Глава 2

Helium Помоги мне выбраться из этого ада Твоя любовь окрыляет меня, как гелий, Твоя любовь окрыляет меня, когда я в упадке сил, Когда меня не держат ноги, Ты — всё, что мне нужно.                                                             После речи преподавателей все разошлись по своим комнатам. Гарри, Рон и Гермиона сидели в гостиной Гриффиндора, проводя дискуссию про новости в школе. — Конечно, возможно, я и ошибаюсь, — лениво проговорил Гарри, почесывая затылок, — но в любом случае я узнаю это только после занятия с ней. — Ох, — вздохнула Гермиона, — неужели мы начинаем мыслить логически?  — Гермиона, может, ты уже перестанешь нас поучать и делать из нас идиотов? — вспылил Рон. — Ты каждый раз сомневаешься в нас с Гарри. Да, мы не самые прилежные ученики, но, как ни странно, чаще всего оказываемся правы. Грейнджер даже не стала спорить. Она лишь глубоко вздохнула и закатила глаза, надеясь, что когда-нибудь друзья поймут её без лишних споров. — Молчишь? — Рон не собирался останавливаться. — Или сказать нечего? — Ради Мерлина, Рональд, угомонись хоть раз! — вспыхнула Гермиона. —  Я даже не пыталась спорить, но ты, как всегда,продолжаешь пререкаться Уизли покраснел от гнева, не в силах его сдерживать, и хотел что-то сказать, но его прервала Гермиона. — Даже не думай что-то высказывать, я не собираюсь это слушать и просто пойду спать. — Гермиона встала с дивана и направилась в свою комнату. — Так что приятных снов. Гарри даже не успел попытаться помирить друзей или что-то сказать Гермионе, как её след исчез из гостиной. Рон всё ещё сидел, надув губы от несправедливости и злости к подруги. — Гарри, ну неужели я был не прав? — Рон посмотрел на друга. — Я думаю, стоило бы высказываться помягче, — ответил Гарри, вставая с кресла. — Она всё-таки наша подруга. — Но я же был на твоей стороне, — не выдержал Рон, выплюнув злость уже на Гарри. — Я понимаю и очень благодарен, просто это же Гермиона, — сказал Гарри, направляясь в комнату. — Я спать, доброй ночи, Рон. Гарри скрылся в спальне, оставив Рона одного в гостиной. Тот всё ещё кипел от злости и недоумения — почему друзья ушли, так и не дав ему договорить? Он раздражённо провёл рукой по волосам, но вдруг уловил шорох в углу комнаты и машинально обернулся на звук. — Браун? — удивлённо сказал Рон, заметив однокурсницу. — Прости, — Лаванда опустила взгляд и быстро заговорила. — Я не собиралась подслушивать, просто услышала шум и решила проверить, вдруг могу чем-то помочь. — Всё в порядке, — Рон вздохнул и уже хотел было уйти в комнату, как его остановил голос. — Надеюсь, ты не слишком переживаешь. Рон удивлённо поднял брови. — А с чего бы? — Ты всегда переживаешь, прав ли ты, даже когда точно знаешь, что прав,  — Лаванда пожала плечами, будто это очевидно. Рон усмехнулся, но без злости. — А я думал, ты интересуешься только сплетнями с Парвати. — И ты прав, — не без кокетства улыбнулась Лаванда. — Но это не значит, что я ничего не замечаю. Рон взглянул на неё внимательнее. Впервые за всё время она казалась ему не просто болтливой однокурсницей, а кем-то, кто действительно понимает. — Знаешь, я был на стороне Гарри, но он всё равно решил, что я тоже не прав. Всё как на Святочном балу… Лаванда кивнула. — Ты просто чувствуешь себя брошенным. Это неприятно, но иногда нужно время, чтобы эмоции улеглись. Рон посмотрел на Лаванду иначе. Он почувствовал облегчение и спокойствие. Уизли задумался, а потом впервые за вечер выдохнул. — Спасибо, — тихо сказал он. — Мне правда нужно было это услышать. Спокойной ночи, Лаванда. Рон направился в свою комнату, ощущая спокойствие, которое не испытывал с начала учебного года. Ему было приятно, что Лаванда оказалась рядом в подходящий момент.  