Глава пятая. 1:0...

      Стоило мне переступить порог зала, как подаренное спокойствие развеялось, словно дым. Но расслабляться и поддаваться отчаянию сейчас было непозволительной роскошью. Сердце рвалось догнать Джаспера, выплеснуть на него все вопросы, все сомнения, но разум резко осадил пыл: объяснения в стенах замка, без защиты Джини, равносильны подписанию наше смертного приговора.       На выходе меня ждал Калеб, а чуть поодаль стояли Джаспер и Сантьяго, увлечённые обсуждением предстоящей поездки. — Поговорим, пока ты не уехала? — Калеб перехватил меня на ходу.       Сил, желания и времени на разговоры не было. Я ещё не пришла в себя. Я ещё не осознала, что погиб вампир, который был на моей стороне. Хоть с Дорианом мы почти не общались, от силы раз десять за пять лет, но этот вампир вызывал симпатию. Он был надёжным… Даже чересчур. — Почему ты не сказал, что нашел вампира, напавшего на нас в кафе? — спросила я, чувствуя, как глаза наливаются обжигающей влагой яда. — Я собирался рассказать после тренировки, но ты отмахнулась… — он пожал плечами и, обогнав меня, пошёл спиной вперёд. — Калеб, — остановившись, я судорожно глотнула воздух и, взяв себя в руки, продолжила. — «Айлин, мы нашли вампира, напавшего на нас. Он в Вольтерре и уже схвачен. Нам нужно поговорить, здесь и сейчас». Просто, правда?       Он нахмурился, и это ещё больше меня взбесило. На этот раз я действительно отмахнулась от него и пошла вперёд, но Калеб нагнал меня в мгновение ока. — Слушай, я вообще-то не об этом хотел поговорить. И, я думал, ты, наоборот, обрадуешься… — я стиснула зубы. Только этого сейчас не хватало. — Я бы обрадовалась, честно. Если бы знала об этом заранее, а не терпела унижения в сотый раз. — Прости, Айлин, — тихо сказал он. — Я не думал, что Кайус начнёт тебя подозревать. Я просто хотел, чтобы ты не волновалась. Но я должен был сказать тебе. Ты права.       В последнее время я срывалась на Калеба по пустякам. Во мне бушевал целый ураган чувств, но внезапный укол вины перевесил всё. Я потянулась к его идеально уложенным волосам и взъерошила их, создавая небрежный стиль, который ему шёл гораздо больше. Он вздрогнул от моего прикосновения и вопросительно поднял бровь. Я прикусила внутреннюю часть щеки, собираясь с духом. — Это ты меня прости. Постоянно на тебя срываюсь. За последние несколько дней… Я немного перегружена, — поджав губы, сказала я.       Под взглядами Джаспера и Сантьяго, ощущала себя пойманной в ловушку и говорить стало в десять раз сложнее. Калеб по моему взгляду это понял сразу. Невероятно чуткий парень. Он взял мою руку в свою и потянул по коридору по дальше от любопытных глаз. — У всех бывают плохие дни, Айлин, — Калеб подмигнул мне, заражая на крохотное мгновение позитивом. Я мягко освободилась от его ладони, допустив крайне неприятную мысль: «Этими руками он сорвал голову Дориана, а теперь ты идёшь с ним за ручку и улыбаешься?» Конечно, я не винила Калеба. Но руки предпочла спрятать в складках балахона. — Сначала мы зайдём за донорской кровью. А потом пустишь в свою комнату? — спросил Калеб, уже сворачивая в сторону вампирского «холодильника». — Не смотри на меня так недовольно. Сама ты туда не пошла бы, а тебе… Надо подкрепиться.       Калеб достаточно быстро пробежался по моему внешнему виду, но я успела заметить, где его глаза задержались. Шея… И в отличие от кое-кого, его реакция мне понравилась куда больше. — Прости, Калеб, — чувствовала себя реальной женой, которую тонко пристыдили за измену чересчур лояльный муж. — Кто ты? И где вы прячете настоящую, Айлин?       Я легко ударила его по груди, не сдерживая искренней улыбки.       Калеб ловко ориентировался в этом «ассортименте» развешанных пакетиков крови, когда же я в основном всегда брала первые попавшиеся под руку. Вампир достал медицинский чёрный холодильник и сложил туда пару десятков пакетиков. Я поморщилась. Калеб заметил мою реакцию и усмехнулся. — Не все вампиры — кровожадные монстры, Айлин. Некоторые просто нуждаются в питании. Как и ты, например. Особенно ты, — хлопнув крышкой, подытожил он.       Он протянул мне пакет с кровью, и я, повинуясь внезапному порыву, прижалась к вампиру. Калеб обнял меня в ответ, крепко и по-дружески. В его объятиях было хорошо и спокойно. На мгновение я забыла обо всем, что произошло, и просто наслаждалась этим моментом. Отдыхала в простом, но, как оказалось, нужном мне объятии. Но потом вспомнила о Дориане, о Джаспере, о Вольтури и о том, что мне предстояло сделать. И отстранилась. — Спасибо, Калеб, — прошептала я. — Ты очень хороший друг. — Но может быть, когда-нибудь… — Нет, Калеб, — я говорила это с улыбкой, зная, что он поймёт. — Френд зона, понял, — подняв руки, сказал он, сдаваясь. — Пошли приведём тебя в порядок, пока ещё есть время.       