22 дня до Нового года

      Робот пылесос не выдержал целого дня работы и вернулся на станцию подзарядки, казалось, вяло и изнурённо. Варя же в свою очередь вытерла пыль везде, где только могла. Долго решала, какую одежду ей надеть — повседневную или домашнюю. Остановилась на втором варианте, выбрав самый новый комплект — на тёмных штанах нарисованы коты, играющие с луной, и на футболке один большой кот. Варя даже накрасилась — так легко и незаметно, чтобы никто и не понял, что она накрашена. А волосы забрала в две косы, которые, когда она ходила, били её по бёдрам, небольшая смена имиджа внесёт свежесть в её общий образ.       Обычно они с подругами на подобные посиделки либо пекли что-то простое вроде пирога, либо заказывали еду. И Варя постаралась превзойти саму себя — испекла небольшой тортик — немного кривенький, но в целом милый.       Ожидание двух часов дня казалось сплошной пыткой. Сердце ни с того ни с сего начинало биться быстрее, захватывало дух. Варя уже в десятый раз подходила к зеркалу, чтобы проверить — всё ли в порядке с её внешним видом.       Первыми пришли Алёнка и Снежка — минут за десять до назначенного срока –Маша же слишком боялась провалить экзамены, чтобы пойти готовиться к конкурсу вместе со всеми, лишь пообещала, что к вечеру отправит черновик сценария.       Снежка подошла к Варе и с милой улыбкой шепнула:       — Если он сделает что-то не так — мы можем его выгнать.       Эта фраза чуть-чуть успокоила. Варя — хозяйка дома и в любой момент может просто выгнать Влада. Или сама убежит в ванную и больше не выйдет оттуда.       С опозданием на семь с половиной минут — Варя то и дело поглядывала на часы — пришли и мальчики. Алёнка пошла вниз открывать дверь, а Варя, наконец, попыталась вспомнить, где в последний раз видела ключ от чердака — стоило позаботится об этом заранее.       Собственные движения казались ей не естественными — она не знала, в какую позу встать, чтобы выглядеть нормально и Влад ничего не заподозрил — почему-то мысль о том, что он узнает о её чувствах ужасно пугало. Возможно, Варя боялась невзаимности намного больше, чем думала изначально.       Вот уже поднялись Саша с Васей — последний сразу встал рядом со Снежкой и оба начали шептаться, а Алёнка и Влад всё ещё топтались у лестницы.       Саша озадаченно посмотрел на явно нервничающую Варю, от волнения закусывающую ноготь на большом пальце.       — Я не помню, где ключ, — сказала Варя в ответ на вопросительный взгляд парня.       — Ничего, сейчас, — Саша перегнулся через перила и кринул вниз. — Влад! У тебя отмычки с собой?       В ответ Влад крикнул, задрав голову:       — Нет, но может и шпилек хватит! Смотря какой замок!       Саша с победным выражением лица развёл руки:       — Вот, вопрос с замком решён!       Вскоре Алёнка и Влад поднялись на второй этаж — всей компании едва хватало месте на балконе второго этажа. Гиперактивная подруга при этом выглядела обеспокоенной и даже вялой, она то и дело посматривала на Влада, будто он какая собака бешенная, что вот-вот накинется на всех. Влад же не мог удержать ехидной улыбки, предвкушая что-то интересное.       Парень поднялся по чердачной лестнице и начал колдовать над замком. Через пару секунд он щёлкнул и люк открылся. Влад полез наверх, и вскоре его фигура исчезла в проёме.       — А что мы ищем? — глухо прозвучал его голос где-то сверху.       — Большую коробку с костюмами, — ответила Варя.       — О! Нашёл! Ну и пылищи тут!       — Сам справишься? — протянул Саша, явно не желая купаться в пыли.       — Справлюсь.       — Вот и сла-а-а!       Свет на чердаке выключился, и из темноты на парня выскочила ободранная волчья голова.       — А-ар!       Саша отшатнулся, Варя и другие вздрогнули от неожиданности, как волчья голова упала, и Влад остался висеть вниз головой без неё с виноватой улыбкой на губах.       — Может, у нас тут есть Мери Джейн, не зря же я тут вишу? — Влад обвёл всех присутствующих взглядом. — Саша?       — Ты идиот, — парень дал другу затрещину и сам поднялся наверх.       И вдвоём они, наконец, спустили огромную коробку вниз и затащили в находящуюся рядом Варину комнату.       