Ты… всегда знаешь, что нужно

***

‎Восемь утра. Сквозь неплотно занавешенное окно в номер лениво пробивался солнечный свет. ‎Вадим проснулся первым. Повернулся на бок — Ольга спала рядом, спиной к нему. Волосы растрёпаны, плечи открыты. В его голове промелькнула картина ночи — жар, касания, стоны... ‎ ‎— Олечка... — протянул он, лениво проводя пальцами по её оголённой спине. Затем, чуть приподнявшись, осторожно коснулся губами линии позвоночника. ‎ ‎— Мм... — она пошевелилась, не открывая глаз. — Давай ещё чуть-чуть поспим? ‎ ‎— Завтрак в девять, — пробормотал он, прижимаясь к ней плотнее, касаясь грудью её спины. — Мы же на пляж сегодня. А ты пока соберёшься — уже полдень будет. ‎ ‎Он усмехнулся, уткнувшись носом в её шею. ‎ ‎— Ой, Вадим... — она повернулась к нему лицом, открывая глаза. — Я соберусь за полчаса. ‎ ‎— Я это уже какой год от тебя слышу, — фыркнул он, касаясь её щеки. ‎ ‎— Ну вот, давай ты сейчас в душ, а я пока полежу. — Она поцеловала его в нос и натянула одеяло выше. ‎ ‎— Может, вместе пойдём? — его ладони скользнули ниже, к её животу. ‎ ‎— Какое интересное предложение... — с усмешкой ответила она. — Но нет. Сегодня сам. ‎ ‎— А я уже настроился, — пробормотал он, прижимаясь к ней. ‎ ‎— Я чувствую, — потёрлась она ягодицами о его бедро. ‎ ‎— Издеваешься надо мной, — выдохнул он, чуть сжав её талию. ‎ ‎— Всё для тебя, любимый. Иди уже. Ты сам говорил — время. ‎ ‎С громким, показным вздохом Вадим поднялся и направился в душ. А Ольга, едва он скрылся за дверью, вновь уткнулась лицом в подушку и закрыла глаза. ‎ ‎Прошло двадцать минут. Он вышел, уже одетый, свежий, в лёгкой рубашке и шортах. Волосы ещё немного влажные. Вернувшись в спальню, застал её в интересном положении — раскинувшуюся на кровати, будто звезда. ‎ ‎— Оля, встаём, — с нежностью прошептал он, присаживаясь на край. ‎ ‎Он начал поглаживать её по телу поверх тонкого одеяла. ‎ ‎— Ты из меня выжал все соки вчера, — простонала она, приоткрывая один глаз и щурясь от света. ‎ ‎— Спасибо за комплимент, Олечка, — усмехнулся он. ‎ ‎— Ладно-ладно, встаю. — Она села, придерживая одеяло у груди. — А ну отвернись! ‎ ‎— Серьёзно? — он вскинул брови. — Думаешь, за три года я что-то ещё не видел? ‎ ‎— А может, сегодня я стесняюсь, — кокетливо улыбнулась она, прикусив губу. ‎ ‎— Люблю тебя, — вдруг произнёс он, тихо, почти нежданно. ‎ ‎Ольга потянулась к нему, носом прикоснулась к его щеке. ‎ ‎— И я тебя, — прошептала она в ответ, коснувшись его губ. ‎ ‎Она встала с кровати, сбросила одеяло и, слегка виляя бёдрами, направилась в ванную. У двери оглянулась и бросила на него озорной взгляд. А ведь только что смущалась. ‎ ‎Вадим только тяжело вздохнул, глядя ей вслед: ‎ ‎— До сих пор сводишь меня с ума... ‎ ‎Через полчаса Ольга вышла из ванной — в белом раздельном купальнике, на загорелом теле он смотрелся особенно ярко. — Сейчас соберу сумку, чтобы мы сразу на пляж пошли после завтрака. — Ольга подошла к туалетному столику и взяла солнечные очки. ‎ ‎— Так... крем для загара ещё нужен... Всё же? ‎ ‎— Полотенца... и всё. Остальное — если что, купим там, — отозвался Вадим, подходя ближе и целуя её в висок. ‎ ‎Вадим и Ольга вышли на завтрак, держась за руки. По деревянной террасе ресторана неспешно ходили отдыхающие, кто-то в пляжных рубашках, кто-то уже в купальниках. ‎ ‎— Ты только посмотри, — протянула Ольга, взяв тарелку. — Здесь клубника в шоколаде и сыр бри. Это просто рай. ‎ ‎— А я вот сразу к бекону пошёл, — усмехнулся Вадим. — Говорят же: каждый выбирает по себе. ‎ ‎— Вот ты всегда романтик, — с иронией сказала она, выкладывая в свою тарелку фрукты. — У меня эстетика, у