Глава 1

Здесь было темно. Не просто так темно, что она не видела собственных пальцев - хотя она их не видела - в этой темноте было что-то глубоко неправильное, что-то пугающее. Рена закусила губу. Она никогда не боялась темноты - для неё темнота с детства манила тайной, обещанием спрятанного под её покровом волшебства, загадкой...эта темнота обещала лишь угрозу. Она была...другой. Голодной. Густой. Живой. По спине Рены толпой пробежали мурашки. Последнее, что она помнила - ледяное прикосновение к своей руке и стремительно темнеющий мир, словно через прикосновение из неё за какую-то секунду высосали всю жизнь. А теперь...где она теперь? Она вообще...жива? Рена шевельнулась. Что-то глухо звякнуло. Извернувшись, девушка нащупала браслет с цепью на лодыжке. Что ж...по крайней мере, она, похоже, жива - мертвецов нет смысл приковывать, да и головная боль им едва ли знакома. Кроме браслета, ничего интересного в непосредственной близи не нащупалось - холодный камень и пустота. Какая-то пещера? Камень казался слишком неровным для искусственного, впрочем, наверняка она бы не сказала. Рена без особой надежды подёргала за цепь - поддаваться та не спешила, да и ещё, ко всему, похоже, блокировала магические способности - по крайней мере, Рена не почувствовала ни тени отдачи, попытавшись открыть путь. Если бы не это, только её бы здесь и видели... - Эй, есть здесь кто? - её звонкий голос словно потонул в темноте. Ни ответа, ни эха, ничего - и всё же она продолжила, скорее желая слышать свой голос, чем действительно надеясь на ответ. - Если есть...я Рена. Я не причиню зла...я здесь случайно…ответьте мне! Темнота колыхнулась и вновь замерла, жадно слушая и втягивая в себя новые звуки. Ей было любопытно. Здесь уже давно не раздавалось новых голосов. Рена осторожно поднялась - голова чуть кружилась, но и только - сделала крохотный шаг вперёд, вытянула перед собой ногу, чтобы нащупать следующий - и едва не полетела вниз, наступив на пустоту. В последнее мгновение она сумела отшатнуться назад, с размаху плюхнувшись на задницу. Цепь осуждающе звякнула - впрочем, этот звук тоже быстро поглотила темнота, как и судорожный вздох, сорвавшийся с губ девушки, и заполошный стук её сердца. Последний темнота смаковала с особенным удовольствием. - Твою мать, это что, хобби такое? Не убивать неугодных, но сажать их в пещеру и ждать, пока они сами сломают себе шею?! Когда она говорила, было легче. Она не чувствовала себя столь абсолютно потерянной в этой темноте. Осмелев, девушка сжала висевший на шее кулон, прошептала несколько слов в сжатый кулак и раскрыла его, выпуская на свободу волшебного светлячка. Есть! Видимо, браслет блокировал конкретно её магию, игнорируя наложенные на амулет чары. Жаль, что она не догадалась в придачу к “светлячку” сделать какой-нибудь амулет с эффектом кувалды, пригодилось бы… Солнечно-золотая искра зависла над её ладонью, освещая неровный каменный пол, причудливо изогнутые стены за её спиной - дальние стены тонули во мраке - и...тьму, жадно колышущуюся внутри широкого разлома прямо перед ней. Не просто какую-то там жалкую темноту, которую может разогнать и свеча - о нет, эта тьма в свете волшебной искры казалась лишь плотнее. Она была столь густой, что казалась осязаемой. Живой. Хищной. И очень любопытной - несколько изогнутых языков скользнули из разлома по направлению к светлячку, заставив Рену мгновенно его затушить и с ругательством отшатнуться. - Первозданная тьма...о, ушедшие боги… Кто бы мог подумать. Первозданная тьма...здесь, в какой-то убогой пещере чёрт знает где...