По пути в свою комнату я осушила два пакета крови. Я была голодна, до ужасного, как оказалось. Калеб хмыкнул и вручил мне третий. Жажда почти отступила, осталось только лёгкое першение.       В комнате я первым делом закрыла дверь на замок, словно опасалась, что кто-то ворвётся и прервёт минуты моего покоя. Хотя в этом за́мке замки́ вовсе не проблема для желающего войти. Калеб молча прошёлся по комнате, подозрительно её осматривая. — Что-то не нашёл с прошлого раза? — стаскивая с себя дурацкий балахон Вольтури, спросила я. — Твой наречённый везде отметился, — язвенное замечание, ничего не скажешь. — Ревнуешь? — спросила скорее в тему, нежели серьёзно. — Конечно, я хоть и фиктивный «муженёк», но мужчина, чью гордость топчут, как сок винограда для вина, — Калеб усмехнулся после сказанного, и я не могла понять в шутку ли он или это действительно его задевает по-настоящему. — Брось, Айлин. Иди в ванну, я соберу тебе сумку.       Я благодарно кивнула. Но чувствовала в воздухе недосказанность. Пару секунд решалась стоит ли тормошить этот улей или нет. Как итог, не осмелилась и трусливо скрылась в ванной.       Будь я человеком, я бы взвыла от температуры, которую выставила для душа. Но мне отчаянно хотелось обжечь себя кипятком, словно смывая не только грязь, но и тягостные мысли, что липли назойливо к коже. Обжигающая вода приятно расслабила окаменевшие мышцы, уставшие от бесконечных перелетов кости. Я закрыла глаза, пытаясь представить себя далеко отсюда, в тихом, забытом богом уголке мира, где можно просто жить, не оглядываясь на кланы, их нескончаемые войны и чужие, навязанные желания. В голове всплыл образ озера, однажды показанного Джаспером. Это было так давно, что сейчас кажется лишь призрачным видением, ускользающим сном.       Грудную клетку внезапно сдавило. Я поспешно выключила воду, думая, что вот-вот потеряю контроль и обращусь в человека, а после и ошпарюсь. Тряхнула головой и прислушалась к телу. Ничего. «Наречение? Не похоже…» — Айлин, не хочу торопить, но время… — отозвался Калеб за дверью. — У тебя всё в порядке? — Да-да, всё хорошо, уже выхожу.       Кутаясь в махровое полотенце, я вылезла из душевой кабины и протёрла запотевшее зеркало. Бледная кожа ни капли не покраснела, а вот глаза стали ярко бордового оттенка — типичный вампирский набор. Но сейчас, после трёх пакетиков крови, я выглядела немного лучше, чем пару часов назад.       Я вышла из ванной, замечая Калеба, подпирающего стену и что-то печатающим в своём смартфоне. Сумка уже была собранной и лежала на моей кровати, там же и одежда, которую мне подобрал вампир. — Платье? — я не носила платья уже уйму лет. — Где ты его вообще откопал? — А ты знаешь, куда вы полетите? — хмуря брови, спросил Калеб. — Полетим?       Он оттолкнулся от стены и перебазировался на край моей кровати ближе ко мне. — Да, полетите, — в его голосе звучала лёгкая насмешка, но в глазах плескалась тревога. — Что ты знаешь о Венеции? — Венеция? Город на воде, каналы, гондолы, карнавалы, — перечислила я первое, что пришло в голову. — А что? Туда?       Калеб вздохнул, провёл рукой по своим тёмным волосам. — Много туристиков и Румыния близко, а значит, много вампиров, которые не жалуют Вольтури, — я нахмурилась на его слова, звучало действительно не радужно. — Не переживай, я смогу за себя постоять, — я схватила вещи с кровати и скрылась в ванной комнате. — В этом я не сомневаюсь, но ты уверена, что… Что стабильна? — Калеб встал прямо около двери. — Сантьяго с тебя глаз не спустит. Уверен, ему приказали стать твоей тенью. Да и Джасперу не особо доверяют. — А ты знаешь, что за ищейка нас поведёт? — втискиваясь в платье, уточнила я. — К сожалению, с ними дружба как-то не заладилась.       Нацепив-таки на себя платье свободного кроя и не без помощи Калеба собравшись в целом, мне осталось только причесать мокрые волосы и двинуться в путь. Выйдя из ванной, вампир уже вручил мне расчёску. Его забота была несомненно приятна, но и немного давила. Он беспокоился, как и всегда. Даже не знаю, как заслужила такого напарника. — Всё будет хорошо, Калеб. Я обещаю, — тихо сказала я, проводя расчёской по спутанным прядям. — Я буду осторожна. И я не позволю Сантьяго стать моей тенью. И, кстати, ты хотел поговорить.       