Глава 3

House of Cards в домике из карт мы заперли себя  все рушится снова  конец придет скоро  и как же мы глупы  пустые все мечты                                                 Кабинет Долорес Амбридж — Ребята, я собрала вас здесь не просто так, — голос Амбридж, как всегда, звучал приторно-сладко, а её лицо растянулось в искусственной улыбке. Она села прямо, поправила манжеты розового жакета и продолжила: — Я решила организовать ночной дозор, который будет следить за порядком в школе. И я бы хотела, чтобы вы стали моими глазами и ушами. Видели то, чего не вижу я, и слышали то, чего не слышу. Она сделала паузу, оглядывая учеников за круглым столом, а затем добавила с наигранной теплотой: — Конечно, это не останется без награды. Финч будет проинформирован, что вам разрешено выходить в комендантский час. Плюс, я готова обсудить другие… привилегии. Тишина. Однокурсники переглянулись. Пенси Паркинсон прищурилась, на её лице появилась лёгкая ухмылка. Отличный шанс показать себя. Крэбб выглядел растерянным, но идея власти над другими его явно привлекала. Гойл сразу кивнул, словно ещё перед встречей решил согласиться. Малфой молчал, ощущая напряжение внутри. Он знал, что рано или поздно придётся выбирать сторону, но не думал, что так скоро. Блейз, нахмурившись, украдкой взглянул на друзей, пытаясь понять, что выберут они. Тишину нарушил Тео. — Ладно, — он лениво облокотился на спинку стула, ухмыльнувшись, — Я согласен… но на одном условии. Драко и Блейз переглянулись, пытаясь переварить информацию. Тео громче всех заявлял, что не собирается никому прислуживать, а теперь так легко сдался… Или у него есть план? Амбридж окинула Нотта оценивающим взглядом. — И какое же у вас условие, мистер Нотт? — Я не горю желанием бегать по школе по вашему приказу. И уж точно не собираюсь быть пешкой. — Тео посмотрел ей прямо в глаза, в его голосе скользнуло скрытое высокомерие. — Если вы хотите честности, будьте честны и со мной. Иначе я не играю. Щёки Амбридж дёрнулись, но она быстро взяла себя в руки. — Надо же… — её улыбка стала жёстче. — Смотрю, ваш отец иногда пренебрегал воспитанием, если вы позволяете себе так дерзить преподавателю. Тео лишь усмехнулся. Он не собирался спорить, тем более на тему отца. Но уж кто-кто, а Амбридж не будет указывать, кого и как воспитали — особенно его, когда он сам этим занялся с третьего курса. — Мой отец меня прекрасно воспитал, мадам, — спокойно ответил он, но в голосе скользнуло что-то, от чего улыбка Амбридж стала чуть менее уверенной. Кабинет погрузился в напряжённое молчание. Амбридж высоко вскинула голову. — Хорошо, мистер Нотт. Я подумаю над вашим предложением. А остальные? Пенси, Гойл и Крэбб сразу согласились. Малфой сжал челюсти. Он не мог оставить Нотта одного в этой игре. — Я согласен. Но раз мы союзники, давайте делать всё по-честному. — Я тоже в деле, — Блейз вздохнул, зная, как легко Малфой и Нотт могут наделать глупостей, особенно когда в гневе. Он понимал, что бросить друзей — не вариант. Тео и Драко в таком настроении бывают крайне непредсказуемыми, и не знал, что могло бы случиться, если бы он не вмешался. — Чудесно, джентльмены! — Амбридж всплеснула руками, возвращаясь к своему сладкому голосу. — Тогда договоримся сразу: мне нужно знать обо всех передвижениях Гарри Поттера и его друзей. Если заметите что-то подозрительное — сразу докладывайте. Она протянула каждому по небольшому жетону с выгравированными именем и номером. Блейз нахмурился. — Вы сделали их заранее, даже не зная, согласимся ли мы? Амбридж улыбнулась ещё шире. — Мистер Забини, слизерин всегда понимает слизерина. Блейз скептически закатил глаза Однокурсники вышли с кабинета преподавателя и переглянулись между собой, собираясь идти в сторону подземелья, как вдруг их остановил голос Забини. — Слизерин понимает слизерина? Тогда почему нас всё равно считают предателями? — фыркнул он, вертя в руках жетон. Блейз пошёл в сторону гостиной вместе с Тео, остальные последовали за ними, но Драко внезапно схватил Паркинсон за локоть. — Какого чёрта ты согласилась? — Отстань, Драко. Я же не спрашиваю, почему согласился ты. — Потому что не хочу быть марионеткой! — Малфой сжал губы.