильно волнуют, как Облачная Башня. Мне хочется побежать к её сердцу и при помощи магии хоть немного облегчить её страдания, но сначала нужно решить более насущную проблему. Когда я оказываюсь в своей спальне, то сразу же бросаюсь к спрятанной корзине с плодами. Замечаю погром, но не обращаю на него внимание – в распахнутые ещё утром окна ворвался вихрь и снёс всё, что плохо лежало... и не только. Действовать нужно быстро, но я не могу вкусить грязный Лунный Суффонс, поэтому ополаскиваю его водой в душевой. Откусив кусочек ядовитого фрукта, я чувствую, словно на моей шее затягивается верёвка, но продолжаю вкушать мякоть – боль меньшее, что я могу заплатить за свободу. Захожусь влажным кашлем, стены дрожжат в такт – Башня чувствует каждый мой спазм. — "Потерпи. Я исправлю это". — мысленно шепчу я. Однако благодаря фрукту я чувствую, как моя магия усиливается, а наручники немного ослабевают. Один взмах руки, и в ней снова появляется моя флейта. Я выхожу на балкон и начинаю играть. Холодный металл приятно касается моих губ. Первая нота низкая, вхожу в контакт. На этот раз всё происходит легче и быстрее, потому что оковы не мешают. Ураган больше не хаотичен, а послушен моей музыке. Медленная, успокаивающая мелодия – под такие обычно медитируют. Ноты сплетаются в узор, невидимый глазу, но ветер его видит. Он замедляется, как дикий зверь, услышавший голос хозяина. Последний аккорд растворяется в воздухе, ураган, наконец, засыпает. Я чувствую откуда-то сверху холодный взгляд серых глаз – Валтор всё это время наблюдал за каждым движением моих пальцев. Он догадался, что я сжульничала, но не знает как именно. Он позволил мне это, чтобы выяснить, как я справлюсь. Моё сердце сжимается от кольнувшей тревоги, но я не смотрю на мужчину в ответ. Пусть думает, что победил ветер. Однако я знаю: сегодня я играла для него, а завтра сыграю для себя. Маг теперь в курсе моей слабости, но пусть только посмеет ею воспользоваться! Почти на ватных ногах я захожу обратно в спальню, пинаю корзину под кровать. Прикрываю рот рукой от вновь настигшего кашля и кладу голову на подушки. Мне плохо от яда, кровь стучит в висках. По хорошему в таких случаях нужно медитировать и пытаться стабилизировать свою внутреннюю энергию. Я вспоминаю об этом, через силу заставляю себя снова поднять тяжёлую голову и сесть в позу лотоса. Сосредоточиться на медитации у меня не выходит, потому что я слышу скрип балконной двери и чьи-то шаги в своей комнате. Расплепляю глаза и вижу его. Безупречный, уверенный в себе, холодный хозяин Башни заходит ко мне своей величественной походкой. На его фоне я смотрюсь жалко: грязные от пота и растрёпанные ветром волосы, побледневшая от яда кожа и слегка подрагивающие конечности, начавшие неметь обветренные губы. Никогда ещё в своей жизни я, гордая аристократка, так ужасно не выглядела. — Не помешал? — спрашивает он. Его взгляд проходится по моей коже, как лезвие. — Помешал. Прошу покинуть мою спальню и более без спроса не заходить. — Боишься, что узнаю твои секреты? Я сжимаю кулаки. Он видит мою слабость, но мой страх – никогда не сможет. — Боятся рабы. Я просто не люблю непрошенных гостей. На мговение в его глазах вспыхивает что-то... почти уважение, но быстро прячется за холодным расчётом. Он подходит ближе, его тень угрожающе накрывает меня: — А я не люблю непрошенных сюрпризов, Нимфа. Ты умнее многих ведьм и фей... и, полагаю, сильнее. — он мельком бросает взгляд на мои запястья. — Сегодня я в этом убедился. Я молчу и продолжаю слушать. Не считаю нужным благодарить его за эти слова, ибо это не комплимент. Сухая констатация факта. Я и так знаю, что сильнее многих. — Ты