Часть 6. Допрос ≠ отсос

Григорий продолжал всхлипывать, стоя на коленях. — Мне страшно! Найдите их, пожалуйста… Полицейские смотрели на него с лёгким удовольствием. Андрей Жидов за свою карьеру видел достаточно людей, которые готовы были ползать на брюхе, лишь бы не сесть. А тут мальчишка сам упал на колени и разрыдался — почти подарок. Юра уже открыл рот: — Не плачь, мы найдём твоих род… Андрей грубо оттолкнул напарника в сторону, схватил Григория за воротник футболки и рывком прижал его спиной к стене. — Послушай меня внимательно, щенок. Нам кристаллически похуй, где твои родители. Ты по классике даёшь нам деньги — и мы уходим. Не дашь — этот маленький пакетик с кокаином окажется у тебя в кармане. Думаю, ты не хочешь провести ближайшие годы в СИЗО? Григорий сглотнул. Голос его дрожал, но говорил он ровно: — И сколько я должен вам заплатить? Андрей усмехнулся: — Мне нравится, как ты быстро учишься. Как обычно — пятнадцать тысяч гривен. — Они… скорее всего в сейфе. Но я не знаю пароль. Андрей отпустил его и кивнул в сторону комнаты: — Веди. В спальне родителей Андрей уверенно подошёл к сейфу, достал из кармана свой дубликат ключа и открыл его за секунду. Вытащил пачку денег, пересчитал нужную сумму и сунул остальное обратно. — Вот и всё. Дубликат ключа я тебе дарю. Не проеби его, нищета. Григорий потёр шею и тихо сказал: — Может, вместо того чтобы нести эту ересь, вы всё-таки начнёте искать моих родителей? Андрей закатил глаза: — Заебал. Ладно, пошли на кухню, «потеряшка». Они вернулись на кухню. Андрей сел за стол, Григорий — напротив. Юра тем временем направился в сторону туалета. — Итак, где ты видел их в последний раз? — начал следователь. — Вчера ночью. Где-то около трёх я слышал, как открывалась входная дверь. Я не придал значения и лёг спать дальше. В голове раздался тихий, насмешливый голос Плута: — Хорошо врёшь, Гриша. В три ночи ты как раз отправил свою мамашу спать вечным сном. Григорий невольно вздрогнул. Он до сих пор не умел отвечать Плуту мысленно — только вслух, и сейчас это было крайне некстати. Андрей продолжал: — Ты говоришь, что спал… А не думал, что они могли уехать на дачу? — Которую они продали ещё полгода назад за копейки, — тихо ответил Григорий. Следователь откинулся на стуле и пристально посмотрел ему в глаза. Взгляд был холодный, тяжёлый. — Гриша, я всё прекрасно понимаю. Родители регулярно тебя пиздили. Так почему ты так сильно хочешь их найти? У меня два варианта. Первый — ты мазохист. Второй… Андрей наклонился ближе: — …ты их убил и где-то спрятал. Сердце Григория пропустило удар. Рука сама потянулась к ящику стола, где лежал нож. Но в следующую секунду Андрей громко расхохотался и хлопнул ладонью по столу. — Повёлся, да? Я шучу, кого ты способен убить, сосунок? В любом случае, в течение месяца мы их «найдём». Или не найдём. До свидания. Он встал, пошёл к туалету и громко постучал: — Юрец, хватит дрочить! Мы едем в участок. Через минуту оба полицейских вышли из квартиры и направились к машине. Как только дверь за ними закрылась, Григорий несколько секунд стоял неподвижно, а потом тихо, почти беззвучно рассмеялся. Смех перешёл в тихое, истеричное хихиканье. — Меня почти поймали… — прошептал он, вытирая слёзы уже не от горя, а от нервов. — Но они настолько тупые, что даже не додумались заглянуть под кровать. Под родительской кроватью, в самом дальнем углу, всё ещё лежал окровавленный топор, на лезвии которого засохли кусочки кожи и волос. Григорий подошёл к окну, посмотрел, как полицейская машина отъезжает от дома, и тихо добавил: — Следующий раз… я буду умнее. В голове Плут довольно мурлыкнул: — Вот это уже другой разговор, Гриша.