Глава I: Зов Крови

- О, нет, может ещё не поздно?! – лихорадочно думала Квентрит Кусланд, слетая с лестницы и с размаху в прыжке вонзая меч в шею солдату, не успевшему даже поднять щит. Не обращая внимания на его предсмертно-удивлённый хрип, она отпихнула его ногой и молнией метнулась во внутренний двор замка. Повсюду шли бои. Люди изменника Хоу убивали всё что движется, но эффект внезапности, похоже, уже прошёл и теперь они встречали какое-никакое сопротивление. Метнувшись вбок, Квентрит налетела на двоих неприятелей, ожесточённо теснящих одного из немногих вступивших в бой защитников замка, и не успел один из них повернуться к ней, как ему в висок ударил набалдашник эфеса её меча по имени «Чудесный», свалив его в глухой нокаут. Второй едва успел повернуться к ней и с разворота ударил её мечом. Длинный кинжал в её левой руке, больше смахивающий на короткий клинок, блокировал атаку сбоку, используя инерцию тела Квентрит, и продолжая движение, она на ходу сжала рукоять любимого «Чудесного» по-особому, отчего одна из рун на его клинке ярко вспыхнула, лезвие мгновенно покрылось синим цветом, резко обдав пространство холодом, после чего Квентрит воткнула меч с размаху в доспех бедняги, прорезав его как масло. «Чудесный» вошёл аккурат между ребер. Оставив оккупанта истекать кровью, она бросила спасённому солдату «найди остальных!» и помчалась дальше по внутреннему двору замка. Ей казалось, что очистить внутренний двор сейчас первоочередная задача, прежде чем идти в Большой Зал. Тем более, что эффект внезапности теперь скорее на её стороне. Люди вассала её отца напали на замок под покровом ночи, вероломно и подло. Эрл Хоу был одним из лучших друзей тейрна Брайса Кусланда. Нельзя сказать, что младшая дочь безраздельного владыки Севера Ферелдена, чей род в этой стране уступал в знатности лишь королевскому, очень любила «дядюшку Рэндона». Он всегда её чем-то раздражал, в отличие, впрочем, от его детей, но она это списывала на преемственность поколений, не более. В нём всегда было что-то отталкивающее, возможно, это из-за хищного выражения его лица, когда, сдвинув брови, он смотрел ничего не выражающими глазами. Как бы то ни было, он всегда оставался надёжным другом семьи, и подобное явилось для неё почти полной неожиданностью. Почти – ибо Квентрит проводила много времени в библиотеке замка Хайевер и с интересом изучала историю своего рода, включая и род Хоу, тесно с ним переплетающийся. Уроков с мастером Олдосом было явно недостаточно для не в меру любопытной младшей дочери тейрна Брайса и она предпочитала искать информацию самостоятельно. В их истории были некоторые моменты предательства, измены, сражений… особенно запомнилась ей не столь уж давняя история гражданской войны с правящим на тот момент королём Арландом, где было вырезано много её родичей. Недавно в стране началась война с порождениями тьмы, которые по словам очевидцев вылезли из своих нор на самом юге Ферелдена в большом количестве, чего не случалось со времён последнего Мора, который был уже много сотен лет назад. Сменилось столько поколений, что люди начисто отвыкли от всего связанного с этой темой и даже перестали воспринимать угрозу Мора, как нечто реальное. Даже сейчас, когда по свидетельствам очевидцев на юге страны хозяйничала уже целая орда, а в южную крепость Остагар направился с войском сам король, чтобы дать порождениям бой, многие люди считали, что это не настоящий Мор, так как архидемона, который и должен вести за собой орды  порождений пока никто не видел. «Нет Архидемона – нет Мора». Что же, возможно, в этом есть логика. Но Серый Страж по имени Дункан, неделю назад прибывший к ним в замок в поисках подходящего рекрута в Орден, настаивал на том, что это всё-таки настоящий Мор. Серому Стражу оно должно быть виднее, в конце-концов, во все времена их долг и состоял в том, чтобы бороться с Мором и убивать Порождений Тьмы. Но и Орден Серых Стражей в настоящее время был далеко не на пике славы, особенно в Ферелдене, откуда он был изгнан тем же королём Арландом, будь он неладен. Отец нынешнего короля, великий и почитаемый в народе Мэрик, изгнавший из страны орлесианских оккупантов, вернул Орден в