а ведь считалось, что первозданных стихий в мире больше не осталось - официальная теория гласила, что, поучаствовав в творении мира, они плавно растворились в сотворённом разнообразии, и частичка той дикой силы, преобразованная и приручённая, живёт во всём вокруг. Немногочисленные оставшиеся очаги стихий давно были под строгим контролем храмов или магических школ, а тут...тьма, пусть едва ли очень много - иначе бы сама её близость убила бы Рену - но настолько дикая и первородная, насколько это возможно. Впору восхищаться, но восхищаться почему-то совсем не тянуло. Только ругаться и ещё, совсем чуть-чуть - плакать. О нет, тьма - не зло, как думают некоторые фанатики. Тьма - всего лишь стихия, абсолютная и безжалостная в этом абсолюте...тьма - это тишина, и холод, и одиночество. Это страх, сжимающий сердце в ледяных когтях, и монстры, рождённые твоим же подсознанием. И тихий несуществующий шепоток в твоей голове...И она тихо смеётся рядом с тобой - сколько ты будешь с ней спорить? Не проще ли сдаться прямо сейчас, упав в уютные объятия? Просто...отдаться ей. Сдаться. Просто перестать быть. Тьма - это пустота и покой...разве Рена не хочет покоя? - Не хочу! Я хочу жить, слышишь?! Жить! Тьма тихонько смеётся, отступая - но лишь на время, как играющая с мышкой кошка. Она знает, что всё равно дождётся своего, и скорее рано, чем поздно. Тьма - это смерть. Полная и окончательная, в которой гаснет искра души и дара, не оставляя ничего, и лишь добавляя новую тень к первородному мраку… ...ужасная участь для такой, как Рена, да? И разве не хотела бы она отомстить тому, кто обрёк её на это? Ведь тьма может...она может многое...глупый человечек считает, что использует её так, как надо ему, но на самом деле кукловод здесь отнюдь не он...и, если Рена только захочет, тьма это ему покажет. И вместо неё в объятия мрака падёт другой...разве это не прекрасно? Нет. С тьмой не разговаривают и не заключают сделок. Потому что это энтропия, разрастающаяся из глубины твоей собственной души. Дашь ей волю, хоть на миг, хоть на шаг, хоть на слово - и ты уже проиграл. И обменять чужую жизнь на свою не выйдет. На самом деле у неё нет голоса. И разума в том понимании, в котором его понимают люди, нет. Она просто...есть. И одно её присутствие меняет этот мир, заставляя его вновь стремиться к первородному хаосу, убивая и находя способы убить себя. Убивает не тьма снаружи - но та, что зарождается в ответ на её зов внутри, та, что носит твоё собственное лицо. Голос, звучавший в ушах Рены, был её собственным. Стоило ей осознать это, как стало легче. А тьма тихонько рассмеялась и отступила...чтобы миг спустя вновь устремиться вперёд. Рена не видела её, но теперь ощущал отчётливо - тёмную единую волну, легко перевалившую через стены разлома и хлынувшую вперёд. Девушка стремительно шагнула назад, но через несколько шагов упёрлась в стену. Она попыталась было уйти вдоль неё, но клятая цепь натянулась, не пуская. Невероятным усилием воли подавив желание заскулить от отчаяния, Рена снова зажгла светляк. В его свете тьма смотрелась ещё страшнее - сгусток мрака, рассеять который не способен никакой огонь - но туда Рена старалась не смотреть. А вот на стену...стена была неровной, словно слегка бугристой, и если постараться...если очень постараться… Ноги соскользнули с покатых камней, всё ж недостаточно выступающих, чтобы на них было удобно стоять, и, приземлившись обратно, Рена едва не упала - назад, во мрак. Тьма почти лизнула ноги, забавляясь, обдала ледяным дыханием спину. Мгновение Рена колебалась на пятках, изо всех сил пытаясь удержаться и не упасть туда, откуда нет возврата, но всё же устояла - и снова бросилась на штурм стены, ведомая уже даже не страхом, а животным ужасом. Таким, от которого сводит живот и дрожат ноги, а мокрые от пота руки намертво вцепляются в камень, ломая ногти, царапая нежную кожу...