тебя — холестерин. ‎ ‎— Зато ты потом будешь отбирать у меня, как обычно, — подмигнул он. ‎ ‎— Не исключено. ‎ ‎Они засмеялись и, набрав еды, сели за столик. ‎ ‎— Уф, — вздохнула Ольга, делая глоток воды. — Второй день, а я уже чувствую, как тело расслабляется. ‎ ‎— А я вот только сегодня начал понимать, что мы действительно в отпуске. — Вадим откусил круассан. — Тут как-то всё… по-настоящему. ‎ ‎После завтрака они отправились на пляж. ‎ ‎— Так, эти лежаки мне не нравятся, — прищурилась она, оглядываясь. — Тут слишком людно. ‎ ‎— Тогда вот те, — указал Вадим. — И к морю ближе. ‎ ‎— А ты умеешь выбирать места. — Она одобрительно кивнула. ‎ ‎Они расстелили полотенца на лежаках. Жаркое солнце уже нагревало кожу. ‎ ‎— Так, Вадим, повернись. Я тебе спину и плечи намажу, чтобы не сгорел, — сказала Ольга, выдавливая на ладонь крем. ‎ ‎— С радостью, — ответил он и лёг на живот. ‎ ‎Ольга ловко и быстро растёрла крем по его плечам и спине. ‎ ‎— Приятно? ‎ ‎— Конечно. Мне нравится, когда ты меня трогаешь. ‎ ‎— Так. Вадим... — она шлёпнула его ладонью по спине. ‎ ‎Вадим повернулся к ней, забрав тюбик. ‎ ‎— А теперь ты. Спинкой ко мне, милая. ‎ ‎Он мазал аккуратно, но в какой-то момент задержался на её талии, и пальцы словно нарочно скользнули чуть ниже. ‎ ‎— Ты уверен, что именно так наносят крем? — усмехнулась она, приподняв бровь. ‎ ‎— Уверен, — с абсолютно серьёзным лицом ответил он. — Это особая методика... С возбуждением впитывается лучше. ‎ ‎— Дурачок, — рассмеялась Ольга. — Всё, пошли уже плавать. Пока ты тут методики свои не начал демонстрировать публично. ‎ ‎Она поднялась с лежака и почти побежала к морю. Вадим поднялся, не отрывая взгляда от неё, пошёл следом. ‎ ‎Вода была прозрачная, тёплая, с лёгкими волнами. Они плавали рядом, ныряли, брызгали друг в друга. ‎ ‎— Ну всё, держись! — Ольга со смехом брызнула в Вадима. ‎ ‎— Ага, началось! — Он подплыл ближе и поймал её за талию. — Попалась. ‎ ‎— Ай, щекотно! Отпусти! — она вертелась в воде, но не сопротивлялась. ‎ ‎— Поцелуешь — отпущу, — сказал он, наклоняясь ближе. ‎ ‎— Это шантаж! — засмеялась она, но всё же потянулась к нему губами. ‎ ‎И они поцеловались — с улыбкой, с привкусом соли, с морем вокруг. Потом он поднял её, она обвила его шею руками, а он покружил её прямо в воде. ‎ ‎— Ты как ребёнок, — прошептала она. ‎ ‎— Я счастливый мужчина с красивой женой. ‎ ‎Вернувшись на лежаки, Ольга рухнула на спину и закрыла глаза. Надела солнечные очки. Вадим сел рядом и пальцем провёл от её рёбер к животу. ‎ ‎— Перестань, — она поёрзала, не открывая глаз. ‎ ‎— Олечка, ты не сгоришь? — он нахмурился. — Прям на солнце лежишь. ‎ ‎— Нет, загар будет, но в меру, — ответила она и повернула голову. — Ой, Вадим, я там видела магазин рядом... Хочу мохито. ‎ ‎— Хорошо... Сейчас всё будет, — улыбнулся он и встал. ‎ ‎— Хороший мой, давай, шевелись быстрей, — лениво протянула она, не открывая глаз. ‎ ‎— Командуешь? — он обернулся. ‎ ‎— А ты против? — Она приподняла очки на лбу, глядя на него поверх оправы. ‎ ‎— Мне наоборот это нравится. Заводит. ‎ ‎— Ты всё об одном. За кого я вышла замуж... — она притворно закатила глаза. ‎ ‎— За самого лучшего мужчину, — с полной серьёзностью произнёс он. ‎ ‎— А скромности-то сколько, — она рассмеялась. ‎ ‎Он вернулся с напитком и протянул ей стакан со льдом и листиками мяты. ‎ ‎— Держи. ‎ ‎— Спасибо. — Оля сделала глоток и довольно зажмурилась. ‎ ‎— Олюш, кстати, мы сегодня вечером идём в ресторан, — сказал Вадим, ложась обратно на лежак. — Он находится на совсем другом берегу, но в пределах Кипра. Пока стоял в очереди за мохито, услышал, что там живая музыка, вкусная