Ферелден всего несколько десятилетий назад. Король Кайлан очень сильно восхищался Серыми Стражами, в основном, из-за своей великой любви к легендам. Но далеко не все разделяли его восторг. Квентрит Кусланд не знала, верит она в то, что это настоящий Мор или нет. В отличие от любителей досужих сплетен, у неё хватало ума понимать, что командор Серых Стражей не станет попусту болтать про Мор. Но когда он на приёме сделал прозрачный намёк, что не против был бы видеть в Ордене её, Квентрит – она чуть не расхохоталась ему в лицо, и так бы и сделала, не будь она лучше воспитана. Намёк Дункан вроде как понял, и присматривался к кому-то другому. Хотя, она не слышала, чтобы он кого-то в итоге завербовал. Наследником тейрна Кусланда по всем правилам являлся её старший брат Фергюс. Квентрит же был предназначен, скорее всего, «удачный брак», хотя в этом отношении она была спокойна. От власти она не откажется и партия будет соответствующей. Она была гораздо лучшим бойцом, чем её старший брат, хотя это и не было очевидным фактом для всех. Ещё когда она была совсем маленькой девочкой, её на тренировках сразу увлёк стиль боя двумя клинками. Едва взяв в руки два детских деревянных меча и в упоении замахав ими в каком-то подобии танца, она впечатлила наставника настолько, что он восклинул «прирождённая Двурукая!». И впоследствии, когда она брала в руки клинки, мир вокруг неё переставал существовать и всё, что её интересовало - это оттачивание мастерства. Более подходящее и более одобряемое увлечение для девочки танцами она совместила с фехтованием, оттачивая координацию. Но фехтованию она уделяла несравненно больше времени. Её мастерство стремительно росло и скоро в замке Хайевер, возможно, не осталось вообще хоть кого-то, кто мог бы сравниться с ней, включая её старшего брата Фергюса, который разве что в глубине души догадывался об этом. На поединок-то она его, естественно, не приглашала. Без причин щекотать гордость старшего брата? А зачем? Вот танцы - это другое дело, там почему бы и не повыделываться. А подлинное мастерство, как говорится, любит тишину. Традиционно Квентрит пользовалась двумя одинаковыми клинками, но со временем она поняла, что это не совсем то, что ей нужно. Со временем она стала чаще брать в левую руку короткий клинок или длинный кинжал, подтачивая под этот стиль свою манеру боя. Более-менее овладев техникой боя с щитом и двуручным мечом, она продолжала совершенствоваться в двухклинковом искусстве боя. И помогали ей в этом лучшие друзья детства. И вот, впереди знакомая ей секира рубанула наотмашь солдата Хоу, чуть не отделив шею от туловища. Держащий её человек, не сбавляя темпа, обернулся полукругом, чтобы коротким клинком в левой руке отбить удар меча его напарника влево. И продолжая вращение тела, со свистом взмахнув секирой, он с силой нанёс ею удар по корпусу с правого бока. Солдат Хоу мгновенно отбил её щитом, но удар был такой силы, что солдат отшатнулся, чуть не упав на колено. Человек, обладавший безусловно очень высоким мастерством ближнего боя, этим воспользовался и подсёк в это время его обе ноги, погружая падающему солдату клинок в горло… - Пакстон! Пакстон! Ко мне! – зычно воскликнула Квентрит, крайне обрадованная встречей. По всей видимости, её друг детства пробился во внутренний двор из боковых комнат слева. Пакстон Маклауд принадлежал к четвёрке лучших друзей Квентрит Кусланд, которая умела собирать вокруг себя нужных людей ещё с детства. Младший сын мелкого банна Маклауда был одним из лучших скалолазов, что делало его в глазах Квентрит истинным наследником культуры так называемых горцев, их далёких предков с Севера. Она просто обожала историю своего родного края, который в их глазах был совсем иным, нежели остальные области Ферелдена. Север в её понимании был колыбелью подлинной элиты, и то, что в своё время король Каленхад, объединяя страну под стягом Тейринов покорил Север для неё было чем-то вроде досадной исторической ошибки. Это Кусланды должны были покорить Ферелден… Обладающий недюжинными для простого человека познаниями в искусстве ближнего боя, Пакстон был одним из её важнейших спарринг-партнёров. Предпочитающий в реальном бою