— А ты думаешь, если докажешь что-то своей семье, то перестанешь ею быть? Не стоит совать свой героизм туда, где он не нужен. Паркинсон сжала кулаки, но промолчала. Драко отпустил её и направился к Тео и Блейзу. “Неужели так очевидно?” — пронеслось у Пенси в голове. Она просто пытается доказать родителям, что не бесполезна. Что она — не просто дочь, которую можно удачно выдать замуж ради сохранения чистокровной линии. А вдруг даже после всех жертв, на которые она готова пойти, они всё равно решат её судьбу за неё? Что, если она никогда не сможет жить так, как хочет? Спальня Слизерина Они молчали всю дорогу, но, едва дверь за ними закрылась, Блейз взорвался: — Тео, какого чёрта это было?! Ты громче всех орал, что не станешь шестеркой, и в итоге подписался первым! Нотт лениво посмотрел на него. — Я разве просил вас следовать за мной? — Ну да, а потом вас двоих опять придётся вытаскивать из какого-то дерьма! — Блейз, я хочу кое-что узнать, — сказал Тео, садясь на кровать и складывая руки на груди. — Что узнать? – спросил Блейз. Нотт, оглянув дверь, убедился, что никого не слышно, и тихо произнёс: — Поттер и его компания организовали подпольные занятия. Они собираются в выручай комнате. Идея, конечно, была полностью Грейнджер — она даже дала им название «Отряд Дамблдора», но главным, как был Поттер, так и остаётся. Я узнал об этом дня три назад, хотел сам разобраться во всём, а потом уже рассказать вам. Блейз слегка приподнял бровь, когда прозвучало имя Грейнджер. Драко уловил этот взгляд и, хотя промолчал, его лицо оставалось бесстрастным, но внутри нарастало раздражение. Забини, как всегда, скрывал свои мысли, но, услышав знакомое имя, слегка усмехнулся, будто знал, сколько интриг скрывается за этой информацией. — Грейнджер, как всегда, в центре всего, — сказал Блейз, делая паузу и позволяя себе едва заметную улыбку. — Но она, очевидно, умеет запускать все эти идеи с точностью. Драко, сидевший неподвижно, смотрел в пустоту, хотя его мысли крутились бурно.       Ему не хотелось быть пешкой в чужой игре, особенно когда отец всегда требовал от него слепой лояльности, а сейчас он вынужден играть по своим правилам. — Ты уверен? — спросил Драко, напрягаясь, заметив лёгкое изменение в интонации Блейза. Его голос был холоден, почти отстранён. Тео усмехнулся, и в его глазах мелькнул сарказм: — Да. Но есть одна проблема. Когда я пришёл туда, никакой комнаты не оказалось. Поттер говорил, что она появляется только по необходимости. Блейз скрестил руки на груди и, внимательно изучая Тео, твёрдо спросил: — Почему ты не рассказал об этом Амбридж? Тео встретил его взгляд с уверенностью, которая скрывала его внутренний протест: — Потому что я не хочу, чтобы она первой добралась до них. Эта информация могла бы взбудоражить не только Амбридж, но и наших людей. Я собираю данные, чтобы знать, куда мы идём. В этот момент Малфой тихо хмыкнул, словно оценивая слова Тео, и в его глазах мелькнула искорка неодобрения. — То есть ты решил использовать привилегии, которые она дала, в своих целях? — Именно, — лениво вытянул ноги Тео, его расслабленная поза контрастировала с остротой его слов. — А заодно посмотреть, что можно узнать от неё самой. Блейз фыркнул, его рот искривился в едва заметной ухмылке: — Интересно. Что ж, похоже, завтра у нас будет чем заняться. Малфой