Часть 13. Затянувшийся выходной.

— Почтенный бессмертный цюань-ши.       Спину гнуть не нужно, но и в ответ как всегда тишина.       Впрочем, не для пустых бесед Тай Вэй, чиновник приближенный к имперскому наставнику ближе всех, посетил гору ста медных игл и ста кикё. Не для того выложил все свои чёрные запасы золота и серебра. На сумму равную ста годам его жалования он желал вновь ходить. И печать главы горы с зайцем толкущим кикё скрепила эту сделку крепче иных предложений.       Сегодняшний визит последний.       Ци, хмельная как первый в жизни кувшин вина, как первая победа и первый поцелуй красавицы, заструилась под тонкими и длинными пальцами бессмертного мастера. Она несла воспоминания. Воспоминания... сорок лет назад на охоте семилетний Тай Вэй сломал ногу. Тридцать лет назад сдал имперский экзамен. Двадцать лет назад начал копить средства, так как кость срослась неправильно. Пять лет назад ему отказали многие из-за сложности лечения. Два года назад бессмертный И Ду Хуань сломал кости его ноги снова. И сложил заново, иначе. Два года он строго следил за своим питанием и количеством молока в нём. И сегодня всё кончится.

***

      Что же делать?.... один из двух самых насущных вопросов.       Второй, кто виноват, и на оба у меня нет ответа. Как временные варианты - "выживать" и "никто"... Жила же я раньше без всяких обезболиващих? И да и нет. Выживала.       А так, из того, что нам сообщили - сыпь не страшная болячка. Просто аллергическая реакция от употребления неправильно приготовленных грибов шиитаке. "...Обычно появляется в течение нескольких дней после употребления, длится дней десять-одиннадцать и..." - толстый Хао, уже не такой толстый как раньше, тупо кивнул доктору, принял еду (не кустарного приготовления а кухаркиного) и ушёл.       Только не далеко, его голос, усталый и тихий, я услышала как только покинула доктора: — ..угу. Я тоже тебя ценю, мей-мей... — Не понимаешь ты своего счастья! Захотел бы - давно бы уже был со своей подружечкой из внутренних учеников! Таким как вы вечно всё даётся легко — это... Фа? Чего это она? Она же почти кричит. Фа завидует толстяку? Тон точно такой, но что это за подружка? Хао влюбился? Хао!? В кого? Это взаимно? Когда? Я её знаю? С какой горы? У нас девиц нема.       Мои мысли прервали. — Шимэй! Нам нужна помощь! — Оборачиваюсь. Кто это там такой беспомощный? Бля..мба. Любители дедовщины. Те же самые. Не к добру, ой не к добру...       Я часто оказываюсь права. Чему нередко очень не рада. Как сейчас к примеру: плетусь к парочке назвавшей меня психанутой и грущу.       Раньше меня бесили "картинки", перекрывающие зрение, но в горах Хуа не было ничего знакомого тепличному кактусику Тянь Чжулань. А после проведённых тут месяцев не осталось ни одного, общего для всех населённых пунктов древнего Китая, триггера. А без триггеров даже крох знаний из подсознания не вытянуть.       Без оскоков-картин чужой памяти стало тяжелее. Заметно тяжелее. Как к примеру сейчас, когда не понимаешь, где подвох и граница твоих прав и обязанностей. Вот же-ж...

