11. Стараешься ли ты держаться?

POV Автор В голове Вааса все было рассчитано до секунды. У него был четкий план, которого он собирался придерживаться. И все шло как по маслу: пираты прибыли на свой аванпост, где велось строительство, главарь чрезмерно приветливо махнул рабам, трудившимся под палящим солнцем, рукой и двигался в сторону только возведенного ангара. Кого именно он хотел там найти? Бласковиц-старшую, конечно. Она же сидела на стуле, разглядывая вычищенные до блеска ногти, размышляла о жизни, которой была в целом довольна. Девичья наивность изрядно смешила Вааса, когда тот появился в помещении, моментально вызвав на лице девушки испуг. Да, она его по-прежнему боялась, и инстинкт самосохранения подсказывал ей, что пират пришел не просто так, а с определенной целью, которой была сама Тома. Хойта на месте не было. Ваас отметил это сразу, что сыграло ему на руку. Он не стал расспрашивать, где его Босс и как скоро вернется проведать свою звездочку, а поспешно перешел к делу, приказав Джеймсу залепить девчонке рот. Пираты действовали быстро и резко. В глазах Томы читался вопрос: «Что вы делаете?», но Монтенегро не спешил отвечать, его рот будто тоже был залеплен. Впервые он не болтал какую-то чушь, а тупо выполнял приказ, который самому себе отдал. Каждое им сказанное слово было сказано по делу, будь то наставление или очередное задание для пиратов. Рабы в округе были до умопомрачения заняты, потому никто и не заметил, как связанную по рукам и ногам девчонку с заклеенным ртом тащили по земле вниз головой. Монтенегро все спланировал до мельчайших деталей. Он хотел ненарочно причинять дамочке как можно больше боли, пускай это будет местью ей или Хойту. С этим пират еще не определился, да и он толком не мог описать, что им двигало в тот момент, о младшей Бласковиц он на тот момент не нашел и секунды подумать. Внутри закипала злость, он был в предвкушении веселья, любимого развлечения. В бунгало, где Ваас кантовался, бамбуковая клетка меньших размеров уже мирно ожидала своего нового жителя. Все было сделано со вкусом. Зеленые глаза горели, он ждал, когда останется с девчонкой один на один, и вот момент настал. Рич и Джеймс помогли поместить Тому в клетку, закрыв ее на ключ, который они незамедлительно передали Боссу, и без лишних слов их след простыл. Уже вечерело, в помещении пахло свежестью, что придавало Ваасу некого энтузиазма и бодрости. — Ну что же ты, hermana, больше не пиздишь о всяком? — усмехнулся он, закуривая очередную сигарету. — Больше, блять, не бросаешься словами на ветер, не вытаскиваешь свой длинный язык наружу? — с каждым словом его голос становился все громче и вместе с тем грубее. Два расширенных от страха зеленых глаза внимательно наблюдали за пиратом. Ему нравилось видеть, как жертва боится. А Тома, как раз, была далеко не из смелых девчонок, а скорее выебистых. — Тебе больше не весело, блять? Ты не смеешься, не гогочешь, как блядская гусыня? Как жаль. Где же все твои козыри, сучка? Где твой Хойт? М? — он слегка снизил тон, будто опасаясь, что его услышат. — Его здесь нет, он тебе не поможет. Да и, — сделав очередную тяжку, пират задумался. — Сомневаюсь, что помог был. Но знаешь, amigo, очень на это надеюсь. Каждый ведь старается держаться за свое, правильно? Что бы это ни значило. Тома плакала, по ее щекам катились крупные горькие слезы, которыми она умудрялась давиться через скотч. Ей было тяжело дышать судя по тому, как часто и прерывисто вздымалась ее грудная клетка, и все это Ваас расценивал как успех. — Ты думаешь, после этого я оставлю тебя, блять, живой? После всего пиздежа и проблем, что ты мне принесла? Сучка драная! — его трясло, это был явный признак того, что мужчина едва себя контролировал. — Да я бы тебе бошку прямо сейчас снес, но увы, сука, увы, я преследую немного другое. Монтенегро еще долго разговаривал сам с собой, пока девушка за ним, сидя в луже собственной мочи, наблюдала. Ей хотелось думать, что это сон, но когда главарь стал душить ее через бамбуковые прутья, все желания улетучились. — Наивная, блять, до ужаса, — психанул он, отправившись на кровать. — Завтра попиздим. А денек обещал быть дождливым. Погода на острове будто бы подстраивалась под события. Ваас разомкнул глаза, сразу же уставившись на Тому, не спавшую всю ночь. Он усмехнулся, первым делом потянувшись за сигаретой. Ее было недостаточно, потому он закинулся таблеткой, спокойно ожидая приход. Когда по голове ударило