Калеб оттолкнул меня к трельяжу, усадил меня на стул и повернул к зеркалу. Перехватив мои волосы, он стал сам расчёсывать их, а после заплетать в небрежную косу. — Всегда интересовало, почему ты так любишь возиться с волосами, — произнесла я, следя за вампиром. — За четыре года ты впервые показала свой интерес ко мне, — мягко улыбнувшись, заметил он. — Когда я был человеком у меня было много сестёр. Наша мать рано ушла, а отец… Он, много работал, кажется… — И ты заботился о девочках? — Калеб слабо кивнул. — Сколько тебе было, когда обратился? — Двадцать один год, — с виду он казался спокойным, но я слишком хорошо научилась читать его эмоции. Он словил мой взгляд в отражении и улыбнулся уже шире. — Хочешь знать, как я обратился?       Я кивнула, не отрывая взгляда от его отражения. В его глазах плескалась грусть, но он старался ее скрыть за улыбкой. Калеб завязал косу тонкой лентой и обернулся, присаживаясь на край кровати. — Отец исчез, а я был болен, а мои сестры ещё были совсем малы. Случайно столкнулся с кланом вампиров, когда был на охоте, они пересекали границу Сибири. Я сам попросил этого, не до конца понимая… На что обрекаю себя и свою семью.       На душе заскребли кошки. Я — это лишь краешек его истории, но что-то мне подсказывало, дальше не будет хорошей концовки. — Войны среди вампиров были всегда. Поэтому они согласились, — продолжил он, глядя куда-то сквозь меня. — Им нужен был сильный воин, а я был достаточно крепким с виду. Но и в то же время, я был слишком слаб, чтобы пережить обращение быстро и без последствий. Жажда была неконтролируемой. Жажда — это всё, что меня заботило тогда. А мои сёстры… Они умерли от голода, пока я искал баланс. — Мне очень жаль, — промолвила я, дотронувшись до его ладони.       Калеб перехватил мою руку, сжал её в своей, слегка поглаживая большим пальцем. Он словно снова переживал ту страшную трагедию, которая навсегда изменила его жизнь. — Это было давно, — тихо проговорил он. — Я научился жить с этим. Но иногда, особенно, когда вижу тебя, воспоминания возвращаются.       Я молча сидела рядом, не зная, что сказать. Слова утешения казались пустыми и бессмысленными перед лицом его боли. Вместо этого я просто пересела на кровать и обняла его, прижавшись щекой к его плечу. — И сколько тебе лет? — У тебя старенький муженёк, — рассмеявшись сказал Калеб, притянув меня к себе ближе. — Мне сто тридцать четыре года, Айлин.       Я отстранилась, посмотрев на него с прищуром. «Старенький» звучало забавно, учитывая его вечно юный вид. Когда-нибудь я ведь тоже буду так шутить над собой… — Сто тридцать четыре года… — повторила я, словно пробуя эту цифру на вкус. — И как тебе живется с таким багажом?       Калеб пожал плечами, его взгляд снова стал задумчивым. — По-разному. Бывают моменты, когда чувствую себя уставшим, словно прожил тысячу жизней. А бывают дни, когда ощущаю прилив сил и желание жить дальше, несмотря ни на что. И то и другое связано в последнее время только с тобой.       Калеб замолчал, глядя в сторону. Я чувствовала, что он хочет сказать что-то ещё, но не решается. Наконец, он повернулся ко мне и взял мою руку в свою. — Айлин, я хочу, чтобы ты знала… Я рад, что Маркус нашёл меня и предложил мне встречу с тобой. Ты вернула мне желания жить, которое я давно потерял. Ты показала мне, что даже после всего, что я пережил, есть ещё что-то, ради чего стоит двигаться вперёд. Не напрягайся так, — Калеб рассмеялся и повернулся ко мне так, чтобы я могла видеть его лицо полностью. — Не буду скрывать, что надеялся на что-то большее, чем френд зона. Но это моё упущение, не подумал о времени и не торопился. Сейчас глядя на тебя и твоего этого наречённого, понимаю, что у меня нет никаких шансов. К твоему возвращению я улажу вопрос «муженька и жёнушки» и отпущу тебя. Только, пожалуйста, не давай ему обижать себя.       Калеб кивнул на мою шею, а после собрал мои спавшие волосы с лица. — К сожалению, я не эмпат и не могу тебе сказать, что он чувствует. Но как мужчина могу заверить, ему ты не безразлична. И этот укус только подтверждает мои слова. Я думал, он убьёт меня на тренировке за то, что метил тебя.       Я не знала, что и думать. С одной стороны, признание Калеба согревало душу, а с другой — добавляло ещё больше смятения в мои и без того запутанные чувства. Я не хотела причинять ему боль, но и не могла обещать то, чего не чувствовала. — Калеб, я… Мне очень приятно это слышать, — проговорила я, стараясь подобрать слова. — Ты мне очень дорог, правда. И я ценю твою заботу и поддержку. Но…       Он грустно улыбнулся и крепче сжал мою руку. — Я понимаю, Айлин. Не переживай. Я не буду давить на тебя, а тем более настаивать на что-то большее. Просто хотел, чтобы ты знала. Помни, что я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя, как бы ни сложились обстоятельства. И если этот твой майор вдруг решит переступить черту, просто скажи мне. Я не позволю ему причинить тебе вред.       