В детстве Варя могла днями придумывать костюмы, а потом шить их — даже не на себя, а просто так. В те времена у неё даже не было швейной машинки и шила она вручную. А уже потом перешла на блузочки, юбочки, совсем перестав фантазировать.       Теперь они всей компанией разбирали эту коробку, разглядывая и примеряя на себя шляпки, перчатки, плащи. Влад нашёл где-то на дне раскрашенные деревянные мечи. Один бросил Саше, а свой начал раскручивать, перебрасывая из руки в руку перед собой и за спиной.       — Хватит уже понтоваться, — закатил глаза Саша. — Алёнка, эту победу я посвящу тебе!       И началась ожесточённая схватка, за которой все наблюдали со смесью удивления и страха, что парни из-за своего безрассудства могут заработать пару синяков, если не лишиться зуба. Варя же очень боялась за зеркало, приклеенное к дверце шкафа. Но движения парней казались такими выверенными и отточенными, что создавалось ощущение, что они знают все приёмы соперника на несколько ходов вперёд. У каждого выделялся свой собственный стиль: Саша орудовал мечом пламенно, энергично и в то же время как-то галантно, Влад был грубее, его движения были более размашистыми и компенсировал свою технику по большей части из-за превосходящей физической силы.       Варя как заворожённая следила за Владом, его азартной улыбкой. За тем, как на руках сокращаются мышцы, как тёмной тучей подскакивают волосы на голове.       И в одну секунду дуэль кончилась — парни, тяжело дыша, замерли с мечами у животов друг друга.       — Ва-ау, — вздохнула Снежка. Вася вспыхнул и отвернулся. Девочка же улыбнулась ему и шепнула ему. — Но спокойные мальчики мне нравятся больше.       — Как круто! — воскликнула Алёнка. — Жаль, что в сценарии нет поединка!       — Точно! — воскликнул Влад, уже потянулся к низу футболки, чтобы вытереть ею блестящее от пота лицо, но вовремя опомнился.       — Нет, Саше уже отведена роль Лешего, — возразила Варя и повела ухом от неприятного звука засвистевшего чайника. — Пойду тортик порежу.       Спустившись вниз, она достала из холодильника простой кремовый торт, украшенный замороженной клубникой. Поставив его на островок, Варя потянулась за ножом, как её накрыла чья-то тень, безумно приятно пахнувшая человеческим телом.       Она резко обернулась, и её нос почти дотронулся до футболки, с которой на неё поглядывал нарисованный дракон.       — Ой, — Влад сделал шаг назад, невинно улыбнулся и забрался на барный стул. — Не хотел тебя пугать.       — У тебя сегодня с этим проблемы, — закатила глаза Варя, думая, как порезать торт на шесть частей. Да кого она обманывала! И мыслей-то было, что пристально смотрящих на неё голубых глазах. — Что тебе нужно?       — Да ничего, я думаю, — сказал он, внимательно вглядываясь в её лицо.       А я точно выщипала брови? Пока она не убедится в этом, стоит держаться от Влада как можно дальше! Вдруг подумает, что… Что я неряха какая-то.       Варя отвернулась от него, а Влад положил голову на согнутые руки, чтобы продолжать видеть её.       Мысли метались в голове, сердце забилось так быстро, так волнительно. Варя попыталась дышать спокойнее, но от этого только перестало хватать кислорода, и паника накатывала ещё сильнее. Она уже молилась всем богам, чтобы кто-нибудь зашёл или чтобы Влад хоть что-то сказал!       А он только смотрел, наматывая её косу себе на руку. Варя с безумным взглядом повернулась к нему — даже тому, в кого она влюблена, не разрешается без спроса трогать её волосы.       — Отпусти.       Влад замер, глядя на неё снизу вверх оленьими глазами, и стал медленно распутывать свою руку, пока коса не ударилась о Варино бедро.       — У меня нет привычки перечить женщинам с ножом в руке.       Варя удивлённо посмотрела на нож в своей руке, будто в первый раз увидела. Отложила его и достала тарелки. Влад же зачерпнул пальцем одну кремовую горку и сунул его в рот.       — Ты… — впервые у Вари промелькнула мысль его выгнать. — Запомни, этот кусок твой.       А Влад застыл с широко раскрытыми глазами, не жуя и не глотая.       — Хватит придуряться.       