среднего размера секиру, он чаще выходил против неё с двумя клинками или клинком со средним щитом, выигрывая поединки только когда она была значительно моложе. Но даже когда её мастерство сильно возросло, он оставался одним из лучших спарринг-партнёров, и что важнее – одним из лучших друзей. - Это люди Хоу! – воскликнул он вместо приветствия. Не была бы ситуация столь трагичной, она бы непременно съязвила в стиле «да как ты догадался?», у всех есть свои недостатки. Но сейчас она коротко бросила: - Не спрашивай, я не знаю почему они напали и что там с этим Хоу. Надо найти моих отца и мать. Но сначала пробиться в Большой Зал, мы же не можем оставлять их за спиной. Где Робин?! - Он ночевал в комнатах с правой стороны! - Ладно, не до разговоров, зачищаем быстро двор и в Большой Зал! С этими словами она прыгнула на приближающихся к ним троих солдат Хоу с офицером, Пакстон рванулся за ней. Высокий громила с двуручным мечом, выступив вперёд, нанёс прямо по Квентрит тяжёлый удар наискосок, инерцию которого она погасила своим кинжалом, проскользнув прямо под ним, парируя снизу почти под основанием меча. Оказавшись таким маневром за спиной офицера, она, развернувшись, толкнула его на Пакстона эфесом клинка и ринулась к крайнему из троих солдат, уже поднявшему щит. Двое оставшихся устремились к ней одновременно, надеясь поразить её с двух сторон. Отходя влево и проскользнув кинжалом атакующего её слева по центру его меча, она нанесла резкий колющий удар в область над коленом, заставляя его упасть, и развернувшись к центральному бедолаге, продолженным в движении круговым пируэтом обеими клинками отбить его меч и развернуть его в сторону, заставляя пролететь, теряя равновесие. Оказавшийся теперь слева от неё солдат, в шоке и ярости от её маневров нанёс ей было оглушающий удар щитом левой рукой. Сделав вид, что удар застал её врасплох, когда он уже не мог его остановить, она отклонилась влево, погасив всю инерцию удара и вонзила ему кинжал в горло, ощущая знакомые, греющие душу вибрации. Кинжал её, как и меч, был не простым оружием. Развернув бедолагу с кинжалом в горле к уже вскочившему на ноги после ранения первому солдату, она пинком метнула его на бедолагу, и метнувшись в бок, сразила его ударом в лёгкое. Тем временем, Пакстон выдирал секиру из шеи громилы, вокруг которой уже расползлась огромная лужа крови. Глянув на Квентрит, он уважительно присвистнул, хоть и знал, что она способна и на большее. Сделав другу знак следовать за ней, она помчалась к дверям Большого Зала, к которым в это время подбегали пять солдат с офицером. Едва она подала Пакстону знак готовиться к новому бою, солдату, бывшему позади всех вонзилась в спину стрела со знакомым оперением, насквозь пробив позвоночник. Он рухнул как подкошенный. - Робин! – обрадованно воскликнула Квентрит, узрев со своего места знакомую фигуру в капюшоне. Не теряя времени, она бросилась на этот раз на офицера, вооружённого мечом и щитом, разворачивая его к себе. Пакстон же, не теряя времени, запустил мелким топориком с пояса ближайшему солдату в лицо. Со свистом прорубив воздух, бешено вращаясь, он воткнулся ему аккурат между глаз. Не обращая внимание на рухнувшего врага, вытащив секиру, он помчался на второго прыжками. Третий и четвёртый обернулись на неожиданную угрозу в лице мужчины, которого Квентрит назвала Робином и бросились на него. Робин всадил первому из них одну стрелу в корпус, которая застряла в доспехе, но следующая стрела, когда они подбежали ближе, вошла ему прямо в глаз. Второй уже был на расстоянии удара от Робина, чем и воспользовался. Но Робин даже не выпустил из рук лука, парировал его удар плашмя, отскочив влево, и буквально надев противнику лук на голову, притянул его на землю, сдавив тетивой шею. Вытащив нож, он просто перерезал ему горло. Пакстон же, отскочив от своего противника, подскочил снова к нему, не привыкшему к подобной мобильности, и перебил ему секирой ногу под коленом. Взвыв, тот повалился на спину и Пакстон методично добивал лежащего секирой, пока тот не испустил дух. Квентрит же на этот раз достался более серьёзный соперник, чем все встреченные доселе. Отбив её удар щитом, он не поддался