Тебе это нравится.

Sour Diesel — ZAYN

Love me — Exhabit

Стук черных каблуков раздаётся в практически полностью безмолвном коридоре. В холодных пальцах чужая перьевая ручка. Дело по Франции закончено. Всё решилось на переговорах днём ранее, сегодня же обговаривались последние организационные моменты. Весьма успешно. Девушка стучит в кабинет, томно выдыхая, а затем заходит внутрь. Он сидит за столом, оценивающе рассматривая какой-то лист. Глаза обращаются к ней. — Грейнджер? — Малфой выгибает бровь. — Ты оставил у Бруствера ручку, — она приподнимает предмет в воздухе и, сделав два ленивых шага, показательно кладёт её на стол. — А я доблестно решила тебе её передать. — Добрая душа в чёрном плаще, — Малфой кивает. Ясно, что в его словах усмешка. Он скользит по ней взглядом. — Это пальто. — Красивое. — Разумеется, — само собой, — оно же на мне. Подобие провокации. Зачем? Без понятия. Молча наблюдает за его реакцией. — Верно, Грейнджер. Собой ты украшаешь всё, — саркастично. — Мои месячные отчёты в том числе. — Кажется, твои отчёты даже я не в силах исправить. — Кажется, ты постоянно их правишь. — Иного выхода нет. — Или тебе просто нравится исправлять меня, — он встаёт со своего места, опасно медленно направляясь к ней. Его серые глаза ловят её карие. — Контролировать. Ставить меня на то место, которое ты считаешь нужным. Гермиона надменно смотрит на него. Он высокий. На голову выше её. — Твои фантазии меня, сказать честно, не интересуют, — фыркает Грейнджер, посмотрев на пол, а затем снова ему в глаза. Его уголок губ дёргается на мгновение и застывает. — Это не фантазии, это уверенность. На самом деле, я думаю, что ты не всегда такая. Её мысль о том, что он думает о ней, заставляет внутри поднять волну, с какой она не хочет иметь дела. Малфой делает ленивый шаг к ней. — Этот постоянно сосредоточенный вид, надменность, контроль. Эти каблуки, обычные, но такие граничащие с чем-то недозволенным юбки. Роскошь в прямом смысле слова, — он оглядывает её с ног до головы, его глаза темнеют. — Везде одна и та же идеальность и погоня за главенствием. Брошенные фразы, кокетство, будто ты играешь и хочешь доиграться. Она делает совсем тихий вздох. — Всё в тебе кричит: не трогай меня. Но ещё громче кричит: попробуй. Грейнджер не двигается. Малфой приподнимает руку, но внезапно останавливается в миллиметре от её ключиц, понимающе глядя. — Мне даже не надо тебя касаться, — он улыбается. — Ты уже горишь. Скажи, если я не прав. Она с трудом набирает в грудь воздух. — Ты не прав, — не своим голосом. — Лгунья, — он прищуривает глаза. Они долго смотрят друг на друга. В её шее бешено стучит пульс, а пальцы покалывает искрами. Малфой приближается к ней, медленно, без права на «нет». Его пальцы оказываются на её шее, она чувствует на коже холод его колец. — Ты не остановишь меня, — почти шепотом. Мерлин, как же ей хочется сказать «остановлю». Отойти, сделать шаг назад, доказать ему, что он не знает, чего она хочет, ибо сам такой же. Он обхватывает её подбородок пальцами, но не притягивает к себе, а сам наклоняет голову и касается её губ. Неспешно. Не грубо. Проверяюще. Несмотря на неторопливость, она ощущает ток. Он целует её так, будто думал об этом. Может, так и есть. Она не отвечает первые мгновения, но сдаётся, делая шаг вперёд, обхватывая своими пальцами запястье его руки, которая держит её за подбородок. Впивается своими губами в его, желая вкусить больше. Мужская рука зарывается в волосы на её затылке, наклоняя назад. Ведьма глухо откидывает свою сумку на маленький диванчик рядом, когда другая его рука, что была на щеке, притягивает её за талию ближе. Малфой берёт края её пальто и начинает требовательно тянуть вниз, пока её собственные пальцы гуляют по его груди, нащупывая пуговицы белоснежной рубашки под пиджаком. До этого спокойный поцелуй начинает переростать во что-то более быстрое, желаемое. В какой-то момент, когда она проходится зубами по его губе, Малфой резким движением берёт её за место, ниже ягодиц, и, сметая одним движением руки все принадлежности, письма, бумаги, усаживает на своём столе. Забравшись под черную блузку с кружевным разрезом, он находит её грудь, сжимая. Вырывая неожиданный стон. — Ты просто кошмарна, Грейнджер, — раздражённо говорит он, проводя руками по её чёрной кожаной юбке. Одной из тех самых, что