Глава пятая. За закрытыми дверями...

      Каждая клетка моего тела разрушалась и умирала. Застывал весь процесс жизнедеятельности организма. Я это понимала, потому что абсолютно ВСЁ чувствовала. Никогда не думала, что умирать будет так невыносимо больно. Настоящая агония, ад внутри запертого тела. Я сгорала заживо и почему-то продолжала быть в сознании. Чья это такая злая шутка? Я не чувствовала своего тела, его не было больше! Только сосуд и моё сознание, как дезориентированный мотылёк без крыльев. И почему же мне кажется, что я бьюсь в бесконечных конвульсиях?       Свыкнуться с мучениями? Нет, невозможно, увы. Ни отключиться, ни забыться, ни притвориться. Кажется, я кричу настолько громко, что рот готов порваться. Насколько я должна была согрешить, чтобы терпеть эти пытки самого дьявола? Если бы я только знала, что можно сделать, чтобы прекратить мои страдания, я бы это сделала не задумываясь!

***

      Я не имею понятия, сколько прошло времени. Мои голосовые связки пересохли, хотя я продолжаю вопить, не прекращая ни на минуту. Как я себя представляю? Пеплом, потому что во мне не осталось ничего живого. Измученный разум, изнуренный вечной пыткой…       Периодически слышу, как хрустят кости. Сколько их в человеческом теле? Кажется, слишком много, я не вынесу, больше не могу…

***

      Тишина приходила постепенно. Ещё эхом раздавалось моё отчаяние, бьющее по стенкам оставшегося разума, но уже было легче, если так можно сказать… Однако и тишина может стать невыносимой. Значит, рано я расслабилась. Купилась на призрачный покой. «Кто-нибудь, пожалуйста, поговорите со мной… Хватит, умоляю…»       Как меня зовут? Звали… Почему я оказалась тут… Даже мой собственный крик проваливался в глубокую, холодную бездну отчаяния.       «Стойте… Я слышу, наконец-то…»

— Это очень долго, — мужской голос словно за стенкой, как до него добраться?! — Ты встречался с таким раньше? — Нет, такое обращение я вижу впервые, — ещё один, близко, но далеко, не могу дотянуться. — Никакой уверенности, что вышло…              Снова проваливаюсь…

***

      Холодно. Очень холодно. Если бы у меня было тело, то посчитала бы себя глыбой льда, не иначе. — Джаспер, — довольно звонкий женский голос, но приятный. — Тебе нужно поохотиться.       Это имя что-то пробуждает, выскребывает изнутри. «Джаспер, Джаспер…» — Не могу, — отозвался он, подкармливая своим голосом мой разум. — Уже неделя прошла, не стоит надеяться… — Она сможет. Не для этого она уже столько прошла. — Джас… — Не сейчас, — полурык, он тоже мне смутно знаком.

***

— Когда-то я так же лежала, — сказала Белла, которая очень часто приходила ко мне.       Для меня она чудо, потому что я теперь не так остро чувствую чёртово одиночество! Это лучше, чем кромешная тьма. Однозначно лучше. — Я помню, что творилось тогда, словно это было вчера. Мне очень жаль, что ты не подготовилась к этому Аду. У меня была причина, по которой я вернулась — моя дочь, Эдвард, семья. Уцепись за что-нибудь… — Что ты делаешь? — Джаспер, он тоже часто меня навещает, даже чаще, чем Белла. Но он не говорит со мной, постоянно молчит, что только давит… — Хочется верить, что она может хотя бы слушать.

