21. На пути к безумию

POV Сабина Бласковиц Уснуть я так и не смогла. Лежа в постели Вааса, я считала овец, петухов, тигров, но никак не могла сомкнуть глаз, моя собственная голова не давала покоя. Хотелось ее оторвать. Ваас так и ни разу не появился с момента, как мы разошлись у входа в лагерь. Но это и к лучшему, мне чрезвычайно требовалось побыть в одиночестве, чтобы расставить все по своим местам. Я все еще не могла отойти от минут, когда Ваас размахивал кинжалом перед моим лицом, рассказывая о безумии и о том, какая я бездарная. Должна признать, мне снова было обидно и, более того, я верила каждому его слову и верила в то, что он меня убьет, но он как всегда оказался непредсказуем. Я должна была догадаться, что смерти Цитры он желал сильнее, но в тот момент все друг на друга навалилось. Как я вообще могла позволить какому-то незнакомцу вести меня куда-то? Ах да, я же была вдребезги пьяна. А пьяна потому, что Ваас трахнул какую-то суку. Моя кровь моментально забурлила, и я вскочила, чуть ли не бегом побежав на улицу. Пираты уже во всю занимались делами, кто чем: кто-то собирался на охоту, кто-то атаковать ракьят, а кто-то патрулировал лагерь. Вот он-то и был мне нужен. — Эй, ты! — грубо выкрикнула я. — Где девчонка? Блонда какая-то? Вглядевшись в лицо пирата и его телосложение, до меня дошло, что он был в хате в тот момент, когда Ваас кружился над пленницей. Я довольно улыбнулась, но непонимание на лице пирата возрастало с каждой секундой. Тогда я решила прояснить: — Ты там был, я видела. И ты, наверняка, был там, пока Ваас с ней развлекался, — я нахмурилась. — Че? Теперь я вообще нихуя не понял, — пират поднял брови. — Ну была блонда тут, да, мы ее там потрепали знатно, но Ваас с ней не развлекался… Ну, по крайней мере я не видел этого, но я там был все время. — Понятно. «Значит Цитра и это подстроила ради моей плачевной реакции. Умно. Так про какое там девчачье поведение говорила она, которое сильно нравится Ваасу? Видимо, в этом она оплошала». — Ну так где блонда? — я настояла на своем. — В клетке, блять. — Спасибо, блять, — я передразнила замученного мной пирата и двинулась к клетке, по пути захватив пистолет из оружейного ангара. Пират, стоявший на страже порядка у этого места, даже побоялся что-либо мне возразить. Должно быть, мое чрезмерно серьезное выражение лица его остановило. Я шла быстро, словно опаздывала на самолет, который бы забрал меня нахуй с этого острова, на котором я медленно, но верно сходила с ума. Совсем скоро я добралась до бамбуковых клеток, но пленники даже не обратили на меня внимания, пока я демонстративно не сняла пистолет с предохранителя, между тем рассматривая содержимое клеток. Я узнала ее сразу, может быть, потому, что она была единственной блондинкой, а может и потому, что ее лицо вызывало у меня агрессию и, вместе с тем, отвращение. — Как тебя звать, милая? — прошептала я, присев на корточки перед клеткой. — М… ма… Малия, а… ты кто?.. — ее голубые кукольные глазки смотрели то на меня, то на оружие. — А я пришла за тобой, — я выстрелила в замочную скважину, и дверца в клетку с хрустом отворилась. Девчонка вздрогнула, когда я грубо взяла ее за шкирку и потащила ногами по земле. — Видимо, с предыдущего раза ты не оправилась, но ничего, все пройдет быстро, — я улыбнулась, бросив ее на землю неподалеку. Я знала, что за мной наблюдали пираты, потому что один из них сразу же подбежал к открытой настежь клетке, в которой сидели другие заложники. Но у них, конечно, кишка была тонка встать и побежать вон. Теперь уже знакомая мне Малия взревела и, сидя на земле, умоляла меня ее не трогать. В тот момент я полностью убедилась, со мной было что-то не так. Я стала другой. Мне нравилось видеть ее страдания, меня забавляло и возбуждало чувство крови и мести, я хотела принести ей смерть, а себе удовольствие. Странно ли это было для меня? Определенно. Это как запретный плод, который ты однажды вкусишь и больше не сможешь остановиться. Теперь я четче понимала, что двигало Ваасом, когда он убивал людей. Тот, кстати, сразу пришел на звук, я увидела его стоявшего в стороне. Его руки были скрещены на поясе, а на лице широкая улыбка и в то же время удивление. Он решил не мешаться. — Зачем ты это делаешь? Почему? — терзала себя вопросами блондинка, но я даже не взглянула на нее, а просто наставила на ее голову пистолет, смотря Ваасу прямо в глаза. — Он знает, почему, — я кивнула в сторону главаря, но та не успела обернуться, прогремел выстрел. Казалось, бурлящая горячая кровь прожжет мою кожу изнутри, и все содержимое вен выльется наружу. Я не улыбнулась, не усмехнулась, когда посмотрела на труп, но действительно чувствовала себя освобожденной. Через минуту там мой след простыл, а вслед себе я услышала: — Что это, нахуй, щас было? И смех. — Не-не-не, подожди, — Ваас бежал за мной, успев ухватиться