хмыкнул, раздражённо качая головой. Его бесила неопределённость: отец молчал, но требовал абсолютной лояльности, а Амбридж, хоть и давала власть, строго ограничивала её рамками своих правил. А Грейнджер… Чёртова Грейнджер с её идеей об этом отряде… Он так и не понял, зачем Тео держал эту информацию при себе, но решительно собирался выяснить это. Драко откинулся на подушку. Его взгляд был не только холодно-отстранённым — в нём бушевали смятение и гнев. Он злился на отца за безмолвие и требовательность, на себя – за неспособность пока найти способ изменить ход событий. Драко не был готов открыто идти против системы, но он собирал информацию, чтобы потом, когда время придёт, действовать по-своему. Это нельзя назвать игрой за две стороны. Они просто собирали информацию и играли за себя, каждый со своими внутренними демонами. А вот что делать с ней дальше… Это они решат позже. Собрание «ОД» в Выручай-комнате Ребята сидели в кругу, обсуждая план действий. В комнате царила напряжённость — в последнее время Амбридж становилась невыносимой.  Наказания с каждым днём становились всё суровее, и многие начали терять надежду. Даже те, кто раньше предлагал смелые идеи, теперь молчали. Фред и Джордж не сдавались — шутили, пытались приободрить однокурсников, но в их глазах тоже читалась усталость. — Так, ребята, нам нужно собраться и продолжить тренировки, — Гермиона решительно вышла в центр комнаты, обведя взглядом собравшихся. — Нужно обсудить план наших действий, понять, как будем защищать Хогвартс, если нас попытаются атаковать. Мы должны быть готовы к любому повороту событий. — Гермиона права, — поддержал её Гарри, вставая рядом. Он окинул комнату серьёзным взглядом. — Нельзя поддаваться страху. Мы можем создать видимость, что Амбридж управляет нами, но на самом деле это не так. В зале стало тише, напряжение немного ослабло. Кто-то кивнул, кто-то сжал кулаки, и вскоре по комнате прокатился одобрительный гул. Улыбки начали появляться на лицах — пусть не у всех, но этого было достаточно, чтобы разжечь в людях решимость. — К нам хотят вступить ещё несколько человек, — сказала Джинни, глядя на Гарри и Гермиону. — Кто именно? — уточнил Поттер. — Моя подруга Мариэтта Эджком, — Чжоу тут же встряла в разговор. — Закария Смит тоже был бы не против, — добавил Невилл. — Говорит, что хочет больше практики. — А ещё кто-то из Слизерина интересовался, — неожиданно сказал Фред. — Что?! — Рон подорвался с места. — Ни за что! Я не буду участвовать в отряде с кем-то из этих змей! — Рональд, ты даже не знаешь, о ком идёт речь, — Гермиона посмотрела на друга с недовольством. — Ради Мерлина, Гермиона, это же слизеринцы! — вспылил Уизли. — Серьёзно считаешь, что это хорошая идея — взять кого-то из них? Да они нас всех тут же сдадут! — Я не говорю, что нам стоит их принимать, — терпеливо ответила она.— Но, возможно, стоит хотя бы узнать, кто интересовался? — Они все одинаковые, скользкие и хитрые, — процедил Рон, сверкая глазами. — Зачем нам им доверять? — Может, хотя бы раз нормально всех выслушаешь, а потом уже будешь делать выводы? — Гермиона сжала кулаки. — Ну конечно, — съязвил он. — Ты же всегда знаешь всё лучше всех. В комнате воцарилась тишина. Некоторые украдкой переглядывались, но никто не спешил вмешиваться в спор. — Я согласен с Гермионой, — вдруг сказал Невилл. — Мы даже не знаем, кто именно хотел к нам присоединиться. — Это полный бред! — возразил Дин. — Принимать кого-то из Слизерина — самоубийство. — Почему? — Луна задумчиво склонила голову набок. — Разве можно делить людей на хороших и плохих только из-за факультета? Её слова заставили многих задуматься. Действительно, было ли справедливо делить всех на чёрное и белое? Да, риск был, но разве не они сами боролись за