***

      Наконец-то Помощь (скорее эксплуатация от коей отмазаться не вышло - они подготовились) "нуждающимся" была завершена. Кажется это у них новое развлечение - сотворение первого в мире СМС. Ну или меня перепутали с почтовым голубем. Возвращаюсь, размеренный, ритмичный удар трости об подсохшую от осенних дождей землю успокаивал и умиротворял. Идти наконец можно в своём ритме, не спеша, что менее больно.       Вот и домик, всего шичень ходу. Выдыхаю, считаю, вдыхаю. Надо простирнуться, прибраться и поесть. Потом будем прорываться сквозь нудную философию до реальных знаний... Да, жить с такими ногами сложно, однако за одно я секту полюбила.       За то, что порой во снах, как и сегодня ночью приходит:       Самая старшая моя цзе-цзе замуж вышла в тяжёлой заколке-короне птице феникс и в расшитых шёлком негнущихся семисантиметровых алых сапожках.       Сбежавшей, из-за истерики Осознания где эта Мираслава оказалась мне - "повезло". Петляя по не особо знакомым и отличающимся друг от друга коридорам я заползла в комнаты для новобрачных. Едва за ширму успела спрятаться! Но щелей было куча, хочешь не хочешь а было видно. Видно, как Лун Лан, мужчина, раза в три старше, ставший мужем той кто портила мне кровь открыл её смердящие длинные бинты (моё саше они удачно перебили). Уложил её искалеченную ногу в свою ладонь и детально рассматривал. Долго.       Да, долго. Очень. Ведь Это то, что предназначалось только для него одного.       То к чему готовили каждую в этой семье Тянь. В этом времени. В этом мире. С пяти лет и прошлое "я" жила только ради подобного момента.       Последующие "весенние игры" сексом именуемые вызвали в китайце в половину меньше ажиотажа. Позже, не в силах расстаться с её ногами, мужик сделал винную чашу по их форме (меня чуть не стошнило, когда он пил из неё при мне в первый раз). Иногда они нас навещали, но он увёз её далеко-далеко. И радости в глазах старшей не было. В тот момент когда её увозили, мне стало жаль эту гадючку. Она не могла выйти из дома или ступить за порог комнаты. Всё, что она могла, - это красиво лежать или сидеть. Только в тот миг до меня дошло, что это ВСЯ её жизнь. От рождения и до смерти. В отличие от меня, она не знала, что можно иначе... Её мужчина стал для неё не просто "Небом". Он стал для неё её миром. В плохом смысле.       И самое отвратное - испокон веков огромное количество учёных мужей слагали стихи об этих искалеченных нога-лотосах, кандалах и убийцах женщин, прославляя их.       В тот день я испытала жалость и сочувствие. В тот день Я была счастлива.       Оттого, что не выдав старших нельзя женить младшую, хоть от покалеченных лотосов меня бы не спасло даже низкое происхождение. Крестьянок тоже бинтуют, просто не так туго. Но так хотя бы было немного относительно вольного времени и глоток воздуха почти свободы.       Это сон. Я проснулась. Это был сон. Вот, снова попросили о помощи. Это реальность. Которую я люблю за то, что события сна произойдут с кем то другим, не со мной. Иду "помогать нуждающимся". И снова. Сон, обязанности, эта гоп-компания (чем я господина Фан Миня то так обидела что бессрочное разрешение им выдал?). И снова. И снова.

***

             А ведь в поместье я и подумать не могла, что всё так обернётся... а вот оно как вышло. И как ни странно, я потихоньку осваиваюсь. Человек ко всему привыкает. Слово "секта", конечно, всё ещё напрягает, навевая воспоминания о всяком, но тут я к счастью просчиталась. Это скорее английский закрытый пансионат. Очень закрытый. Очень пансионат. И очень в освоении в этом пансионате помогает протест по-китайски, если я правильно применяю термин (спросить то не у кого). Его применяю часто. То есть выполняю то, что от меня непотребного требуют, но лишь по формальной логике.       Мне и так жить больно - стегай меня не стегай лозиною. Однако, самосовершенствование, краеугольный камень этих гор и их обитателей, как шло туго, так и идёт. Я явно что-то делаю неправильно. И отстаю, сколько не стараюсь. Ну и.... — Шимэй! Нам так нужна помощь!       ...в который, мать вашу раз, нужна?