на её попытку зайти ему за спину и довольно умело рубанув мечом наискосок, отскочил в сторону, чтобы после её парирования кинжалом она не достала его клинком. Посчитав, что ей будет приятнее сразить его не активируя руны на мече, она нанесла ему серию ударов. Сперва наотмашь ударив по щиту, где он естественно блокировал, и по всем правилам хорошего воина, толкнул её вперёд и нанёс удар мечом, она захватила его меч гардой кинжала и чуть опустила вниз нанеся резкий удар клинком в лицо, который он, однако, успел блокировать щитом. Отпустив его меч, она, удерживая щит мечом, пронзила ему кинжалом ключицу, быстро выдернув его и отскочив вправо, вскрикнув, он попытался удержать меч, тем временем, разошедшаяся Квентрит уже зашла за более подходящий угол, и буквально отрубила ему руку с щитом у плеча. Подпрыгнув, она завершила поединок перерезанием ему шеи. К тому времени, Пакстон и Робин уже расправились со своими противниками. Впрочем, весь бой занял в любом случае буквально несколько секунд, так что скучать никому не пришлось. - Робин, Пакстон, Большой Зал! – Без предисловий отрезала Квентрит и выбив дверь, они покинули внутренний двор, ввалившись в огромную залу, служившую в Хайевере местом для приёма гостей… Робин Локсли так же состоял в четвёрке лучших друзей Квентрит. Выдающийся лучник, он так же являлся неплохим универсальным бойцом, и, как и Пакстон, был её частым спарринг-партнёром. Но что ещё важнее, этот молодой человек обладал гораздо более обширными талантами, в основном, в области сбора и фильтра информации. Если Пакстона можно было назвать левой рукой Квентрит, то без сомнения, Робин был её правой рукой. Но и этим его таланты не ограничивались. Впрочем, как и Пакстона. Не в меру деятельная дочь тейрна Кусланда знала, что однажды они все станут нечто большим, гораздо большим, хоть и не знала когда. Большой Зал представлял собой достойную древнего рода приёмную. Развешанные на стенах гобелены с портретами предков, изображениями битв и даже оборотней, когда-то населявших этот край, являлись весьма увлекательным зрелищем. Аккуратно выставленные у стены столы со скамейками отлично гармонировали с огромным камином. Гербы Хайевера в виде двух перекрещенных зелёных копий висели у входа, а над ними возвышалось огромное полотно с гербом династии Кусландов – лавровый венок на синем фоне. Но сейчас Большой Зал выглядел совсем иначе. Пол был усыпан обломками битой посуды, черепков, сломанной мебели, отчётливо подчёркивающими обстановку в ярком пламени камина. Ближе к противоположному входу валялись будто наспех собранной баррикадой сваленные набок столы, а за ними расположилось несколько солдат Хайевера, упорно отбивающихся от наседавших на них врагов. Рыцарь в тяжёлой броне с щитом Хайевера, характерно сужающимся книзу и довольно увесистым для одноручного мечом, которым он вертел как пёрышко, грамотно командовал этим очагом сопротивления. По всей видимости, он успел наспех собрать людей из караульной и кое-как организовать хоть какую-то оборону. Противостояло им около двух десятков солдат Хоу, и ещё около десятка валялось мёртвыми, очевидно, благодаря грамотным действиям рыцаря, которого звали Роланд Гилмор. Рори бы мог входить в «элитную четвёрку Квентрит», если бы не был беззаветно предан всему роду Кусландов, и, в первую очередь, тейрну Брайсу. Нет, Квентрит Кусланд действительно очень любила свою семью, всех и каждого, но всё же, больше всего она ценила преданность себе любимой. Безусловно, она могла полностью положиться на этого человека, ну, или почти полностью… Но именно «почти» и составляло в этом случае всю разницу, потому как на остальных членов «элитной четвёрки» она могла положиться целиком и полностью без каких-либо «почти». Что, впрочем, не делало его менее ценным. Не всем же дано, верно? Недолго думая, Квентрит на бегу по-особому сжала рукоять своего знаменитого клинка, и тотчас средняя руна ярко полыхнула серым цветом и пространство вокруг неё обдало клубами густого дыма. Не мешкая, она проткнула с обеих рук сразу двоих, прежде чем они успели хоть что-то сообразить, развернулась полукругом, снова сжала рукоять с определённой активацией, и с силой