за мое плечо, — ты че устроила там? — он продолжал смеяться. — То, что должна была. — Ага, окей, да, я понял, — он закивал, — но ты же в курсе, что я ее даже не трахал? Это было нае-ба-ло-во, — пират ухмыльнулся, — а ты девчонке ни за что, получается, мозги вышибла. И вообще-то, это был мой товар! — Ты сейчас делаешь вид, что тебе не похуй на какую-то швабру? — раздраженно спросила я, Ваас опешил. — Ты че, башкой ударилась в ночи или что? Querida, ты ведешь себя безумно. — А, да? — я наигранно засмеялась. — Посмотри на себя, блять. И что с тобой стало на этом острове, а я еще хорошо держусь, — я похлопала его по плечу, и моя рука была успешно перехвачена. — Угомонись, блять, — он проговорил тихо, но настойчиво, — ты создаешь дохуя шума, мне это не нравится. Кто-нибудь спизданет Хойту, что ты здесь, и всему крышка. — Так давай его убьем нахуй тоже? — я расправила руки, широко раскрыв глаза. — Давай, блять, приделаем ему ножки, как твоей сестренке, а?! Я видела, что Босс понятия не имел, как реагировать. Да и я сама была не в восторге от своего поведения. Та я, что осталась лишь голосом в голове. — Ты и правда ебанулась, мать твою, — Ваас почесал репу, — не ори, блять, ради бога! Голова трещит! Этот пистолет щас окажется у тебя в заднице. — Иди другим втирай чушь, Ваас, — отмахнулась я, развернувшись, но его рука сжала меня только крепче. — Блять, — он усмехнулся, а затем повел меня куда-то. Я сразу смекнула, что вел он меня в свою хату, вернее, в нашу, раз уж на то пошло. Он толкнул меня внутрь, захлопнув дверь позади себя, а затем снова совершил толчок в мою спину так, что я едва успела обезопасить свою голову от удара о стену. Ваас разверенул меня к себе, придавливая своим телом и вырывая из руки 1911. Пистолет в следующую секунду был приставлен к моему виску. — Стреляй, — я улыбнулась, прошептав это слово ему в губы, — но я уже знаю, что ты этого не сделаешь. Он выстрелил, но в стену, я вздрогнула, слегка взбодрившись. Агрессия меня отпускала, излишняя самоуверенность тоже уходила прочь. Бешеный взгляд Вааса стал наводить на меня сомнения. — Ты, блять, больная что-ли? Одумайся, сука! — рявкнул Монтенегро, спрятав пистолет в кобуру. Его рука легла на мою шею, с легкостью ее придушив. Я задержала дыхание. У обоих в глазах горело, а губы сильно сушило. Ваас жадно облизнулся, рассматривая мое лицо, словно видел его так близко впервые. Теперь нами овладевала страсть, буря эмоций, жар. Он вцепился в мои губы своими резко, как набросившийся на добычу лев, его плечи напряглись, виднелся рельеф мышц. Я поддалась его напору, приоткрыв рот, давая его языку дорогу. Он кусал мою нижнюю губу, словно это не причиняло мне никакой боли. Но действительно, боли не было, только саднящее возбуждение внизу живота. Он рычал, его кожа покрылась мурашками, он полностью выдавал свои желания. Дыхание было напрочь сбито, когда он толкнул меня на кровать, и я упала на спину. Его массивное тело нависло над моим, он держался на одних локтях, впиваясь в мои губы и обсасывая их. Я чувствовала, как во мне что-то пархало и своими крыльями царапало стенки грудной клетки. Наши языки сплелись в горячем танце, мы словно хотели их откусить друг у друга. Я прикрыла глаза, растворяясь в наслаждении, когда Ваас ласкал мою шею, спускаясь ниже. — Почему ты все еще в одежде? — раздраженно произнёс он, разрывая на мне футболку. Я услышала звук расстёгнутой ширинки, а желание уже пульсировало в голове. Ваас действовал резко, торопился, приспустив свои штаны и выкинув красную майку в сторону. — Ну давай же, — сквозь зубы процедила я, — я хочу знать, как трахается безумец. Монтенегро это взбодрило, и в следующую секунду он, словно по маслу, зашел в меня резким толчком. Его движения были напористыми, грубыми, он не переставал кусать мои соски, а затем зализывать их. Каждый мой стон зажигал новый огонек в его глазах, его смуглая кожа покрылась мурашками. Я обняла его спину одной рукой, другой прижимала его бедра плотнее к себе, сигнализируя о том, что хотела быстрее, жестче. Я царапала ногтями его спину до крови, а он покрыл всю мою шею укусами. — Это все мое, — запыхавшись, шептал он, — вся ты, querida, моя. И я не спорила, прикрыв глаза, когда приближалась к оргазму. Мое тело содрогалось в конвульсиях, Ваас едва мог удержать меня под собой, потому что сам был на пороге бурного окончания. Меня словно прострелили ниже пояса, я вскрикнула и вместе с тем протяжно застонала, снова вцепившись в его губы. Моя голова кружилась, воздуха было мало, я словно взлетела над землей. — Бля-я… — выдохнул Монтенегро, плюхнувшись рядом со мной, пытаясь выровнять дыхание. — Ты и правда ебанутая, — он усмехнулся, посмотрев в мою сторону. — Разве это… плохо? — Хорошего тоже мало, я ведь тоже ебанутый, — он прикрыл глаза. За последнее время это был самый спокойный и самый нужный отдых.