В его голосе звучала такая твёрдость и решимость, что я невольно почувствовала себя маленькой девочкой. Калеб умел быть другом, и я была благодарна судьбе за то, что именно он появился в моей жизни.       Когда мы вышли из комнаты, я перестала чувствовать себя с ним раздражённой. Этот разговор должен был состояться уже давно, если бы я только не вела себя, как стерва рядом с ним. В коридоре нас ждал Сантьяго. Калеб передал ему холодильник с кровью, а из моих рук забрал мою дорожную сумку. Втроём мы дошли до выхода, но там я встряла на месте, заметив Джаспера в недвусмысленной компании с Корин. Калеб замедлил свой ход, взяв меня за руку, как бы намекая этим очнуться и идти дальше. Но волна ревности захлестнула меня с головой.       Я не могла отвести взгляда. Корин, с её нарочито небрежной причёской и платьем, которое, казалось, было сшито из одних намеков, щебетала что-то Джасперу, а он, о боже, он улыбался ей в ответ! Улыбался так, как раньше улыбался мне. Этот взгляд, полный восхищения и нежности, теперь был адресован ей. Давление в груди стало резким и болезненным.       Я почувствовала, как Калеб сильнее сжал мою руку, пытаясь вернуть меня в реальность. Ладонь закололо. Калеб вытягивал боль своим даром. Он понимал, что происходит, и его прикосновение было одновременно поддержкой и предостережением. Сантьяго же не придал этому никакого значения. Молча ждал у двери, держа в руках холодильник с кровью.       Собрав всю свою волю в кулак, я отвернулась от этой сцены, которая вот-вот станет интимной. Не позволю им увидеть ему мою ревность во всей красе. Я выпрямила спину и, стараясь не смотреть в сторону Джаспера, сделала шаг к выходу. Калеб шёл рядом, не отпуская моей руки. Я чувствовала покалывания, его поддержку, и это немного помогало справиться с режущей болью.       Когда мы вышли на улицу, свежий воздух немного освежил меня. Я глубоко вдохнула, стараясь выкинуть из головы увиденное. — Айлин, второй раз, менее чем за час, я чувствую твою физическую боль. Ты точно в порядке? — притянув меня к себе ближе, спросил Калеб. — Эм-м, да, — говорю «да», когда следует сказать «не знаю».       Мы подошли к чёрному затонированному джипу. Калеб закинул мою сумку в багажник. А потом, обернувшись ко мне, неожиданно произнёс: — Доверишься мне? — В смысле? — Обернись сейчас в человека, — хитрый прищур вампира разжёг во мне любопытство.       Я выполнила его просьбу. Хоть и не сразу почему-то у меня получилось заставить свой яд в венах раствориться. Я глубоко вдохнула в себя, полностью расправляя свои лёгкие и вопросительно посмотрела на улыбающегося парня. В следующею секунду он притянул меня за затылок к себе и впился в мои губы своими. Пару секунд я точно, как застывшая статуя позволяла сминать мои губы, а после попыталась оттолкнуть его. Но он предусмотрел это, использовав мой же дар против меня же. — К-Калеб… — лишь слегка получилось отстраниться, но он тут же проник в мой рот своим языком.       Его поцелуй не был неприятным, но я не могла сказать, что желанным. Я не поддавалась на его ласки, меня коротило от игр его языка с моим. Но и отпрянуть не получалось. Калеб словно вытягивал из меня остатки ревности и обиды, заменяя их на свои чувства.       Когда воздух в лёгких закончился, он отпустил меня, но предусмотрительно прижал палец к моим губам, чтобы я не стала кричать. Моё дыхание было сбивчивым, щёки горели, а в глазах плескалось смущение и несомненно злоба. Он же смотрел на меня с нескрываемым удовольствием, и в его взгляде читалось: «Я знаю, что делаю». — Лучше? — прошептал он, касаясь кончиком пальца моей щеки. — Я тоже буду по тебе скучать, дорогая.       На моём лице явно красовался огромнейший знак вопроса. Сердце билось устрашающе быстро. На автомате я прижала свою руку к груди, стараясь немного его унять. Калеб коротко посмотрел мне за спину, и я обернулась. Из замка выходил Джаспер.       Его взгляд скользнул по мне, задержался на Калебе, а затем снова вернулся ко мне. Готова поклясться, он смотрел на мои губы. Вокруг него явно кружило что-то тёмное. В его чёрных глазах читался гнев, который почему-то разозлил меня ещё больше.       Калеб, заметив его приближение, усмехнулся и приобнял меня за плечи, притягивая ближе. Этот жест был явным вызовом, демонстрацией того, что я принадлежу ему. Я хотела оттолкнуть его и прекратить эти дешёвые игры, но что-то внутри меня не позволило этого сделать. Может быть, это была ревность, желание заставить Джаспера почувствовать то же, что чувствовала я. — Вижу моё влияние благотворно влияет на ваши отношения, — сказал Джаспер, вставая между нами, чтобы закинуть сумку в открытый багажник. — Я рад.       