махнула им перед собой, указывая острым концом на массу противников. Верхняя и последняя руна на миг загорелась ярко-зелёным цветом, и комнату сотряс внезапный порыв ветра, от которого ближайшие солдаты Хоу, не устояв на ногах, повалились на землю. Воспользовавшись этим, Пакстон воспользовался своей горной манерой боя в виде прыжков, и прыгая от одного к другому, добивал их секирой, забрызгивая всех вокруг фонтаном крови. С самого начала Робин занял позицию у дверей с луком, и расстреливал дальних от друзей солдат как мишени. Оценив обстановку, Рори Гилмор отпихнул перед собой импровизированную баррикаду, и, взревев, ринулся в атаку, на ходу сшибая ничего не успевших сообразить врагов. Не столь сообразительные солдаты Хайевера, которые, в отличие от него, не сразу поняли, что им пришли на помощь (их можно понять, помощь была довольно стремительная и неожиданная), не медля присоединились к нему, беря на себя отвлёкшихся на рыцаря солдат. Тем временем, Квентрит активировала нижнюю руну своего поистине великолепного клинка, мгновенно засверкавшей синим цветом, и ушла в сторону от атаки тяжёлого молота, принадлежавшего её старому знакомому, сэру Дэлвину. Этот человек был командующим стражей Башни Бдения – резиденции клана Хоу, правителей эрлинга Амарантайн. На долю секунды Квентрит даже показалось, что всё происходящее – кошмарный сон, в который засунули близко знакомых ей людей, и вот-вот она проснётся, и всё будет как прежде. Но лишь на долю секунды, ибо в следующую она перерубила молот усиленным чарами льда клинком, пригвоздив его следующим ударом в ключицу к стене. Вперив в него полный ненависти взгляд, она недолго смотрела, как «друг семьи» бьётся как уж на сковородке, после чего отрубила ему руку. Тёплая кровь фонтаном брызнула ей прямо в лицо. Увидев, что вокруг сражение уже практически кончено, она придавила ему коленом грудь и поднесла кинжал к горлу. - Что с вами случилось, тварь?! – спросила она, пытаясь унять сердцебиение от нахлынувшей ярости. – Зачем вы это сделали? Сэр Дэлвин прохрипел с налившимися кровью глазами. Не помня себя, Квентрит вогнала кинжал ему в горло, не обращая больше внимание на умирающего предателя. Кинжал мгновенно передал ей в руку сильные вибрации, распостранившиеся по всему телу. Ноздри Квентрит расширились от нахлынувшей энергии, она почувствовала неплохой прилив сил. Да, её кинжал обладал весьма интересными свойствами и был не менее интересным оружием, чем её клинок в правой руке. Выдернув кинжал и выпрямившись, девушка перевела дух и обвела собравшихся тяжёлым взглядом. - Как я рад, что вы целы, миледи! – голос со вздохом облегчения принадлежал Рори Гилмору. – Это же люди Хоу, они внезапно напали на нас, и… - Рори, ты видел моих отца и мать?! – резко перебила его Квентрит. - Нет, миледи, не видел! Я вообще ничего не видел, я только и успел что взять людей… а что, тейрна Элеанора не наверху? - Слушайте все! – повернулась Квентрит. Её люди притихли и внимательно глядели на неё. – Мы. Их. Всех. Убьём. – её глаза бешено засверкали и налились кровью. Решительность сквозила в каждом её движении. – Каждый из них ответит, а Хоу я буду лично… но сейчас главное найти моих родителей и очистить замок. Перебить всех. – она сделала паузу и обвела их напряжённые лица глазами. – Всех. Рори смотрел на неё во все глаза, и, казалось, хотел было что-то сказать, но удержался. - Ублюдок! – отчеканила Квентрит, указывая на разрубленный ею труп сэра Дэлвина с дикой предсмертной маской, навечно застывшей на том, что осталось от лица. – Никому из них не жить, парни, никому! Вперёд, за мной! «Дядюшку Рэндона» оставьте мне. – с ненавистью добавила она. – Я его буду нарезать на ломти. Медленно. Пакстон и Робин будто по команде пристроились с её левой и правой стороны. Пакстон слева, Робин справа. Будь на месте какой-нибудь художник, он бы не преминул увековечить эту картину. Квентрит сейчас могла бы напомнить саму Пророчицу Андрасте во время её Священного Похода, идущей походкой лидера бок о бок с окружившей её свитой из генералов её армий, одним своим видом вдохновляющей людей просто идти за ней, забыв обо всём. Если бы, конечно, кто-то из ныне живущих