***

      Когда приходила Белла, я ничем не отличалась от собачки, виляющей хвостиком от радости. Мне нравилось слушать её истории. Она рассказала и свою от человека к вампиру или о её «неумолимом стремлении быть среди своих». Чудесная история любви и борьбы за неё. Рассказывая, Белла призналась, что словно снова пережила все моменты, что ж, я вместе с ней… Прониклась.       Благодаря ей я вспомнила, кто я и как тут оказалась — запертой в своём собственном теле. Сначала я ненавидела Джаспера. Ну что за идиот-эмпат, который перепутал моё желание жить с желанием стать вампиром!? А со временем как-то отпустило, не могу не сказать, что это от части из-за Беллы, которая рассказывала мне, как этот парень теперь мучается. И каждый раз, когда он приходил, я стала ощущать на себе его груз. В эти моменты я буквально готова была лезть на несуществующую у меня стенку. Даже умоляла его уйти, но всё бестолку. Так, мы оба изводили себя будучи по разные стороны этого мира.       В состоянии живого трупа я познакомилась со всеми Калленами. Каждый из них был настолько разный, но в тоже время они, как пазл, дополняли друг друга. Они условились дежурить по очереди около меня. Мне хотелось верить, что всё это не только из-за ответственности укуса Джаспера… Да, все-таки я очень прониклась. — …Он очень винит себя и злится на Элис, хоть открыто этого не показывает. Думаю, безупречное воспитание не позволяет и любовь, конечно. Эдвард и Эммет еле вытащили его на охоту сегодня. Это было ещё то зрелище. Придётся заказывать новую мебель! Из-за своих способностей он изводит не только себя, неосознанно проецирует свой гнев на всех, — неловкий смех, вынудил и меня бы улыбнуться. — О, Элис, я по ней скучаю. Как только мы поняли, что ты не пробуждаешься и застряла… Там… Она отправилась за ответами одна. И так и не ответила нам, кто ты, Айлин…       Сегодня Белла была очень расстроенной. Из-за этого хотелось скрутиться в калачик и заплакать. Она очень любила этих вампиров. И под властью её же ощущений и чувств я сама стала испытывать к ним что-то похожее. — Мама, — неужели дочь Беллы? Она никогда не приходила. — Ренесми, ты зачем сюда пришла? Где Джейкоб? Я же велела ему не отпускать тебя одну. — Я уже не маленькая, мама. И Джейкоб вожак стаи, не забыла? Кто это? — Ладно… Иди сюда. Это Айлин, новый член нашей семьи. Хотелось бы вас познакомить в более подходящей ситуации, но она пока спит, но мы все ждём, когда она очнется. — Красивая, — милый голос, мне она уже очень нравится. — Её укусили, кто? — Джаспер. — Не может быть… Майор Уитлок? Он сорвался?       «Кто-кто? Какой ещё майор?!» — Нет, милая. Вовсе нет. Джас хотел помочь, — сколько горечи в словах Беллы… — Только не говори это Джейкобу, ему не стоит этого знать. Пока что.       Внезапно я почувствовала Ренесми, даже испугалась немного от неожиданности чужого присутствия. Из мрака вышла девушка, светлая и тёплая, как солнце. Копна каштановых волос спадали на её хрупкие плечи. А глаза шоколадно-карие не без любопытства уставились на меня. Она потянула ко мне свою тонкую руку, и я, не думая даже, потянулась навстречу. И внезапно я увидела сочный лес, яркий, насыщенный воздухом и различными звуками его обитателей. Сквозь плотный покров листвы еле-еле пробиваются слабые лучи солнца, даря этому месту немного волшебства. Так красиво, маняще опьяняющая картина, которую будто вижу наяву собственными глазами.        — Ты чего? — спросила Белла. — Ей нравится наш лес. Айлин вовсе не спит.       Боже, я плачу, как только картинка растворяется в темноте. Мне так хочется обнять эту девчонку, которая подарила мне только что целый рай.

***

— Я не вижу никаких изменений, — это был Каралайн. — Ренесми уверена? — Она показала мне Айлин, мне и Эдварду! Карлайл, я уверена, эта девушка с нами и прекрасно слышит нас. — Почему же тогда я её не чувствую? — стала различать, когда Джаспер был недоволен, хотя тон голоса не менялся. — Может, потому что ты её и обрёк быть спящей красавицей? — Эммет как всегда. — Эммет, прекрати. Даже мне её уже жаль, — о, Розали, нечастый мой гость. — Элис так и не вышла на связь? — Не будем об этом, важнее понять, как помочь Айлин, — «Карлайл, если ты это поймешь, я буду всю свою вечность тебя благодарить». — У Джаса яд просрочен, возьмите на пробу, — прыснул Эммет, что даже мне стало смешно. — Ещё слово и я не посмотрю, что ты мой брат, — вот это была серьёзная угроза от Джаспера, но от этого стало ещё смешнее и не только мне, если слух не изменяет. — А что, может… — Подожди-подожди, — перебил Эдвард Розали. — Ха.       Эдвард затих и рассмеялся. — Что смешного, Эдвард? Это отвратительно, — начала Белла, но он её перебил. — Я слышу Айлин. И ей тоже смешно от шутки Эммета, — после его слов я почувствовала лёгкую волну настоящей радости. — Хоть кому-то, — буркнула Розали.       От его заявления я задохнулась от нахлынувшего счастья. И стала плакать, но опять без слёз. Только облегчённый вопль. — Джаспер, ты чувствуешь Айлин? — спросила Эсми. — Д-да, теперь я тоже могу её чувствовать, — от его слов внутри меня что-то потускнело, он чувствовал мою боль. — Это означает, что её мучения скоро закончатся? Карлайл? — Ты проецируешь, — осадил его Карлайл, и я тут же выдохнула, избавившись от злости, не принадлежавшей мне самой.       «О, Боги, спасибо, Карлайл,» — на выдохе, промолвила я. — Айлин, ты всё время чувствовала и слышала нас? — Эдвард как будто обратился лично ко мне.       «Да, всё это время», — было странно говорить и не говорить одновременно. — Джаспер, с этого момента контролируй себя. На Айлин распространяются наши способности и твои проекции в том числе, — «Спасибо, Эдвард, не такой уж ты и… Забудь, всё не слушай меня!» — Карлайл, совершенно точно, Айлин с нами, но по какой-то причине заперта в собственном теле, — сообщил Эдвард, что и так как минимум мне было понятно, чуть ли не с самого начала.