Его слова прозвучали как колкость, замаскированная под дружелюбие. Я не знала, что делать. Одна часть меня хотела убежать отсюда, забыть все, что только что произошло. Другая — услышать объяснения Джаспера, понять, что между ним и Корин. Но заметив нарастающую злобу Калеба, поспешила вмешаться, оттаскивая его от машины в сторону. Не хватало мне ещё драк. — Не надо, Калеб, не реагируй, — шёпотом попросила я.       Его челюсти сжались, а взгляд, направленный на Джаспера, прожигал дыру. Я чувствовала, как его мышцы напряглись под моей рукой, готовые в любую секунду сорваться с цепи.       Всего мгновение назад его багровые глаза стали абсолютно чёрными. Он не видел меня перед собой, не видел ничего! Гнев буквально витал в воздухе. Сантьяго вылез из машины с точно такими же углями в глазах. И тогда до меня дошло, что это влияние Джаспера. — Джаспер, прекрати! — но он даже не взглянул на меня, травя воздух своим даром лишь сильнее. — Сядь в машину, Айлин, — с металлом в голосе приказал он.       Внутри меня всё похолодело. Я никогда не видела Джаспера таким! Этот ледяной тон, эта власть, исходящая от него, пугали меня до чёртиков. Он всегда казался таким спокойным, уравновешенным, но сейчас передо мной стоял кто-то совершенно другой. Кто-то опасный. Игнорируя страх, я встала перед Калебом, упрямо смотря на Джаспера. Меня захлёстывало волнами злобы, заставляя каждый мой орган дребезжать внутри. Давление было таким сильным, голова грозилась лопнуть! — Нет, — твёрдо ответила я. — Прекрати это немедленно!       Я хотела принять сущность вампира и вмешаться уже своим даром. Но я не могла его сейчас подчинить. В висках словно работают дрелью. Из моего носа покапала кровь, отвлекая от игры «кто кого пересмотрит». Джаспер нахмурился, его взгляд смягчился, словно он проснулся от наваждения. Он моргнул, оглядываясь вокруг, и, казалось, впервые заметил напряжение, которое сам же и создал. Калеб всё ещё был напряжён, но его взгляд уже не был таким безумным. Сантьяго, напротив, выглядел растерянным, словно не понимал, что только что произошло. Я стёрла капли крови, дрожащей рукой, опасливо поглядывая на вампиров. Глубоко задышав, я поняла, что он остановился. Мне стало в разы легче. — Чёрт, — выругался Сантьяго, посматривая в мою сторону. За секунду он оказался в машине, поглощая пакетик донорской крови. — Доволен? — процедила я.       Джаспер хлопнул дверью багажника и, не сказав ни слова, сел в машину на переднее сидение. Калеб всё ещё стоял рядом, его тело оставалось напряжённым, но гнев в глазах постепенно угасал, сменяясь беспокойством. Он осторожно протёр моё лицо. — С тобой всё в порядке? — Нам нужно ехать, — он не стал спорить, опустил голову и кивнул. — Уверена, что хочешь сесть в эту машину? — Не начинай. И так голова раскалывается, — потерев висок, попросила я, обняв его на прощание.       Покалывание от его ладоней я почувствовала даже сквозь платье. Боль покинула моё тело, но не забрала туманность рассудка. — Не потеряй телефон, — бросил он, открывая мне заднюю дверь в машине. — Скоро взойдёт солнце. Отдохни. — Мы опаздываем, — прорычал Сантьяго.       Калеб кивнул вампиру и последний раз взглянул на меня, слабо улыбнулся.

***

      Дорога до аэропорта была тяжёлой. А атмосфера в машине была давящей. Я попыталась обратиться в вампира, но снова не смогла, лишь вернула головную боль обратно. После всплеска гнева Джаспера, я как будто потеряла ценное равновесие с собой. Прижавшись к окну, я прислонила горячий лоб к стеклу. Стало чуточку легче.       За окном мелькали сонные пейзажи пригорода. Серые дома, редкие деревья, унылые рекламные щиты. Всё это казалось отражением моего внутреннего состояния. Захотелось закурить. — Сантьяго, на минуту тормозни у магазина, — попросила я. — Мы опаздываем, — отчеканил он. — Нельзя опоздать на личный самолёт, — отчеканила я.       Его злой недовольный взгляд посмотрел на меня через зеркало заднего вида. Сантьяго промолчал, но через пару минут припарковался у круглосуточного магазина с мигающей вывеской. Я выскочила из машины, чувствуя, как напряжение немного отступает. Ещё прохладный воздух обжёг лицо, и я глубоко вдохнула.       