граничат с недозволенным. — Тебе это нравится, — выдыхает она. — Слишком очевидно, — Малфой тянет её за волосы назад, наклоняя, и опускается губами на её шею. — Гребаные духи. Ты ведь даже не понимаешь, какой шлейф остаётся после тебя. Этот кабинет весь в тебе. Я весь в тебе. Гермиона прикрывает глаза, еле удерживаясь на месте, скользя тонкими пальцами по его шее. Она чувствует как сжимается его рука на её бедре. Он тянет края ткани блузки вверх, Грейнджер снимает её, открывая вид на чёрное бельё, охватывающее её грудь самым лучшим образом. Кончиком пальцев Малфой ведёт линию по её руке, останавливается на лямке и сбрасывает её. Находит застёжку сзади, с усилием справляется с ней, откидывает лиф на несчастный диван. — Потрясающее бельё, но без него ты эффектнее, — говорит он, припадая губами к месту выше груди, медленно спускаясь всё ниже. Когда его наглый рот находит её сосок, Гермиона судорожно вдыхает воздух, стараясь заглушить стон. Ей нужно сконцентрироваться, чтобы наложить заглушающее и запереть дверь, но Малфой совсем не культурно обхватывает её грудь, заставляя приоткрыть губы от удовольствия. Она пытается удержать равновесие и расстегнуть хотя бы несколько пуговиц на его рубашке. Запускает руки под неё, очерчивая пресс, борясь с тем, чтобы разорвать её к чёрту. — Сними пиджак, — раздраженно произносит. Малфой усмехается, но делает то, что она сказала. Заодно расстёгивает последние несколько пуговиц на рубашке, за что она благодарна. Он раздвигает её ноги по сторонам, устраивается между ними, обхватывая бёдра, когда она притягивает его за воротник рубашки к своим губам. Малфой проводит ладонью, доходя до её лодыжки, а затем медленно снимает один из её каблуков. Второй падает на пол за первым. Гермиона блаженно выдыхает в поцелуй. Чужое тело вжимается в неё, он ловит её рот губами, жадно целуя снова. Его ладонь находит её талию, спускается ниже. Он резко задирает её юбку. Не отрываясь от губ, начинает снимать свои кольца. Боже. Она дотягивается до его шеи, оттягивает назад, проводя языком по коже. Чувствует, как он тяжело дышит. Его ладони подвигают её ближе за задницу, меняя угол. Пальцы находят край её белья. Он отодвигает ткань, его палец скользит между её складками. Гермиона стонет. — Ты всё ещё считаешь меня проблемой? — спрашивает он возле её уха, когда его пальцы начинают двигаться внутри неё. Возвращает ей её же слова. Теряясь в ощущениях, она приоткрывает рот, чтобы сказать что-то колкое. — Ты... Но Малфой разводит её ноги шире, находит клитор. — Да? — переспрашивает, чувствуя, как она вздрагивает от удовольствия. — А ты всё ещё считаешь, что я холодная и высокомерная? — И до ужаса красивая, — он слишком интимно целует её в подбородок, пока она в очередной раз вздрагивает от его действий внизу. — Запомнила, какая молодец. — Ты много разговариваешь, не находишь? — хрипло. Девушка ведёт ладонью по его торсу, а затем кротко касается чужой эрекции через штаны. Малфой шипит. — Тебе нравится мой язык. — Могу поспорить, — она стонет, когда раздвигает ноги чуть шире, и его пальцы задевают её чувствительную точку. — Обычно своим наглым языком хвастаешь только ты. Мужские пальцы замедляются, входя медленно, заставляя её напрячься, схватиться за его плечо крепче. — У кого ещё язык нагл... Неожиданно он отстраняется и ей хочется хныкать от недовольства. Малфой перемещает её, разворачивает спиной к нему, надавливая на поясницу, чтобы она прогнулась. Голая грудь касается дерева. — Отвратительная юбка. Надевай чаще, — произносит, ведя молнию юбки вниз, снимая. Он касается её мокрых складок, до её слуха доносится звук расстёгивающейся пряжки ремня. Она не видит. Всё внутри сжимается от грязных мыслей, ожидания того, что он сделает. Все ощущения обострены. Одна его ладонь ложится на её талию, Малфой наклоняется, его грудь почти касается её спины. Чертов язык находит место ниже шеи, зубы чуть прикусывает кожу, вспышка боли, зализанная его языком. Грейнджер ощущает как его эрекция касается её промежности. Она приоткрывает губы, делая вдох. Он входит медленно, но затем резким толчком врезается в неё до конца, вырывая стон. Её ладони вжимаются в стол, а глаза смыкаются от удовольствия. Он продолжает медленными толчками, её бёдра начинают двигаться. — Как ты хочешь, Грейнджер? — слышится у её уха хриплый шёпот. — Уверенно, — выдавливает