чрезмерным расслаблением, он, наконец, заговорил: — Как спалось, hermana? Кошмары не мучали? Девушка нахмурилась. — Ага, я понял. Сегодня твоя судьба решится. «И моя тоже». Снаружи правил хаос. Ураганный ветер дул так сильно, что был готов унести за собой крыши ангаров. Пираты недовольно выставляли руки перед собой, дабы укрыть глаза от песчаной бури, поднявшейся в лагере. На их лицах были туго завязаны красные повязки, мужчины суетились, так что вышедшего главаря они даже не заметили. А Ваасу это и не было нужно, он ждал одного, а сколько потребовалось бы ждать — неизвестно. Посчитав, что ему всех приятных ощущений в теле маловато, он отправился в пивную. Там укрывались и другие пираты, в их числе Джеймс и Рич. Эта парочка, казалось, была всегда неразлучна. Мужчины пили пиво и что-то яро обсуждали, Монтенегро им не помешал. Получив дозу алкоголя, он сел поодаль остальных и уставился взглядом в стол. — Босс сегодня серьезный, — отметил Рич, изредка поглядывая в сторону. — Ага, мы же спиздили сестренку Бласковиц и лично посадили в клетку. Чего ж ему не быть серьезным, ха. Сейчас Хойт заявится и пиздец. — Думаешь, Вааса это реально колышет? — Хуй знает, что его вообще колышет. Он псих, для него все норм. Тем временем Волкер, не обнаруживший девчонки у доктора Эрнхардта пришел вне себя. — Я тебя пристрелю, блять, если ты мне не скажешь, куда она делась, — хрипло говорил мужчина, размахивая пистолетом у лица старика. — Она побыла у меня немного, а затем ушла, я не знаю, куда, — раз за разом повторял доктор в надежде, что девушка действительно уже успела смыться куда подальше. Седой не сомневался в ее способностях и догадывался, что она в состоянии найти потайной ход из оранжереи. Гневно цокнув языком, Хойт развернулся обратно к пикапу, еще раз внимательно осматривая ближайшие окрестности. В прятки ему не хотелось играть, он поспешил вернуться к своей подстилке, дабы вытрахать из нее всю свою злость. Но каков был всплеск эмоций, когда и ее он не обнаружил в новом бунгало! Пар из ушей шел активным напором, Хойт едва сдерживался, дабы не облепить всех гранатами. — Сука, где?! Как вы, блять, не видели?! — гневно расспрашивал он каждого раба, уставшего от физического труда. — Я на сутки уехал, а тут уже хуй знает что случилось. Присев на корточки, достав сигару из дорогого портсигара и закурил, углубившись в мысли. «Теперь это точно Ваас, он что-то задумал. Неужели та девчонка ему сильно нужна?» «Ну это мы еще проверим». — Слышишь, дружище, поехали проверим Вааса, как у него там дела. Наемник кивнул, усевший за руль. Кто кого переиграет? Ваас, угашенный, ровно стоял на ногах и широко улыбался Боссу. У главаря пиратов неплохо получалось сохранять невозмутимый вид благодаря количеству дерьма, что он принял перед этим. Поприветствовав Босса и пожав ему руку, он стал расспрашивать, как проходило строительство аванпоста и как скоро его пираты смогут перебраться туда. Хойт, хоть и не охотно, но отвечал, и Монтенегро видел, как сильно Босс хотел сменить тему. От этого мурашки ненавязчиво вылезали на теле, и пират потер руки, притворившись, что ему было прохладно. Выглядело это правдоподобно, учитывая погоду. — Так, ладно, Ваас, где девчонка? — как отрезал Босс. — Какая девчонка? — пират действительно не понял, о какой именно из Бласковиц шла речь, потер затылок. — Моя. — Это которая? — он поджал губы в ожидании нежеланного ответа. — Ха-ха, это ты верно подметил, — Волкер закивал, одернув рубашку, — обе. Мышцы дрожали от ярости, но Ваас держался до последнего. Он анализировал, когда ему лучше выстрелить: сейчас или еще продолжить дурить работорговца. Ни первый, ни второй вариант не гарантировали успеха, и от этого в сознание настойчиво пробивался страх. Ох, как тяжело было уживаться с этими относительно новыми чувствами. — Одна здесь, угадайте какая, — наконец, осмелился произнести Ваас абсолютно спокойным тоном и с опаской. — Ты что, решил со мной в игры поиграть, Ваас? — мужчина поднял одну бровь. — Я тебе не рекомендую. Ты, видимо, меня плохо услышал, когда я сказал, что весь товар — мой. — Я по-моему исключительным образом выполняю свою работу, ты готов со мной поспорить, Хойт? — пират даже не старался подбирать слова. — Дело обстоит таким образом: я отдам тебе твою, ты отдашь мне мою. — Ха-ха, — Волкер снова покачал головой, улыбаясь и дергая указательным пальцем, — это ты хорошо придумал, вот только есть одна проблемка. «Твоей», — он