Часть 3

Доран вошел, как всегда, тихо, но не скрываясь. Он знал, что она ждет. Не произнес ни слова. Только подошел и остановился, чтобы посмотреть. Деви подняла глаза от книги, не вставая. Она лежала на диване, босая, без украшений, без накидки. Только легкая ткань на бедрах, запах которой он уже знал — жасмин, кожа, она. Глаза смотрели на него прямо, дыхание — уже чуть чаще обычного. Она отложила книгу. Он протянул руку. Она вложила свою без колебаний.

***

Они оказались в его комнате. Доран закрыл дверь и подошел сзади, обняв. Она потянулась к нему, прижимаясь. Он поднял ее на руки, понес к постели. Положил на спину, садясь рядом, и начал раздевать, как в прошлый раз — медленно, с вниманием. Ткань послушно сползала с нее. Она смотрела на него, как женщина, которая знает, что ее хотят — и хочет в ответ. Он разделся молча. Снимал одежду не спеша и не для демонстрации. Просто — чтобы между ними не осталось ничего. Когда он остался обнаженным, Деви приподнялась, провела взглядом по его телу. Смущения не было. Было восхищение и доверие. — Иди ко мне, — сказала она. Он подошел. Не кинулся. Сел на край кровати. Провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Потом — по губам. Она разомкнула их и медленно поцеловала его палец. Он выдохнул. Зарыл пальцы в ее волосы, осторожно прижал к себе. Не торопясь, не жадно. Он начал с поцелуев. Медленно, с верхней губы. Потом — нижняя. Потом — язык. Доран углублялся внутрь. Его губы теплые, мягкие, чуть влажные. Язык двигался мягко, уверенно, как будто все происходящее — это просто продолжение дыхания. Деви отвечала. Она тянулась навстречу, не давая ему отдалиться. Прижималась сильнее, ее руки скользили по его плечам, по спине. Пальцы исследовали мышцы, углубления, линии. Его тело было напряженным и таким горячим, что хотелось раствориться в нем. Он провел руками вниз — по шее, по ключицам, по груди. Взял ее, сжал. Сначала легко, потом сильнее. Сосок напрягся под его большим пальцем, и он склонился, взял его в рот. Его член касался ее живота, горячий, тяжелый. Она провела рукой между ними, дотронулась, заставля его резко выдохнуть. Он сжал ее бедро. Не жестко, но плотно. Она застонала тихо, закрыв глаза и выгнувшись. — Все хорошо? — спросил он тихо. — Лучше, чем хорошо, — ответила она, скользнув пальцами вдоль его члена, мягко обхватив. Он замер, сжав зубы. — Если будешь так делать, я не продержусь долго, — выдохнул он с хрипотцой. Он не торопился. Целовал одну грудь, потом другую. Привыкал к вкусу ее кожи, к ее запаху. Доран чувствовал, как она дрожит. Он приподнялся, провел ладонями по ее груди. Его пальцы обвели соски — по кругу, потом легонько сжали. Затем опустился губами, взял сосок в рот, слегка прикусил и тут же зализал, поцеловал. Рука его была на втором — одновременно. Он чувствовал, как под ним напрягается ее живот. — Деви… — голос у него стал ниже, плотнее. Она не ответила. Только застонала, выгнулась. Он отреагировал, чуть сильнее втянув сосок в рот. Ее дыхание сбилось. Он опустился ниже. Гладил ее живот, целовал. Потом бедра, внутреннюю сторону. Двигался без слов, по ее дыханию. Он поцеловал живот, шрам на боку, провел пальцами по линии от груди к бедрам. Остановился между ног, выжидающе посмотрев на нее. — Да, — выдохнула она, не дожидаясь вопроса. — Пожалуйста. Ее ноги раздвинулись сами собой. Доран лег между ее бедрами, склонившись. Его губы коснулись ее. Он начал языком — одним длинным