***

      Снова сны. Чистые и почти безопасные. Даже если и кошмары, то без следов черноты и удушения. Обожаю горы Хуа уже за одно это!       Не, не за одно. Причин только что стало две.       ...вот уж точно "спрячь дерево в лесу"! Где ещё в этом мире можно без подозрений втихаря рисовать так, как тебе привычно? А вот в этих горах.       Только тут: меняешь своё мясо (каждый третий день кормят, пусть и немного) на клейкий рис и тихонько из всего подряд гонишь пусть и плохонькую, а бумагу. Листики-цветочки-травки... неважно - растираем в массу (кухня и ступка вы ж мои любимыые), хорошенько проклеиваем, размазываем тонким слоем, сушим и получаем результат. Слегка рыхлый правда. Облюбованное местечко ровно посерёдке меж подножием и вершиной, мало кто в здравом уме посетит. Жить же без нормального европейского и современного для меня рисунка ну не выходит никак. Рисую углем из того же кухонного очага. Рисовать эту гору можно бесконечно. Другие пики и по памяти выводить знакомых с подножия тоже. Жаль закреплять нечем и многие работы смазываются... Самодельные "листы" покоятся в домике вместе с остальными моими сокровищами.       В общем повторяю, обожаю гору. Лучшее место из всех что я видела в этом мире для пленера. Так ещё и есть шанс, что я выживу! Разве это не прекрасно?       Вот с таким настроением я проснулась от чьих-то завываний.       И как сие понимать? Я аж на миг подумала, что снова в общаге - там подобное норма - но нет я в своём домике, а кто-то от этого домика изо всех сил улепётывает зажимая разодранные об деревянные края руки. Выглядывая из окна киваю себе - вовремя же озаботилась... ладно, дела не ждут. Запираем домик нефритом, отмываем с него кровь, приносим немного папоротника орляка в качестве извинения за поведение Хао. Врачу. Хао посоветовал узнав, как нехорошо поступил. И орляка же кухарке как дань. В конце концов я у неё на кухне шаманю, но за доп ингридиенты она "не замечает". Всего лишь намекает о ещё пяти-шести поставках... Ну ок. Будет.       Далее времени ни на толстого, ни на дока, ни на Фа, ни даже на картины не осталось. Медитации с переменным успехом, "помощь пролетариату", папоротник для кухни, новые книги и изучаемые предметы - я, блямба, летала без меча. Читая всю эту муть иногда и самой верилось, что вознесение возможно. (теория давалась лучше, так как методы запоминания всего за ночь перед сессией были)

***

      Мо-Цзюнь ярился. Даже новый временный сосуд - здоровое и сильное тело - не мог хоть немного уменьшить эту ярость и... беспомощность. Пока девчонка в горах, а он запечатан среди лотосов, до этой мелкой дряни - прямой плоти и крови того высокомерного ублюдка - ему не дотянутся.       Сколько бы школа Алой луны не давала ресурсов, сколько бы близнецы не знали об мелкой твари не из этого мира. Одно хорошо - ничтожные смертные тоже видят её суть, как бы девчонка не пыталась всех обмануть. Это и помогло. Просто подожди и они сами всё устроят (толстяк не даёт её бить, но это и не нужно) нужно просто её чуть-чуть поближе. К месту откуда ей уже не вернуться... Радость обожгла лёгкие смехом. Люди рядом вздрогнули. Его беспомощность временна. Её - нет.