еда... ‎ ‎— Остров? — Ольга повернулась к нему, заинтересованно приподняв бровь. — Какой именно? ‎ ‎— Это не совсем остров, — начал Вадим, глаза загорелись, — а полуостров Акамас. Ты слышала? Там есть маленькая живописная деревушка Лачи. И недалеко от неё — ресторан, прямо на берегу. Там только с яхты или лодки можно попасть. ‎ ‎Он улыбнулся, продолжая: ‎ ‎— Я договорился: сегодня вечером на одной из яхт, которые ходят по маршруту. На борту есть каюты — я забронировал нам уютную, чтобы можно было отдохнуть после ужина прямо на воде. Завтра утром, как только солнце взойдёт, вернёмся обратно. ‎ ‎Она улыбнулась, её глаза заблестели от ожидания и предвкушения. ‎ ‎— Звучит волшебно, — вздохнула Ольга. — И на этой яхте будут ещё люди? ‎ ‎— Да, компания небольшая, около десяти человек, но никто не помешает нам наслаждаться друг другом, — понизил голос Вадим. — И у нас есть наша каюта, где никто не потревожит. ‎ ‎Ольга пересела на лежак Вадима, легко наклонилась к нему и обвила шею руками. Он лежал на спине, она расположилась почти полулёжа, опираясь бёдрами и грудью. Его рука машинально сжала её поясницу. ‎ ‎— Ты самый лучший, — прошептала она, медленно поднимая глаза к его губам. ‎ ‎Вадим не выдержал — плавно притянул её за затылок, и их губы встретились в поцелуе. Он осторожно провёл языком по её нижней губе, приглашая к близости, и Ольга без сопротивления разомкнула губы. Его руки обвили её талию. ‎ ‎Она постепенно выпрямилась, отстраняясь от него, и села рядом сбоку. Положила руку на его живот и провела пальцем вниз — через пресс, скользя к линии плавок. ‎ ‎— Мой мужчина. — улыбнулась она, поглядывая на его реакцию. ‎ ‎Вадим едва заметно улыбнулся, и, не отводя взгляда, он осторожно протянул руку к ней — провёл ладонью по родинке на её груди, чуть касаясь мягкой кожи через купальник. ‎ ‎— Ты знаешь, что это моя любимая точка, — прошептал он. ‎ ‎Ольга вздрогнула от его прикосновения, но не отняла руку. Тогда Вадим чуть ниже, пальцами аккуратно провёл по ткани в области сосков. ‎ ‎Она сжала губы, пытаясь сдержать стон, но тихий, взволнованный звук всё же сорвался: ‎ ‎— Ммм... — почти вздох. ‎ ‎— Оля, ты такая сейчас... И этот купальник... мне так хочется снять его с тебя. ‎ ‎— Вадим! — ответила она шёпотом, оглянулась вокруг, — тут же люди! ‎ ‎— А кто первый начал? — он улыбнулся. — Ты меня провоцируешь. ‎ ‎Она встала, Вадим тут же оставил шлепок на её ягодице. ‎ ‎— Бесстыжий, — засмеялась Ольга в ответ, поворачиваясь к нему, — но мне это нравится. ‎ ‎— Я просто не смог удержаться, — признался он, широко улыбаясь. ‎ ‎Она потянулась и подошла к своему лежаку, всё ещё смеясь. ‎ ‎— Веди себя прилично, — бросила она через плечо. ‎ ‎— Уточни — прилично по твоим стандартам или по моим? — усмехнулся он. ‎ ‎— По туристическим, — хихикнула она, поправляя прядь волос. ‎ ‎— Значит, ты меня на свидание зовёшь? — спустя пару минут спросила она, прищурившись. — Рассчитываешь на продолжение? ‎ ‎— А ты с самого утра флиртуешь. Кто мне говорил, что мы должны всё посмотреть и везде побывать? ‎ ‎— Ой... Вадим, так хорошо сейчас. Даже двигаться лишний раз не хочется. — Она закрыла глаза. — Мы здесь ещё часа три побудем, а потом в номер вещи собирать? ‎ ‎— Да, дорогая. Отдыхай. — Он положил руки за голову и наблюдал за морем, людьми, периодически посматривая на неё. ‎ Прошло пятнадцать минут. ‎— Оль, мне скучно, — Вадим повернулся на бок. Его взгляд скользнул по её фигуре. ‎ ‎— Мне тебе станцевать? — она усмехнулась, не открывая глаз. ‎ ‎— Я не откажусь, ты же знаешь... — он подмигнул ей. — Родная, нам ещё собирать твою одежду, баночки с кремами, ты же без этого не