Она наблюдала, как он уходит в спальню. Всё остальное перестало иметь значение. Да, она любила поболтать с Парвати, но это был первый раз, когда ей действительно хотелось, чтобы Рон чувствовал себя лучше. Она давно знала, что в этом рыжем мальчишке есть что-то особенное — с тех самых пор, как он пожертвовал собой в шахматной партии. Гермиона остановилась перед проходом в гостиную Гриффиндора. Она слышала весь разговор — от начала до конца. На мгновение её тело словно онемело. Мысли закрутились в хаотичном водовороте. Она ведь спускалась, чтобы помириться с Роном и Гарри, извиниться за свою резкость… но Лаванда оказалась быстрее. Именно она была рядом с Роном, именно её голос звучал мягко и уверенно. Гермиона почувствовала, как в груди неприятно сжалось. Она даже не осознала, как шагнула назад, а когда услышала лёгкий шорох со стороны входа, инстинктивно бросилась обратно в спальню. Уже лёжа в кровати, она услышала, как Браун зашла в комнату. Она натянула одеяло до самого подбородка, но внутри всё горело. Это глупо. Глупо подслушивать, глупо ревновать. Рон её друг. Но почему с Лавандой у него всё выходит так легко? Почему он разговаривал с ней так вежливо, без криков, без раздражения? Почему с ней он может быть таким, а с Гермионой — нет? И конечно же, он не мог не вспомнить Святочный бал. Грейнджер резко сжала пальцы в кулак. Вот уж чего она не ожидала, так это услышать, как он снова жалуется на тот вечер, будто это была его личная трагедия. Да, конечно, бедный, несчастный Рон Уизли! Гермиона осмелилась явиться с Виктором Крамом — какая наглость! Очевидно, ей следовало сидеть в углу и ждать, пока он соизволит заметить её, верно? Хотя это он первый начал. Это он называл её предательницей, злился, шипел что-то обидное, пока у неё внутри всё сжималось от унижения. Это он наговорил столько чуши, что она в итоге просто развернулась и ушла с бала со слезами на глазах, даже не сказав ничего Краму. Виктор искал её весь вечер, а она сидела одна, пытаясь взять себя в руки. Какой же он несправедливый. Она стиснула зубы, чувствуя, как злость снова подступает к горлу. Лучше бы она вообще не вставала этой ночью. Лучше бы не слышала ничего. Она перевернулась на бок, плотно зажмурив глаза. Завтра. Завтра она просто забудет об этом. Гостиная Слизерина  — Вы не поверите, какую хрень я выкопал у Терри Бута! — Нотт вбежал в гостиную, где сидели Драко и Блейз. — Он у меня спрашивал, как правильно привлечь даму, вот и отблагодарил. Теодор крутил в руках небольшую баночку и потряс её у носа друзей. — Что за хрень? — Блейз выхватил коробку у него. — «Туманная карамель»? Тает во рту, вызывает лёгкое расслабление и беспечность… Нотт, какого чёрта? Учебный год только начался, а ты уже притащил в школу наркоту? — Ох, опять проснулся правильный Забини! Почему каждый раз на каникулах ты можешь творить любую дурь, но стоит начаться учебному году — и ты самый прилежный? — Тео уселся на диван рядом с Драко и с ухмылкой посмотрел на друга. — Я в принципе против этой херни, и ты прекрасно это знаешь, — Блейз раздражённо выдохнул и уже собирался уйти в спальню. — Что это вообще такое? — неожиданно спросил Драко, разглядывая баночку у Тео в руках. — Впервые слышу о конфетах «Туманная карамель». — О, мой дорогой друг, — Тео закинул руку ему на плечо. — Это один из низких кайфов в нашем мире. Съедаешь конфетку, и на пару часов тебя расслабляет, накрывает ощущением спокойствия и умиротворения. — Ага, а ещё если съесть больше четырёх за раз, можно оказаться в больничном крыле, — язвительно вставил Блейз. —О Мерлин, Забини, я же предложил просто по одной съесть, а не накидываться как дебилы или нюхать волшебный пакетик, — Нотт склонился вперёд. — Парни, просто расслабимся, сожрём по конфетке и спать. Может, наша белобрысая красотка наконец перестанет страдать от бессонницы. Блейз только фыркнул, дожидаясь ответа Малфоя. Тео знал: если Драко согласится, Забини тоже поддержит. Малфою, в принципе, было плевать на такие вещи. Он никогда ничего подобного не пробовал, и особого желания не было. Но, может быть, Нотт прав, и это хотя бы поможет ему выспаться… — Ладно, Нотт, давай сюда свои пилюли, — сказал он, протягивая руку. Блейз устало вздохнул, но тоже потянулся за конфетой. Нотт расплылся в улыбке, выдал каждому по штуке, и парни закинулись. Некоторое время в гостиной царила тишина. — И когда появится твой вау-эффект? — наконец спросил Малфой, глядя на друга. — Скоро, дай ей подействовать, — отозвался Нотт, пока карамель таяла во рту. Драко развалился на диване, уставился в огонь и стал размышлять о будущем. — Бля, Нотт, я бы тебя выебал за то, что мы съели эту хрень, — простонал Блейз, закатывая глаза. — Сладкий, сегодня я тебя не хочу, давай в другой день, — с усмешкой отозвался Тео, расплываясь в довольной улыбке. — Вы серьёзно? Даже не знаю, что хуже — ваши шутки или эти конфеты.