Варя продолжила раскладывать кусочки по тарелкам, хотя внутри неё бушевала самая настоящая буря — по крайней мере, так ощущалось её внутренняя тревога.       — Да ты влюбилась, — проглотив через силу, засмеялся Влад.       Пальцы онемели, а к лицу наоборот прилила кровь. Варя вилкой отломила кусок торта и бросила в рот. В язык тут же вонзился резкий вкус соли, в уголках глаз навернулись слёзы. Крем, которым был пропитан весь торт, был полностью испорчен. Варя тут же поспешила выплюнуть его в мусорное ведро под раковиной.       Выпрямившись и закрыв дверцу, она тут же осела на пол, закрыв лицо руками. Даже забыла, что Влад здесь и смотрит на неё. Ей хотелось, чтобы всё было идеально. Чтобы она была той, в кого и правда можно влюбиться. А она даже соль от сахара отличить не может. Не зря белки не взбивались, стоило задуматься об этом, а не представлять как все хором хвалят её кулинарный талант.       Влад на корточках присел рядом и потыкал её пальцем в плечо.       — Ты чего? — он наклонился, чтобы сквозь пальцы посмотреть на её лицо. — Будто после пересоленного торта мы все с тобой разговаривать не будем.       Варя прижала руки к лицу только сильнее. А если у неё ещё и брови всё-таки не выщипаны!       — Ой, девчонки!       Через секунду Варя ощутила на своих плечах тяжесть его рук, как он притягивает её к себе — и вот её щека уже упирается в его грудь. Первая мысль — вырваться, вторая, более сильная — расслабиться, так, будто все кости исчезли из её тела, растаять, расплавиться. Послушалась она, конечно, вторую мысль и робко, нерешительно протянула руки, чтобы положить их ему на спину.       Приветственные объятия, родительские объятия, дружеские объятия — они чем-то похожи. А эти объятия — они другие. Варя ощущала под своими руками его позвоночник и рёбра, слышала его сердцебиение и дыхание над ухом, ощущала щекочущую вибрацию от его тела, когда он говорил, чувствовала приятный запах его тела. Мысль о том, что он — человек из плоти и крови, у которого есть внутренние органы, работающие на благо его выживания — завораживала. И этот удивительный биологический организм сейчас находился в её руках.       Она медленно выпрямилась, нехотя отпуская его, не поднимая головы. Стало стыдно за свои слова и поведение. Снежка была права, всё это от того, что она не может себе позволить выражать свои чувства иначе. А проявлять нежность и внимание страшно.       Варя подскочила и поспешила сбежать наверх, где есть её милые подруги.       — Ну и беда! Придётся заказывать что-то! — сказала Варя, лишь бы сменить тему. От нахлынувшего смущения и эйфории хотелось спрятаться куда-то или побежать, подпрыгивая как дитя.       Вбежав на второй этаж и подойдя к распахнутой двери своей комнаты, она постаралась скрыть улыбку, изобразить грусть, но всё равно она произнесла следующую фразу так, будто она безумно рада пересоленному крему:       — Ребят, моя стряпня испорчена, придётся заказать что-то, — чуть не смеясь, говорила Варя.       — Признайся, тебе просто хотелось роллов, — хмыкнул Влад из-за её спины, заходя в комнату вперёд неё.       Каким-то чудом Варя услышала, как Снежка шепнула Алёнке:       — Так странно Варю такой видеть.       Алёнка же натянуто улыбнулась, бледная и несвойственно тревожная, переводила взгляд с Вари на Влада.       Тогда Варя потрясла головой и села у коробки. Нужно было отвлечься, а то она своим блеском в глазах всех ослепит.       Точно! Заказать что-то!       До самого вечера у друзей была целая куча дел. Ребята разбирали коробку, ели заказанные роллы, Варя снимала мерки, делала черновой пошив и примерку. Особенно тяжело снимать мерки и примерять костюм было с Владом, но она старалась оставаться профессионалом. На удивление, за весь оставшийся день он даже не отпустил никаких колкостей. Только изредка со смесью печали и сожаления поглядывал, будто голодный на тарелку еды, до которой ему не добраться. Эти взгляды заставили Варю сомневаться, можно ли вообще рассчитывать на взаимные чувства. Может, он и правда хотел её просто успокоить без какого-либо иного умысла.       