движением. От входа вверх, до клитора. Лизал медленно, широко, нежно, потом сильнее. Ее стоны становились все громче, тело дергалось, и он остановился, поднимаясь вверх. Она вздрогнула, тело оторвалось от простыней. Он продолжил, теперь ритмично, четко, все глубже. Деви вскинулась, ахнула. Руки вцепились в простыню. Он повторил, а потом сконцентрировался на клиторе. Она стонала все громче. Он слышал каждый ее звук, чувствовал каждую дрожь. Ее рука опустилась в его волосы, сжалась. Он только сильнее надавил языком и осторожно ввел палец. Она сжалась вокруг. Он двигался — медленно, внутрь, обратно. Добавил второй палец, когда почувствовал, что она тянется навстречу. Он двигал пальцами в ритме языка. Она начала задыхаться. Тело изогнулось, бедра прижались к его лицу. — Доран… я… я… — голос сбивался, ломался. Деви громко вскрикнула, почти со всхлипом, и оргазм накрыл ее волной, резко, сильно. Он не остановился, не отстранился. Целовал ее дальше, пока тело не начало отходить. Доран лежал между ее бедер. Руки — под ее поясницей, губы — на животе. Ждал, пока ее дыхание не выровняется. Потом поднялся на локтях, опустив взгляд вниз, туда, где их тела уже почти касались. Она схватила его за плечи, прижалась, дрожала. Он гладил ее, целовал шею. — Все в порядке? — тихо. Она кивнула. Не отрываясь. — Да. Я хочу тебя полностью. Он поднял ее лицо, поцеловав и посмотрел в глаза. Прошептал в ухо: — Готова? Она провела рукой по его животу, снова обхватила его член. — Да. Он встал на колени и приподнял ее бедра. — Смотри на меня, — тихо приказал он. Деви смотрела и не отводила глаза. В них не было страха, только волнение и ожидание. Головка члена скользнула по ее складкам, влажной коже. Он чувствовал, какая она теплая, открытая, пульсирующая. Он медленно направил член к ее входу и провел по влажным складкам, осторожно надавив. Она сжалась от предвкушения. Доран остановился. — Все хорошо? — Хочу. Хочу тебя. Он провел членом снова — от входа вверх, мимо клитора. Ее тело вздрогнуло. Он начал медленно входить. Просто вдавливался внутрь, чувствуя, как ее тело принимает его. Головка прошла, и ее тело подалось навстречу. Он замер, дал ей привыкнуть. Деви выгнулась. Сжалась под ним, застонав. Он остановился. — Больно? — Нет… просто… чувствую все. — Я с тобой. Дыши. Он ждал, замерев внутри, пока мышцы расслабляются. Пока она снова тянется к нему. Она выдохнула — длинно, неровно. Он продолжил, входя глубже. Ее бедра приподнялись навстречу. Он почувствовал, как она втягивает его в себя. Он подался глубже, до конца. Они оба замерли. Он поднял голову, посмотрев в глаза. — Ты в порядке? Деви кивнула, сжав его бедрами. Доран медленно, плавно начал двигаться внутри нее. Он не спешил. Входил чуть глубже. Ее тело обхватывало его. Он сдерживал себя — почти невозможно. Сначала только чтобы дать ей привыкнуть, чтобы почувствовать, как она его принимает. Как сжимает, как реагирует. Он держал ее бедра в ладонях. Один толчок — плавный, скользящий. Назад — почти полностью. Второй — глубже, с нажимом. Третий — чуть быстрее, сильнее. Она смотрела в глаза. И каждый раз, когда он вдвигался глубже, ее зрачки расширялись. Деви лежала под ним, руки раздвинуты, бедра обвивают его талию. Она дышала с шумом, неровно. Ее тело тянулось к нему само. Мышцы напрягались при каждом движении. — Доран… — выдох Деви был долгим. — Мягче… пока… Он кивнул, не выходя из нее. Замедлился. Каждое движение стало