плевать. На всё плевать, только бы удержаться, только бы не соскользнуть во мрак… Рена замерла на стене испуганным зверьком, всем телом вжавшись в холодный камень, чувствуя, как за спиной насмешливо поднимается тьма. Ей некуда спешить - она прекрасно понимает, что её пленница никуда не уйдёт...нужно лишь поднять ещё немного, совсем чуть-чуть - и от глупой человечки не останется и памяти… Тьма колыхалась прямо под подошвами сапог, а Рена, до боли вжавшись в стену, дрожала и глубоко дышала ртом, стараясь унять панику. Она никогда не считала себя трусихой, но мраку за спиной было на это плевать - одна его близость вызывала безотчётный ужас, бессмысленный и беспощадный, выкручивающий руки, подламывающий ноги...у этого ужаса не было имени и образа - он просто был, оказавшимся вдруг реальным монстром из-под кровати, самым страшным кошмаром, шагнувшим из сна в реальность, запертым в груди криком...лицо ему давал разум Рены, тщетно пытавшийся справиться с подступившей бездной. Ей хотелось кричать. Кричать и вцепиться руками в волосы, выдрать их, болью приводя себя в сознание, выцарапать себе глаза, чтобы не видеть того, что проступало вдруг во мраке...девушка крепче сжала пальца на камне, пытаясь заставить себя думать о чём-то светлом, добром, настоящем - но в этой тьме все воспоминания затухали, не успев проявиться. Солнечный свет казался сказкой, далёкой и нереальной, придуманной сходящим с ума мозгом в его агонии, лица друзей вытягивались и насмехались из мрака - неужели она, Рена, была столь глупа, чтобы поверить, будто они были настоящими? Будто бы в мире этом настоящим могло быть хоть что-то, кроме тьмы за её спиной? Потешились и будет, пора возвращаться домой...прах к праху, пыль к пыли...тень к теням… Пальцы сжались на камне так, что острые его грани его прорвали кожу. Не на силе воли - её давно раздробило подступающее безумие, не на надежде - её никогда не существовало в этом мире первозданной тьмы, а лишь на глупом, бессмысленном упрямстве, которого Рене всегда было не занимать. - Иди в задницу, - чуть слышно прошептала она онемевшими губами. И тьма за спиной рассмеялась, радуясь предстоящей игре...и колыхнулась, поднимаясь чуть выше. Пальцы ног будто обожгло льдом и Рена, пискнув, залезла ещё выше. А тьма тихонько смеялась за спиной...девушку затрясло. Саднили содранные руки, болели перенапряжённые мышцы...сколько она так выдержит? Она не знала, сколько прошло времени, час ли, день ли - здесь, во мраке, время растягивалось в вечность, только всё сильнее саднило от жажды горло, да в глазах начинало темнеть от усталости, но позволить себе забыться она не могла. Пусть надежды не было, пусть...глупое, бессмысленное упрямство не позволяло сдаться. Камень сдался раньше Рены - дрогнул и откололся выступ, за который она отчаянно уцепилась, пытаясь подняться выше от наползающей тьмы, и упал в темноту, утонув без плеска. Рена, чудом не улетевшая за ним, потянулась за соседний, но тот был слишком мелок, чтобы за него держаться, а следующий...а до следующего она не доставала. Проклятая цепь дёрнула ногу, едва не сбросив в бездну, и на глаза выступили слёзы от боли и отчаяния. Всё, допрыгалась...рука, вцепившаяся в едва-едва выступающий из стены камень, дрожала всё сильнее, ещё чуть-чуть - и сорвётся, и полетит вниз, во тьму, к жадно скалящимся теням… Одна из теней скользнула совсем рядом, над основной массой мрака, заставив взвизгнуть и потерять равновесие...и подхватила жёсткими, словно из железа коваными, неожиданно материальными пальцами, не давая упасть. Сверкнул в свете потускневший искры клинок, и цепь распалась на две половины, с жалобным лязгом отпуская свою добычу. От изумления Рена даже бояться перестала - шок вытеснил страх. Она во все глаза смотрела на...