3. Кровавая луна

      На протяжении месяца Эмили регулярно встречалась с полюбившейся ей троицей, которая, на удивление, приняла девушку с распростёртыми объятиями. Карен, как ни странно, продолжала с каждым днём лучше узнавать девушку и открываться ей в ответ, Фогги научился вызывать у Эми искренние улыбку и смех, а Мэттью, кажется, начал наконец доверять ей. В отличие от их первой встречи, Мёрдок стал раскрепощённее, впредь не боялся сказать чего-то лишнего или компрометирующего. Иногда журналистке вовсе казалось, что один из её лучших друзей стал отдаляться, полностью переключив внимание на Даллес. Конечно, это было ошибочным суждением, однако и сам Мэтт стал замечать, что привязывается к девушке слишком быстро. Откровенно, столь скорое доверие было для него чуждо, как и бабочки в животе, внезапно начавшие свою активную жизнь.       Эмили, в свою очередь, прониклась каждым из друзей одинаково, посчитав, что за долгое время смогла найти для себя настоящую семью. Но, если к Фогги с Карен девушка относилась, как к брату с сестрой, то с Мэттом у неё складывались совсем иные отношения. Мужчина часто проявлял знаки внимания; несмотря на свой диагноз, всегда подавал руку на улице, желая оказаться как можно ближе. Иногда Эми казалось, что Мэттью попросту пользуется своим "статусом". Несмотря на то, что помощь мужчине, как оказалось, вовсе не требовалась, он продолжал просить перевести его через дорогу или помочь банально найти нужную ручку на письменном столе. Складывалось стойкое ощущение, что адвокат лишь привлекает внимание, пытается всеми способами заполнить жизнь Даллес своим образом, стать для неё привычным. Стать тем, без кого она впредь не сможет существовать вовсе.       Надо признать, план Мёрдока работал отлично. С каждой встречей молодые люди значительно сближались, переставая быть друг для друга чужими людьми. Вероятно, те же знаки внимания по отношению к Эми проявлял и Фогги, однако его безудержную инициативу девушка почему-то никогда не замечала. В отличие от Карен, которая попросту не могла пропустить мимо внимания глаза Нельсона, загорающиеся самым ярким огнём во время разговоров с Даллес или чуть подрагивающие пальцы, ловко спрятанные за напряжённой спиной. Иногда девушка вовсе ловила себя на мысли, что Фогги сходит с ума – речь его зачастую путалась, голос дрожал. Конечно, ей было обидно за друга, однако и Эми винить в незаинтересованности она не смела. Сама некоторое время назад была такой же.       Так, компания из четырёх человек, ранее даже не догадывающихся о существовании друг друга, стала походить на крепкую семью, каждый член которой готов был пожертвовать жизнью ради ближнего, во всех смыслах. Проверить подлинность сказанного, кончено, никому не удастся. По крайней мере, так считали сами молодые люди.       Один из вечеров по настоянию Фогги друзья провели в парке, ставшим их наиболее частым местом встреч, вплоть до полуночи. По словам адвоката, луна этой ночью должна была стать алого оттенка, залив весь город жутким, по мнению многих, цветом крови. Конечно, Мэттью подписываться на данную авантюру попросту не было смысла, однако вариант провести в компании друзей лишний вечер привлекал его, заставив в конечном итоге отказаться от мирного сна в пользу прогулки. У Эмили же с Карен причин для сомнений не возникало, вот только в затею Фогги они верили слабо. В интернете и вправду нашлось несколько статей на тему "кровавой ночи", но были ли они правдивы, оставалось только гадать.         Идя вдоль аллеи, журналистка слабо толкала Нельсона в плечо. Брови девушки были сведены к переносице, однако злости в её взгляде не было. Сквозь длинные ресницы можно было рассмотреть лишь задорный блеск.        — А я говорила, что всё это бред!- в очередной раз твердила блондинка.        — Вы сами читали те статьи,- оправдывался Фогги, — Я ни в чём не виноват!       Конечно, ни кровавой луны, ни даже алого заката этим вечером компания увидеть не смогла. Казалось, в интернете решили попросту поглумиться над доверчивыми пользователями, однако друзья были благодарны и за это. Несмотря на неудачный опыт любознателей, они смогли провести время вместе и, надо признать, остались довольны.        Пока Карен с Фогги перепинались друг с другом в шуточной форме, Мэттью с Эми заливисто смеялись. Оперевшись друг о друга, молодые люди шли по улице, пошатываясь, словно закалённые алкоголики. Ни стеснения, ни тем более стыда перед редкими прохожими они не испытывали. Обоих изнутри разрывало лишь чувство свободы и, быть может, ещё одно крохотное желание – желание оказаться ближе. Мёрдок уже давно убрал складную трость в карман пиджака и теперь наваливался на спутницу всем телом. Нет, он не пытался взвалить на хрупкие женские плечи свой немалый вес, он лишь желал прижаться к Эми, почувствовать её тепло. Адвокат хотел, чтобы сама Даллес почувствовала жар его тела, которое он был готов дарить ей каждый день, каждый час, каждое мгновение. Рядом с девушкой ему становилось жарко. Невыносимо. И лишь её маленькие прохладные ладошки, изредка касающиеся открытых участков кожи, могли остудить пыл.        Между молодыми людьми не было ничего, кроме крепкой, взаимной дружбы, однако каждый из её участников зачастую ловил себя на дурных мыслях, объяснения которым найти было не так-то просто. Даллес с Мёрдоком проводили время наедине, ходили по улицам и кафе, и несмотря на то, что в основной массе таких вечеров их сопровождали Карен с Фогги, пара сосредотачивалась лишь друг на друге. Эмили краснела от каждого неосторожного прикосновения адвоката, хоть и не знала, что за ним стоит нечто большее, чем случайность, а Мэттью, в свою очередь, крепко сжимал в карманах брюк ладони, стоило девушке в очередной раз снять с него очки. Со стороны можно было подумать, что мужчина остаётся недовольным из-за подобных выходок, однако сердито опущенные брови говорили о нечто ином – брюнету было дико больно от того, что он не может увидеть подругу. Больше всего на свете Мэтт хотел увидеть Эмили в его очках, которые наверняка были ей велики и постоянно спадали с переносицы. Эми же просто дурачилась, даже не догадываясь о том, как сильно ранит Мэттью каждый раз. Иногда она и вправду без спросу стаскивала с адвоката очки, случайно задевая кончиками пальцев его виски, чтобы увидеть глаза. Они Даллес казались невероятно красивыми. Зрачки редко были направлены на её лицо, однако блеск радужки и она сама, отражающаяся в ней, вызывали табун мурашек, бегающих по гладкой спине кругами.        Сомнения в диагнозе Мэттью у девушки за прошедшие месяцы испарились бесследно. Несмотря на удивительную приспособленность мужчины, Эмили более не могла сомневаться в его словах. Девушка начала доверять адвокату, при том не только в отношении его здоровья. Иногда Эми казалось, что она готова доверить Мёрдоку собственную жизнь. Впрочем, мысли молодых людей сходились, а потому во время прогулок с Эмили Мэтт зачастую позволял себе отключать чувства, полностью полагаясь на спутницу и её аккуратную, едва прохладную ладошку, которая тянула его вперёд.        Так и сегодня, пара не стала изменять привычным, пусть и совсем новым традициям, полностью полагаясь друг на друга. Эмили крепко сжимала предплечье Мёрдока, пока он сам, блаженно улыбаясь, шёл манимый её парфюмом с нотками спелой вишни. Надо отметить, вишню Мэтт обожал. Он ловил каждую возможность приблизиться к девушке и вдохнуть аромат её кожи полной грудью. Эми это, конечно, замечала, однако, не желая вгонять друга в краску, тактично молчала. Она понимала, как непросто мужчине приходится с его особенностью.       — Вот прогулка и подошла к концу,- подала голос Карен, не успела компания приблизится к воротам парка, — Здесь наши с вами пути расходятся…       — Прозвучало так, словно мы находимся в каком-то пафосном боевике,- поморщился Нельсон, — А ещё напоминает прощание напарников в конце первого сезона.        Мэтт с Карен весело усмехнулись, в то время как Эмили, нахмурившись, всерьёз задумалась над словами адвоката. Нехотя отпустив руку Мёрдока, она сделала неуверенный шаг вперёд, будто собиралась выступить на большой сцене. Впрочем, любое излишне проявленное внимание приносило девушке дискомфорт, даже если его виновниками становились хорошие друзья.       — Ты в чём-то прав, Фогги,- мягко улыбнулась Даллес, — Завтра нас ждёт уже новый сезон с новыми приключениями, а сейчас нам и правда пора попрощаться.       — Хорошо сказано,- поддержал девушку Мэтт, после чего несколько раз наигранно хлопнул в ладоши.        — Да, действительно, оказывается, в нашей компании сразу два человека, подвешенных за язык!- по-доброму рассмеялась журналистка.        — Не вижу в этом ничего плохого,- приняв слова подруги за укор, воспротивился Нельсон, — Зато теперь у меня появился единомышленник.       Сократив дистанцию, мужчина смело обхватил Эмили за плечи и легонько потряс. Реставраторша же в ответ лишь широко улыбнулась и без особых промедлений крепко прижалась к боку Фогги, очевидно, одобряя его слова и поведение, в целом. Мэтт, наблюдая за молодыми людьми, тихо шипел, кажется, даже не скрывая своей жгучей ревности, однако ни один из друзей не заметили изменений в поведении адвоката, так и продолжив обмениваться друг с другом самыми что ни на есть наивными улыбками. В особенности счастливым выглядел Фогги – мужчина постоянно пытался стать с Эми ближе, и вот сейчас это наконец начало получаться. Он не хотел выпускать девушку из своего личного пространства, как не хотел и того, чтобы они расставались. Каждый вечер он провожал её фигуру грустным взглядом, словно верный пёс, а Мэттью всё прислушивался к учащённому сердцебиению друга. Он не мог точно сказать, чем оно было обусловлено, однако неприятные мысли в больной голове адвоката всё же крутились. Вероятно, глубоко в душе Мёрдок всё понимал, просто не хотел верить в это. Он не хотел соперничать с лучшим другом.        На самом же деле всё было куда проще, ведь конечный выбор обычно делают не мужчины, а их муза, заставляющая не спать ночами и совершать настоящие подвиги. Да, Мэтт в этом плане точно выигрывал. Эми об этом ещё не догадывалась, однако ей и не нужно было. Она давно решила, кого будет ставить в приоритет, более того, она уже ставила – на прогулках старалась держаться ближе к Мёрдоку, невзначай касалась его открытых ладоней, а с Фогги старалась быть более аккуратной. Конечно, девушка видела его щенячий взгляд и едва не стекающую с губ слюну при виде коротких платьев. Проще говоря, выбор уже был сделан. По крайней мере, уже продолжительное время так считала сама Даллес.        Сегодня Фогги подумал, что стал чуть ближе к своей заветной цели и, несмотря на старания, широкой улыбки скрыть не сумел. Он ещё долго смотрел вслед удаляющейся девушке, благо, Карен вовремя одёрнула – если бы не она, Нельсона смело бы посчитали настоящим маньяком. Буравил мечтательным взглядом спину Эми не один адвокат. Вернее, втрой всего навсего был повёрнут в сторону подруги и внимательно вслушивался в её стихающие шаги. На душе от этого звука стало неприятно и тревожно, из-за чего Мэттью едва заметно поморщился. Он метался в сомнениях несколько секунд, прежде чем отправился вслед за девушкой. Незаметно преследовать или тем более пугать её брюнет не хотел, а потому, быстро нагнав спутницу, осторожно коснулся её плеча. Делать этого явно не стоило.        