Глава четвёртая. Всевозможные грани боли...

— Привет, сестрёнка. Впустишь?       На пороге стояла Лорейн. Моя родная сестра! Мы не виделись уже много-много лет, но её голос, её саму я узнала бы из тысячи других. Моё сердце замерло, пропуская удар за ударом, рождая в голове те воспоминания, которые я очень давно закопала внутри своего ящика пандоры.       Она так была похожа на маму: чуть выше меня, такие же волосы, только натурально каштановые и прямые чуть ниже плеч. Глаза смеющиеся, серо-зелёные. И ухмылка, точно как у мамы, с едва заметной ямочкой на щеке… — Ну что ты, призрака увидела? — прыснув ядом, спросила она и вошла внутрь, не дождавшись от меня приглашения. — Знаешь, я нисколько не удивлена… — Лорейн, как ты… Почему ты здесь? — не смогла не перебить. — Это разве те вопросы, которые стоит задать сестре, которую ты не видела около… Восьми лет? — она осмотрела номер и вернула взгляд на меня, такой холодный и острый. — Ладно, у нас не так много времени, к счастью.       Она процокала каблуками, возвращаясь ко мне, и улыбнулась так, что внутри меня всё похолодело. Лютая ненависть — вот, что читалось в её взгляде. Она осмотрела мою шею и довольно хмыкнула. — Вечно ты создаёшь проблемы, Айлин. Из-за тебя погибли двое, ой, — встрепенулась вдруг она. — Четверо!       Делая наигранно большие глаза, Лорейн сжала четыре пальца на руке для большей красочности. — Что ты такое несёшь? — я искренне не понимала, неужели она знала обо мне всё время и не приходила раньше? — Правду. Мапа и папа — это двое, и два кочевника, кажется, Джаред и… Не помню, как зовут второго, — я оторопела и чуть не осела у двери. — А сейчас может пострадать целая семья вампиров. Целый клан, Айлин!       Она знала о чёртовых вампирах, знала обо мне всё это время. И сейчас вела себя так, слово я совершенно ей чужая. Может, оно так и есть, но я действительно надеялась и верила, что время сможет смягчить её сердце в отношении меня. Ни история о кровососах, ни смерть на моих глазах, ничего не могло меня так выбить из колеи, как моя собственная родная сестра, плюющая словами в перемешку с желчью. — Лорейн, о чём ты говоришь? — еле находя в себе силы говорить, спросила я. — Ну как же, тот миленький вампир в кафе напротив беседует с моей подругой Джейн. Должна отметить, общается она специфически. Его возлюбленная на охоте, которая точно знает, что тут произойдёт, но быстрее явиться и предотвратить не сможет. С ней мой друг — Алек, он умеет развлекаться. Да и если даже предположить, что Элис сможет его обхитрить, нарисуется дилемма: кого спасть — свою любовь или человеческую девчонку? Боюсь, на этот раз выбор не в твою пользу… Ох, вся семья Калленов спешит сюда. Намечается что-то интересное. Но ты должна знать, тебе они не станут помогать. Ради своей же безопасности они бы сами убили тебя. А если и нет, то их бы стёрли в порошок, хотя… Тебе ведь не привыкать уничтожать семьи. — Прекрати. Прекрати немедленно! — отбрасывая всю еле ощутимую радость от встречи с сестрой, я хотела, чтобы она заткнулась. — Прекрати винить меня во всём на свете. Прошло столько лет… — Вот именно! — вскрикнула она. — Прошло столько лет, а ты вместо того, чтобы прожить свою жизнь как ничтожество, продолжаешь растить свой эгоизм! Даже сейчас…       Я смотрела в обезумевшие глаза Лорейн. Я столько раз представляла нашу встречу. Столько раз мечтала её найти и просто поговорить. И что сейчас? Единственное желание, которое у меня сейчас возникало, это прекратить её видеть и слышать. — Они не имеют ко мне никакого отношения. Они просто хотели помочь, даже не знаю почему… — Да, дорогая сестрёнка. Тебе все хотят помочь ценою собственной жизни, даже твоя недалёкая подруга Сэм с самого первого дня в приюте и по вчерашний день.       Как только она это сказала, все мои кошмары стали явью. Я пошатнулась и чуть не упала у комода. Сил совсем не оставалось. — О, вижу я и тут раздавила твою глупую надежду, — весело приметила она. — Поверить не могу, ты всё это время знала обо мне, но ни разу не связалась со мной. Я ведь тебя искала! За что ты так со мной?! — сорвалась я на крик. — А сейчас явилась передо мной ради чего? Чего ты хочешь, Лорейн? Раздавить меня? Где моя старшая сестра, что с ней стало, почему она бросила меня? У меня столько к тебе вопросов, на которые только ты сможешь дать ответ!       Эмоции, которые захлестнули меня, не давали мне нормально говорить. От потрясения, а потом от улья боли, которое было растоптано её словами. Я сильно сжала губы, унимая приступ. Слишком много всего свалилось за сутки, слишком долго я ждала этой встречи, чтобы поддаться эмоциям. Но они оказались намного сильнее. — Лори, — снова кусаю губу, заменяя моральную боль на физическую. — Я не знаю, кто ты в этой истории. И как ты связана с тем, что происходит в моей. Но я тебя очень прошу, остановись. Давай просто поговорим, потому что я не понимаю твоей ненависти ко мне, как ты можешь этого не понять!       