рыцаря?! Самого настоящего рыцаря в полных доспехах, чьи железные пальцы и удерживали её от падения в бездну. Грозно сверкнул в свете искры меч - нет, не меч, а длинное копьё с причудливо изогнутым лезвием - глефа? - и тьма вдруг отступила, с ворчанием подаваясь назад. Рыцарь медленно повернул голову к девушке. Та невольно поморщилась от раздавшегося мерзкого скрежета, замечая в тусклом свете “светлячка” то, на что не обратила внимания сразу - доспехи были старыми и потёртыми, с вмятинами, царапинами и трещинами. Шлем и вовсе отсутствовал, открывая взгляду лицо рыцаря. Точнее, не открывая - тени под глубоким капюшоном не давали разобрать даже очертаний. От рыцаря веяло чем-то таким...тьма приглушала чувства, окутывала всё вокруг стылой дымкой, но чем-то определённо тянуло, чем-то интуитивно опасным. И всё же, если бы не этот странный рыцарь, она бы уже присоединилась к колышущимся внизу теням. - Спасибо, - вежливо проговорила Рена. - А...вы кто? И как вы тут...и почему в капюшоне?! Последний вопрос почему-то волновал её едва ли не больше всех остальных. В самом деле, зачем ему капюшон в подземелье?! Под потрёпанной тканью словно сгустилась темнота, не уступавшая той, что плескалась у их ног. Рена поёжилась. К тому же рыцарь так и не опустил оружие… Стоило ей подумать об этом, как рыцарь медленно опустил клинок, склонил голову и церемонно прижал сжатую в кулак руку в груди в старомодном жесте то ли приветствия леди, то ли извинения. В другой обстановке это показалось бы забавным, но жутковатая молчаливость рыцаря и тьма под капюшоном пугали. - Спасибо, я тоже очень польщена знакомством...хотя мы не то чтобы познакомились...сэр рыцарь, а что вы тут вообще делаете? Может, он не понимает её язык? Но тут рыцарь всё так же молча поднял руку, и Рена наконец увидела его цепи - не металлические, а словно сотканные из теней и тумана. Основанием они уходили куда-то во мрак. - О. И...давно вы тут? На мгновение Рене показалось, что он задумался, но почти тут же качнул головой - Рене показалось, что это не столько ответ на её вопрос, сколько отказ отвечать. Несколько секунд он молча смотрел на неё - тяжёлый, тёмный взгляд ощущался почти физически, а потом по-прежнему молча ткнул рукой в Рену, а копьём во тьму. - Сам туда иди! - Рена отступила на шаг назад, понимая, что, если рыцарь пожелает, она ничего не сможет ему противопоставить. Разумеется, нога тут же соскользнула, и Рена с взвизгом полетел вниз - только затем, чтобы снова быть подхваченной металлической рукой. - Спасибо, - пристыжённо пробормотала девушка. Ей почудился усталый вздох из-под шлема. - То есть вы не хотите меня туда скинуть? Рыцарь снова указал одной рукой на неё, а второй на тьму...или на что-то за тьмой? Теперь Рена заметила, что там, куда указывал странный рыцарь, за наполненным тьмой провалом смутно серело едва различимое пятно. Проход? Выход? Рыцарь показывал ей выход? - Я не могу, - девушка мотнула головой. Вплетённые в волосы цветные бусины блеснули в свете светлячка - единственное яркое пятно во мраке. - Пока тьма там, я никак не смогу пройти! Ещё несколько секунд рыцарь молча смотрел Рене в лицо. Она почувствовала, как по позвоночнику бегут мурашки - кем бы рыцарь ни был, его молчание и спрятанное лицо пугали до одурения. Или это просто влияние близости тьмы? Странно, но Рена совсем не ощущала рыцаря - только тьму со всех сторон, словно рыцарь был её частью, одной из жадных голодных теней. А что, если так и есть и это просто игра заскучавшей Тьмы перед началом трапезы? Рена сглотнула, невольно представив, что вот сейчас рука рыцаря толкнёт её вниз, в объятия голодной темноты… Рыцарь разжал пальцы и спрыгнул вниз, заставив Рену испуганно ахнуть. И приземлился на ноги, каким-то невероятным образом нащупав подо тьмой пол пещеры. Тьма