длинным, вязким. Он скользил по всей длине — неторопливо, до конца. Он положил ладонь на ее щеку, провел большим пальцем по губам. Деви закрыла глаза, разомкнула губы. Он вышел почти до конца, оставив только головку внутри — и вошел обратно, сильно, глубоко. Деви вскинулась, тело дернулось. Он услышал: — Да… И снова. — Да… Доран… еще… Он вошел снова, сильнее. Он начал вести. Ритм стал увереннее, быстрее. — Ты такая… теплая. — выдохнул он, не в силах больше держать внутри. Деви провела ногами по его бокам, обвила его бедра. — Не останавливайся, — прошептала она. — Я и не собирался. Он начал двигаться с силой, но не грубо. Каждый толчок был точен. Он наблюдал за ее лицом, ее грудью, ее стонами. Держал ритм, чувствовал, как становится жарко, как ее тело все сильнее реагирует. Она стонала все громче, не сдерживаясь. Она хотела этого. Хотела его. По-настоящему. И это было… опасно. Опьяняюще. Доран вел. Деви отдавалась. Он держал ее за бедра. Пальцы впивались в кожу, направляя, подавая ее вверх навстречу себе. Он изменил угол — поднял ее бедра чуть выше, глубже вошел. Она резко ахнула, выгнулась. Пальцы сжались у него на спине. — Так? — Да… да… продолжай… Он двигался ровно, упруго. Каждое движение было уверенным. Пот стекал по его спине. Грудь Деви вздымалась. Ее ноги обвили его, пятки упирались в поясницу. Он нависал над ней. Он впивался взглядом в ее лицо, не прятался, не уводил глаз. Он хотел видеть. Как она теряет дыхание. Как ее накрывает. — Ты держишь меня так сильно… — пробормотал он, сбивчиво. Доран накрыл ее рот поцелуем, продолжая двигаться внутри. Она дергалась, дыхание срывалось, движения стали отчаянными. Теперь тело Деви отзывалось на все: изгиб, сжатие, толчок. Он чувствовал, как она уже близко. — Не останавливайся… — выдох в ухо. — Еще… я… — Деви не могла закончить фразу. Он понял, ускорился. Движения стали почти резкими. Он входил в нее с полной силой. Он изменил угол еще раз — медленно, чуть сильнее вдавился. Она вскрикнула. — Вот. Там… Деви цеплялась за него — ногами, руками, бедрами. Доран сжимал ее бедра, ловил губами мочку уха, гладил грудь, не вынимая себя ни на секунду. Они тонули в движении. Он не терял ритм. Не отпускал. Она кричала — громко, хрипло. Тело сжалось в оргазме, и она сдавила его внутри так, что он глухо выругался. Доран продолжал двигаться, помогая ей прожить это до конца. Он не вышел, не ускорился. Он дышал тяжело, громко, но не терял себя. — Доран… — Деви слабо дернулась. Он замер. — Все хорошо? — Да… просто… подожди… Он замер внутри. Полностью. Она открыла глаза. И, глядя на него, сказала: — Теперь ты. Бери, как хочешь. И он взял. Резче, глубже. Движения стали мощными. Он начал входить с полной силой. Она поддалась. Ее ноги обвили его талию, пальцы цеплялись за спину. Она стонала в губы, он шептал ей слова, которых никогда больше не скажет никому: — Моя. Только моя. Он двигался быстро, вбивался в нее всем телом. Он чувствовал, как приближается. Он вошел глубоко, задержался. Сделал еще два коротких, точных толчка. И сорвался. Оргазм накрыл его. Доран рыкнул и вошел в нее до конца, сжав. Он остался глубоко в ней, горячий, пульсирующий. Прижался к ней телом, тяжелым, теплым. Никто не говорил. Они лежали, сплетенные, потные, тяжело дышащие. Доран не вышел сразу. Он держал ее, зарываясь лицом в волосы. Он внутри нее. Она — под ним. Деви обняла его и не отпускала, даже когда дыхание стало ровным. Никто не хотел отходить.