— Малфой лениво потёр виски, глядя в огонь, но вдруг сам тихо рассмеялся.  Эффект сладостей начинал проявляться, и всё происходящее казалось уже не таким раздражающим, а скорее забавным. — Завидуешь? — Тео повернулся к нему. — Конечно, — с сарказмом протянул Драко. — Всегда мечтал быть с тобой, но ты как шлюха, скачешь туда-сюда, не обращая на меня внимания. — Малыш, меня на всех хватит.— Нотт ухмыльнулся, накрыв ладонь Драко своей. — Я же не просто так решил провести эту ночь без Блейза. — Кстати, о ночи. На кого запал Терри? — резко сменил тему Забини. — О, кстати! — Тео оживился. — Ему нравится младшая Уизли. — Рыжая — вполне неплохой вариант, красивая, стройная… хоть и одна из Уизли, — хмыкнул Драко, последнее слово произнося с лёгким отвращением. — Неплохой? — удивился Блейз. — По-моему, эта маленькая бестия очень даже ничего, я бы за ней сам побегал. — И что тебя останавливает? — спросил Нотт. — Во-первых, она сестра этой пробной версии мага. Во-вторых, Забини всегда предпочитал более старшее себя , — усмехнулся Малфой. — Да брось, она младше всего на год, — отмахнулся Тео. — А то, что она Уизли, даже заводит. Почему бы не попробовать? Драко и Нотт одновременно засмеялись. Их окутывало чувство эйфории, лёгкости, безразличия к миру. Всё стало проще, понятнее, будто на какое-то время исчезли заботы. — Фу, блять, почему вы такие озабоченные? — поморщился Забини. — Я бы не стал встречаться с Уизли… — он запнулся, задумавшись, и на секунду сжал челюсти, будто прогоняя какую-то мысль. — Хотя, какого чёрта я перед вами оправдываюсь? Просто я бы не стал.   — Зря, — усмехнулся Нотт. — Ой, блять, Тео, была бы твоя воля, ты бы трахнул всю школу. Уверен, учителя тоже попали бы в этот список, — фыркнул Драко. — Сто процентов, Амбридж тоже ничего такая, — ухмыльнулся Тео. — Знаешь, если прикрыть её свиное рыло, то в темноте можно и не заметить разницы. — Тео, блять… — простонал Блейз. — Что? Я же говорил, что люблю опытных женщин, — невинно пожал плечами Нотт. — Кстати, твоя мам… — Ещё одно слово, и я тебе врежу, — перебил его Забини, не меняя выражения лица. — Ладно-ладно, только не порти мне лицо, оно мне дорого, — рассмеялся Тео, откидываясь на диване. — Но поручения Амбридж выполнять не стану. Слишком много чести. Не хочу быть чьей-то шестеркой. Тео прекрасно понимал, что Амбридж делает в школе. Он знал, для кого она здесь. Он ещё не решил, на чьей он стороне, но точно не собирался быть марионеткой, даже если приказ исходит от его отца. Драко же видел в этом возможность. Может, Амбридж действительно станет ключом к закрытой двери. Конечно, можно сказать, что он просто станет шестеркой, но Малфой слишком умен и хитер, чтобы быть куклой в чужих руках. Использовать ситуацию в своих целях? Вполне возможно. Блейз же не разделял ни одно из этих мнений. Он просто хотел продолжать жить, не забивая голову. Хотя, в глубине души знал: если дойдёт до выбора, он пойдёт за Драко. Его мать всегда спускала ему всё с рук, была занята только своими интрижками, а не воспитанием сына. Какое бы он ни принял решение, она примет его сторону… Но что, если на этот раз всё будет иначе? — Может быть, но я бы подумал об этом варианте. Вполне неплохой ход, — протянул Драко, снова косясь на камин. — Было бы интересно сыграть в эту игру Министерства. — Возможно, ты и прав, — пробормотал Блейз. — Ладно, это не такая уж важная тема. Давайте расходиться, — Тео встал с дивана и потянулся. — Меня уже дико клонит в сон. Он удалился в спальню, за ним последовал Блейз, махнув Малфою на прощание. Драко остался в гостиной, глядя в огонь. Что-то изменилось. Блейз стал слишком задумчивым, а Нотт — наоборот, чересчур распущенным. Он