Уже перед уходом они начерно прогнали пьесу. Хотелось чего-то уникального, но Маша справедливо настояла на какой-нибудь легенде из мифологии — чтобы образы были знакомы, а сюжет понятен. Маша отрыла в интернете какую-то богом забытую легенду о Князе тьмы, который украл магию. Из-за него в нашем мире её и не осталось, а сам он, потеряв себя, по сей день скитается по миру, вынужденный жить в образе животных. Эта роль и досталась Владу, который, оказывается, ребёнком играл в театре.       Но в новый год не хотелось рассказывать такую мрачную историю. Поэтому Маша предложила дописать конец легенды, в которой Князь тьмы освобождается и в мир возвращается магия. Пока что никто не представлял, как это точно должно выглядеть.       Варя сидела вокруг кучи ткани и будто наяву видела, как костюмы погребают её под собой. Парни ушли и девочки остались втроём. Прошло много времени, а Варя, казалось, всё ещё ощущала на плечах тепло рук Влада.       — Да-а, Машка столько пропустила со своей домашкой! — потягиваясь, пропищала Алёнка.       Тревожность кольнула под рёбрами. Спрятанные под матрасом написанные на двойных листочках контрольные, казалось, горели, переливались и издавали сиреноподобные звуки, привлекая к себе максимальное внимание. Варе было плохо только от мысли, что они там лежат — с двойками и тройками, исписанные красной ручкой, и что она всё ещё не добавила туда пятничные контрольные. Они всё ещё лежат в рюкзаке, и мама в любой момент может захотеть взглянуть на них. Благо, она давно не проверяла дневник, да и интересовалась только финальными оценками. Но в любой момент может захотеть изменить себе.       — Машу тоже можно понять, — хмыкнула Варя, скосив глаза на кровать.       — Но готовится ко всем контрольным — это уже слишком.       — Машенька просто хочет соответствовать родителям, — сказала Снежка, упаковывая свой костюм в пакет, она сама его дошьёт, немного облегчив Варе работу. — Варечка, если я успею, я возьму ещё один наряд.       Варя кивнула, положив руки на плечи, будто разминая их. Но на самом деле это оказалось неосознанным желанием сохранить как можно дольше то тепло, что осталось в её теле. Влад и, правда, не такой плохой, как ей изначально казалось.              Даже вечером, греясь в ванной, из головы не выходил жар, исходивший от его тела. Что это, подростковая игра гормонов, или Влад — уникальный человек с температурой тела сорок градусов?       Варя с головой зарылась в пену. Стоило ненадолго расслабиться, как фантазии уносили её дальше и дальше, что внизу живота стал закручиваться неприятный узел желания. Варя закрыла лицо руками. В её возрасте ощущать нечто подобное — нормально. Но как же всё-таки странно смотреть на себя в зеркало и с каждым месяцем видеть, как несоразмерные из-за бурного подросткового возраста конечности становятся законченными, соразмерными, как исчезают детские черты лица.       Взросление. Я взрослею. Это слово пугало. Варя ещё не была готова к самостоятельности, к налогам, к работе. Если она не готова ко всему этому, так готова ли она к отношениям? Она не понимала. Варе и хотелось ощутить эйфорию, и поцеловаться, но что будет дальше, когда Влад выпустится, или когда уже и Варя выпустится. Ей в Москву ехать. Стоит ли эйфория боли от расставания? Как начать обречённые отношения, если она даже подруг потерять боится, а их она с пелёнок знает в отличие от Влада?       Нужен был совет кого-то взрослого, кому она сможет доверять.       Выйдя из ванны, Варя услышала с первого этажа копошение. Точно! Мама.       Варя пробежала с лестницы к коридору. Там, оперевшись о стену, Людмила снимала сапоги на высоких каблуках. Вид у неё был уставший и изнурённый. И тут Варя представила последующий диалог:       — Мам, я тут влюбилась и не знаю, что мне делать.       — Ты что, отношений с мальчиками хочешь? А как же учёба?       Рот так и не открылся, Варя просто испуганно смотрела на маму.       Та подняла голову и устало улыбнулась:       — Привет, не спишь ещё?       — А-а, нет, я там приготовила — картошку запекла и салат порубила. Но ты только торт не трогай, его выкинуть надо. Ладно, я пошла!       И Варя чуть ли не убежала в комнату.