Внутри магазинчика пахло дешёвым кофе и заветренной пиццей. Я быстро нашла нужный отдел и схватила пачку сигарет и зажигалку. На кассе сонный продавец равнодушно пробил покупку, не удостоив меня и взглядом. Хотелось закурить на улице, но Джаспер всем своим видом выказывал аналогичное недовольство. Пришлось вернуться в машину и закурить там. — Обернуться не хочешь вместо того, чтобы травить нас всех своим дымом? — сказал он, когда я облегчённо выдохнула. — Вам дышать необязательно, — передёрнула я, и он заткнулся.       До аэропорта мы доехали в тишине. Возле трапа личного самолета нас уже ждали. Я бросила третий по счёту окурок на землю и, не глядя на вампиров, поднялась по ступенькам. В салоне меня встретил приветливый стюард, предложивший прохладительные напитки, то есть кровь. Присмотревшись к нему, поняла — он человек. Я отказалась и откинулась на мягкое кресло, закрыв глаза. — Кто наш ищейка? — спросила я у Сантьяго, когда все сели в свои кресла. — Бекка, — ответил он, попивая кровь из стакана. — Чёрт, час от часу не легче, — откидываясь на спинку кресла, проронила я, заинтересовав этим Джаспера. — В чём дело? Она тоже тебя не жалует?       Я проигнорировала его вопрос, закрыв глаза. Не хотелось с ним разговаривать после случившегося. — Не жалует? Да, Бекка вторая после Кайуса, кто жаждет её смерти, — прыснул Сантьяго, морщась от своего напитка. — Какая дрянь. — Почему? — спокойно интересовался Джаспер, как будто ему не всё равно. — Она была парой Деметрия, которого прибила твоя наречённая.       Это было сказано брезгливо. Сантьяго позвал стюарда и передал ему наполовину недопитый стакан. — Есть хоть кто-то, кто не желает тебя прикончить?       И снова я игнорирую Джаспера, уставившись в окно иллюминатора. Самолёт стал стремительно набирать скорость. И единственное, чего я хотела, так это провалиться в сон, чтобы перетерпеть эти сорок минут в относительном спокойствии. Даже была готова увидеть кошмар. Настолько мне было тяжело находиться с ним рядом. Однако голова не давала мне возможности расслабиться. Поэтому я просто сидела с закрытыми глазами и терпела.       Когда самолёт набрал высоту, Сантьяго достал раскладной нож, громко щёлкнув его механизмом. — Ты чего? — спросила я, щурясь от резкого света. — Хочу подкрепиться, перед тем как ты обратишь меня в слабака, — поднявшись со своего места, он встал перед Джаспером. — Присоединишься? — Воздержусь. Если начну, то самолётом некому будет управлять.       Сантьяго настаивать не стал. Я сглотнула, надеясь лишь, что он никого не убьёт, а только немного выпьет. Ощущая на себе внимательный взгляд Джаспера, я отвернулась и закрыла глаза обратно. Буквально чувствую этот тревожный зуд под своей кожей. Кутаюсь в мягкий серый плед, который не принёс желаемого комфорта. Тогда откидываю его и сажусь ровно, упрямо уставившись на вампира. — Ну, что? — раздражённо спрашиваю.       Джаспер приподнял бровь, его красные глаза блеснули, как будто предупреждали снизить тон. — Тебе нехорошо, — констатировал он, не отрывая взгляда. — Сам догадался или кто-то подсказал? — я фыркнула, отворачиваясь. Конечно, нехорошо. Словить такую дозу гнева человеку, равносильно со всей мощи удариться о стену. — Я в порядке.       Джаспер не поверил ни единому слову. Я видела, как он напрягся, как его глаза просчитывали каждый мой жест, каждое движение. Его дар изматывает меня… Его невозможно обмануть. Чёрт бы его побрал! Лучше бы он проявил хоть каплю сочувствия, вместо того чтобы терзать меня своим всепроникающим взглядом. Нарочито медленно он поднялся со своего кресла. Теперь к общему букету моих эмоций добавилось и напряжение. Он сел в кресло напротив меня и поднял плед, который я скинула на пол. — Я могу помочь, — тихо произнёс Джаспер.       Я скептически вскинула брови. Эта перспектива меня не вдохновляла. «Помочь? Каким образом? Просканировать мои эмоции и найти там корень всех моих бед? Так ему достаточно посмотреть на себя в зеркало для этого». — Не думаю, что тебе это под силу, — парировала я, стараясь вернуть спокойствие.       Его близость сбивала с толку, а его «помочь» звучало теперь как скрытый намёк на будущие насмешки и колкости. Нет уж, спасибо. Лимит моей выдержи поиссяк за сегодня. — Опять недооцениваешь? — бархатные нотки в его тоне могли усыпить бдительность.       Игнорируя его выпад, я упрямо смотрела в иллюминатор, на едва различимые фигурки из облаков. Внутри всё клокотало, смесь страха, раздражения и какой-то безысходности. Если он так и продолжит следить за мной, то я не смогу переговорить с Ванессой, не смогу остановить Бекку. И если та вампирша, по чью душу мы летим в Венецию, окажется Джини, то… Моя коленка затряслась от нервов, выдавая моё внутреннее смятение. Пытаясь подавить раздражение, я глубоко вздохнула. — Мне просто нужно немного покоя, чтобы собраться с мыслями, — прошептала я, скорее, себе, чем ему.       