Между шагами замка, пишу письма ветру или, может, тебе

Тринадцатый день после твоего последнего исчезновения, или когда замок стоял слишком тихо. Хаул, Ты бы наверное сказал, что я драматизирую, тебя нет всего несколько дней, а тишина в моей душе становится всё тяжелее, каждый шаг замка всё дольше и дольше. Всё же - я пишу. Знаешь, есть тишина, которую можно слышать. Она звучит в ветру, дышит в углах комнаты, трещит в печи, колышит шторы. Я думала с возрастом пропадает страх остатся одной, но оказывается он просто меняет форму. Он становится как чашка, которую не берут со стола или пальто, которое весит одно уже слишком долго. Для меня ты свет, я пишу не для того чтобы сказать тебе то, что столько времени скрывала, а просто чтобы не забыть, какого это: жить с тобой. Я не боюсь забыть твой голос, я боюсь, что не смогу жить дальше без него. Я понимаю почему ты ушёл, я знаю, что ты занят, я всё могу понять но всё же это становится невозможно, хочется кричать, но не могу, боюсь. Жаль, что когда ты уходишь ты не видишь того что действительно важно. Когда тебя нет - Кальцифер начинает гореть тише. Он не угосает и не спит, он сдерживает себя. Он будто ждёт чего-то... или кого-то... Наверное, я тоже. Я замечаю как Маркл взрослеет. Как пауза между шагами замка становится всё дольше и я становлюсь всё тише. Не потому, что нету с кем говорить, а потому, что берегу внутренний огонь чтобы он не погас до того, как ты вернёшься, и сделаешь вид - что всё в порядке. Ты - пламя. Невозможно держать но можно согрется. Я не прошу быть рядом всегда. Просто прошу не исчезать без имени. Без слова. Без дыхания. Письмо это скорее всего останется в ящике. Или сгорит. Я не знаю. Я не жду что ты его прочтёшь. Я просто хочу помнить, что я когда-то умела чуствовать. И если ты когда-то спросишь, какого это было, любить тебя, я пожалуй скажу: ...как смотреть на правду, зная, что она ослепит — и всё равно не отвести глаз. -С.