справедливость? — Делайте что хотите, — резко сказал Рон, отходя в сторону. — Но я не собираюсь участвовать в этом. Если вы хотите, чтобы отряд развалился, пожалуйста. Гермиона выдохнула, стиснув зубы. — Знаешь, в чём твоя проблема, Рон? — она смотрела на него твёрдо. — Тебя не устраивает ничего. Ты бы возмущался даже если бы эта идея была не моя. Она развернулась и вышла из комнаты. Гарри медленно провёл рукой по лицу, оборачиваясь к Рону. — Думаешь, она была неправа? — Думаю, она вечно ведёт себя так, будто умнее всех, — буркнул Рон. Гарри лишь вздохнул: — Она зачастую права, Рон. Смирись с этим. Он снова повернулся к отряду: — Ладно, давайте вернёмся к обсуждению. Гермиона быстро шагала по пустому коридору в сторону башни Гриффиндора. Внутри всё бурлило — злость, разочарование, усталость. Она не могла поверить, что Рон снова повёл себя так упрямо. Почему он всегда судит людей по факультету, а не по поступкам? Она резко замерла, услышав позади лёгкий шорох. В груди неприятно сжалось — если это Финч, ей точно не поздоровится. Она уже собиралась ускорить шаг, как вдруг чья-то рука мягко, но решительно схватила её запястье и потянула в сторону тяжёлой шторы. Гермиона резко обернулась, но не успела ничего сказать — перед её лицом мелькнули тонкие пальцы, прижимающиеся к губам, призывая молчать. В полумраке она разглядела Асторию Гринграсс. Девушка выглядела спокойной, но в её глазах читалась настороженность. Гермиона удивлённо замерла, не сразу понимая, что вообще происходит. Через пару секунд до её слуха донёсся грубый голос. — Да говорю тебе, Драко что-то задумал, — раздался хриплый голос Крэбба. — Он ни с кем не говорит, а с Тео шепчется. — Ерунда, — фыркнул Гойл. — Он просто злится на отца, вот и всё. — Даже не знаю… — пробормотал Крэбб. — С того момента, как он стал чаще проводить время с Ноттом и Забини, у них вечно что-то на уме. Они что, нам не доверяют? — Не уверен. Амбридж же сама говорила: «Слизерин всегда поймёт другого слизеринца». Парни осветили коридор Люмосом, огляделись, и, убедившись, что вокруг никого нет, двинулись дальше. Гермиона затаила дыхание. Она прислушивалась, пока шаги окончательно не стихли. Астория осторожно выглянула из-за шторы, а потом наконец отпустила её запястье. — Что ты здесь делаешь? — прошептала Гермиона, нахмурившись. Астория пожала плечами, будто её совсем не волновало, что их могли заметить. — Слежу за ними, — ответила она так же тихо. — В нашей гостиной слишком много лишних разговоров. Гермиона с подозрением посмотрела на девушку. — И зачем тебе это? Астория чуть прикусила губу, словно раздумывая, стоит ли говорить дальше. — Потому что я уверена: они что-то замышляют, — наконец произнесла она. — Дафна ничего мне не говорит. Говорит, что я ещё слишком мала и мне не стоит лезть, куда не надо. Гермиона уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но Астория её перебила. — Я хочу тренироваться, — вдруг заявила она. В её голосе звучало упрямство. — Может, я ещё и неопытна, и глупа, и не до конца понимаю все последствия, но я бы хотела хоть что-то уметь. Гермиона на секунду потеряла дар речи. — Ты… ты серьёзно? Астория кивнула. — Мне нужна практика, а не теория. А моя сестра убила бы меня, если бы узнала. Гермиона задумалась. Можно ли доверять этой девушке? В её словах было что-то странное. Но, глядя в её спокойные, твёрдые глаза, Гермиона вдруг поняла — Астория не врёт. Она вздохнула. — Я подумаю, — наконец сказала она. — Спасибо, — коротко ответила Астория и, не дожидаясь ответа, скрылась в темноте коридора. Гермиона осталась стоять, осмысливая произошедшее. Зачем младшей Гринграсс тренировки? Откуда она узнала про ОД? И почему Крэбб и Гойл так легко нарушают комендантский час? Видимо, завтра ей будет над чем подумать.