много знаешь о феях и, как оказалось, даже носишь на себе их магию. Как ты с ними связана? Вопрос произнесён таким ледяным и угрожающим тоном, который нельзя проигнорировать или воспринять не всерьёз. — Феи и ведьмы всегда были и будут друг другу соперниками. Я предпочитаю изучить врага досконально, прежде чем атаковать. Разве это не разумно? Именно поэтому я знаю о них так много. — уклончиво отвечаю я. Его глаза вспыхивают гневом, однако мужчина достаточно мудр, чтобы его придержать. Он понимает, что сейчас речь идёт не столько о феях, сколько о нём самом: — Ты права, — его голос внезапно звучит тише, но опаснее. — Но есть разница между изучением врага... и ношением его оков. Кто ты на самом деле, Селеста? Жертва? Или тайное оружие? — Выбери, что из этого тебе больше нравится. Оба эти варианта как верны, так и не верны. — я приподнимаю уголок губ в едкой усмешке, но тут же кашель вырывается наружу. Я прикрываю рот рукой, а через минуту продолжаю: — Я просто была... СЛИШКОМ прилежной ученицей миссис Гриффин. Оковы и заклинание оставновленной жизни – это цена, которую я заплатила за усердие в учёбе. — Слишком расплывчато, нимфа. За усердие в учёбе обычно получают диплом. — он подходит совсем близко ко мне и сжимает ворот моей рубашки. Не резко, не импульсивно. Спокойно, но угрожающе. — Прекрати юлить! За что тебя наказала Гриффин? Наши взгляды скрещиваются, как клинки. Что он о себе возомнил? Маг возвышается надо мной и он силён, но и я не проста – яд лунной груши всё ещё усиливает мою магию. — Я не отвечаю на вопросы тех, кто нарушает мои личные границы. — проговариваю я и ударяю мужчину электрическим разрядом. Я искрюсь от статического напряжения, готовая ударить ещё раз. — Не смей меня трогать без моего разрешения. Я не Айси, Дарси или Сторми. 220 вольт – это не самое высокое напряжение, которое я могу выдать. Для людей оно смертельно, но для демонов – нет. Зато больно, вне сомнений. Он отдёргивает руку, отшагивает от меня назад. Запахло горелой тканью его перчаток. Глухой, сдерживаемый стон Валтора слышится через закрытые губы, брови болезненно нахмурены. Однако... он не злится, а победно смеётся. Низкий грудной смех бархатом разливается по комнате, но ничего приятного в нём нет. Наоборот, он холодный и опасный, как остриё льдины: — А вот и ответ. Кажется, я понял старушку Гриффин... Она наказала тебя за неподчинение. Не боишься наступить второй раз на одни и те же грабли? — Боятся рабы, Валтор! А я этими же граблями на этот раз буду обороняться. — Ты действительно не такая, как Трикс. — мужчина снова сдержанно смеётся, но на этот раз с уважением во взгляде. — Присоединяйся ко мне. Я вижу, что вместе мы сможем многого добиться... гораздо больше, чем вместе с Айси, Дарси и Сторми. Ты гораздо способнее них даже с этими оковами. Представляю, какая сила вырвется наружу, если их снять... я могу помочь тебе. Помогу тебе вернуть полный контроль над своей магией, а ты взамен поможешь забрать у мира всё то, что принадлежит мне. Вся власть будет принадлежать лишь нам... Я слегка удивлена, но не теряю голову. Его слова похожи на речи змея-искусителя. Нет, он предлагает мне не взаимную выгоду, а сделку с дьяволом. Я не поверю, что такой властолюбивый демон добровольно разделит со мной власть и потом не предаст. Не-ет, мне не пять лет, чтобы на это повестись. Я пытаюсь говорить твёрдо и убедительно: — Соблазняй своими речами этих Трикс... уверена, они будут счастливы получить твоё внимание. Мне не нужна власть – на эту жизнь у меня другие цели. — Я помогу тебе добиться их взамен на то, что ты перейдёшь на мою сторону. Можешь отрицать, но я вижу, что мы с тобой