Джаспер молчал. Я чувствовала его взгляд, прожигающий дыру на моём лице, но не оборачивалась. Пусть думает, что хочет. Внезапно, он сам нарушил тишину: — У тебя долг передо мной, Айлин.       Я медленно повернулась к нему, понимая сразу, на что он намекает. Он помог мне, обманув Вольтури. Он понял, что я лгу Вольтури и теперь хочет вытрясти из меня информацию?! В самолёте?! Где я не смогу сбежать?! — Тише-тише, не надо так нервничать, — откинувшись на кресло и закинув ногу на ногу, произнёс Джаспер.       Мое сердце бешено заколотилось, отбивая чечётку в груди. — Я помню, Джаспер, — процедила я сквозь зубы, стараясь держать себя в руках. — Но сейчас не время и не место для разговоров о… Долгах.       Он усмехнулся, и этот хищный оскал совсем не вязался с тем образом вежливого и учтивого южанина, который он обычно демонстрировал. — Время всегда подходящее, когда речь идёт о правде, Айлин. И особенно, когда эта правда может спасти чью-то жизнь. Или, наоборот, оборвать её.       Я похолодела. Лихорадочно скакала от одной мысли к другой. «Что он знает? О чём говорит?! На что намекает?!». Голова была готова взорваться! Я покосилась в проход, гадая подслушивает ли нас Сантьяго. Джаспер же наблюдавший за мной, выглядел довольно скучающим и расслабленным. Неужели он не понимает, что любая странность, замеченная стражем, будет немедленно доложена Вольтури?! — Ну, что? Твоя голова достигла уровня кипения? — чуть склонившись ко мне, прошептал он. — Готова принять помощь? — А какой помощи идёт речь, Джаспер?       Хищный прищур вампира, вынудил меня приложить к голове свою ладонь. Мой разум метался в поисках выхода, но вокруг была лишь плотная стена страха. — Хочу дотронуться до тебя, — улыбнувшись уголками губ, сказал он, разрывая мою логику в пух и прах. — Успокоить немного твой разум. — Для этого тебе не нужно прикасаться, — заметила я. — Ошибаешься, дорогая, — его пальцы коснулись моего дёргающегося колена.       Лёгкое покалывание, как от статического электричества, пронзило импульсом до самого мозга. В голове стало чуть тише, хаотичные мысли начали приходить в порядок, словно кто-то разгладил помятую ткань. Паника отступала, уступая место холодному рассудку. — Лучше? — спросил Джаспер, не убирая руки. Его взгляд стал мягче, не таким хищным, но всё ещё опасным.       Я выдохнула весь воздух из лёгких и прикрыла глаза от наслаждения в холодной голове. Я тут же попыталась взять над собой власть и пустить в ход дар, чтобы удостовериться в своих силах. Сердце замедлило ход, дыхание выровнялось, и вот я слышу, как шипит мой яд в крови, заполняя собой все вены. Открывая глаза, я уже была мертва. Получилось.       Рука Джаспера, которая до сих пор была на моём колене, ощутимо сжала мою кожу. И волна вспыхнувшего желания заискрилась внутри каждой клеточки. Я метнула взгляд на вампира. Его глаза стали чёрными. Я сжала подлокотник с такой силой, что он затрещал. «Только не сейчас…» — взмолилась я, невыносимо сильно, желая буквально накинуться на Джаспера. Я пропадала в черноте его глаз, меня засасывало в эту бездну. Его зрачки дрогнули, и он обрушил на меня волну своего желания, ломая стенку сопротивления. — Прекрати, — прохрипела я, стараясь говорить как можно твёрже. Но голос дрожал, выдавая мое состояние. — Это подло. Применять… На мне… Свой дар.       Джаспер усмехнулся и наклонился ближе, так что я почувствовала его ледяное дыхание на своей коже. Его запах сводил меня с ума. Я поддалась к нему навстречу. И стиснув зубы, ещё пыталась как-то удержать себя в руках. — Подло? — прошептал он, и его губы коснулись моего уха. — Дорогая, мы играем в одну игру. Ты обрушила на меня свой дар, я отвечаю тебе тем же.       Я зажмурилась, пытаясь отстраниться от его близости, от того пожара, который бушевал внутри меня. Я в шаге от того, чтобы собственноручно растоптать свою гордость! — Ты… Воспользуешься этим? — прошептала я, не веря, что мы докатились до этого.       Джаспер отстранился, и я увидела в его взгляде что-то, похожее на очередное раздражение. — Никогда, — с полу рыком сказал он. — Я лишь показал тебе, насколько ты уязвима. Насколько сильно ты заблуждаешься, полагая, что контролируешь ситуацию. Шах и мат, и не в твою пользу, Айлин.       Он отнял руку от моего колена, и я почувствовала, как уходит тяга, как отступает наваждение. Но вместо ожидаемого облегчения стало пульсировать наречение, опаляя изнутри. И это было унизительно. Зверь внутри меня был недоволен. Я заёрзала на кресле, продолжая своё сопротивление.       