С минуту я смотрела на неё глазами полными слёз. Я уже переступила грань и безмолвно рыдала, содрогаясь. Весь эффект, который давал Джаспер, испарился. Меня накрывало волнами и захлестывало всё дальше. Каким образом, в череду всех пройденных событий попала моя сестра, которую я не видела ещё с приюта?! — Неплохо, — вдруг сказала она, подойдя ко мне ближе. — Всё это время я очень надеялась, что ты страдаешь, но никогда не была в этом уверена. Сейчас я вижу, даже чувствую, как тебе… Больно.       Последнее она сказала мне прямо около уха. — Но Айлин, — смотря мне теперь прямо в глаза, продолжила она. — Это лишь половина того, что чувствую я.       Её глаза блеснули не просто в ненависти, было что-то ещё похуже этого. Я не успела среагировать. Резкая боль в животе появилась внезапно. Острая боль, пронзающая. Я опустила взгляд вниз и увидела чёрную ручку ножа, торчащую в моём теле. Снова смотрю на сестру, замечая лишь усмешку на родных губах. Она повернула рукоять, проталкивая лезвие глубже. — Что ж, если увидишь родителей, передавай им «привет». Теперь мы точно не скоро увидимся, — выкинула она, поцеловав меня в лоб и бросая на пороге смерти.       Я хотела уцепиться за неё, но не смогла. Схватившись за нож, я упала на колени, не понимая, что сейчас больнее — дыра в животе с сочащейся кровью или ненависть моей сестры ко мне. Во рту солоноватый привкус. Этот поток вырывается с попыткой вдоха, и красивый ковёр окрашивается в бардовые крапинки. Не хочу так умирать и пытаюсь позвать на помощь, но вместо слов снова вырывается моя кровь. Падаю на спину, рассматриваю потолок. Такой белый, красивый с незамысловатой резьбой. Совсем не чувствую своего тела и боли в животе, вот бы так же не чувствовать и остальное… — Не закрывай глаза, — слышу голос Джаспера и чувствую, как он принуждает меня храбриться. Когда он пришел? Сколько прошло времени? — Элис, нам нужен Карлайл. — Он не успеет… — голос Элис, безнадёжный и потерянный. — Так много крови... Но она не должна умереть, Джас. Я видела… Много видела… — Элис, соберись, пожалуйста, — совсем размыто, но вижу, как парень слегка встряхнул её. — Мне сложно сдерживаться. Почему она так важна? Что ты видела? — Я… — Элис, — прорычал Джаспер. — Я не уверена, я не знаю! Я попробую найти врача, она обязана выжить. — Элис исчезла, стоило мне только моргнуть.       Джаспер обнимал воздух ещё секунду и снова бросил взгляд на меня. Глаза потемнели, стали почти чёрными. Его как будто ломало и, кажется, я поняла, моя кровь влияет на него. Тоже мне вегетарианцы… — Я хочу жить, — прошептала я, надеясь, что это остановит его от того, чтобы укусить меня и обескровить или как это называется у них. — Ты уверена? — сквозь зубы, процедил он. — Это не будет жизнью.       Я не нашла в себе силы что-то ответить ему. Лишь вцепилась в его куртку, словно я цепляюсь за какую-то возможность. Меня страшно дёрнуло в его руках, и моментально все конечности примерзли. «Умираю, умираю, умираю» — повторялось в голове жуткой пульсацией. — Я надеюсь, Карлайл успеет, — прошептал он сам себе.       Снова я моргнула и после не увидела его на прежнем месте. Зато почувствовала. Да так явственно, что боль в теле показалась мне лишь лёгким шлепком. Я вцепилась в плечи Джаспера, поскуливая, как псина, которую придавили на шоссе. Моя шея сначала пылала, а потом вовсе перестала ощущаться, как и всё моё тело в целом. Всхлипы стали сухими, как ветки. И мои попытки, что-то сделать, попробовать остановить неминуемо тлели, как старая свеча. Но вместе с тем, невзирая на боль, которая совсем недавно въелась в моё тело, я парила в спокойствии и неком смирении. Прощальный подарок от вампира эмпата? — Господи, Джаспер, остановись! — Джас, ты убиваешь её!       До спокойствия было рукой подать, совсем близко вот-вот и прикоснусь… Смутно, так размыто, ничего не могу толком различить. Моё блаженное состояние растворяется. Начиная от шеи, расползается огонь. — Не трогайте его, — такой голос сильный и уверенный, но добрый. — Он обращает эту девушку. — Слишком поздно, в ней крови-то не осталось. — Это его выбор.       Рык Джаса, странно, что стала его различать. Жжение в запястье в одном, теперь во втором. Кричу, но меня не слышат и я сама себя не слышу. Кто-то прикрыл мне рот холодной рукой, но не достаточно холодной, чтобы остудить разрастающиеся пламя. «Зачем? Если вы всё равно не слышите меня?»       Мысли расщеплялись одна за другой, я переставала существовать, как и мир вокруг меня. Моё прошлое, настоящее и никакого будущего. Боль, все её грани, возможные интерпретации, теперь всё это во мне…