знал, как там выглядела эта самая Андрасте и что она там делала. Это было очень давно, и по понятным причинам, это объективно можно было назвать полумифической историей. Но если бы кто-нибудь со стороны сейчас посмотрел на эту процессию: Квентрит в центре со взором горящим, Пакстон и Робин по бокам от неё с непроницаемыми лицами, идущие рядом с нею так, будто их компания одно целое, и шагающие позади солдаты Хайевера с сэром Гилмором, смотрящим в спину дочери своего сюзерена недоверчиво-восхищённым взглядом. Он не мог понять, кого он видит перед собой, мысленно оглядываясь на гору трупов головорезов Хоу, которых она и эти двое оставили за собой. Это определённо больше не та девчонка, которую он знал всю жизнь, хоть она и не была никогда избалованным ребёнком околокоролевской семьи. Она, конечно, была отличным бойцом, хотя он и не подозревал насколько. И покомандовать она вполне умела, ничего не скажешь. Но сейчас это было нечто совсем иное. В полном молчании они мчались по замку, убивая оставшихся головорезов. - Сэр Гилмор, займите пост на площади внизу. Робин, ты собирай всех кого сможешь. Пакстон, а ты быстро отправляйся за Артабаном! Я сейчас приду! – Раздав приказания, она помчалась по наружным коридорам замка с оружием наперевес. Робин помчался в противоположную от неё сторону, собирая оставшихся защитников замка. Лучший скалолаз Севера Пакстон сразу же исчез из виду в одному ему известном направлении, только его и видели. Подбежав к часовне замка, она увидела не меньше полтора десятка мёртвых головорезов Хоу, некоторые из которых были чуть ли не раскромсаны в хлам. И рядом стояла знакомая фигура, прислонившись к стене, тяжело дыша. - Артур! Ты цел?! – больше всего Квентрит сейчас хотела найти отца с матерью, но и третьего члена её «элитной четвёрки» она была очень рада встретить. Высокий, мускулистый, немного полноватый мужчина с курчавыми волосами и заметно тёмной кожей в сравнении с местным большинством на первый взгляд походил скорее на повара, чем на воина, если бы не огромный двуручный меч. Но это было бы обманчивым впечатлением, ибо мечом он махал на удивление шустро. Сэр Артур был родом из Ривейна, далёкой экзотической страны на севере Тедаса. Будучи сыном купца-ривейни, он был посвящён в рыцари в сравнительно юном возрасте, когда, не дожидаясь подкреплений, разобрался практически в одиночку с разбойничьей шайкой. Его габариты действительно создавали опасную иллюзию его неповоротливости, в то время как с действительностью это не имело практически ничего общего. Сэр Артур был так силён, что играючи раскидывал 4х противников на тренировках. А для Квентрит, которая быстро его приметила и приблизила к себе, он был незаменимым спарринг-партнёром, благодаря которому она училась грамотно противостоять громилам с тяжёлым оружием. - И ты цела, хвала Создателю! – отдышавшись, наконец, проговорил Артур. – Ты не ранена? - Нет. – ответила Квентрит, обведя полным мрачной ненависти взглядом поверженных её близким другом ублюдков. В других обстоятельствах она бы это оценила куда обстоятельнее, но сейчас её волновал совсем другой вопрос.  – Мои отец, мать? Ты видел их?! - Мне очень жаль, Квентрит. – проговорил он, пряча глаза. – Но… - Что?! Где?! Где они?! – вскинулась она, бешено вращая глазами.  Артур лишь махнул рукой на дверь часовни и отвернулся. Квентрит влетела в церковь со скоростью молнии… Люди всё прибывали на площадь перед подъёмом во двор замка Хайевер. Солдаты, жители города… отблески пламени с факелов освещали их хмурые, напряженные лица. Негромко переговариваясь между собой, они смотрели на Робина и Пакстона, стоявших в центре. Уже все вокруг знали, что эти двое во главе с младшей девчонкой Кусландов спасли замок от резни, перебив по меньшей мере сотню головорезов. Рядом с ними стоял мужчина в сером, очень низко опущенном капюшоне, одетый в длинный серый плащ. За спиной отчётливо поблескивал в ночи огромный изумруд на набалдашнике посоха, выдававшего в нём мага. Это был четвёртый член «элитной четвёрки» Квентрит. Его звали Артабан Тревельян. Семья Тревельян была древним и очень многочисленным родом из Оствика, вольного города Вольной Марки, бывшая