Часть 3

      Ночь была вязкой, как мрак в подворотне, из которой не выбраться. Город спал, но Питер был настороже. Он не мог позволить себе роскошь отдыха, не после всего, что произошло. Он брёл по крышам, будто спасался бегством от собственных мыслей — но они настигали его быстрее ветра. Под подошвами поскрипывали гудящие от усталости антенны, паутина рвалась о грани балконов, а внутри всё было натянуто, как струна, готовая лопнуть от одного неловкого прикосновения.       Он снова и снова прокручивал тот момент — ярость, хлестнувшая по венам, как яд, лицо Баки, искажённое болью и недоумением, слова, сказанные на улице. Они вырывались из него не потому, что были правдой, а потому, что ему было больно — до тошноты, до дрожи. Но теперь… Теперь всё ощущалось по-другому. Он смотрел вглубь себя и видел не праведный гнев, а обнажённую, бессильную злость, которая ни к чему не привела, кроме как к очередной потере.       Теперь Питер сидел на крыше, свесив ноги вниз, глядя на ночной город, и ждал. Хоть кого-то. Хоть какую-нибудь мелкую кражу, грабителя, хоть что-нибудь — чтобы выплеснуть остатки злости. Чтобы почувствовать, что он всё ещё может на что-то влиять.       И будто в ответ на его мольбу — где-то вдалеке что-то вспыхнуло, прогремел глухой взрыв. Питер мигом сорвался с места и метнулся туда, туда, где, возможно, его ждали приключения.       Огонь всё ещё тлел, когда он добрался. И там — среди клочьев дыма, потрескивающих обломков и запаха расплавленного пластика — он увидел его. Существо. Сгусток голубого света и энергии, пульсирующий, как сердце, вырванное из грудной клетки и забытое между мирами. Оно не принадлежало этому месту. Оно колебалось в воздухе, как призрачное отражение чего-то забытого, искажённого. В нём не было ни лица, ни голоса.       — Хей, электрический мэн, на хотите спуститься? — он помахал рукой. Слова слетели с его губ по привычке — фраза, маскирующая напряжение, шутка, которую нужно было сказать, иначе голос задрожал бы.       После слов Питера мужчина посмотрел на свои руки, после чего направил их на Питера, пуская в него электричество, из-за чего тот отлетел на пару десятков метров       — Это что ещё за Тор с АлиЭкспресс? — он поднялся держась за живот, после чего попытался зацепить того паутиной — но она прошла сквозь него. Словно он был призраком. Не успел Питер сообразить, как в него снова врезался разряд. На этот раз ток держал его в воздухе, тело дёргалось.       — Здесь всё ощущается по другому, мне определенно нравится — мужчина опустился на землю, снова осматривая свои руки, после чего посмотрел на Питера — я Макс       — Круто Макс, но не мог бы ты больше на пускать в меня электричество?       — Не пускать?       — Нет       — То есть вот так — Макс снова запустили в Питера электричество — Не делать?       — Нет — Питер согнулся пополам выставляя руки вперёд, думая о том что больше не будет загадывать таких тупых желаний, вечер пошел коту под хвост       — А так можно? — он ударил ногой Питера по спине.       — Та чё я сделал то мужик — крикнул Питер после очередного удара       — Ты явно не похож на парня что будет со мной в одной команде — Макс поднял руку для удара, но Питер, несмотря на боль, резко вскочил, ударил в живот и попытался схватить его, заломив руки. Но Макс увернулся, и снова ударил. Ещё. И ещё.       — Это не круто, мен        Питер с трудом выкрутился, внезапно бросив руку вперед и нанёс удар в солнечное сплетение, оттолкнув Макса назад. Он попытался быстро поставить его на колени и связать руки за спиной, но Макс ловко вывернулся, уходя из захвата. В ответ он нанес Питеру мощный удар в живот — от чего тот согнулся пополам, не в силах сдержаться, и несколько раз ударил ногой противника по голове.       Сил у Питера уже почти не оставалось — организм истощался, и через пару минут он рухнул на землю, тяжело дыша. Макс подошёл к лежащему на спине Питеру, схватил его за волосы и резко ударил головой о нос, вызывая хруст и резкую боль. Последний удар вот-вот должен был последовать, но металлическая рука внезапно остановила Макса, не дав ему продолжить.       Последнее, что помнил Питер перед тем, как потерял сознание — это лицо Баки, который бил его по щекам, пытаясь вывести из тьмы, и что-то настойчиво спрашивал.