***

      Эммет, видимо, посчитал, что теперь я фанат его шуток. И каждый Божий день он тренировался, думая, что моё тело — это его собственный микрофон. Клянусь, если я когда-нибудь очнусь, то придушу его, несмотря на его призвание «самый сильный из Калленов». Как раз в момент, когда я фантазировала об этом чудном мгновении, почувствовала рядом Элис. — С возвращением! Что-нибудь разузнала? — задался вопросом Эммет, который дежурил рядом со мной. — У меня есть одна идея, — неуверенно начала она. — Позови всех. Это надо обсудить. — Нет проблем. Кстати, мы тут узнали, что она слышит нас и даже чувствует. Поздоровайся.       Я напряглась. Не могла объяснить этого, но Элис не вызывала у меня восторга, хоть и винить её у меня не было никаких причин. — Айлин, я столько раз просила у тебя прощения... Надеюсь, моя теория будет верна.

***

      Через какое-то время вся семья Каленов была в сборе. За исключением Ренесми. Если бы могла, то села бы поудобнее, готовясь во все уши выслушить обнадеживающую зацепку Элис. — Очень мило с твоей стороны, что ты вернулась, — процедила Розали, не разделяя моего энтузиазма. — Не стоит об этом сейчас, — попросил Карлайл. — А что? Она что-то там увидела, объяснить не потрудилась. Из-за неё Джаспер чуть не убил человека, сходит с ума и вместе с ним мы, а она даже не может объяснить, что эта за девочка такая! И я напомню, если кто-то забыл — за ней приходили Вольтури! — Ты закончила? — вмешался Джас, а я ведь только попкорн воображаемый достала. — Спасибо, Джаспер. Я попробую рассказать. — Уж потрудись, сестрёнка, — поторопил Эммет. — Я была в Аргосе. Искала древних, кого-то помимо Вольтури… — начала Элис, но тут же была перебита Розали. — Ты что?! — Розали, дай договорить, — попросил Карлайл. — Аргос — это в Греции? — спросила Белла. — Да, ходят слухи, что именно там зародились первые вампиры. Во время Микенской цивилизации, тогда и появились Аро, Кай и Маркус. — И что ты узнала помимо того, что мы и так знаем? — довольно грубо спросил Джаспер. — Легенды и только. Одна из них показалась мне довольно любопытной: человек с сильной волей может победить яд вампира или застрять в созданной собой же ловушке тела, сдерживая тем самым дремлющий хаос.       Все притихли, видимо, как и я пытались понять сказанное. Я уж точно сама себе ловушек не ставила. И сильной волей не хвастаюсь. Да и не чувствую в себе что-то или кого-то. — Мне одному ничего не понятно? — «нет, Эммет, не только тебе». — Твоя информация ничего не даёт, Элис, — начала Розали, но Карлайл снова притормозил её. — Она попыталась. Что насчёт твоих видений? — Айлин… Я видела её человеком и вампиром, словно у неё несколько жизней, которые мне открылись одновременно. — Ты… — Джаспер с трудом начал говорить. — Как давно ты видела её вампиром? — Не задолго до того, как мы увидели её в том приюте, — тише обычного начала она.       И тут до меня дошло. Она предполагала, что я могу быть укушенной! — Ты знала, что обращу её именно я? — Я лишь предполагала, Джаспер! Поверь, если бы…       Я услышала как что-то хрустнуло или упало. — Оставь его, Элис, пусть идёт. Ему надо уже смириться со случившемся и лучше, чтобы это произошло подальше от Айлин, — произнесла Эсми. — Ты могла сразу всё всем рассказать, зачем было действовать в одиночку? — не понимал Эдвард, как и я сама, кстати. — Вы бы не помогли после случившегося с Вольтури, — зная историю Беллы и Эдварда, не могу не согласиться, однако от чего же мне так паршиво… — Как помочь Айлин очнуться? — спросила Белла. — Айлин ни человек и ни вампир, верно? — начала Элис. — Вампирская сущность заштопала её раны и продолжает держать сознание… — Ага, спящая красавица, — Эммет, чёрт его дери. — А вампирская сущность — это чары злой феи. Значит, ищем принца! — Давайте вспомним, у каждого из нас была причина, по которой мы хотели вернуться, — не обращая внимание на Эммета, она, слава Богу, продолжила. — Что если ей не за что уцепиться для пробуждения? У Айлин нет семьи, родители погибли в авиакатастрофе, подруга умерла недавно от рук Вольтури, а её сестра всадила в неё