проживёшь. ‎ ‎— Очень смешно, Вадим Юрьевич, — она насупилась. — Иди поплавай, я не знаю, походи по песку, чего тебе не лежится? Хорошо же. ‎ ‎— Мне нравится больше тот вариант, когда ты лежишь со мной рядом... или на мне. — Его голос стал тише. — А сейчас ты просто рядом, но не близко. Недостаточно. ‎ ‎— Какой ты сегодня... — протянула Ольга, наконец открыв глаза и встретившись с его пристальным взглядом. ‎ ‎— Мне тебя всегда мало, ты же знаешь. — Вадим придвинулся чуть ближе по лежаку. — И ты у меня такая соблазнительная, желанная... ‎ ‎Она видела, как изменился его взгляд, как напряглось тело. ‎ ‎— Ты мне лучше скажи, который час? — Ольга поспешно перевела разговор. Её щеки слегка порозовели. — Может и правда пора уже? Солнце уже не так печёт, нужно же ещё соль морскую смыть, и вообще... — Она привстала. — Я бы ещё раз сходила в море, а после уже в номер. Пойдём? — Она протянула ему руку, приглашая. ‎ ‎— Полетим! ‎ ‎Прежде чем Ольга успела понять его намерение, он резко вскочил. Одним плавным, сильным движением он подхватил её под колени и спину, легко поднял на руки. Она ахнула, инстинктивно обвила его шею. ‎ ‎— Вадим! — возмутилась она, но смех уже прорывался сквозь негодование. — Ты нахальный! Поставь! Только не ныряй, у меня... — Она не успела договорить. ‎ ‎Вадим, крепко держа её на руках, сделал несколько широких шагов по песку к самой кромке воды, а затем — мощный толчок ногами. Они вместе нырнули под набежавшую волну. ‎ ‎Они вынырнули. Вадим смеялся, всё ещё крепко держа Ольгу. Она откинула мокрые пряди с лица и тут же, без промедления, дала ему слабый, но выразительный подзатыльник. ‎ ‎— А-а-ай! — вскрикнул он больше для вида. ‎ ‎— Бессовестный! — выдохнула Ольга, стараясь сохранить строгость, но улыбка выдавала её. — Я же просила не нырять! Я не хотела мочить волосы, вода же соленая! Теперь вечность будешь ждать, пока я соберусь! — пригрозила она, сделав самое серьёзное лицо, какое только могла, глядя на его мокрую, сияющую от восторга физиономию. И, не выдержав, брызнула ему водой прямо в лицо. ‎ ‎Вадим лишь рассмеялся громче и, не отпуская её, крепче обнял в воде. Его руки сомкнулись на её талии, прижимая к себе. ‎ ‎— Зато весело. — прошептал он, его губы почти касались её мокрого уха. ‎ ‎Ольга не ответила словами. Она обвила его шею руками, позволяя волнам покачивать их на месте. ‎ ‎Взяв её за руку, Вадим повёл Ольгу назад к берегу, к их лежакам. Они быстро собрали вещи в пляжную сумку Ольги — полотенца, тюбик крема, солнечные очки. ‎ ‎— Вот, неси, — Ольга протянула ему сумку . — Наказание за твой прыжок. ‎ ‎— С удовольствием, — Вадим закинул сумку на плечо, не отпуская её ладонь другой рукой. — Зато твои глаза сияют. ‎ ‎— Сияют от злости, — фыркнула она, но пальцы сжали его руку крепче. ‎ ‎Они пошли в номер. По очереди быстро сходили в душ, смывая морскую соль и песок. Пока Ольга сушила и укладывала волосы феном, Вадим уже оделся: чёрные льняные брюки и белая рубашка, расстёгнутая на пару пуговиц. ‎ ‎— Я готов, — объявил он, опершись о дверной косяк ванной и наблюдая за ней. ‎ ‎— Подожди секунду, — Ольга ловко закручивала последнюю прядь. ‎ ‎Она стояла в платье — молочного цвета, до колен, струящееся, с открытой линией декольте. На ногах — босоножки на невысоком каблуке. ‎ ‎— Всё! — Она повернулась к нему. — Как я тебе? ‎ ‎— Оля... Ты просто... — Он подошёл ближе, его взгляд скользнул по её телу, затем вернулся к глазам. — Невероятная. В этом платье... — Он обнял её за талию, притянул к себе. — Мне придётся весь вечер отбивать тебя от поклонников? ‎ ‎— Только попробуй не справиться, — она приподняла бровь, положив руки ему