Глава 8

Претендентов на вторую ступень было восемь: пять девушек и три парня. Все они были очень разные, но было в них и общее - напряжённое ожидание и едва скрываемое любопытство. Приехавшие были примерно одного возраста - около двадцати. Дана с облегчением подумала, что не только у неё дар проявился поздно.   Место, куда привезли претендентов, походило на небольшую ферму: несколько  одноэтажных строений и возделанные поля вокруг. К «ферме» вела неширокая асфальтированная дорога. Не было никакой ограды, не видно было и охраны.                      Новоприбывшим выделили отдельные комнаты, что очень порадовало Дану: спала она очень чутко, и долго сосуществовать с кем – то в одном помещении для неё всегда было мукой.   Парни, которых было почти вдвое меньше, чем девушек, сразу оказались в плотном кольце их внимания.     Самым красивым был признан Демьен Тул, имевший типичную азиатскую внешность: высокий, стройный, смуглый, темноволосый и коротко стриженный, с раскосыми тёмными глазами и красиво очерченными губами.     Линн Кёсон был среднего роста, сероглазый, тёмно – русый, с ироничной улыбкой на узких губах. Его тело не выглядело таким мускулистым, как у других парней, но было сильным и тренированным. Линн не вызвал особого интереса у девушек: возможно, потому, что внешность его была довольно обычной, или потому, что сразу дал понять, что предпочитает держаться от них в стороне.   Уилл Френ выглядел старше остальных. Он был высоким, широкоплечим, с длинными светлыми волосами и тёмно – синими глазами. Дана сразу стала  сторониться парня: уж очень он напоминал Сэя, особенно со спины. Каждый раз, когда девушка видела Уилла, у неё болезненно сжималось сердце.    После последней встречи с Сэем Дана провела ночь в мучительном полубреду. Раз за разом она проваливалась в сон, в котором совсем рядом видела бездонно - чёрные глаза, желанные губы, произносившие холодные, равнодушные слова. Дыхание девушки перехватывало от боли и обиды. Глотая слёзы, она выныривала из сна. Таращилась в темноту ночной комнаты, стараясь успокоится.  И всё повторялось сначала.   Утром измученная Дана наконец призналась себе, что влюблена в Сэя.  Но в того Сэя, каким он был под влиянием: мягкого, заботливого, доброго, а не в того, каким он был в реальности. Дана обманула сама себя: влюбилась в созданную ей же самой иллюзию. Теперь девушка жалела только об одном: что не может силой своего дара заставить себя забыть Сэя.                                                                       ***    В первый же день претенденты узнали, что внешне ничем непримечательные здания «фермы» имеют по несколько подземных уровней — современных, стерильных, наполненных странной энергией. Там, в специально оборудованных залах и проводились занятия. Словесников разбивали на пары (каждый день состав группы менялся), и они испытывали друг на друге строго предписанные воздействий. Всякие другие были строго запрещены под угрозой лишения дара.   Дане нравилось работать с Линном. Его влияния всегда были чёткими и неунизительными. Парень не кокетничал с ней, вёл себя уважительно и доброжелательно.   Много времени уделялось подробному разбору Соглашения между Гражданами и Гильдией о допустимых воздействиях.    Через две недели пребывания на «ферме» претендентов ожидало новое, непонятное и даже пугающее занятие. Словесников по одному помещали в комнату, куда не проникало ни лучика света, ни звука. Там не на чем было сидеть, поэтому приходилось ложиться на пол. Через время терялось представление о пространстве и времени. Темнота и тишина становились вязкими, физически ощутимыми. И, как будто издалека, начинал звучать голос, произносящий непонятные слова. Он становился всё громче и громче, подавляя, вытесняя мысли из головы. Голос что – то требовал, угрожал. И надо было внимательно слушать его, но не подчиняться, сохраняя целостность сознания.   Некоторые словесники не выдерживали и половины отведённого на испытание времени: теряли сознание, и их, бледных и неподвижных, выносили из комнаты врачи. Другие, покинув помещение, выглядели так, будто забыли, кто они и где находятся. Долгое время не могли нормально двигаться и говорить.   Дане удавалось находиться в комнате дольше остальных претендентов, но после она чувствовала себя подавленной, долго спала, и снилась ей черная бесконечность, слышался чужой голос, в котором таилась угроза. Линн выдерживал испытание почти так же, как Дана..   Смысл его никто не объяснял претендентам. Но через две недели они вдруг поняли, что больше нет необходимости в запускающей влияние фразе: достаточно направленного усилия воли. Дана ощутила, что в ней открылся источник силы.  Изменилось и её отношение к дару: девушка ясно поняла, что её умение - это Слово, меняющее реальность. И обретённая сила напугала Дану осознанием накладываемой на неё ответственностью.   За неделю до окончания обучения словесникам представили их Наставников. Для Даны и Линна им стал Минос Брод, пятидесятилетний невысокий мужчина, улыбчивый и добродушный на вид. Наставник не только должен был стать близким другом, советником и помощником одарённого - в случае нарушения им Устава Гильдии он нёс наказание наравне с подопечным.    Минос Брот понравился Дане. Заканчивая беседу с ней, он неожиданно сказал:  -  Если метаморф Сэй Гон тебя сильно беспокоит, Гильдия найдёт способ повлиять на него.    Дана не ожидала услышать о Сэе в разговоре с Наставником. Девушка сильно покраснела и опустила глаза. Помолчав и успокоившись, она ответила отрицательно на предложение Миноса Брота. Ей ещё надо было разобраться в себе.   Именно от Наставника Дана узнала о Призыве и Служении.