Взгляд мой метался по салону самолёта, стараясь зацепиться хоть за что-то. Иллюминатор, обивка кресла, спинка впереди стоящего сиденья. Меня словно выставили голой на площади, продемонстрировав всему миру мою слабость. Ярость клокотала во мне, перебивая остатки влечения. Я мечтала о контратаке, о возможности вернуть контроль, доказать самой себе, что я — не марионетка в его руках или в руках связывающего нас наречения.       Я почувствовала, как Джаспер снова смотрит на меня. На этот раз в его взгляде читалось не насмешливое торжество, а что-то другое, более сложное. Что-то, что заставило меня на мгновение усомниться в его абсолютной бесчувственности. Будто он сожалел о том, что перешёл черту. Но тут же я отогнала эту мысль.       Откинувшись на спинку кресла, я закрыла глаза, делая вид, что спокойна, что могу контролировать то, на что он был не способен в нашей прошлой жизни. Это была слабая попытка уйти от реальности. Но внутри меня уже зрел план. Я должна была перехитрить его, показать, что я способна на большее, чем он думает. — Это 1:0 в твою пользу, Джаспер. Подлый 1:0, — прошептала я.       Самолёт начал снижение, и я почувствовала, как внутри меня продолжает сгущаться напряжение. Наши отношения с Джаспером изменились, и я не знала, к чему это приведёт. Одно было ясно — игра с ним действительно началась. — Этому трюку научила меня ты, Айлин.       Я пересилила себя и посмотрела на него. Глаза по-прежнему чёрные, смотрят в окно цепляясь за горизонт. Я видела, как напряжены его плечи, как он сжимает подлокотник слева от себя. Он тоже чувствует это. Не мог не чувствовать. Это слабо меня утешало.       Я скинула туфлю, босой ногой оттолкнула его колено, заставив раздвинуть ноги. Резкое движение застало его врасплох, я почувствовала, как его колено подалось под напором моей ноги. Он не ожидал такой дерзости, такой фамильярности после того, что произошло. Взгляд стал острым, предостерегающим, но я не остановилась. Я опустила свою ступню на его пах. Тело Джаспера мгновенно напряглось. Я чувствовала каждый мускул под тонкой тканью брюк. Не отрывая взгляда от его лица, я медленно, почти незаметно, надавила. Его зрачки слегка расширились, и в глубине чёрных глаз мелькнуло что-то похожее на удивление, но тут же исчезло, сменившись непроницаемой маской. Конечно, я дразнила и его, и себя одновременно, но мне смерть как хотелось вывести его из равновесия. Я стала потихоньку тереться ногой, его член готов был вырваться. Здесь. Сейчас. Нет сомнений…       Его челюсть напряглась, но он молчал, продолжая смотреть в окно. Я чувствовала, как его внимание полностью сосредоточено на мне, несмотря на кажущуюся отстранённость. Я продолжала своё медленное, мучительное движение, наслаждаясь каждым его микро-движением, каждой едва заметной реакцией. Это была моя маленькая месть, мой способ показать, что я не сломлена, что я всё ещё здесь, всё ещё способна контролировать ситуацию, хотя бы на мгновение. Я жаждала увидеть, как его безупречная маска треснет.       Джаспер схватил мою икру и ощутимо сдавил. Волна удовольствия тут же заплескалась во мне. Я не дрогнула, лишь слегка приподняла бровь, демонстрируя, что его действие не стало для меня неожиданностью. Наоборот, это было приглашение к дальнейшей игре, в которой ставки росли с каждой секундой. Я не отпускала его пах, продолжая свою провокацию, наслаждаясь властью, пусть и такой мимолетной. Я больше не девственница, не знающая как устроены отношения между мужчиной и женщиной. Я уже не та.       Джаспер продолжал сжимать мою ногу, его хватка становилась всё сильнее, но я не позволяла себе издать ни звука. В голове рисовались горячие картины, где он брал меня во всех известных мне позах. Как шептал моё имя и как пылко признавался в любви, точно как в прошлой нашей жизни. Пять лет без ласки и я схожу с ума, питаясь только фантазиями, которых успела накопить за это время. Внутри меня бушевал ураган эмоций: злость, обида, желание отомстить и одновременно… Безумное влечение к нему. Я ненавидела себя за это, за эту слабость, которая предательски всплывала на поверхность, стоило ему оказаться рядом.       Стюардесса объявила о полной готовности к посадке. Прошлого стюарда, как и Сантьяго не было видно. Со снижением я почувствовала тягу внизу живота. Казалось, ещё чуть-чуть и я испытаю оргазм. Самолёт коснулся земли, и в этот момент Джаспер отпустил мою ногу. Я отвела свою, как будто ничего и не было, надела туфли, быстро собирая себя по частям. Маска невозмутимости почти приросла к моему лицу.       Когда мы вышли из самолёта, Джаспер грубо притянул меня за руку и прошептал на ухо: — Помочь выбрать новую резиновую игрушку?