на грудь. ‎ ‎Затем они сложили вещи в два пакета. Ольга аккуратно сложила платье на завтра, другие босоножки уже без каблука и свою косметичку. ‎ ‎— Тебе места хватает? — пошутил Вадим, заглядывая в пакет. ‎ ‎— Вот возьму и выброшу твою зубную щётку, — пригрозила она, улыбаясь. ‎ ‎— Тогда уж лучше носки, — парировал он. — Главное, чтобы ты была довольна. ‎ ‎Вадим взял в руки пакеты, они вышли из номера. Вечер. Воздух был наполнен ароматами моря и цветов. Они направились к причалу, откуда отплывали яхты к полуострову Акамас. Вадим шёл чуть впереди, его рука лежала на пояснице Ольги. ‎ ‎— Только представь, Олюш, — говорил он, понижая голос, будто делясь секретом. — Ужин прямо над водой, музыка... ‎ ‎— Спасибо, что организовал это, — прошептала она в ответ, прижимаясь к нему плечом. ‎ ‎На причале их уже ждала небольшая группа других отдыхающих. Представитель персонала — молодой парень с улыбкой встретил их, провёл небольшую экскурсию по яхте, показав основные места, и вручил каждым гостям ключи от их кают. ‎ ‎— Наш номер... «Морская звезда», — прочитал Вадим с карточки-ключа. — Он открыл дверь, пропуская Ольгу вперёд. ‎ ‎Каюта была небольшая, но удивительно уютная и стильная. Стены цвета морской волны, полированное дерево, круглое окно-иллюминатор, через которое уже виднелись первые огни уходящего берега. Аккуратная двуспальная кровать, занимавшая добрую половину пространства. Над ней — светильники, создающие мягкий свет. Была и крошечная, но своя ванная комната. ‎ ‎— Ой, как мило! — восхитилась Ольга, заходя внутрь. — И кровать... такая... солидная. — Она хихикнула. ‎ ‎— Удобная должна быть, — тут же подхватил Вадим, ставя пакеты на небольшой диванчик у стены. Он подошёл к кровати и надавил на матрас рукой. — Проверено. Мягко. — Он обернулся к ней. — Позже опробуем. ‎ ‎— Вадим! — Она сделала вид, что возмущается, но подошла к иллюминатору. — Смотри, уже отплываем! ‎ ‎Вадим оказался сзади, обнял её за талию и прижался щекой к её волосам. Они молча смотрели в круглое окно, как огни отеля, пляжа и набережной удаляются, растворяясь в наступающих сумерках. ‎ ‎— Ну что, моя любовь, — прошептал он ей на ухо, целуя висок. — На палубу? ‎ ‎— Да, — обернулась она. ‎ ‎Спустя сорок минут плавания под мерцающими звёздами, яхта плавно причалила к небольшому, уютному пирсу. ‎ ‎— Прибыли, — Вадим подал Ольге руку, помогая сойти по трапу на деревянные мостки. Его пальцы крепко сжали её ладонь. ‎ ‎Они пошли по освещённой фонарями дорожке к ресторану. Он был похож на волшебный домик на сваях: терраса, вся в зелени и гирляндах, нависала над самой водой. Сквозь ажурные перила видно было, как лунная дорожка играет на темной глади залива. Звуки живого джаза — саксофон, контрабас, негромкий вокал — лились навстречу. ‎ ‎— Вадим... Это просто... — Ольга замерла на пороге, её глаза широко распахнулись от восторга. ‎ ‎— Украшение этого вечера — ты, малыш, — прошептал он ей на ухо, проводя рукой по её талии, прежде чем пропустить вперед. ‎ ‎Их провели к столику у самого края террасы. Они сели напротив друг друга. Свеча в стеклянном подсвечнике освещала их лица. Вадим не мог оторвать взгляд от Ольги. Отблески огней играли в её волосах и глазах, платье мягко переливалось. ‎ ‎— Что пожелает дама моего сердца? – спросил Вадим, изучая меню. ‎ ‎— Ммм... Морепродукты! Обязательно. Что-то местное, — ответила Ольга. — И белое вино, холодное. Очень холодное. ‎ ‎— Идеально, — кивнул он. — А я возьму стейк из тунца. И бутылку вина тогда, которое ты выбрала. ‎ ‎Ужин был чудесным. Они ели восхитительно приготовленную рыбу с травами, делились впечатлениями, смеялись над воспоминаниями