Глава 9. Линн Кёсон

Услышав «Семь!», Сэй сделал то, что, очевидно от него ожидала Дана: не оборачиваясь, медленно пошёл в сторону автобусной остановки.    В душе парня боролись противоречивые чувства. Никогда ещё встреча с женщиной (ещё и неопытной в постели) не вызывала в нём такую бурю эмоций. Эти несколько часов, проведённые с Даной, были из другой, нереальной жизни, где они были счастливой парой и любили друг друга.    Но эта же, такая искренняя, тёплая девушка пыталась (и уже не в первый раз) подчинить и контролировать его, Сэя, сознание. Это напугало бы кого угодно. Кроме того, парня мучила мысль, что всё это время Дана была не с ним, настоящим, а с тем, кого она создала силой своего дара.    И ещё парень понимал, что обидел Дану. Только не понимал, чем: ответ на её вопрос был прямой и честный.   Сэй решил, что подумает над всем этим позже. Сейчас его больше всего тревожил отъезд Даны. Целых два месяца без встреч и разговоров с ней, без её запаха, без близости с ней!    Понимая, что Дана не стала бы врать, Сэй всё – таки не удержался: послал ей очередную коробку конфет. Подарок вернулся с сообщением, что девушка взяла отпуск за свой счёт.   Несколько раз, перекинувшись, Сэй в сумерках подходил к двери дома Даны и жадно принюхивался. Девушки тут не было. Её запах слабел с каждым днём.   Заходя в «Косу», Сэй ловил себя на том, что неосознанно глубоко вдыхает воздух, надеясь уловить желанный запах.     Время шло, а тоска по Дане только усиливалась. Сэй скучал не только по её запаху: он хотел слышать её голос, видеть её глаза, то, как она запрокидывает голову, смеясь над его шуткой, как следит за его губами и внимательно смотрит в глаза, слушая его.                                                                ***     Первые две недели на «ферме» были тяжёлыми для Даны. От чужих воздействий болела голова. Навязанное подчинение размывало границы собственного я, суживало границы личной свободы.  Слова: «послушай», «внимание», услышь меня» - стали вызывать у девушки страх: за ними следовало влияние, которому нельзя было противостоять. Даже если она затыкала уши и не различала слов, а только слышала голос словесника, воздействие срабатывало.    В этот день у Даны было как – то особенно муторно на душе, она чувствовала, что нервы её напряжены, как взведённая пружина. С запада к «ферме» примыкал небольшой лесок, сквозь который текла мелководная, быстрая речушка. Вода всегда успокаивала Дану, и девушка решила прогуляться, надеясь побыть в одиночестве.    Тропинка вывела Дану на небольшой пляжик, покрытый травой вперемежку с песком. У самой воды сидел Линн Кёсон. Услышав шаги девушки, он обернулся. В руке парень держал бутылку «Шортса» - слабоалкогольного горько – сладкого напитка. На «ферме» категорически было запрещено употреблять алкоголь и с её территории претендентов не выпускали.   Дана была уверена, что Линн прогонит её прочь. Но он приветливо улыбнулся и сказал:  - Привет, коллега. Выпьешь?  - Откуда … это? – спросила девушка, опускаясь на траву рядом с Линном.  - Умный человек и осторожный словесник всегда найдёт способ обеспечить себя всем необходимым, - ответил парень, доставая из рюкзака ещё один «Шортс».    Дане показалось, что бутылка напитка состояла из одного глотка: с такой благодарностью организм принял его. Девушка ощутила, как распрямляется пружина внутри её. Она как будто снова обрела зрение и слух: увидела, как чудесно зелена листва на деревьях и кустах, услышала, как успокаивающе шуршит по камням мелководная речушка. Почувствовала, как спокоен человек, сидящий рядом, какое тепло исходит от него.   Дана придвинулась к Линну и положила голову ему на плечо. Парень в ответ обнял её одной рукой. Сделал ещё несколько неспешных глотков и стал легонько поглаживать пальцами шею и щеку Даны. Она повернулась к парню, чтоб вопросительно и укоризненно посмотреть на него. А Линн наклонился и поцеловал её в губы.   Ещё минуту назад Дана была совершенно уверена, что никогда не будет целоваться ни с кем, кроме Сэя, что нет в мире губ, вкуснее его. Но неожиданно поцелуй Линна ей понравился. Сухие, сладко - горькие губы парня были смелы, и настойчивы. Тело Даны, уже знавшее, какое наслаждение может следовать за простым соприкоснове- нием губ, отозвалось лёгкими электрическими покалываниями, пробежавшими по телу и устремившимися в низ живота.    Линн опрокинулся на спину и потянул девушку на себя. Их поцелуи становились  настойчивее и смелее, а руки жадно ласкали тела друг друга, помогая освободиться от одежды. У Линна, видимо, давно не было женщины, поэтому Дана ещё не достигла пика наслаждения, когда почувствовала, что по телу парня прошла сладкая судорога, он громко и длинно выдохнул, как будто до этого и не дышал вовсе. Девушка не испытывала сожаления и не была разочарована. Тело стало лёгким и свободным, а в душе воцарилось спокойствие.     Эта случайная встреча сблизила Дану и Линна. Они стали встречаться. Ночи проводили то в комнате девушки, то парня. Он оказался опытным, выносливым и, главное, внимательным любовником, и не дал девушке ни единого шанса пожалеть о близости с ним. Линн не стремился, как Сэй, доминировать в отношениях с Данной. С ним она чувствовала себя раскованной и свободной, смело и охотно осваивала тонкости любовной игры.   Линн и Дана решили не скрывать своих отношений от окружающих: садилсь рядом в столовой, на занятиях; если состав пар не навязывался преподавателем, вместе выполняли задания. Линн никогда не обнимал и не целовал девушку на людях, но тактично заботился о ней. За это Дана была очень благодарна парню.    И воспоминания о Сэе больше не причиняли ей такой боли — словно отступили на задний план. Дана, наконец, перестала избегать белоголового красавца Уилла.     Молодые люди часто гуляли в леске, обнявшись или взявшись за руки, много разговаривали, ближе узнавая друг друга. Дана ничего не рассказывала о своих отношениях с оборотнем. Упомянула, что была влюблена в парня, но силу его ответных чувств, к сожалению, переоценила.    О себе Линн рассказывал много и охотно. Да и было, о чём. Он был типичным перекати – полем: ни своего жилья, ни постоянной работы, ни близких друзей. Когда ему надоедало скитаться, он на несколько месяцев оседал у родителей: отъедался, отсыпался, набирался сил, чтобы снова отправиться в путь. Как будто бежал от себя. Но после инициации Линн планировал наконец осесть и найти постоянную работу.    Дана предложила парню пожить у неё, пока он не определится с выбором. Она ещё не знала, что перекати – поле не пускает корни. Оно разбрасывает своё семя, оставляет на дороге обломки своих веточек, но продолжает двигаться дальше, гонимое ветром.