Глава XVI: По ту сторону жизни

- Ваше Величество, – обратился Герцог Проспер к Селине. – Моя дочь выясняла у меня насчёт политического вопроса между Орлеем и Ферелденом. Она Страж-Командор и исполняет свой священный долг борясь с Порождениями Тьмы. Но ей интересно, почему Орлей не посылает помощь Ферелдену. Она спросила у меня, что я об этом думаю. Я посчитал, что так будет лучше всего, если она спросит у вас об этом напрямую. Я могу ошибаться, но мне действительно показалось, что так лучше будет для всех. - Ну да. Если можешь обойти посредников, лови момент, – улыбнулась в сторону Флёр Селина одними губами, внимательно смотря на неё из-под своей роскошной маски. - Ваше Величество, я вам скажу то же самое, что сказала отцу. Порождениям Тьмы глубоко наплевать на политику и государственные границы. Если Ферелден, скажем так, падёт – тысячи тысяч этих созданий хлынут уже к вам. Вам это не понравится. Наши ближайшие сухопутные соседи – это вы. В нашей стране идёт Мор, и мне всё равно, как и где его называют. Все эти политические формулировки, навроде «выход на поверхность большого количества Порождений Тьмы» – мы все прекрасно понимаем, что это чушь. Это настоящий Мор. Селина молчала, не выдав ни единой эмоции на своём лице. Герцог Проспер тоже внимательно её слушал, затаив дыхание. Флёр продолжала: - Нам ещё неизвестно, где конкретно будет следующее нападение. Мы собираем силы, чтобы дать Порождениям Тьмы отпор. Но может так случиться, что мы действительно не выстоим. И что тогда? Ваше Величество, вы будете молча смотреть, как Порождения уничтожают Ферелден? Всё что Флёр слышала про Селину, оказалось правдой. Жалкая древняя клевета о том, что Селина слишком юна, одинока и неопытна, чтобы удержать власть не имела под собой никаких оснований. Перед ней стояла прожженная циничная королева, прекрасно разбиравшаяся в людях и характерах. Флёр подумала, что её троюродная сестра будто является чем-то общим между самой Флёр и Артемисом Хоуком, во многом их превосходя. Её взгляд будто пробирал Флёр насквозь, вытаскивая перед ней её душу. А ведь Флёр и сама горазда в эти игры. Необыкновенно сильная воля, какую Флёр уже встречала у Логэйна, заставляющее всё вокруг склоняться перед ней. Только у Логэйна она была грубая и пронзительная, каким он был и сам, а у Селины I вкрадчивая, мягкая, но не менее ошеломляющая, а то и гораздо более. Первая в жизни Флёр встреча с августейшей троюродной сестрой взбудоражила её до глубины души. С трудом Флёр оторвала от неё взгляд и прислушалась к её словам. - Целых 4 легиона шевалье готово было прийти вам на помощь, – заговорила Селина. – И вместе с ними сотня Серых Стражей. Король Кайлан сам нас пригласил. Они уже стояли на границе. По причинам, о которых я могу только догадываться, битва при Остагаре началась за несколько дней до их отбытия. В ней пал король Кайлан, а тейрн Логэйн стал регентом при королеве Аноре и теперь он представляет власть в Ферелдене. Я не буду вам зачитывать содержание его письма, которое он сразу же прислал на перевал Герлена. Его содержание не слишком придётся по вкусу воспитанному человеку. Я думаю, вы должны понимать, что после такого ни о какой помощи нет смысла разговаривать. Ко всему этому я добавлю, что насчёт Серых Стражей он тоже выразился недвусмысленно. Скорее что-то там случится, чем он пустит хотя бы одного в свою страну. - Тейрн Логэйн самозванец, – глядя Селине в глаза возразила Флёр. – Он не представляет Ферелден. Ферелден представляют эрлы и банны, которые меня поддерживают и собирают вместе со мной войска. И которые готовы призвать Логэйна к ответу на Собрании Земель! - Это очень интригующе, – наклонила голову Селина. – Флёр, ты говоришь, что Порождения Тьмы политика не интересует. Но будь честна и со мной и сама с собой – она очень интересует всех остальных, например, тебя. - Нисколько не кривя душой, я вам скажу, что интересует она меня вынужденно. Я бы с радостью выступила против Порождений Тьмы вместе со всеми возможными политическими силами, клянусь честью. Что я могу поделать, если тейрн