о дне. ‎ ‎— Знаешь, что я вспомнил? Как мы в первый раз поужинали в том маленьком итальянском ресторанчике. Ты тоже тогда надела платье с открытыми плечами. И я тогда понял, что не хочу ужинать ни с кем, кроме тебя. Больше никогда. ‎ ‎— Вадим... — Ольга смущённо опустила глаза, но улыбка не сходила с ее губ. — Ты сегодня такой трогательный. Море и вино на тебя действуют. ‎ ‎— Не море, Оля, — он серьёзно посмотрел на неё. — Ты. Только ты. Всегда. ‎ ‎Когда саксофонист заиграл медленную, томную мелодию, Вадим встал. ‎ ‎— Мадам, разрешите пригласить? — Он сделал небольшой, изящный поклон. ‎ ‎— Только если вы обещаете не уронить меня в воду, — парировала она, вставая и принимая его руку. ‎ ‎Они вышли на небольшую танцплощадку среди других пар. Вадим обнял Ольгу за талию. Она положила руку ему на плечо, другую — в его ладонь. Они покачивались в такт музыке, почти не двигаясь с места. Его руки крепко держали её. Иногда он целовал её в висок, в макушку. Иногда она поднимала глаза, и их губы едва касались. Они говорили шёпотом, смеялись тихо, полностью погружённые в свой мир. Вадим то и дело отводил её в сторону от других людей, будто пытаясь создать ещё больше интимности. ‎ ‎— Ты моя самая... самая, — шептал он ей, его губы касались её уха. — Очень сильно люблю тебя. ‎ ‎— И я, Вадим, — выдохнула она в ответ, прижимаясь к нему сильнее. ‎ ‎Прошло полтора часа, когда Вадим уже расплатился, они вышли из ресторана. Весь островок, вернее, этот уголок полуострова у ресторана, был достаточно освещён. Они пошли гулять. ‎ ‎— Ножки не устали? — спросил Вадим, глядя на её босоножки. Его голос был полон заботы. ‎ ‎— Пока терпимо, — улыбнулась Ольга, слегка покачиваясь на ходу. ‎ ‎— Тебе точно удобно? — он притянул её к себе, обняв за плечи. — Мы можем посидеть тут, на скамейке? ‎ ‎— Давай еще немного пройдёмся? — попросила она. ‎ ‎Они гуляли долго, сворачивая на узкие тропинки, вдыхая ночной воздух. Наслаждались присутствием друг друга и этим удивительным покоем. Вадим периодически останавливался, чтобы поцеловать её или просто обнять. ‎ ‎Но постепенно усталость дала о себе знать, и они направились обратно к пирсу, где ждала их яхта. Поднявшись на палубу, они прошли мимо нескольких гостей, любующихся ночным морем, и спустились вниз, в коридорчик с каютами. ‎ ‎— Ножки как? — повторил он свой вопрос, открывая дверь их каюты. ‎ ‎— Выжили, — рассмеялась Ольга, заходя первой и тут же сбрасывая босоножки с облегчённым вздохом. — И спина ноет от этих изящных поз за столиком. — Прохныкала она, опускаясь на край кровати. ‎Вадим закрыл дверь, защелкнув её изнутри. В тесном пространстве их близость ощущалась с новой силой. Он подошел к кровати, сел рядом. — Давай разомнём, — предложил он, разворачивая её спиной к себе. Пальцы сразу начали работать: сильные большие круги у основания шеи, плавное разминание вдоль позвоночника, осторожное снятие зажимов с лопаток. Его движения были знакомыми, но сегодня в них чувствовалась особая сосредоточенность. — Ммм... Вот здесь... сильнее, — Ольга опустила голову, подставляя шею. Он послушно усилил нажим, скользнул губами по чувствительной коже под ухом. Она вздрогнула. Его ладони спустились ниже, к пояснице, массируя упругие мышцы. — Вадим... — её голос звучал предупреждением, но тело податливо выгнулось навстречу. — Я ничего такого не делаю, — пробормотал он, но руки уже обнимали её за талию, притягивая к своей груди. Его губы касались её шеи, а пальцы ползли вверх по животу, к груди... ‎Она повернулась к нему всем телом, встретившись с его глазами. Мурашки побежали по её коже. ‎ ‎— Ты знаешь, — прошептал он, его пальцы уже