радостно устремилась к нему со всех сторон, вцепилась в и без того покорёженный доспех, запуская щупальца в сочленения доспехов…тьма так увлеклась, что часть пола оголилась, в том числе и узенький каменный мостик над провалом, позволяющий перейти на ту сторону, туда, где темнел проход, ведущий прочь из пещеры. Как раз там, куда указывал рыцарь. “Беги, дитя.” Рена скорее ощутила, чем услышала его голос - низкий, глубокий рокот, отдающийся в каждой клеточке тела. Тело отреагировало раньше, чем мозг успел переварить происходящее - она осознала себя уже на середине мостика над бездной, буквально пролетев отделявшие её от него метры…и с визгом рухнула на мостик, в последнее мгновение буквально чудом извернувшись, чтобы упасть на него, а не с него. Сотканное из тьма щупальце крепко сжимало её лодыжку. Рена развернулась, пиная неожиданное препятствие, но нога прошла сквозь него, будто сквозь дым, хотя жёсткая хватка не ослабла ни на волос, упрямо стягивая девушку вниз. Девушка сжала медальон, призывая на помощь свой светлячок, но первородная тьма даже не дрогнула от его слабого света. Она забавлялась - ей ничего не стоило достать девушку прямо сейчас, но, видимо, беспомощные трепыхания жертвы её забавляли. Рывок, и Рена ахнула, ощутив под ногами пустоту. Она извернулась змеёй, хватаясь руками из последних сил. Острые грани камней пропороли ладони и девушка зашипела, но только вцепилась крепче. Ещё рывок, и окровавленный камень выскользнул из-под пальцев. Рена отчаянно взмахнула руками, но ухватила лишь пустоту. Секунда падения растянулась в вечность - а потом её запястье сжали знакомые стальные пальцы. Тьма под капюшоном рыцаря была ничуть не светлее той, что вокруг, но Рена ещё никогда в жизни не была так счастлива кого-либо видеть. Рыцарь был так густо окутан тьмой, что его доспехи едва виднелись из-под неё, и всё же он был здесь… Рена тут же ухватилась за стальную перчатку и второй рукой - как раз вовремя, потому что щупальце отнюдь не собиралось её отпускать. Рыцарь взмахнул тускло светящимся копьём, но это оказалось не эффективнее её пинка. Рыцарь потянул её наверх, но тьма не спешила отпускать добычу. Рена всхлипнула, почувствовав, как вторую ногу тоже обвивает холодом, стремительно ползущим по ней вверх. Тьма обхватывала плечи рыцаря, словно нежная любовница, и стальные пальцы дрогнули, чудом не разжавшись. Рена встретилась взглядом с рыцарем. Тьма по-прежнему скрывала его лицо, но острый, как клинок, взгляд ощущался и так. Несколько бесконечно долгих мгновений они смотрели друг на друга. Рука рыцаря дрожала, удерживая Рену на весу, но не в силах втянуть её вверх. Рена втянула ледяной воздух. - Отпусти, - прошептала она, не веря самой себе. - Иначе…упадёшь сам. Рука, державшая её, задрожала сильнее, рыцарь рухнул на колени с разъярённым криком - а потом над ними вспыхнуло солнце. Рена вскрикнула и запоздало зажмурилась. Мощный рывок - и вот Рена уже на мосту. Она заставила себя открыть слезящиеся глаза и застыла от изумления. Сиял рыцарь - ярко, словно солнце. Копьё пылало в его руке, а за спиной свет собирался в сияющие изгибающиеся лучи, словно…словно сотканные из света крылья. Он взмахнул крыльями - лучами? - и тьма отшатнулась в стороны, словно свет её обжигал. Несколько мгновений Рена с рыцарем молча смотрели друг на друга, затем тени под капюшоном качнулись. “Беги.” От его голоса, кажется, дрогнули камни. И Рена побежала. Краем глаза она успела увидеть, как тьма потянулась было к ней, но была остановлена пылающим копьём. Рена без проблем перебежала мост, добралась до выхода у пещеры…и обернулась, игнорируя инстинкт самосохранения, во весь голос вопящий о необходимости убраться как можно дальше и как можно быстрее. Рыцарь застыл в окружении тьмы - тьмы, что вот-вот должна была вновь стать абсолютной. Свет за его спиной угасал, задушенный бесконечной тьмой. В последних отблесках света Рена на миг отчётливо увидела цепи, уходящие от его рук и ног в темноту. Они были почти натянуты - рыцарь не смог бы сделать ещё один шаг. Впрочем, он и не пытался. Он не махал копьём, не кричал, вообще не шевелился - и в этой неподвижности было что-то жуткое. Статуей замерший рыцарь и тьма, сочившаяся то ли внутрь его доспехов, то ли из них...