The seventh letter

Адель. Говорят, время лечит. Это, наверное, самая часто произносимая ложь на свете. Люди повторяют её себе и другим — как заклинание, как мантру, чтобы выжить. Но я больше не верю в это. Не в нашем случае. Время не лечит. Оно просто учится жить рядом с болью, пристраивается к ней, делает её менее острой — но не менее глубокой. Боль становится частью ландшафта — как река в ущелье, как шрам на ладони. Ты его уже не замечаешь каждую минуту, но он всё равно с тобой. Всегда. Иногда мне кажется, что всё вокруг стало эхом тебя. Я иду по улице, и вдруг — запах твоих духов, лёгкий, ускользающий, но узнаваемый до мурашек. В автобусе кто-то слушает старую песню, ту самую, под которую мы смеялись в машине, когда ехали без цели. Прохожая поправляет волосы так, как это делала ты, когда нервничала. Я вижу тебя повсюду. Ты — в каждой детали, в каждом изгибе реальности, словно мир запомнил тебя лучше, чем я сам способен. Память — странная вещь. Она не подчиняется логике. Она не хронологична. Иногда она подсовывает мне такие мелочи, о которых я и не думал, что запомнил. Как ты складывала салфетку на коленях в кафе. Как смотрела на солнце, прищурившись, будто хотела его приручить. Как смеялась, запрокидывая голову, и мне хотелось остановить время, чтобы слышать это вечно. Я живу в этом хрупком сплетении прошлого и настоящего. Будто ткань, сотканная из твоего дыхания и моих попыток не забыть. Каждый день — это попытка удержать её, не дать расползтись, не дать ветру разорвать последние нити между нами. Я пишу тебе, потому что иначе не могу. Эти письма — не просто слова. Это моя форма дыхания. Если я перестану писать — перестану существовать в той реальности, где ты всё ещё есть. Ты — мой маяк. Моя тихая вечность. Ты — не в прошлом. Ты — за гранью времени. Мне часто говорят: «ты должен жить дальше». И я, кажется, даже научился делать вид, что умею. Но правда в том, что каждый мой шаг — это шаг с тобой. Каждое утро — это новое «привет», обращённое в пустоту, но с надеждой, что ты всё-таки услышишь. Иногда мне снится, что ты пишешь мне в ответ. Письмо. Пару слов. Или просто твоё имя, выведенное знакомым почерком. И я просыпаюсь с этой иллюзией на губах — сладкой, болезненной, настоящей. Пиши, если сможешь. Я всё ещё жду.