передразнил, — девчонки у меня нет. Что делать будем? — Это не проблема, Босс. Я ее найду. Значит условие будет звучать так: вы оставите ее в покое. А он действительно продумал все до мелочей, шагая по самому краю обрыва. От этого даже яйца сжались. — А с чего ты взял, что мне нужна старшая Бласковиц? — он поднял обе брови. — Ты за ней приехал, разве нет? Происходящее стало походить на разговор двух идиотов, упорно старавшихся друг друга перебить. Тупой и еще тупее. Хойт улыбнулся. — Смотри, давай-ка дело будет обстоять другим образом: я тебя повышу, увеличу количество твоих людей, аванпостов, буду платить вдвое больше, мы захватим весь остров, представляешь? — возбужденно воскликнул Босс, взмахнув руками. — Весь остров будет принадлежать нам, а точнее тебе! Разве не этого ты хочешь, а, Ваас? Пират задумался. — Меньше мозгоебки, больше свободы для тебя. Как тебе такое? Но при одном условии, — эта фраза заставила пирата выйти из раздумий и серьезно уставиться на Волкера, — ты отдашь мне девчонку, ты знаешь прекрасно, — он сделал акцент на последнем слове, — какую. Забудешь про нее нахуй! Я буду снабжать тебя лучшими сортами наркоты, ты знаешь, мне это не составит труда, тем более для тебя. Тем временем та самая девчонка, дрожа от холода, скиталась по джунглям, реагируя на каждый шорох позади. Она все же думала, что ее преследовали. Она понятия не имела, куда держала путь, но останавливаться не могла, ее состояние ухудшалось то ли от чрезмерно сильно накатившей физической боли, то ли от стресса. Если бы она могла только краем уха услышать их разговор, она была жалобно размахивала руками, сигнализируя Ваасу, чтобы тот переступил через себя и отказался от предложения, настоял на своем. «Перестань быть бесчувственным зверем, позволь себе быть человеком! Остановись, блять, хоть на секунду забудь о своей дикой, холодной, бессердечной, эгоистичной стороне личности!» «Она ведь у тебя не единственная. Ты это уже показал!» «Она не единственная!» Ваас думал. Улыбался и думал. Хойт продолжал что-то восторженно говорить, подначивать пирата, чтобы тот согласился. А Сабина все бежала, задыхаясь и спотыкаясь о каждую неровность на земле. Холод окутывал ее тело, заставлял кожу белеть, становиться твердой, онемевшей. Какой-то хищник, вероятно, учуял ее запах, запах жертвы. Поспешил за ней урваться. Бежать становилось тяжело, будто на плечи упала груда камней. Девушка начала плакать без весомой на то причины, ее огромной океанской волной накрывала истерика. А океан в тот момент бушевал, хоть увидеть этого она не могла. Небо рассекала молния. Через каждые десять секунд раздавались новые раскаты грома, сотрясавшие джунгли. Гроза была прямо над ней. Листья шипели, как змеи, кусты тряслись, обстановка вокруг нагнетала. Сабина в очередной раз споткнулась, упав, залилась горьким плачем. — Пожалуйста, — шептала она неизвестно кому. Никто ее не слышал, кроме одинокой никому не нужной растительности. — Пожалуйста. А Ваас все думал, его глаза потупились на одном месте, он больше не слушал Хойта, а полностью погрузился в собственную голову. Там велась кровопролитная война с самим собой. «Чего ты жаждешь больше? Ее или истинного удовольствия?» «Можно выбрать только одно». «Хойт сказал, есть только один вариант». «Сейчас есть только один вариант». «Что, если я откажусь?» «Не-а, нихуя я не откажусь». «Нахуя мне девчонка, когда подвернулся такой шанс загрести все под себя, ебать!» «Ну, а если откажусь?» — Ты долго думаешь, Ваас, меня это напрягает, и я тороплюсь. Не буду же я стоять тут с тобой весь день, да еще и ливень этот злоебучий, — буркнул Хойт, вытираясь от воды, — Там с рабами нужен глаз да глаз, чтоб не в джунглях под деревьями прятались, а строили тебе новую базу! — Хорошо, — коротко выбросил Ваас, выдохнув, а затем улыбнувшись, как ни в чем не бывало. — Хорошо что?.. — Да я согласен на твое предложение, Хойт, конечно. Это большой подарок для меня! — Монтенегро с наигранным дружелюбием хлопнул Босса по плечу. — О! — будто того не ожидая, воскликнул мужчина. — Здорово, ага. Где… Не дав ему закончить вопрос, Ваас молча указал рукой направление на бунгало, незамедлительно развернувшись и уходя. Гроза не утихала. А внутри творился кромешный ужас, который невозможно описать. Представьте, что все вокруг вас рушится с диким грохотом, растворяется, просто исчезает? Что бы вы сделали? Наверняка бы, сидели на одном маленьком клочке земли и плакали. Ровно, как и она.