Часть 2

Она больше не смотрела на него. Не вскидывала взгляд в коридоре, когда он проходил мимо. Не поднимала глаза в классе, когда он говорил. Не смеялась в ответ на его случайные шутки — хотя раньше, казалось, ловила каждое его слово. Он понял это не сразу. Сначала — просто отметил отсутствие знакомого взгляда. Потом — пустоту, там, где раньше чувствовал почти физически: её внимание, как лёгкий ток. Теперь — тишина. Ничего. Теперь он — тот, кто ищет глазами, вспоминает моменты, не понимает, что изменилось. Она сидела дальше, будто случайно, но он знал: не случайно. Он замечал, как она теперь смотрит в окно, а не на него. Как она уходит одна, без взгляда через плечо. Как она становится — далёкой. По-настоящему. "Ты же хотела быть рядом. Почему теперь тебя нет?" — спрашивал он мысленно, не понимая, когда всё перевернулось. Однажды он обернулся на перемене — привычно, без повода — и не увидел её. Даже не знал, где она. Она ведь всегда была рядом. Это почему-то кольнуло. Словно пропал ориентир. На следующий день он снова стал невольно выискивать её взгляд. Не ради чего-то конкретного. Просто — чтобы убедиться, что она есть, что мир по-прежнему держится на месте. Но она сидела, сосредоточенно рисуя в блокноте, и не посмотрела. Он подошёл к Юн Ён. Попробовал начать разговор. Спросил, как она себя чувствует, как идут дела. Она ответила вежливо, ровно — и быстро ушла к подругам. А он остался — в том месте, где всё было знакомо, но почему-то пусто. Он начал замедляться у класса после уроков. Случайно оказываться рядом в столовой. Однажды даже специально поменял маршрут, чтобы пройти мимо спортзала, где она задержалась после уроков. Она не замечала его. Или делала вид, что не замечает. Он вспоминал, как она когда-то говорила тихо, неуверенно, будто всё время сдерживалась. Вспоминал, как горели её глаза, когда он смеялся. Как напряжённо она держала ручку. Как сбивалась, когда он смотрел в её сторону. А теперь она была ровной. Спокойной. Недоступной. И это беспокоило. — Ты видел, как она изменилась? — спросил он однажды у друга. — Кто? — Ну, она. Ким Йе Рим. — А, та. Да вроде нормально всё. Лучше, чем было. Спокойнее стала. Только странно, раньше ты вроде на неё даже не смотрел. И это было правдой. Он действительно не смотрел. Но теперь не мог не смотреть. Он долго не решался. Вспоминал те недели проекта, её горящие глаза, её дрожащие пальцы на мышке, её сдержанный смех. Всё это казалось слишком странным — потому что теперь она была совсем другой. Но мысль не отпускала. Он просто хотел поговорить. Хотел, вернуть что-то? Или, может быть, просто понять, куда она исчезла — та, что смотрела на него с таким молчаливым обожанием. Он нашёл её на лестнице между этажами. После шестого урока, когда в школе пустеет на несколько минут, будто замирает. Она сидела на подоконнике, рассеянно листая страницы в блокноте. — Привет — сказал он, подойдя. Она подняла глаза. Спокойно. Без удивления. — Привет. — Ты часто тут сидишь? — Иногда. Здесь тихо. — А что рисуешь? — Он заглянул через плечо, и на секунду ощутил странную неловкость. — Просто. Мысли. — Она закрыла блокнот. Не резко, но ясно: это личное. — Слушай.Я хотел спросить. Ты, всё нормально у тебя? — Он немного нахмурился, голос стал мягче. — В порядке всё. А почему спрашиваешь? — В её голосе ни укоров, ни эмоций. Просто вопрос. — Не знаю, ты стала какая-то, другая. — Он искал слово, как будто оно могло всё объяснить. — Я просто живу своей жизнью. Наконец-то. — Улыбка. Тихая, но настоящая. Он замолчал. — Ты ведь раньше — начал он, запинаясь. — Да, раньше. — Она перебила мягко. — Но "раньше" — это не "сейчас". Он растерянно опустил взгляд. — Ты даже не смотришь больше. — Он выдохнул. — А зачем? — серьёзно, прямо, как взрослый человек. — Ты ведь и не просил, чтобы я смотрела. Он не нашёл, что ответить. Она посмотрела на него — уже как на обычного человека. Не как на вселенную, не как на смысл. Просто — как на того, кто когда-то был важен. — Ты теперь с Юн Ён? — спросила она, спокойно. — Нет. Уже нет. — Понятно. — Ты, скучала по нам? Она медленно встала. Взгляд — ровный, прямой. — По какому "нам"? Нас никогда не было. И ушла. Оставив его стоять в тишине лестницы, один на один со своей тревогой. Он ходил по коридорам школы, словно потерявшийся. Раньше ему казалось, что найти её — как поймать солнечный луч в ладони. Теперь же она была как тень, мелькавшая в толпе, почти неуловимая и далёкая. Он искал её взгляд везде: у кабинетов, на переменах, в столовой. Иногда случайно натыкался на неё — она сидела одна, не с кем не разговаривала, погружённая в свои мысли. Но когда он подходил — она отводила глаза, будто боясь быть пойманной. — Почему ты уходишь? — думал он, пытаясь понять, что случилось. — Почему ты стала чужой? Однажды после уроков он задержался у спортзала, зная, что она иногда остаётся там рисовать. Сердце билось быстрее, когда он увидел её силуэт в окне. Он подошёл тихо: — Привет. Она вздрогнула, но не отвернулась. — Привет. — Можно присесть? — Присядь. Молчание было плотным, но