в родстве со многими знатными родами Тедаса, включая Кусландов. Артабан Тревельян определённо вряд ли был бы желанным гостем на Собрании Земель, так как у него была одна особенность, он был магом. И очень сильным магом. Живущим вне Круга, что было редкостью для Ферелдена, современной вполне набожной страны, где этот факт был вопиюще противозаконным. Церковь, одной из задач которой был, увы, надзор за магами, в Ферелдене чувствовала себя вольготно, особо не боясь "ссор со знатью". Храмовники, например, спокойно забирали в Круг детей любых аристократов, если они проявляли магические способности. Но тем не менее, Артабан не особо светился в обществе, избавив своего «дальнего родственника» Брайса Кусланда от необходимости официально обращаться в Круг по различным вопросам. А кто и догадывался о магической природе господина Тревельяна, ссориться с тейрном Кусландом точно не хотел, поэтому, от внимания храмовников он определённо был избавлен. Квентрит ожидаемо нашла в «дяде Артабане» ценность для себя, и он стал почётным членом её доверенного круга. Очевидно, что подбирать себе «свиту», располагая к себе нужных и наиболее полезных людей Квентрит умела едва ли не лучше, чем сражаться. Во всяком случае, она определённо умудрилась сплотить вокруг себя весьма выдающихся людей. С подобными талантами было бы, конечно, справедливо, будь первоочередной наследницей тейрнира она, а не её старший брат Фергюс с куда более скромными данными. Но нет, она ему особенно не завидовала и не собиралась отнимать у него «первородство». Более того, она очень даже любила брата, как и всю свою семью и не стала бы у него ничего отнимать, несмотря на своё честолюбие. Она добьётся всего своим путём... Артабан Тревельян единственный из её круга не был по очевидным причинам её спарринг-партнёром, так как он был не воином, а магом. Впрочем, он очень постарался научить её так же сражаться против магов. Более того, на её 18летие он преподнёс ей подарок - очень дорогой меч по имени «Чудесный», покрытый трёмя рунами, активирующими различные чары. Самым ценным подарком в её жизни Артабан заслужил особое место в её иерархии и когда она станет кем-то большим (а она знала, что этот день придёт), она вознаградит его, как он даже не мечтал. Наконец, Квентрит спустилась из замка и встала в центре впереди своих друзей, храня молчание. Сопровождавший её сэр Артур присоединился к друзьям и теперь вся четвёрка со своим прекрасным лидером была в сборе. Все разговоры смолкли, воцарилась напряжённая тишина. Обведя взглядом толпу, она громко произнесла: - Мой отец, тейрн Брайс Кусланд мёртв! Дождавшись, когда поднявшийся гул смолкнет, она подняла руку ладонью кверху, призывая к молчанию. И далее заговорила: - Добрый народ Хайевера и всего Севера! Мы столкнулись с вероломным предательством. Вы все знаете эрла Амарантайна Рэндона Хоу. Этот человек, поправ все возможные законы, предал своего господина, и более того, лучшего друга и всех нас, придя к нам как гость. В то время как мой брат Фергюс увёл солдат на юг по приказу короля сражаться с Порождениями Тьмы, он дождался наступления ночи и с парой сотен головорезов под видом якобы задержавшихся для подкрепления солдат из Амарантайна напал на наш замок. Подлые предатели, они хотели вырезать весь наш род, убить всех нас. Они смогли убить тейрна и мою мать. Собравшиеся выдохнули в горестном изумлении. Тейрну Элеанору в народе любили даже больше чем самого Брайса, хотя последний и был очень уважаемым и почитаемым человеком. И не только на Севере, но и в других областях Ферелдена некоторые вообще считали, что корону следовало вручить ему, а не королю Кайлану. На Севере же такое мнение было гораздо более распостранённым, особенно в самом Хайевере.   - Они убивали даже детей. – продолжила Квентрит. - Жену моего брата вместе с маленьким сыном убили эти проклятые Создателем ублюдки. Они вообще пытались убить абсолютно всех нас. Но не смогли. Я оказалась им не по зубам! – эти слова Квентрит проговорила с оттенком абсолютного превосходства, словно отскакивающим от зубов, твёрдо смотря людям в глаза. – Я вырезала на верхних покоях всех, кто там был, спустилась, отыскала вот этих ребят, – она указала рукой на стоящих позади неё друзей, – И мы их остановили, и обратили их в бегство. Хоу с остатками своих людей бежал. – Квентрит сделала многозначительную паузу. Толпа разразилась яростными криками и бурным обсуждением. Одни отчётливо требовали идти и резать всех Хоу прямо сейчас, а потом поднять их головы на пики. Другие что-то говорили про королевский суд, третьи выжидательно молчали. Немного помолчав, Квентрит продолжила: - Да, Хоу понесёт наказание за своё преступление. И я, Квентрит Кусланд, наследница тейрнира Хайевер, я приговариваю Рэндона Хоу и весь его род к смерти. А так же всех, так или иначе помогавших ему в его подлом предательстве. Мы сами можем творить любой суд на нашей данной нам предками земле. И мы это сделаем. – вздёрнув вверх подбородок, она прокричала почти бешеным голосом, едва не вращая глазами: - ЭТО НАШ СЕВЕР! Казалось, будто толпа ждала именно этих слов. Распалённые эмоциями и происходящим добрые северяне смотрели на свою предводительницу восхищенными глазами, готовые пойти за ней куда угодно. За женщиной, которая в безвыходных обстоятельствах ринулась в бой и уничтожила сотню врагов. Они сейчас видели в Квентрит Кусланд предводительницу наподобие её далёкого предка. Притихший Робин первым осознал, что только что она объявила себя наследницей тейрнира в обход старшего брата, который в общем-то скорее всего был жив-здоров, и более того, даже появись он здесь и сейчас, Лидером была бы всё равно Квентрит. Талантливый стрелок в очередной раз порадовался, что не ошибся в своём выборе. Стоящий рядом Пакстон, очевидно, полностью разделял ход его мыслей. Артур же, всегда смотревший на неё как-то по-особому (пока она не видела), старался придать своему лицу непроницаемое выражение, что ему не очень удавалось. Лицо Артабана было скрыто капюшоном, так что сложно сказать, о чём он думал. - Мы идём в поход на Амарантайн и выступаем сегодня же утром! – отчеканила Квентрит перед притихшей снова толпой. – Север будет очищен от предателей. Рори Гилмор, выйди вперёд. – молодой человек, явно смущаясь, вышел и встал перед ней. – Пока мы с моими парнями, - она положила руки на плечи Робина и Пакстона, - резали предателей как свиней, этот рыцарь смог собрать людей, возглавить оборону и продержаться до нашего прибытия. Он остаётся за главного в Хайевере. Я отправляюсь в священный поход. Так же, я отправила срочного гонца за своим братом и нашим войском. Надеюсь, оно его быстро настигнет и надеюсь, он примет решение вернуться. Я знаю, что на юге нашей страны собираются Порождения Тьмы. Бывший у нас в гостях Серый Страж Дункан считает, что есть признаки настоящего Мора, но кто его там знает. Страну защищать дело, конечно, благородное, но сейчас нам самим нужна защита, нас тут всех чуть не вырезали в своих постелях. – она драматически придала своему голосу и выражению лица острый оттенок праведного гнева, подействовавший на толпу без колебаний. – И кроме нас нам никто не помог и не поможет. С утра по всем вопросам обращайтесь к сэру Гилмору. А сейчас мне нужно сказать этим людям пару слов. Гилмор, ты идёшь с нами. - Итак, Артабан,  – начала Квентрит, когда они остались одни и круг близких друзей выжидательно уставился на неё. – Мне нужно, чтобы твои сёстры отправились с нами. Идёт? - Не вопрос. – коротко ответил маг. - Отлично. – перешла к другим вопросам новоиспеченная хозяйка Хайевера. – Гилмор, твоей задачей будет в наше отсутствие улучшение обороны замка, да и города. Придумай что-нибудь. У нас должна быть гораздо более качественная оборона, чем вот это вот всё. Мы должны быть готовыми ко всему. Возможно всякое… - туманно произнесла она, многозначительно взглянув на него. – Ничьей добычей Хайевер не станет. Понял, Рори? Ничьей. - Мы не успеем провести никакого сбора в землях. – обратилась она к Робину и Пакстону, не дожидаясь ответа. – Нечего и пытаться. Оповестите только самые ближайшие прямо сейчас. Кто успеет\сможет подойти к утру, те и пойдут. У меня есть план. Это всё. Есть вопросы?   - Это была самая длинная ночь в моей жизни. – пробормотал Пакстон вместо вопроса. - Верю. Но ночь ещё не закончилась, поэтому я немного посплю.