Резко обернувшись, Даллес замахнулась, собираясь, если не сломать, то хотя бы разбить нос названному погонщику. Благо, фонари возле парка были яркими, и на лице незнакомца девушка смогла разглядеть знакомые красные очки с хорошо заметной щетиной. Странным Эмили показалось лишь то, что мужчина предусмотрительно пригнулся. Казалось, он знал реакцию девушки заранее.        — С твоей стороны глупо было подкрадываться ко мне со спины,- недовольно выгнула бровь реставраторша, — Я могла тебя покалечить…       Со стороны Мёрдока слова собеседницы звучали скорее глупо, нежели устрашающе. Каждый божий день он боролся с желанием поведать ей о своём предназначении и способностях, желал доказать, что он не такой немощный, каким его все считают. Впрочем, в ту массу людей Эми не входила. Она никогда не считала слепоту Мэтта недостатком и уж тем более не считала его слабее других. Напротив, девушка, возвышала адвоката, подобно сошедшему с небес ангелу. О, как же сильно она ошибалась!       Пропустив замечание подруги мимо ушей, брюнет лишь сделал навстречу ей небольшой шаг и галантно протянул согнутую в локте руку. Его пухлые губы тронула лёгкая улыбка, просуществовала которая, вопреки ожиданиям, совсем недолго.        — Эми, уже поздно… Не будешь против, если я тебя провожу?- произнёс Мэтт прежде, чем успел обдумать, казалось бы, праведные мысли.        Он не сомневался в том, что реакция собеседницы будет взвешенной и адекватной, знал, что насмешек ждать не стоит, однако вся абсурдность предложения убивала Мёрдока, вынуждая болезненно морщить нос. Конечно, как слепой сможет защитить девушку от преступников? Что он сможет сделать против целой группировки людей? Обычному инвалиду не по силам справиться даже с хорошо подготовленным школьником, что уж там говорить о профессионале. Не дожидаясь ответа Даллес, адвокат шумно вздохнул, заранее осознавая собственное поражение.        — Я понимаю, о чём ты думаешь, просто…- замялся брюнет, — Просто я решил, что, увидев мужскую фигуру, никто не станет лезть,- попытался оправдать он свои и без того беззлостные намерения.        Мёрдок уже собирался опустить протянутую руку, когда на неё легла аккуратная женская ладошка. Вот только коснулась она не скрытого плотной тканью пиджака участка, а тёплой, едва подрагивающей от волнения ладони мужчины. Мэтт ошибался, ведь Эми не думала ни о чём, что он имел ввиду, более того, девушка не сомневалась в своём выборе – она знала, что примет руку друга, независимо от места и обстоятельств. Так и сейчас, мягко улыбнувшись, она переплела собственные пальцы с пальцами Мёрдока и робко прижалась к его плечу. Девушка жутко боялась переступить черту приличия, слишком резко ворваться в личное пространство адвоката, однако поделать с рвущимися наружу чувствами ничего не могла. Всё её естество требовало проявления ласки и искреннего желания, чувство которого, к слову, до встречи с Мэттом девушке было определённо чуждо.        — Конечно, не против,- едва заметно склонив голову в сторону, шире улыбнулась реставраторша, — Если не ошибаюсь, наши районы находятся поблизости, можем пройти другим путём, что скажешь?       — С тобой хоть на край света!- счастливо протянул мужчина, до боли в груди сожалея, что не может рассмотреть лицо собеседницы и её, наверняка, красивые глаза.        