он поднял на неё взгляд, и Рена невольно отшатнулась под взглядом тьмы в тени капюшона. Медленно, словно преодолевая невероятное сопротивление, он вновь поднял копьё и ткнул им в сторону Рены. Нет, в сторону прохода за её спиной, который уже вновь медленно затягивало тьмой. И Рена решилась. Она шагнула вперёд и протянула руку. Её и рыцаря разделяло два шага - и сгущающаяся тьма. - Уйдём вместе. Я смогу нас вывести! Копьё удивлённо дрогнуло в его руке - и снова указал ей за спину, теперь ещё более настойчиво. - Руку, рыцарь! Лезвие копья задрожало от напряжения, медленно опускаясь вниз. - Руку, я сказала! Тьма даже замерла, с любопытством прислушивая к разворачивающемуся спору. Нечасто, наверное, выпадает послушать спор двух самоубийц за право самоубиться первому - пусть даже один из них молчит. Рыцарь зло мотнул головой. - Руку, или я пойду к тебе сама! Тьма восторженно всколыхнулась - правда пойдёшь? Прямо по мне? Ступишь во мрак, чтобы попытаться спасти незнакомца, который вовсе не желает быть спасённым? Того, о ком ты не знаешь ни имени, ни даже лица? Да. Потому что она не сможет уйти, оставив его во мраке. И она о нём знает достаточно - он спас ей жизнь, хотя не обязан был, и продолжал пытаться защитить сейчас. Рена шагнула вперёд, замерев у самой кромки тьмы, и вытянула руку над бездной. - Руку, сэр рыцарь!! Тьма взвихрилась у её ног - и в то же мгновение её тонкие пальцы переплелись с ледяным металлом перчатки над мраком. Рыцарь молчал, зато тьма под их ногами смеялась, поднимаясь всё выше… - Как твоё имя, рыцарь? Он промолчал, и на миг, глядя во мрак под капюшоном, ей почудилось, что там лишь тьма и пустота, и больше нет ничего. И он не ответит, потому что некому отвечать...а потом он ответил, и слово упало гулко и весомо. - Астарель. - Я закрываю глаза. Я проливаю кровь. Я открываю врата, - кровь отозвалась, открывшись острой раной вдоль ладони, и жадно взвыла тьма, набрасываясь на угощение. - Рена Искра-на-Ветру имя мне, и им я открываю врата. Астарель имя тебе, и им я заклинаю дорогу… Мир гулко дрогнул, принимая сказанные слова. Ледяная перчатка рыцаря в её руке раскалилась докрасна, заставив закричать - но не разжать руку. - Нет…пути…вперёд… Нет пути…назад. Есть лишь…путь, что открываю я! Натянулись, дрожа, цепи, сковывавшие рыцаря. Рена чувствовала каждую так, словно та была привязана к ней самой. И рыцаря тоже чувствовала - ледяной глыбой, привязанным к ногам камнем, отпусти - и всплывёшь, взлетишь...но она упрямо сцепила зубы и продолжала тянуть. - Оставь… - железные пальцы попытались разжаться, но она не позволила. - Вместе или никак, рыцарь! Ну же! Она потянула сильнее, ощущая солоноватый привкус крови во рту. Латные перчатки рыцаря в кровь разодрали и без того израненные ладони, и кровь хлынула в щели доспехов щедрым потоком - и цепи вдруг лопнули с тонким хрустальным звоном, и путь наконец раскрылся. Вяло, неохотно...если обычно это было похоже на полёт, то теперь - на заплыв в воде с привязанным к ногам грузом. Но она не сдавалась, продолжая тянуть, пока в глазах не начало темнеть, и лишь тогда позволила себе выпасть в реальный мир. На траву они повалились вместе - Рена и все, по ощущениям, полтонны железа, скрывавшие где-то в своих недрах рыцаря.