***

— Шимэй! Нам нужна помощь!       Да вы зае...       ... — Шимэй, а где же твой пропуск? Почему не на поясе? Неужели потеряла? Молчишь? Ну это понятно... но не надо так напрягаться! Шисюны добрые - не доложат да и найти помогут...       А чего это они про мой Пропуск как за царские треножники пекутся? Не хорошо. Очень нехорошо. Надо бы спросить про одобрение моих добровольно-принудительных общественно полезных работ (субботник он только в субботу а на мне семь дней в неделю ездят) а то сегодня ни слова об одобрении старшего ученика.       Все. От совместных поисков отбилась(они просто искали к чему придраться), поела, иду в свой, как оказалось теперь реально безопасный, домик. Расслабляюсь, так как их отвадила. Проваливаюсь. Судорожно сжимаю трость. Чегооо? Долго падаю. Все холоднее. Секунда, вторая, тре...       Что это было и... где я, собственно говоря, нахожусь? Холод пропал, зрение вернулось. Лежу на чем-то слегка влажном, это песок. Сейчас сумерки. Рядом озеро. Неподвижные ярко-красные цветочки в нём. Осенью. Цветут аки весной. Много следов людей, но не то чтобы место обжитое. И никаких гор поблизости, одни колючие заросли на горизонте. Не к добру всё это. Бегом-бегом тогда выходит. Вдыхаем носом выдыхаем ртом, и резко не вставая и не выпуская трости из руки двигаем от озера подальше. И внимательно смотрим под ноги - один раз я уже недоглядела.       Жизнь тут научила быстро принимать решения. Если оказалась там, где даже хрен не знает где - то двигайся. Сразу раз-два раз-два и как можно дальше и быстрее. В любую сторону, так как не знаешь ни одной. Ибо - иначе тебя найдут, а быть найденной тем кто занимается похищениями, и в наглую куснул такую большую школу как хребет Хуа, не хотелось.       За мной из школы явно идти не будут. Я же не личный ученик, не талант, и не чья-то невеста или сестра. Я не мальчик. Так что полагаемся только на себя и ходу-ходу... Бежать конечно не вышло, только мелко семенить.       Даже мужская одежда, трость и опыт скакания горным козликом туда-сюда по мелким поручениям с горы на гору не особо помогали. Местность здесь равнинная, ни одного холма на горизонте не видать (что, блин, очень пугает), а вот корней, колючих сорняков, острых камней и прочего замедляющего опасностью для моих ног сора тут куда больше - на горе прибираются. И видно глазами далеко не все "сюрпризы". А туфли то у меня - просто ткань... Чертыхнувшись от знакомства с очередным сучком в очередной раз вижу:       Процессия, все в драных грязных штанах и халатах. Вдалеке. Идут к озеру. Двигаются медленно, слегка механически. Что-то в этом казалось бы довольно обычном строе отталкивало. Явно верным решением было линять от бережка.       ...Гуй их задери. Оказалось, эти оборванцы просто обходили озеро с другой стороны. И, несмотря на все мои старания, меня догнали из-за скорости. Бег явно не моё.       Смотрим друг на друга. Мутные глазищи их так и впились. Не моргая, не отводя взгляда. Дети, старики и... Кажись это не они похитители. Уж больно рожи ахреневшие. Но это не значит, что они безопасные, так что осторожно разрываем дистанцию. В этом мире, я думаю, безопасных нет вообще. Так, а это как понимать? Против воли вспомнился порошок на ручках Сяо, то есть Ли Бай и раздражение на ручищах Хао.       Местные освоили чувство юмора? Или познакомились с визажистом-готом? Что с вами? Обгорели, что-ли? Как? Солнца давно уж нет как нет! В смысле такого сильного. А сыпь есть. Или... струпья.       На этот раз настоящие. Здесь негде расти шиитаке. Направление ветра изменилось. От людей пахло болезнью, как у подножия горы ста кикё, куда меня сегодня посылали.       Ой, вы это... чего?       Вот такие юродивые медленно приближаются ко мне, стремясь взять в кольцо, лепеча и протягивая дрожащие, покрытые болезнью, руки к моей пока ещё далёкой, но явно более чистой и дорогой одежде. Нервно кривлю рот. Это что, меня счаз туземцы-абаригены в жертву приносить будут? Или просто грабить собрались?       Так как помочь не могу а жить хочу и здоровой и не голой, решаю снова изменить курс, но они быстрее. Зарядив по загребущим ручонкам - аки среднестатистическая стервозная бабуля клюкой в транспорте за право сидеть в обход молодёжи - снова пытаюсь смыться. Не тут то было! Трость так и летала, так и летала, аж треснула. Но кое как я отбилась и сейчас оперативно удаляюсь через те самые колючие кусты на четвереньках и петляю аки зайчик. Бежатьбежатьбежать.       Инстинкты взяли своё и я им благодарна но... Где я, мля!? В озере явно смерть - достанут, так что сначала я точно двигалась в обратную от него сторону. А потом ползла сверясь со звуками погони и окончательно перестала ориентироваться в пространстве, надеюсь я не нарезаю круги. Но из кустов вылезать не стоит. Хоть они мне всю одежду изрезали, но спасибо большому количеству слоёв - не до крови. Они - единственная моя маскировка.       Снова слышу звуки погони. Ускоряюсь. Запинаюсь о какую-то неприметную корягу. Земля уходит из под ног, осыпается трухой и пылью, а пальцы судорожно сжимают воздух, и я проваливаюсь. Опять!? Так сука и знала, ничего в этом мире мне не просто!       Ожидаемо падаю.