Да, девушка и впрямь была великолепна, вот только характер с внешностью порой не согласовывался. Так было и сейчас – вопреки ангельской улыбке и тонкому, застенчивому голосу, Эмили в очередной раз хитрила. Другой путь? Чёрта с два! Она прекрасно знала, где живёт Мэттью, и собиралась проводить его ровно до входной двери. Отчасти он, конечно, был прав, и многие преступники наверняка бы отмели мысли нападать на девушку, возле которой следует крепкого телосложения мужчина, только вот в районе, где проживали молодые люди, были и другие, совсем глупые разбойники, которых не пугала даже полиция. Подвергать Мэттью излишней опасности Даллес вовсе не желала. Эмили попросту не хотела, чтобы мужчина лишний раз рисковал из-за неё, ведь, как ни странно, безопасность друга волновала её крайне сильно. Девушка точно знала, что второго такого Мэтта Мёрдока найти попросту не сможет.       Крепче сжав широкую ладонь спутника, реставраторша ненавязчиво потянула его в сторону дома, время от времени стараясь отвлекать мужчину бессмысленными разговорами. Вопреки своей особенности, ориентировался Мэттью просто замечательно, что значительно повышало риски Эмили. Девушка тем не менее старалась следовать по светлым улицам, на которых изредка появлялись прохожие и сотрудники полиции в идеально выглаженной форме, вот только, чем ближе пара была к "родному" району, тем реже на пути встречались живые души и тем громче становились подозрительные шуршания за спиной. Девушка тяжело сглатывала каждый раз, стоило внезапному дуновению ветра коснуться её открытых плеч, а разбитому стеклу противно заскрипеть под каблуками новых ботинок. Мэтт, на удивление, перемены в настроении девушки не уловил – всё время их недолгого пути он утопал в мыслях об Эми и её тёплом, с нотками заботы и нежности голосе, бережных ладошках, что крепко сжимали его руку. Мёрдок утопал в любви и, казалось, даже если бы у него был шанс взять с собой спасательный круг, он проигнорировал бы предложение, окунувшись в океан чувств с головой. Любовь слепа, и Мэтт, очевидно, стал прямым доказательством этого небезызвестного высказывания. С Даллес глаза ему были не нужны, хватало искренних желаний и чувств, безоговорочно вернувших стремление к жизни.        Оказавшись возле дома, в котором проживал сам Мэтт Мёрдок, и в котором, к слову, были не дешёвые квартиры на съём – девушка часто задавалась вопросом, где Мэтт берёт столько денег –, Эмили притормозила, заставив мужчину потупиться в недоумении. Реставраторша выпустила горячую ладонь адвоката из своей и едва заметно улыбнулась. Конечно, Мэтт этой улыбки не видел, однако вышла она крайне искренней, пусть и неширокой. Мужчина тем временем повернулся к спутнице, тут же сведя брови к переносице и, судя по всему, готовясь засыпать её уймой вопросов, главный из которых прозвучал вот уже через несколько секунд:       — Почему ты остановилась?- настороженно спросил брюнет, очевидно, не желая верить в то, что стал жертвой хитрого плана девушки, — До твоего дома ещё неблизко…       — Мэтт, послушай…- мягко проведя кончиками пальцев по предплечью друга, начала Даллес, — Я не хочу, чтобы ты потом возвращался домой в одиночку. Наш район, как бы помягче выразиться… Не совсем благополучный,- брезгливо поморщилась Эми, — Спасибо, что составил компанию, но дальше я сама.        Нахмурившись сильнее прежнего, мужчина с укором посмотрел в сторону спутницы, вероятно, не будучи довольным раскладом, который ему предлагала Эмили. Перехватив ладошку девушки, он мягко потянул её на себя, после чего постарался как можно мягче улыбнуться. Несмотря на искренность, вышла улыбка корявой и неправдоподобной.        — Со мной всё будет хорошо, Эми…- перешёл на шёпот брюнет, — Но я не смогу спокойно сидеть, зная, что ты одна на улице в позднее время.       