Логэйн мои убеждения не разделяет? - То-то же, Флёр! – усмехнулась Селина. – Я не враг Ферелдену и не лелею мечты увидеть его в руинах. Но как мы можем не обращать внимание на политику? Только что ты мне рассказала, почему лично ты не можешь не обращать на неё внимание. Но в свою очередь, ты просишь об этом меня. Увы, так не бывает. Думаешь, мои убеждения все разделяют? Флёр сконфуженно молчала. На лице герцога Проспера появилось очень заинтересованное выражение. Селина продолжила: - В Орлее есть силы, которые не согласны со мной в ферелденском вопросе, – не будучи искушённой в местной политике, Флёр уже поняла, что Селина имеет ввиду Великого Герцога Гаспара и его сторонников. Это было слишком очевидно. – Эти силы угрожают мне лично. Если они придут к власти… Глазастая Флёр заметила, что недалеко от шлейфа платья императрицы Селины сидит огромный паук, размером с половину кулака. Очень интересно. Не могла же Селина его не заметить. И она в эту минуту готова была поклясться, будто паук внимательно прислушивается к их разговору. Что это значит?! - ..Если они придут к власти, - продолжала Селина. – Никакой помощи Ферелден не увидит ни при каких обстоятельствах, да и само его существование будет под угрозой. Вам должно быть известно, сколько я сделала для того, чтобы восстановить отношения между нашими странами. А они быстро разрушат то, что я создавала все эти годы. Так же, как сейчас это начал разрушать тейрн Логэйн, став регентом. Возможно, сравнение не самое корректное, ибо при всех недостатках Логэйна – он не является угрозой Орлею и вряд ли способен на какие-то действия в отношении нас. Но суть одна. Спросить императрицу к чему она клонит было бы верхом идиотизма. Флёр и так понимала, что Селина ей разъясняет азы, как малолетней неопытной дуре, коей она в политике, в сущности, и была. За исключением «малолетней», они примерно одного возраста. Если императрица пошлёт какую-либо помощь в текущей ситуации, это невыгодно для неё, ибо её политические противники, которые и так являются угрозой её власти, этим непременно воспользуются и выставят Селину слабой и жалкой, соображала Флёр. Вот к чему она клонит. А что если… - Логэйн к тому же не единственный претендент на корону Ферелдена. – вскользь заметила Селина, с усмешкой наблюдая мыслительный процесс Флёр на её лице. - Квентрит Кусланд… – обречённо пробормотала Флёр. Уже и императрица Орлея достаёт её этой женщиной. Скорее бы уже в Ферелдене появился король или королева, пусть даже эта северная выскочка. Может хоть тогда она перестанет о ней слышать. Флёр всё больше и больше проникалась к ней негативом. - Да, «Королева Севера», – поджала губы в ехидной усмешке Селина. – Интересный персонаж… очень интересный. - Ну… возможно, – сказала Флёр, чем откровенно развеселила Селину. – Если Логэйн проиграет в… противостоянии. – Пошла она атакой в лоб. – Тогда-то мы сможем рассчитывать на помощь Орлея? - Да, – кивнула Селина. – Можете. - И вам неважно, кто победит, я, то есть мой….  мм.. кандидат. Или Квентрит Кусланд? – не удержалась Флёр. Проспер подавил смешок. Селина же смотрела на неё по-прежнему насмешливо и с некоторым пониманием. - Я предпочитаю тебя, Флёр, – мягко сказала она. – Но да, я отвечу то, что ты хочешь услышать. Восстановление отношений будет даже в случае прихода к власти Кусланд. Но я надеюсь, что это будешь ты. – Селина протянула ей руку. Флёр взяла её в свою и второй рукой Селина сжала её ладонь. - И в знак моего расположения к тебе, у меня будет… скажем так, аванс. Ты получишь кое-какую помощь, Флёр. Я же рассчитываю на тебя. Но паук… Творить магию вблизи императрицы Орлея было не самой лучшей идеей, даже незаметную. Поэтому она не стала ничего делать, лишь отчаянно напряглась, изо всех сил сохраняя на лице дежурную улыбку, стараясь не смотреть на паука. И внезапно Флёр слегка ощутила в комнате колебаний магических эманаций. - «Ах ты затейница, сестрица». – подумала Флёр, выходя из комнаты. Она успела краем глаза заметить, как Селина равнодушно скользнула глазами по пауку, не смотря на него, будто совсем не замечая. Интересно девки пляшут.                                                            *** Чёрные Болота вполне соответствовали своему названию. Зловещая и безжизненная местность началась сразу же, едва Робин, Изабелла, Варрик, Андерс и сёстры Артабана, а также в придачу около пары десятков бойцов прошли от городка Инвертон в Вендинге до поселения именуемого Брэдкомб, расположенного уже на территории Чёрных Болот. Поселение выглядело заброшенным и безжизненным. В нём стояли пустые дома, некоторые были с обвалившимися крышами, и выглядели полуразрушенными, но большинство были вполне целыми, не считая отсутствующих окон и облицованной краски. Тяжёлый болотный воздух уже заметно давал о себе знать. Подъехав к поселению поближе, они увидели, что всё же оно было не совсем необитаемое. Какая-то женщина бросилась от них наутёк, запетляв через дома. Двое вооружённых какими-то топорами плохо одетых мужчин проводили их недобрыми взглядами и растворились вслед за ней. - Контрабандисты что ли? – почесал голову Робин. - Нет, скорее всего, не контрабандисты, – сказала просвещенная в этих делах Изабелла. – Это так, оборванцы, которым или негде жить, или нелады с законом, или просто бандиты. Так или иначе, угрозы эти несколько поселившихся в заброшенном поселении людей для них не представляли, а ловить их по подвалам для них не представляло сейчас никакого интереса, поэтому они поехали дальше. - Куда мы, собственно, едем? – спросила Изабелла. – У тебя есть какой-то план? - План следующий – обследовать прибрежное поселение Фортшоу, после отправиться в городок Будпорт, где раньше располагалась резиденция местного банна, – проговорил Робин. – Ну, в давние времена. Во время Оккупации здесь правила какая-то орлесианская баронесса, которая то ли исчезла, то ли свалила в Орлей, чтоб я знал. Хоу полностью отрешился от этих территорий. Сделал вид, будто их не существует, сморчок поганый. Ничего, скоро миледи Квентрит доберётся до него и распотрошит. В ходе разговора, они наткнулись на небольшой отряд Порождений Тьмы. Быстро с ним расправившись, они пришли к выводу, что это отставшие от разгромленной ими Орды. Робин не был экспертом по вопросам Порождений Тьмы, и ему в принципе сложно было понять, почему они ведут себя тем или иным образом, несмотря на то что он уже разбил целую орду этих тварей, одержав над ними легендарную победу. Он злился, что всем этим не занимаются Серые Стражи, чей долг в этом вроде как и состоял. Их окружали лесные массивы, наполненные болотным смрадом. Робин понимал, что стоит им отойти от дороги, они обязательно попадут в какое-нибудь чёрное болото. Интересно, сколько времени займёт осушить хотя бы часть этих территорий. И ведь это всё должен был делать Хоу после Оккупации. Через некоторое время им действительно встретилось чёрное болото, затопившее весь лесной массив немного в стороне от дороги. Чёрная как смола вода испускала испарения, о которых Робин понадеялся, что они не слишком ядовиты. Бесконечные грязные топи охватывали всю территорию бывшего баннорна, покрытую гниющими растениями и погружая его в атмосферу удушающей тишины. Древние искривленные деревья с чёрными ветвями словно пытались дотянуться до каждого из них. Вокруг не было слышно ни пения птиц, ни звуков жизни – лишь глухой плеск болотной жижи, создающей иллюзию, будто сама земля пытается поглотить всё, что осмелилось вступить на неё. Путники стали продвигаться очень осторожно. Никому не хотелось внезапно оказаться в этом самом чёрном болоте. Но вроде как дорога всё ещё была безопасна, несмотря на то что в некоторых местах уже будто обрывалась. Через некоторое время они должны были достигнуть поселения Фортшоу, которое, судя по всему, обещало быть таким же заброшенным, как и Брэдкомб и всё вокруг.                                                            *** «Ты вступила в Игру.» – Говорил Флёр взгляд Герцога Проспера, когда они вышли от Селины. После продолжительной беседы с отцом, она взяла Хоука, и они вместе направились назад в крепость местных Серых Стражей. Под впечатлением от встречи с отцом и самой Императрицей Орлея, Флёр так и не смогла заснуть. Она знала, конечно, кто она такая, но в Круге Магов для неё особенно не имело значения, что Императрица Селина её троюродная сестра. Сейчас, строго говоря, это тоже не то чтобы имело для неё какое-то великое значение, но это было довольно интересное ощущение. И всё же, гораздо ближе Флёр была её ферелденско-марчанская родня Хоуков. Карвера и Артемиса она уже воспринимала как родных братьев и очень любила их. Даже несмотря на нелёгкий характер Карвера, к которому она уже совершенно привыкла. С Бетани и Лиандрой у них ещё, возможно, будет время пообщаться в Лотеринге. Если, конечно, не случится чего-нибудь неожиданного – нападения Архидемона, Логэйна, Квентрит Кусланд. Да мало ли что. Селина предложила ей союз. Или, скорее, зарождение союза. Флёр не видела в этом особых перспектив, учитывая характер Ферелдена. Как хорошо, если там никто так и не узнает, кто она на самом деле такая, иначе Логэйн на Собрании Земель развопится, что орлесианцы отнимают у них страну. Полубезумный сумбурный вечер закончился. Флёр де Монфор таяла на глазах, как в одной интересной сказке, и на сцену снова возвращалась Флёр Амелл. Интересно, когда ей в следующий раз предстоит ощутить себя Флёр де Монфор? Девушка этого не знала, но в следующий раз она будет гораздо привычнее себя ощущать в этой роли, и, может, даже не дрогнет перед императрицей Селиной. Кларель де Шансон была одной из сильнейших Магов Монтсиммарского Круга. Очень волевая женщина, с собранными в пучок чёрными волосами и серыми глазами, с резкими и грубыми чертами лица. Она не была простолюдинкой. Более того, магический дар помешал ей стать Баронессой де Шансон. Зато попав в Серые Стражи, она практически без проволочек стала Старшим Стражем, и очень быстро возглавила Монтсиммарскую крепость, став её Стражем-Констеблем. Бывший в то время Командором уроженец Андерфелса Мартин, известный своими реформаторскими взглядами, сделал её своей правой рукой. Первым заместителем. Два года назад Мартина убили при невыясненных обстоятельствах, и Командором стала бывшая Страж-Констебль Вал-Шевина – Алисса Фонтен, хоть и ожидалось, что на его место взойдёт Кларель. Алиссе Фонтен просто-напросто благоволил орлесианский двор. И когда из Вейсхаупта пришёл прямой приказ Первого Стража о назначении госпожи Фонтен, Кларель в теории могла бы полностью проигнорировать его, и Первому Стражу пришлось бы принять факт Командорства Кларель как данное, что уже лет 600 было в порядке вещей в Тедасе. Но Орлей – это вам не Ферелден какой-нибудь, и поэтому Кларель благоразумно устранилась. Алисса Фонтен же полностью прогнулась под политику Империи, что уже давно раздражало некоторых Стражей, и в первую очередь саму Кларель и Гордона Блэкволла. - Похоже, Дункан успел рассказать тебе очень многое, – говорила она Флёр, когда они наконец-то познакомились утром. Она говорила с очень сильным орлесианским акцентом, не очень хорошо выговаривая некоторые слова на Королевском\Торговом. Флёр бы попросила её перейти на орлесианский, только боялась обидеть. – Тебе уже известно так много, что ты избавила меня от передачи тебе целого информационного пласта. Но я, безусловно, готова восполнить пробелы. - Ну, во-первых, Ритуал Посвящения, – вкрадчиво заговорила Флёр. – Вернее, с ритуалом-то всё ясно. Зелье Посвящения. Как тебе должно быть хорошо известно, Дункан не был Магом. А вот ты, уважаемая Кларель, как раз-таки Маг. Поэтому, это первый же мой вопрос к тебе. - Ну, состав следующий… – начала Кларель. - Да состав-то я знаю! – прищурилась Флёр. – Кровь Порождений Тьмы, капля крови Архидемона и немного лириума. Более-менее представляю, что делать дальше. И всё, это недостаточно, и тут любая ошибка может быть критической. Уж очень это зелье специфическое. - Верно-верно, – кивнула Кларель, смотря на неё очень серьёзным взглядом со строгим выражением лица. Флёр подумала, что улыбаться Кларель должно быть совсем не умела. Ей было крайне тяжело представить на её лице какое-то подобие