***

      Открыв глаза сталкиваюсь с нарисованным чем-то подозрительно красно-бурым и всё ещё едва пахнущим металлом полумесяцем. Он размашесто намалёван на огромный ящик. На нём ещё целая башня из таких же громадин. Я приземлилась на не менее же огромный слой пыли.       Поднимаюсь, опираясь на все ту же верну тросточку, которая только хрустнула, но не сломалась, отряхиваюсь. Поднимается целая пылевая завеса - чихаю раз сто. Полумрак. Потолок из-за этого или большого расстояния сливался в пятнышко, но именно с него узкой полосой лился свет. Солнечный. Видимо проспала немало шиченей.       А так - логично. Как бы я ещё сюда попала если не через дырку? Но он очень, очень Очень далеко. Тут блин вообще видимо всё для великанов. Но вот остальное видно более чем. Толстые гладкие стены с огромными цифрами и незнакомыми сокращениями, ящики, ящики и ещё раз ящики... застываю.       Жиденькие лучи солнца высветили не только это. Пыль опустилась невесомым покрывалом на кости покрытые кожей ещё более тонкой, чем сам слой пыли. Мумия в лоскутах. Как из фильмов, но не шевелится. Сидит прислонившись к стене в позе смирения. Монах? Ряса ещё сохранила цвет шафрана.       Ещё одну такую я встретила шагов через двадцать. Примерно тогда приноровилась идти не взбивая огромные облака пыли. Труп на этот раз был в одеждах моей школы. С горы воинов. Наверное. Пыли много, могла и ошибиться. А боевые мечи есть у любого заклинателя. Потом была ещё одна мумия, таблички читать я умею а вот всех школ и кланов не знаю. Странное помещение было столь огромно, что казалось бесконечным. И ещё несколько тел пролежали тут столько, что просто были не опознаваемы. Трогать не буду и за все богатства мира. Тут демоны и зомби вполне реальны.       Еще одна мумия. Нет, та же самая мумия. Первая. Смиренный монах в шафрановой рясе. Не такое уж это помещение большое. Просто кажется из-за полумрака.       Второй раз шла прощупывая простукивая и обнюхивая стены.

..Третий круг.

Четвёртый.

Пятый.

      Детали я подмечала разные, но вывод был тот же. Выхода нет.

***

      Лежу на спине, упала с "башни", наблюдаю за танцем пылинок в лучиках солнца. С самой высокой к слову стопки ящиков. Так что спасибо пыли и небожителю отвечающему за судьбу за целый мой позвоночник. Хоть наверняка богу пофиг на спасибо а пылью уже пол лёгких забито, зато на спине только синяк. Очередной.       На груды из ящиков лазить бесполезно, они слишком низкие для того, чтобы подняться. Двигать даже самые маленькие ящики невозможно. Надорвусь только, там минимум тонна. Живот урчит. Хочется есть. Не то чтобы я сожалела о том, что мясо выменивала на клей вместо того чтобы есть его. Но сейчас очень хочется мяса. Очень. А тут ведь и крыс нет. Это склад. Забытый склад. С кучей тяжёлых, хитро опечатанных магией и сталью ящиков. Пылью. И позитивными лучиками солнышка с потолка... В общем либо я таки освою инедию, либо превращусь в ещё одно мумиё ещё быстрее. Умирать быстро и мучительно не хочется. Медленно и безболезненно тоже, но кто меня спрашивал?       Сжимаю то, что давало поддержку и чувство безопасности, даже когда я оставалась наедине с собой. Нефритовая табличка не пострадала, так что следующий несчастный и меня опознает. А тростью, несмотря на трещину, пока всё ещё можно пользоваться. Резко выдыхаю, запоздала прикрываю дыхательные пути рукавом и сгребаю в один уголок побольше мягкой были. Сажусь в ту же позу лотоса (сейчас она меня почти успокаивает) только по-удобнее устраиваю ступни.       Без воды человек может прожить три дня. Инедия позволяет обходится без всего достаточно долго. Но взамен, назовём это хард версией, замедляет все жизненные процессы в организме. И требует нереального контроля над ци и концентрации.

