Пролог «Тысяча лиц и ни одного «я»

      Говорят, душа бессмертна. Но что, если она просто… не умирает, потому что уже мертва? Иногда я думаю, что не стал вампиром — я стал пустотой, замаскированной под человека. Когда ты живёшь достаточно долго, всё становится ролью. Ты примеряешь эпохи, языки, одежды, веры — сначала как актёр, потом как лжец, а потом — просто из отчаяния. Чтобы хоть на миг ощутить: ты существуешь. Я был писателем, что сжёг свои книги, модельером, одержимым чужой кожей, певцом, который исчез, когда публика перестала заполнять его тишину, пророком, не верящим в свои откровения, поваром, крадущим вкус чужих воспоминаний, учёным, который пытался выжать из формул ответ на вопрос:       “Кто я?” Но с каждым «кем», что я был, я терял частицы «что». И вот — я больше не знаю, из чего я собран. То ли из боли, то ли из чужих жизней, то ли из самого страха быть настоящим. Меня зовут по-разному. Иногда я сам выбираю. Иногда — забываю. Мои имена были паролями к новым жизням, но ни одно не стало домом. Знаешь, что самое страшное? Не бессмертие. Не одиночество. Даже не жажда. А то, что однажды ты смотришь в глаза другому человеку — и завидуешь ему. Потому что он может умереть, а ты — только исчезать. Медленно. По слоям. Как маска, которую забыли снять. Если ты читаешь это — возможно, ты меня видел. Где-то. В ком-то. Я был рядом, под чужим именем, в чужой эпохе. Я — отражение тех, кто боится быть собой. А теперь, если позволишь, я расскажу тебе всё. Не чтобы ты понял. А чтобы хоть кто-то услышал. И, может, в конце — я услышу себя.