огибали её колено, продвигаясь выше, — что массаж улучшает кровообращение… И пробуждает… определённые чувства? ‎ ‎— Ты… эксперт? — Она попыталась шутить, но голос дрогнул, когда его рука сжала внутреннюю сторону её бедра. ‎ ‎— Я эксперт по тебе, — ответил он, его голос стал глубже. Он убрал руку с её ноги и встал, не отрывая от неё пламенеющего взгляда. — Встань. ‎ ‎Ольга послушно поднялась. Они стояли близко, почти касаясь друг друга. Вадим провёл руками по её бокам, от талии вверх. Его пальцы стянули платье вниз, обнажив её плечи, ключицы, верх груди. Он не спешил, позволяя платью сползать всё ниже, обнажая гладкую кожу живота, бёдра, пока оно не упало к её ногам. Она стояла перед ним в одном лишь белом кружевном белье, залитая лунным светом из иллюминатора. Дыхание Вадима перехватило. ‎ ‎— Богиня, — выдохнул он, его взгляд пожирал её, скользя по изгибам, подчёркнутым кружевом. — Каждый раз… как в первый. ‎ ‎Его руки вернулись к ней. Пальцы скользнули по её спине, нащупывая крючок бюстгальтера. Щелчок — и он тоже был снят. Он оказался рядом с платьем, на полу. Затем его руки осторожно потянули вниз, спуская с её ягодиц, тонкое кружево. Ольга сделала шаг, освобождаясь от последней преграды, и теперь была полностью обнажена перед ним. Вадим замер, любуясь ею. Его взгляд остановился на знакомой, любимой точке — маленькой тёмной родинке, украшавшей верхнюю часть её левой груди, чуть ниже ключицы. ‎ ‎— Моя метка, — прошептал он, приближаясь. Он наклонился и коснулся родинки губами. ‎ ‎Его губы начали медленно спускаться вниз, оставляя влажный след по коже. Он ласкал округлость груди, наслаждаясь её упругостью, чувствуя, как сосок под его губами набухает, становится твёрдым. Он взял его в рот, обвивая языком, слегка посасывая. Ольга вскрикнула, её пальцы впились в его волосы, прижимая его сильнее к себе. ‎ ‎— Вадим… — её стон был прерывистым. ‎ ‎Он переключился на другую грудь, повторяя ласки, его рука в это время скользила вниз, по её животу, к теплу между ног. Его пальцы нашли её влажность, осторожно поглаживая, исследуя знакомые изгибы. Ольга начала двигаться, её бедра сами потянулись навстречу его прикосновениям. Руки её дрожали, расстёгивая пуговицы его рубашки. Ткань соскользнула с его плеч, обнажив твёрдый торс. Её губы жадно прильнули к его губам, язык требовательно искал его. Поцелуй стал чувствовенным, их языки танцевали в жарком ритме страсти. Ольга целовала его шею, мочку уха, оставляя горячие следы, её руки скользили вниз, к поясу брюк. Она расстегнула ремень, пуговицу, молнию. Ткань упала, и его возбуждение, упёрлось ей в живот. Её рука обхватила его, поглаживая по всей длине, чувствуя, как он пульсирует у неё в ладони. Вадим застонал низко. ‎ ‎— Оля… ‎ ‎Он осторожно отстранил её руку и подтолкнул к кровати. Она упала на спину, её тело было открыто для него, ждущее. Вадим сбросил с себя последную одежду и последовал за ней, покрывая её тело своими поцелуями. Он целовал её всю, постоянно возвращаясь к влажности между её ног, лаская языком, заставляя её выгибаться и стонать всё громче. ‎ ‎— Тише, — прошептал он, поднимаясь, чтобы снова поймать её губы. — А то соседи подумают, что тут оркестр репетирует. ‎ ‎— Пусть… думают… — простонала она в ответ, когда он наконец вошёл в неё, заполняя собой до предела. Ольга вскрикнула от полноты ощущений, её ноги обвили его талию. — Вадим… Да… ‎ ‎Они начали двигаться в унисон, сначала медленно, находя ритм. Вадим смотрел в её глаза. Он шептал ей что-то — обрывки слов о любви, о её красоте... Ольга отвечала ему поцелуями, прикосновениями, стонами, которые становились всё громче и отчаяннее. ‎ Почувствовав, как её тело напрягается под ним, Вадим перевернул их. Теперь Ольга оказалась сверху. Она села на него, приняв его глубоко внутрь себя, и начала двигаться — плавно, затем быстрее, ритмично поднимаясь и опускаясь, её грудь покачивалась перед его лицом. Вадим схватился за её бёдра, помогая, направляя, его взгляд прикован к её лицу, к полуоткрытым губам, к глазам, закатывающимся от наслаждения. Он поднялся, чтобы захватить её сосок губами, одновременно его рука скользнула вниз, к месту их соединения, его большой палец нашёл набухший бугорок и начал ритмично тереть его. ‎— О, Боже! Вадим! — Она закричала, её движения стали резче, хаотичнее. ‎ ‎Волна была слишком сильной. Он почувствовал, как её внутренние мышцы начали судорожно сжимать его. С резким вскриком Ольга рухнула на него... Вадим крепко держал её, прижимая к себе, давая ей прийти в себя, целуя её шею, шепча слова восхищения. ‎ ‎Когда её дрожь начала стихать, он осторожно перевернул её обратно на спину. Его тело снова покрыло её. Он вошёл в неё снова. Ольга слабо застонала, её тело было чувствительным, переполненным ощущениями. Он двигался аккуратно, но страсть быстро нарастала снова. Потом он помог ей встать на четвереньки. Ольга послушно опустилась на локти, выгнув спину. Вадим вошел в неё сзади, крепко держа за бедра. Этот ракурс, вид её спины, упругих ягодиц, её стоны, доносящиеся снизу, сводили его с ума. Он двигался быстрее, сильнее, его толчки становились мощнее... ‎ ‎— Маленькая моя... — Его голос сорвался. ‎ ‎Он чувствовал, как его собственное напряжение достигает предела. Ольга стонала в подушку, тело вновь начинало дрожать. Её внутренние спазмы, стали последней каплей. С громким, хриплым стоном Вадим погрузился в неё до предела, его тело напряглось в экстазе. ‎ ‎Они рухнули на кровать вместе, тяжело дыша. Вадим притянул Ольгу к себе. Она слабо положила свою руку поверх его. Их дыхание постепенно выравнивалось. ‎ ‎— Это было… хорошо… Очень… хорошо… — выдохнула Ольга, её голос был тихим, хрипловатым от пережитого, но в нём звенело полное, абсолютное удовлетворение. ‎ ‎Она лежала на его груди. Её тело было расслабленным. Каждая мышца дрожала мелкой приятной дрожью. ‎ ‎Вадим не ответил словами сразу. Его большая рука нежно гладила её спину, плавными кругами от плеч до поясницы и обратно. Он наклонился и поцеловал макушку её растрёпанных волос, вдыхая её запах. ‎ ‎— Ты… ты была потрясающей, Олюш. Совершенной. ‎ ‎Она слабо потёрлась щекой о его грудь в ответ, её губы коснулись его кожи в беззвучном поцелуе. ‎ ‎Вадим осторожно приподнялся на локте, стараясь не потревожить её. Он потянулся к краю кровати, где лежало сброшенное одеяло. Одним движением он накрыл их обоих. ‎ ‎— Тепло? — тихо спросил он, поправляя одеяло у её плеч, его пальцы снова легли на её спину под тканью, продолжая нежные поглаживания. ‎ ‎— Ммм… Да, — пробормотала она, ещё глубже утопая в его объятиях. Её рука обвила его торс. — Ты… всегда знаешь, что нужно. Даже одеяло вовремя. ‎ ‎— Стараюсь для своей королевы. Чтобы не замёрзла после такого… завершения дня. ‎ ‎Они замолчали. Тела их были сплетены, кожа к коже, под слоем одеяла. Ольга слушала его сердцебиение — теперь ровное, спокойное, надёжное. Её веки становились тяжёлыми. Усталость от дня, от моря, от ужина и интенсивной близости накрывала её. Даже дрожь в мышцах окончательно утихла, сменившись глубочайшим покоем. ‎ ‎Вадим чувствовал, как её дыхание становится глубже, ровнее, как её тело полностью обмякает на нём. Он чувствовал её абсолютное доверие. Это чувство — быть её опорой, её убежищем, быть тем, кому она отдаётся так полностью — наполняло его.