***

      Конечно, какая концентрация. Во рту пересохло, глаза тоже сухие, как и кожа. В теле слабость. Голова гудит. Чувства обострились. Собственное дыхание оглушает и добивает несчастные уши. У меня жар? Ночью довольно холодно а тут ещё и влажно... а ещё слышаться голоса. Мама, Варя, толстяк, Фа, близняшки... И звук капель. Капель чего-то жидкого о что-то мягкое. Это страшнее всего. Кажется я схожу с ума. Быстро же моя психика сдалась, хе-хе.       Хочется пить. Хочется есть. Особенно пить.       На утро четвёртого дня я, как ни странно пребывающая относительно в себе, была уверена в своём диагнозе и будущем.       ...       Или нет. Голоса более не донимают. А вот звук... звук капель остался. Лишь он один. Точно, я ведь ни разу ни ходила в центр. Он оттуда. Рискнуть потратить оставшиеся силы?       Пришлось снова ползти, ведь сил встать не было. Вялое тело едва слушалось. Едва доползя я застыла в шоке. Там реально капала вода, и падали красные лепестки.       Первая капля смочила язык, но в горло не попала, принеся лишь ложное облегчение. Вторая упала мимо, третья тоже, но я дождалась четвёртую. Они падали редко, раз в пол минуты или где-то так, и не в одну и ту же точку, но падали. К вечеру я выпила где то стакан некипяченой воды и теперь, придя в себя, кажется, знаю, что чувствовал тот, кого небожители угощали эликсиром вечной жизни. Сердце бьётся словно в последний раз. Адреналин зашкаливает. Мир обретает краски. Никогда не думала, что буду так радоваться воде. Видимо озёрная. Пахнет чем-то, принюхиваюсь - верно, запах лотоса. Видимо я под озером. Безопасно ли пить? Нет. Есть ли у меня выбор? Нет.       В среднем, человек может прожить без еды но с водой один–два месяца. А стала бы я терпеть всё то, что терпела всё это время, если бы до усрачки не хотела жить?!       Испытывать столь яркие эмоции не совсем то, что нужно для хорошей и качественной инедии, так что сначала успокаиваюсь. Раз-два вдох, три-четыре задержка. Пять-шесть выдох. Семь-восем... Пыль быстро впитывает влагу, любую. Это и хорошо и плохо. С естественными потребностями проблем не будет. Проветривание тоже есть. Так что не так уж всё и пздц. Сижу я прямо возле места с просачивающейся водой и снова и снова пытаюсь. Память у меня хорошая, стимул невъибенный. Так что садимся снова и начинаем. Дыхание, мысли. И снова. И снова. И снова. И снова. Пить. Медитировать. Пить. Медитировать. Пить. Медити...

***

      Смотрю. Пылинки летают в лучике. Не удалось. И лучше бы мумия шевелилась. Было бы не так... страшно. И я ещё жаловалась на соучеников! Одиночество это реально жутко. Сначала я опухла. Потом наоборот отощала. Вода уже не казалась напитком богов но всё ещё была до одурения вкусной. Интересно, те кто до меня тоже её пили? Кстати о них - мертвы окончательно и подниматься не намерены. Обиды в них столько же сколько и в пыли тут на полу. Хоронить их некогда негде и не как, у меня нет сил я не мальчик и не их родич, жалеть их или о них тоже глупо - сами виноваты, так как виновата и я, что угодила в такую передрягу, но обворовывать тоже не стоит.       Почему? Осквернять мёртвых? Серьёзно? Зачем? Им их побрякушки выбраться не помогли а провиант свой, если такой имелся, они явно уже весь сожрали. Мне бы тех лотосов, что сверху... их семена можно и без обработки есть. Но мечтать конечно не вредно, в случае если есть уверенность в том, что завтра конкретно для тебя наступит.       А тишина это не так уж и плохо. И никто не достаёт... почти выходной! Только без шашлыков и субботника. Садимся. Пробуем снова. Не хочу, чтобы было "завтра", и "вчера" бы скорее позабыть, но это не значит, что нужно просто умереть.