из себя она. Малфой оставляет поцелуй на её плече, отстраняясь, крепче обхватывая её талию. Как она и просила, начиная без колебаний заполнять её. Её задница развратно ударяется о его тело со шлепками. Его ладонь накрывает её грудь, идеально сжимая. Двигая бёдрами, девушка тяжело дышит. — Совершенная, — произносит Малфой с нескрываемым, блядь, восхищением, и ей плохо от этого. Она тонет от того, как его пальцы гуляют по её телу. Как она хочет. Как хотела раньше. Как, она даже готова предположить, будет хотеть. Эти пальцы, обычно оправленные кольцами из белого золота или серебра. Неожиданно его рука перемещается, проникает между краем стола и её телом, начиная стимулировать клитор. Гермиона прижимает ладонь ко рту, заглушая вскрик от бешенного разряда, прошедшегося по всему телу. Спина выгибается. — Пожалуйста, — другой рукой Малфой отодвигает её руку от её же губ, желая слышать. Пожалуйста? Он когда-то говорил ей пожалуйста? Он начинает ускоряться, размашисто выбиваясь в неё. Выравнивает её тело, прижимает к своей груди. Она почти уверенно стоит. Почти достойно для его пальцев, вырисовавающих круги на её чувствительном клиторе. Губы Малфоя прижимаются к ложбинке между её шеей и плечом. Это похоже на поклонение. — Малфой... — каждый дюйм её тела с каждой секундой становится всё восприимчивее. Сладостной болью отдаёт внутри. Его ладонь обхватывает её грудь, просто добивая. Она откидывает голову на его плечо, прерывисто дыша. — Давай, Грейнджер, — Малфой зарывается в волосы у её уха. — Кончи для меня. Быстрые толчки, его пальцы на клиторе доводят её до конца, заставляя разбиться. Оргазм накрывает её с головой, всё внутри взрывается искрами. Она чувствует, как ладонь Малфоя уверенно ложится ей на рёбра, удерживая. Хватает ртом воздух. Пара мгновений. Он, уткнувшись в её затылок, кончает за ней, испуская приглушённый стон. Они дышат в унисон. Воздух ещё не успевает остыть, кожа всё ещё помнит прикосновения. Тишина кабинета накрывает. Малфой первым чуть отстраняется, будто медленно возвращается в привычную реальность. Безмолвие становится несколько неловким. Кажется, они оба впервые теряются, и это пугает. Что глупо. — Это было... — начинает он. — Ошибкой? — она не двигается, не поворачиваясь к нему. — Я хотел сказать «насыщенно». Шорох его одежды. — Комплименты для меня у тебя получается делать лучше, — она протягивает руку к своей рубашке, понимая, что ей — желательно — нужно найти свой лиф. Он фыркает, молчит пару секунд. — Не так я планировал провести конец своего вечера. — Ну, ты всё равно никогда не планируешь. Пауза. — Хочешь уйти? Гермиона замирает. Не слышит будничной усмешки. Только серьёзность, почти до конца скрытый оттенок печали. Непривычно. Она всё же оборачивается, сталкиваясь с его глазами. То, что она хочет сказать, кажется, интимнее всего того, что они делали чуть ранее. Гермиона медленно качает головой. — Не хочу. Его глаза сверкают от игры света. Она добавляет: — Только если ты не хочешь, чтобы я ушла. — Не хочу, — уверенно. Она медленно кивает. — Отлично. Подай мой лиф, который ты так варварски кинул на пол. Усмешка на его губах. — Я был... Увлечён. Она прикрывает глаза, смакуя эту фразу. Оба одеваются, Малфой магией собирает все скинутые им со стола вещи обратно. Гермиона молча наблюдает за этим, поправляя свою юбку. Когда он поворачивается к ней, она подаёт ему пиджак. Он надевает его. — У тебя на губах моя помада, — девушка смотрит на его уголок губ, где красуется след. — Не хочешь стереть? — Ещё чего, иди так домой, — отрезает. Он усмехается. В голове проносится воспоминание. — Ох, точно, — Гермиона открывает свою сумку и достаёт небольшое письмо с министерской печатью. — Это твоё, — протягивает. Малфой хмурится, забирая письмо. — Что это? Грейнджер не отвечает, наблюдая за тем, как он вскрывает письмо. Начинает читать. Малфой поднимает на неё глаза. — Ты серьёзно? Она облизывает губы. — Вполне. Только не говори, что ты передумал. — Разумеется, нет, — он хмыкает. — Подожди, то есть теперь можно сказать, что я соблазнил тебя ради повышения? — его губы растягиваются в наглой ухмылке. — Ты придурок, мой ответ краток, — она закатывает глаза. Кажется, теперь её жизнь станет в два раза интереснее. Ведь в руках у Малфоя его повышение до её заместителя с подписью Кингсли и её собственной.