он решился: — Ты правда, не хочешь со мной говорить? — Не хочу. — Почему? Она глубоко вздохнула, глазами смотрела куда-то вдаль. — Потому что я больше не та, кто была раньше. — Я понимаю. Но я хочу понять тебя. — Это сложно. Он почувствовал, как внутри всё сжимается. — Я скучаю по тебе, — сказал он наконец. Она улыбнулась, тихо, почти беззвучно. — Я тоже скучала. Но теперь я должна идти дальше. Он хотел сказать что-то ещё, но слова застряли в горле. С каждым днём он стал всё больше замечать детали: как она играет с кончиками волос, как морщится, если кто-то громко смеётся рядом, как не смотрит в окно на улицу, где раньше любила мечтать. Он начал следить не из ревности, а из беспокойства. Ему хотелось понять — как помочь, если она сама не хочет или не может сказать. — Может, она ещё одна из тех, кто боится открыться? — думал он. — Может, она просто потерялась? Иногда он видел, как она одна идёт домой. Иногда — как смотрит в свой телефон, но не пишет никому. И тогда он снова ловил себя на мысли: "А что, если я могу что-то изменить?" Но как? Как вернуть тот взгляд, тот свет, что был раньше? Или может быть — он должен просто отпустить? Сначала это были случайные взгляды. Он не искал её специально, просто отмечал — вот она идёт по коридору, вот зашла в кабинет, вот присела за стол в столовой. И всегда — не рядом с ним. Её мир больше не пересекался с его. Он начал запоминать её окруженние, все те, с кем она говорила. Случайно появлялся там же. Ненавязчиво. Словно между делом. Но в голове — всё было просчитано. Он садился через ряд на уроках, наклонялся, будто смотрит в тетрадь, но взгляд цеплялся за её плечи, за движения руки, за то, как она поджимает губы, когда пишет. Он начал впадать в ритуалы: каждое утро заглядывать в класс пораньше, проверить — пришла или нет. Если её не было — тревога съедала его изнутри. Если была — облегчение, но и жгучее желание, чтобы она заметила его. Не замечала. Вечером он лежал на кровати, телефон в руке. Её профиль в instagram. Закрытый. Но аватарка — та самая, с её рисунком, который он видел на уроке. Список подписчиков. Пара знакомых фамилий. Никаких новых фото. Он обновлял страницу снова и снова, как будто надеялся, что появится хоть что-то — новый пост, сторис, лайк, любое движение. Он прокручивал старые публикации, запоминая дату, подпись, цвет одежды. На одном — она с блокнотом. На другом — улыбается, в свете окна. Он знал, когда и где это было снято. Он помнил её тогда. — Почему ты больше не такая? — думал он, прокручивая пальцем по экрану. Он начал видеть её повсюду. Даже когда её не было. Возможно он сошёл с ума. А может он совсем и не против? Однажды он пошёл за ней после школы. Не специально — просто совпало. Она свернула не к своему обычному выходу, а пошла через парк. Он пошёл следом. На расстоянии. Держался сзади. Она ни разу не оглянулась. Сердце билось, как у вора. Он не знал, зачем. Просто, хотел быть рядом. Хотя бы вот так. На расстоянии десяти шагов. Он видел, как она остановилась у магазинчика, купила воду, села на лавочку. Просто сидела. Он спрятался за деревом, как дурак. И смотрел. — Что ты теперь чувствуешь? — прошептал он. — Ты чувствуешь, что я здесь? — Ты думаешь обо мне так же, как я — о тебе? Она встала и пошла дальше. Не оглядываясь. Его друзья начали замечать. — Ты сам не свой. — Всё норм? — Ты влюбился, что ли? Он отшучивался. Молчал. Становился всё тише. Тревожнее. Он не мог признаться, что всё это не про влюблённость. Это была зависимость. От воспоминаний. От ощущения, которое она когда-то давала. От её молчания. Он начал терять грань между "помнить" и "преследовать". Он увидел их случайно — в коридоре, между шестым и седьмым уроком. Она смеялась. Громко. Свободно. Не с ним. Парень из параллели — высокий, с рюкзаком через плечо, слишком спокойный, слишком уверенный. Он что-то сказал, и она снова улыбнулась. И даже коснулась его плеча. Легко. Почти неосознанно. Внутри всё оборвалось. Улыбка. Прикосновение. Смех. — Ты же раньше так смеялась со мной — Ты же не смотрела ни на кого, кроме меня Он прошёл мимо, опустив взгляд, но сердце било в ушах, как будто мир рушился под ногами. В голове звучало одно: "Нет. Нет. Нет. Только не он." Он сидел на последнем уроке, не слыша ни одного слова учителя. Перед глазами — снова её лицо. Смеющееся. Её волосы, рассыпавшиеся по плечам. Её губы, приоткрытые в момент смеха. И он рядом. Как он посмел быть рядом? — Говори только со мной. — Смотри только на меня. — Произноси только моё имя. Он повторял эти фразы, лёжа на кровати, глядя в потолок. Телефон лежал рядом, на экране — её фотография. Она сидит на траве, солнце скользит по щеке. Старая публикация, но любимая. Он знал каждую линию на этом фото. Мог бы нарисовать её по памяти. Смотрел — и чувствовал, как боли недостаточно, чтобы насытиться. Хотелось большего. Хотелось увидеть вживую. Хотелось прикоснуться. Юн Ён больше не существовала. Он видел её в школе, она махала ему, иногда подходила — но это были пустые жесты. Без веса. Без смысла. Он смотрел сквозь неё.