снова прокрутил в голове их разговор. Забини слишком резко закрыл тему Уизли, даже не попытавшись съязвить в ответ. Обычно Блейз никогда не оправдывался — ему было плевать, что о нём думают. Но в этот раз… Малфой нахмурился. Неужели ему действительно кто-то нравится? С Теодором всё было сложнее. Он всегда отличался дерзостью, но не до такой же степени. Весь его разгульный образ жизни выглядел так, будто он что-то компенсирует. А ещё эта его фраза про Амбридж — он сказал это слишком резко, как человек, который уже давно принял решение. Драко не знал, что именно, но ощущение, что Нотт скрывает куда больше, чем кажется, не покидало его. Он медленно встал с дивана и, не отводя взгляда от огня, пробормотал: — Завтра. Завтра я об этом вспомню. С такими мыслями они прожили треть сентября. В Холле Хогвартса — Я серьёзно, это уже ни в какие рамки не лезет! — Гермиона возмущённо прижала учебник к груди. — «Теоретическое изучение магии» — полный бред! Разве можно научиться защищаться, просто читая книгу? Я, конечно, люблю их, но как она себе это представляет? — Даже если этой книгой ударить кого-то по голове, вряд ли это нам поможет, — пробормотал Рон, разглядывая тыльную сторону ладони. Покрасневшая кожа всё ещё хранила слабый след от проклятого пера Амбридж. Гарри шёл рядом, молча стиснув зубы. Казалось, он даже не слушал разговор — настолько злился после урока. — Это издевательство, — наконец процедил он, когда они завернули за угол. — Вся её методика — просто способ нас контролировать. — Конечно, — Гермиона сжала губы. — Она не даёт нам применять заклинания, запрещает обсуждать то, что происходит за пределами Хогвартса. Да её цель — сделать нас бесполезными и беспомощными! Позади послышались шаги — к ним присоединились несколько учеников.  Невилл выглядел обеспокоенным, Лаванда и Парвати перешёптывались, а кто-то бурчал о том, что Амбридж окончательно обезумела. — Вы тоже это видели? — заговорил Дин Томас. — Она дала Маркусу Трэси пять дней отработки только за то, что он спросил, будем ли мы практиковать щитовые чары! — Пять дней?! — воскликнул Рон. — А ты думал, она шутит? — хмуро бросил Симус. — Вчера она выгнала третьекурсницу с занятия только за то, что та зевнула. Гарри сжал кулаки. — Такими темпами она начнёт назначать наказания, чтобы изолировать нас от других, — буркнул Рон. — Думаете, это возможно? — Невилл явно боялся такого исхода. — Невилл, она неадекватная, с ней возможно всё, — вмешалась Лаванда.  — Мне говорили ребята с других курсов, что если её наказания не подействуют, она придумает что-то новое. Может, вообще начнёт следить за всеми. Филч наверняка согласится патрулировать школу ещё жёстче. — И что мы будем с этим делать? — спросил Дин. Повисло молчание. У каждого было своё мнение, но пока никто не знал, как действовать. — Мы начнём тренироваться, — уверенно заявила Гермиона. — Гермиона, и как ты это себе представляешь? — Рон посмотрел на неё с недоверием. — Если мы даже на занятиях не можем ничего спросить, где ты планируешь собирать столько людей? — Это возможно, — Гарри вдруг улыбнулся. — Добби рассказывал мне про выручай комнату. Она появляется, когда волшебнику она действительно нужна. Нам надо лишь понять, где она. — Мы с Джинни знаем, где она, — неожиданно сказал Невилл. — Мы нашли её с помощью Зала Требований, но так и не поняли, как открыть. Но теперь у нас может всё получиться. Лица ребят озарились надеждой. Хоть ненадолго, но настроение у всех улучшилось. — И как же мы назовём своё подразделение? — хмыкнул Рон, всё ещё скептически относясь к затее. — Отряд Дамблдора! — гордо заявила Гермиона. — Это логично. Дамблдор всегда боролся со злом, вот и мы будем отстаивать свою честь. Ребята одобрительно кивнули, их губы тронули улыбки. Они договорились встретиться возле Тайной комнаты. Невилл объяснил дорогу, и они решили разделиться, чтобы не привлекать внимания. Только вот они не учли одного: кто-то мог стоять за колонной и слушать их разговор. Теодор Нотт хмыкнул, наблюдая за ними. Эта информация могла ему пригодиться. Не сейчас. Но позже — вполне возможно.