нож… — И что ты предлагаешь? — «Хороший вопрос, Эдвард, самой интересно». — Я до сих пор не поняла, кто она, и почему я не могу чётко увидеть причину моего стойкого желания ей жизни. Но я почти уверена, что можно подтолкнуть одну из её сущностей к выходу. — Элис, можно чуточку понятливее? — психовала Розали. — Она хочет напоить Айлин человеческой кровью, чтобы завершилось обращение в вампира, — сообщил Эдвард. Потом подумаю об опасности чтения мыслей этого вампира. «Какой кровью, чёрт возьми?!» — Это довольно рискованно, но может сработать. Но она всё равно должна захотеть этого, — начал Карлайл. — Ой, бедная девочка, — нежность Эсми, была мне бальзамом для души. — Айлин, если ты нас слышишь, подумай над этим, мы придём вечером и примем любое твоё решение.       «Так просто», — подумалось мне. Просто выпить крови, и я выберусь отсюда, став одной из них.       «Эдвард, услышь меня». — Подождите, — остановил он всех.       «Если я откажусь пить кровь, я так и останусь взаперти?» — Она хочет знать, что с ней будет, если она не будет пить кровь, — процитировал Эдвард. — Точного ответа я не знаю, но предполагаю, ты будешь находиться в подобие комы, как сейчас, — отозвался Карлайл. — Пока не найдётся решение, вампирская сущность не даст тебе умереть или постареть.       Перспектива мало радовала. Сколько уйдёт времени на поиски этого решения? Сколько терпения будет у этой семьи опекать моё тело? Я им никто, чтобы развлекать меня месяцами, а может, и годами, а что если столетиями?! — Ты провела в таком состоянии три недели и два дня, — внезапно голос Джаспера. — Ты уже вытерпела ужасную боль, но если есть шанс снова быть человеком, я бы воспользовался им. И я считаю, каждый из вас должен высказаться, потому что единственной опорой для неё сейчас являемся… Мы. — Моё решение вы знаете, — поддержала его Розали. — Я согласна с Джаспером. — Что ж, а я не откажусь посоревноваться с тобой, — высказался Эммет, вынуждая меня вновь улыбнуться. — Со своей стороны, скажу, что какой бы ты не сделала выбор, он будет правильным, потому что будет твоим собственным. — Поддерживаю, Карлайла, — отозвалась Эсми. — Я был против перерождения Беллы, будет странно, если поддержу, — снова улыбаюсь, действительно для Эдварда это было бы странно. — Зная твою историю человека, меня бы ничего там не удерживало. Мы готовы принять тебя в семью, и я бы очень хотела видеть тебя её членом. Увидеть не только в видениях, — обозначила Элис.       Её слова заставили задуматься. Меня ведь действительно ничего не держит в человеческом мире. Но войдя в их мир, я не смогу вернуться обратно… — Мою историю ты уже знаешь. Я совсем недавно была человеком, но будто бы с рождения чувствовала, что это не моё. Быть вампиром не проще, может, даже сложнее в несколько миллионов раз. Но если ты всё-таки решишься, не бойся. — О, и не забывай, что Вольтури хотели убить человека по имени Айлин, которая сейчас по всем документам мертва, — воскликнул Эммет, и на него тут же зашипели со всех сторон.       Но он был прав. Где гарантии, что когда я стану человеком (если стану), они не захотят повторить попытку. И Лорейн снова не навестит меня поприветствовав ножом в спину? — Ох, осточертело. Становись вампиром, а то будем снова бегать за человеком и сдувать с него пылинки. Прости, Белла, — всё-таки взорвалась Розали. — Подумай, Айлин. Торопиться не нужно, — оставил за собой Карлайл.       «А тут нечего думать. Спасибо, что дали мне такой выбор, что ли… Я принимаю свою судьбу, одну из, если верить Элис. Моя первая жизнь не была так ужасна, как она думает. В ней были люди, которые мне дороги. Я не была готова умереть и сейчас тоже не готова медленно чахнуть в собственном теле. Я хочу попробовать снова. Думаю, я заслуживаю этого. Пусть моё горло и будет в вечном раздражении, а желудок в постоянном голоде и жажде крови, я смогу научиться контролю. Скажите Джасперу, что он хоть и ошибся изначально, но в итоге принял правильное решение. Я хочу быть в этом мире и наслаждаться им». — Она приняла решение, — сообщил Эдвард, выцедив из всей моей речи самое главное.