похожи... Нимфа. — маг ухмыляется, глаза его заинтересованно и неотрывно смотрят в мои. — Вместо бесполезной игры, что ты затеяла, мы могли бы объединить наши умы и силы. — Я уже заключила с тобой договор на крови. С меня достаточно. Пока он действителен, я буду выполнять все предписанные обязательства, но когда срок действия закончится – не собираюсь мешать твоим планам. Я тебе не враг, но и не союзник. Мне всё равно на твои монопольные планы, пока они не касаются меня. — Правда? — говорит он, как-то по особенному выделив этот вопрос интонацией. Какая-то огненная искра мелькает в его светло-серых глазах, но я не могу её разгадать. — Что ж... в таком случае, оставляю тебе шанс в любой момент передумать. Тебе стоит сказать лишь одно слово "Согласна", и мы заключим новый договор. Подумай об этом хорошенько, Селеста. Он смотрит на меня ещё несколько мгновений, прежде чем неспешно направиться в сторону двери. В повисшей тишине слышны только его шаги. Когда он оказывается у самого выхода, я внезапно вспоминаю о том, что хотела сказать до визита фей. — Валтор... — Да? — На планете Линфея растёт Чёрная ива. Её слёзы способны поворачивать время вспять. Скорее всего, феи попытаются вернуть Фарагонду при помощи них... надо уничтожить дерево. — Как интересно, что ты о ней знаешь... о каком именно дереве ты говоришь? О дереве-Фарагонде или о Чёрной иве? — холодно усмехается он. Я задумываюсь. А действительно, не эффективнее ли будет уничтожить сразу оба дерева? Неужели мои мотивы так легко уловить? — Ты понял меня. Я хочу быть уверенной в том, что директриса Алфеи навсегда останется мертва... поэтому нужно уничтожить оба дерева. Скажем, для надёжности. — Надо же, какая жестокость. Как я и говорил, мы с тобой похожи. — он поворачивается ко мне лицом. — Ты как никто другой понимаешь меня... я тоже предпочту, чтобы эта фея вечно оставалась в небытие. Я немного смущаюсь от его слов, но в итоге решаю, что это очередной трюк, чтобы склонить меня на свою сторону. — В общем... думаю, пока феи не сообразили, нужно действовать сейчас. Дай мне полчаса, я... приведу себя в порядок, потом телепортируй меня на Линфею. Я бы не просила о таком, но эти оковы... — Верно мыслишь, но я просто отправлю туда Трикс. Прости, но ты сейчас не в лучшем состоянии. Словно в подтверждение его слов предательский кашель снова вырывается наружу. Прокашлявшись, я манерно извиняюсь и возражаю: — Тебя волнует моё состояние? Брось, можешь не притворяться. Ерунда. Помнится, недавно ты назвал этих Трикс дилетантками. Себе я доверяю больше, чем этим ведьмам. Именно поэтому сейчас я отправлюсь на Линфею. — Допустим, я тебя телепортирую. — голос мага вновь холоден и расчётлив. Больше нет той искусительной интонации. — Ты уничтожишь иву. Что дальше? Как вернёшься обратно? Из-за оков твоих сил не хватит на межпланетную телепортацию. — Я прилежно училась тёмной магии. Найду какое-нибудь растение, кристалл... в общем, разберусь. — Нет. — резко отрезает он. — Нимфа Облачной Башни нужна мне здесь, а не где-то в другом месте, когда сюда снова придут феи. Я отправлюсь с тобой. Уничтожим оба дерева и быстро вернёмся. Заодно и я буду уверен, что Фарагонда больше меня не побеспокоит. Я снова непонимающе задумываюсь. Если он сам отправится на Линфею, тогда зачем мне там быть? Боится, что я сбегу? Или... при помощи волшебных слёз освобожусь от наручников? Да... на его месте я ожидала бы от себя чего угодно. Уж лучше бы он полетел туда вместе с Айси, Дарси и Сторми. Валтор видит, что я хочу возразить ему... снова, но не позволяет: — Даю тебе пол часа на сборы. С этими словами мужчина закрывает дверь моей спальни с наружней стороны.