Кончено, за каждым предложением, вызывающим разливающееся в груди тепло, следовало то самое "но", перечёркивающее всё хорошее, что осталось в мыслях собеседника. Так и Даллес, в свою очередь, высвободилась из бережной хватки спутника и, отступив на пол шага, шумно выдохнула. Она была благодарна Мёрдоку за беспокойство и его не безучастность, однако споры всегда действовали девушке на нервы. Сморщив аккуратный носик, Эми машинально подняла указательный палец вверх, однако быстро вернула руку в исходное положение, осознав, что жесты в случае с Мэттом убедительности ей не прибавят. И дело тут вовсе не в слепоте – адвокат был тем ещё упрямцем.        — Мэтт,- жёстче произнесла девушка, — Мне идти пятнадцать минут, справлюсь сама,- мужчина хотел возразить, однако Даллес не дала вставить ему и одного слова, — Сегодня был тяжёлый день, мне надо побыть наедине со своими мыслями. Понимаешь?       Девушка не врала. Ещё утром у неё состоялась встреча с новым клиентом, предложившим крупную сумму за реставрацию одной картины. Она была старой, практически убитой, но тем не менее владелец её сдаваться не собирался. По словам незнакомца, в работе ему отказали уже четырежды, и Эмили является последней надеждой на чудесное преображение полотна, вот только и сама девушка гарантий дать попросту не могла. Браться за спорное дело было так же глупо, как и отказываться от заказа – плата была слишком велика. Эми кормить пустыми надеждами мужчину не стала, лишь пообещала подумать над предложением, из-за чего теперь при всём желании не могла отвлечься от рабочих мыслей. Мэтт подругу прекрасно понимал. Он знал, кем работает девушка, и какие клиенты ей зачастую попадаются, а потому в лишних разъяснениях не нуждался. Сам вынужден общаться с людьми разного чина.        Поджав губы, адвокат лишь обиженно(?) опустил голову и, не скрывая беспокойства, медленно кивнул. Со стороны он был похож на ребёнка, с которым никто не захотел играть, однако в глубине души Мёрдок знал, что Даллес хочет для него лишь лучшего. Переминаясь с пятки на носок, брюнет пытался придумать очередной план, следуя которому он наконец сможет довести девушку до двери её квартиры, однако мысли путались, собираясь в плотный клубок, распутать который, казалось, было уже попросту невозможно.        — Просто будь аккуратнее,- выпалил Мэттью прежде, чем подался вперёд и заключил подругу в объятия.        Ранее молодые люди никогда так крепко не обнимались. Каждая их встреча заканчивалось от обмена лёгкими улыбками до формальных прикосновений в виде рукопожатий, однако сейчас они вжались в тела друг друга, словно пережили долгие годы разлуки. И пока Эми вдыхала парфюм друга, уткнувшись в его грудь, сам Мэтт тщательно зарывался носом в её пушистые, словно у котёнка, волосы. Со стороны пара друзей выглядела, как сладкая парочка, выставляющая свои отношения напоказ, вот только на улице не было ни души, да и Мэттью с Эмили чужое мнение мало волновало. Мир схлопнулся до их близости и горячих дыханий, обжигающих не только чувствительную кожу, но и сердца, внезапно начавшие биться чаще.        Как были прерваны эти объятия, Эми не помнила. Остался лишь неприятный осадок на душе и желание вновь почувствовать ласковые ладони адвоката на собственных лопатках. Загвоздка была лишь в одном – ушла девушка уже слишком далеко, да и за спиной слышались громкие звуки, похожие на выстрелы, виновник которых, очевидно, вернуться случайной прохожей попросту не позволит. Стоп. Выстрелы?! Вздрогнув от неожиданного осознания приближающейся опасности, Даллес прибавила шаг, однако звонкие хлопки с каждой секундой становились лишь громче, а между ними стали слышаться чьи-то грузные шаги. Вопреки гордости, девушка уже начинала жалеть, что отказалась от помощи Мэтта. Объятия были бы сейчас очень кстати.