***

      Питер проснулся не в своей квартире — хоть интерьер и был похож, вокруг царили тёмные тона, а плотные шторы не пропускали ни одного луча света. Он огляделся, пытаясь понять, где находится. На тумбочке рядом стоял стакан с водой и одна таблетка. Небольшой жар пробежал по телу, но, не раздумывая, он выпил таблетку, полагаясь на чутьё. Затем наконец внимательно осмотрел себя.       Бинты были на плече, живот тоже был перевязан, оттуда уже просачивалась кровь. Он встал и открыл первую попавшуюся дверь — ванную. Подойдя к зеркалу, Питер заметил, что половина лица была покрыта пластырями, под глазом — крупный синий синяк, на лбу свежий порез, губы разбиты, а ключица, похоже, была сломана.       Погружённый в собственные мысли и боль, он продолжал трогать лицо, пока в комнате не заметил движение. Насторожившись, повернулся и вернулся в комнату.       — О, ты уже проснулся, — усмехнулся Баки, открывая шторы. Вспышка света мгновенно озарила комнату, и Питер прикрыл глаза рукой.       — Ты что тут делаешь?       — Не думаю, что должен оправдываться перед тобой и объяснять, что делаю в своём доме, — спокойно ответил Баки, подходя к кровати и снимая простынь.       — Ладно, скажи лучше, что я тут делаю? — Питер закатил глаза, убрал руку с лица, наконец привыкнув к свету.       — Вчера я нашёл тебя в лесу. Тебя избивал какой-то мужик, — Питер наконец вспомнил произошедшее.       — Окей, — Питер нахмурился, но кивнул — а где этот мужик? Кстати, его зовут Макс. И почему я здесь?       — Ты был весь побит, а я просто проходил мимо.       — Мимо леса?       — И увидел, как Макс тебя бьёт, — продолжил он — решил помочь. Кстати, он из другой вселенной, так что Думаю, Стрэндж уже с ним разобрался, — Баки подвинул Питера подальше от прохода, бросил бельё в стиральную машину и запустил её.       — Ну всё же, что я тут делаю? — в третий, или какой там раз задал Питер тот же вопрос       — Ты был без сознания, отнести в больницу я не мог — там пришлось бы снять маску и раскрыть личность. Домой к тебе тоже не мог, наверняка у тебя там стоит какой-то протокол на меня, типа если Баки Барнс приблизится к твоему дому ближе чем на километр, стрелять в него до последнего вздоха. Так что я не рискнул и решил принести тебя сюда.       — Много ты о себе возомнил, — усмехнулся Питер.       — Не думаю. Судя по тому, как ты меня избил, — Баки усмехнулся, и Питер почувствовал, как стыд разливается по телу.       — Ты заслужил.       — Нет.       — Да.       — Нет.       — Да.       — Нет, Питер, не заслужил. Я не знал, что Валентина такое сделает — никто не знал. А ты, не разобравшись, полез на меня с кулаками и вывалил кучу дерьма на нас всех, — Баки лёг на кровать и облокотился локтями на матрас.       — Ладно, хорошо. Прошу прощения, — Питер поднял руки, искренне извинившись, чем удивил Баки. — Я был не прав. Только в той ситуации.       — Мы ведь о других и не говорим, — улыбнулся Баки.       — Вот и славно, — Питер сел рядом с ним на кровать, ощущая, как та прежняя ненависть постепенно растворяется. Возможно, злость и горечь, которые он испытывал к Баки, ушли вместе с избиением.       — Есть будешь?       — Да.       — Тогда пошли.