улыбки, – Но во-первых, учти, не каждая кровь Порождений в принципе годится. У некоторых будет недостаточно скверны. Ты ведь должна влить в зелье не просто кровь, а вычленить из неё максимальное количество скверны. Бытует мнение, что их кровь – это и есть скверна. А это в общем-то далеко не совсем так. Делается это очень просто. Вот, смотри. Как тебе известно, её собирают вот в такую колбу. Так вот, когда начнёшь вычленять и обрабатывать скверну из вот этой колбы, может оказаться, что её недостаточно – поэтому мой совет, пусть Рекрут использует для этого типичного гарлока или гэнлока. Во-первых, может это не слишком подходящий совет, ибо я не думаю, что рекруты вообще должны сражаться с ограми, и мне сложно представить такую ситуацию, но не бери кровь огра. Ты увидишься, но она наименее концентрированная скверной. Не знаю, почему так. Но это факт. - Вот те раз, – развела руками Флёр. – Спасибо большое, не знала. Мой троюродный брат Артемис Хоук в нашем бою при Остагаре лично в одиночку убил бронированного огра. Жаль, но Серым Стражем он не станет и не входит в число моих рекрутов. - Бронированного… огра?! – переспросила Кларель, в замешательстве уставившись на Флёр. – В одиночку??! Что же, действительно, премного жаль, что твой родственник не станет Стражем, но я тебя прекрасно понимаю. Возвращаясь к теме, не бери кровь так же у Крикунов. Встречалась уже с ними. - Да… - поморщилась Флёр. – Пренеприятнейшие создания. - Ещё бы. Но кровь у них тоже не лучшая, постоянно с ней какие-то проблемы. В общем, гарлок, гэнлок – всё. Далее, тебе нужно скверну обработать. Это несложно, делается это вот так. Полученную смесь вот в такой пропорции смешиваешь с каплей крови Архидемона из флакона. И далее, добавляешь лириум. Запоминай пропорции. Дальше, несложное заклинание, но с некоторыми особенностями… Теперь Флёр может сама без проблем проводить Посвящение. Её обдало волной счастья. Она в принципе знала рецепт из записей, но без чётких инструкций Кларель могла бы допустить в его приготовлении критическую ошибку. Теперь же ошибка исключается, и скоро надо будет провести рекрутам Посвящение. - Все твои люди уже убивали Порождений Тьмы? - Петра была со мной под Остагаром. Она правда больше занималась целительством. Когда мы отступили в Лотеринг, она не раз участвовала в рейдах на Порождения. Не сомневаюсь, что кого-то там убила и не раз. Сэр Перт хороший воин, но Порождений пока в глаза не видел. Киннон то же самое. - Понятно, – кивнула Кларель. – Для Посвящения нужно использовать кровь Порождений, которых рекруты сами убили. Это не то, чтобы обязательно, на самом деле, совсем необязательно. Но такова традиция. Желательно её не нарушать, но если уж очень надо, можно обойтись и без неё. Просто… – Констебль немного запнулась, подбирая слова. – Ну… ну сама понимаешь – кто вообще будет набирать в Стражи людей, которые не в состоянии убить Порождение Тьмы?! Это попахивает каким-то людоедством, бессмысленным и беспощадным. И так понятно, что если ты Призвала кого-то в Орден, то этот человек явно способен убить гарлока\гэнлока, иначе… иначе ты просто идиотка, – пожала плечами Кларель. – Извини за подбор выражений, это я не о тебе лично, а в общем. Проще говоря, это красивая традиция нашего Ордена, чтобы каждый Рекрут наполнил склянку кровью лично убитого им Порождения, и скверна из этой же склянки и была использована при изготовлении Зелья Посвящения. Но это не так чтобы обязательно. Вот и всё. - Я всё поняла, – проговорила Флёр. – Думаю, что сейчас мне не составит труда сохранить эту традицию, ибо каждый из Рекрутов совсем скоро получит такую возможность. Мы спускаемся на Глубинные Тропы. - На разведку, – кивнула Кларель. – Я могу и с этим немного помочь. Ты знаешь, что такое Легион Мёртвых? - Да… – задумчиво произнесла Флёр. – Дункан о них рассказывал. Это какие-то гномы, живущие на Глубинных Тропах, закалённые в боях с Порождениями Тьмы. - В общих чертах. Мы бываем с ними на связи, и знаем их посты. А вот здесь, – она ткнула пальцем на карте Глубинных Троп. – Замечена небывалая ранее активность Порождений Тьмы. Это называется Перекрёсток Каридина. Эти места всегда кишат тварями, но в настоящее время там бродят целые отряды… - Кларель? – спросила внезапно Флёр. – А тебе известно что-либо о практиках запрещённых видов магии? Я не говорю про Магию Крови, – усмехнулась она. – Я про совсем иные виды магии… ну, скажем, оборотничество…. - Нет… – медленно проговорила Кларель де Шансон. – Мне ничего об этом неизвестно.                                                            *** - Часть о Робине Венгдингском без песни будет неполной! – настаивал Варрик. - Ну так сам её и сочини. – огрызнулась Изабелла. - Я писатель, госпожа пиратка. Песни у тебя определённо лучше получатся. Можно подумать вы на корабле не исполняли, всё что душа просит, и свои баллады не сочиняли. Ну что тебе стоит, ривейни? - Ладно-ладно. – бросила Изабелла. Достала отуда-то лютню, и перебирая струнами, задумчиво запела: Если рыщут Порожденья За твоею головой Чтоб клинком худую шею Сделать более худой Нет надёжнее приюта В Вендинге не пропадёшь Если продан ты Логэйном С потрохами ни за грош. Здесь с почётом принимают Гномов, шлюх, и колдунов. И в отряды набирают, Оторви-сорвиголов. Все, кто загнан, неприкаян В Башню Бдения бегут. Потому что здесь хозяин, Славный парень – РОБИН ГУД! - Вот это дело! – одобрил Варрик. – Это по-нашему, ривейни. С меня бутылка. Всегда невозмутимые сёстры Артабана вытаращили глаза и уставились на Изабеллу со странным выражением на лицах. Робин страдальчески смотрел в сторону. - Ну, это ты очень самокритично, про… – кашлянул Андерс. - А это я не про себя, – усмехнулась Изабелла, поглядывая в сторону Лилит и Ясмины, покатываясь со смеху с их наливающихся кровью лиц. – Хотя… нет, может и про себя. Кто там знает… – быстро пробормотала она со сдавленным смешком. - Вообще, Робин Гуду для пущего эффекта осталось только победить дракона, – поменял тему Варрик. – Хотя нет, это уже как-то слишком. - Ну, Архидемона можно оставить для миледи Квентрит, – весело сказала Изабелла. – Думаю, она и его завалит. - Архидемона «валят» целые армии, – возразил Андерс. – Впрочем, было бы интересно посмотреть на это. Издалека. Через некоторое время они услышали жуткий раскатистый рев. - Что это было?! – спросил Варрик, озираясь по сторонам. - Явно ничего хорошего. – пробормотала Изабелла. Прямо над городком Фортшоу, куда они направлялись, в небо взмыла высшая драконица, размашисто хлопая крыльями и принялась нарезать круги. Зависнув в небе, она выпустила столб огня, и помчалась вниз стрелой. Не долетев до земли, она снова взмыла в небо с пробравшим путников до костей ревом. - Вот те раз… – пробормотал ошеломлённый Варрик. – И зачем я сказал про дракона… - Эээ, Робин… нервным голосом пробормотала Ясмина. – Может не стоит…?   - Ого, они ещё и разговаривают! – хихикнула Изабелла. – Ничего себе! Лилит начала медленно поворачивать голову в сторону Изабеллы, но конфликта так и не случилось. - Мы уходим! – резко отчеканил Робин. – Поворачиваем обратно! - Хм… – произнесла Изабелла. - Нам нет смысла вступать в сражение с драконом. Тем более, может их там целый выводок. Так что сейчас битвы не будет. Возвращаемся назад!                                                            *** - Мы не в Ферелдене, и не в Орлее, – разглагольствовала Флёр для непонятливых. – Морозные Горы – это ничья территория. Так что нет, вход в Орзаммар находится не на территории Ферелдена. Но да, в общем и целом – Ферелдену и Орлею больше повезло, чем остальным. Покинув гостеприимный и живописный Джейдер, Флёр и её отряд направились в сторону перевала Герлена, но не доходя до него, свернули на длинную горную тропу, пройдя по ней, они в конце-концов оказались на достаточно оживлённом плато. Множество гномов возилось с кучей тележек, разгружая и загружая их. Это были гномы-наземники, через которых шла почти вся торговля с Орзаммаром. Бросалось в глаза, что их было как-то чересчур много. Чуть поодаль от них стояло множество прилавков с выставленными на них всякой всячиной. Судя по всему, это и была знаменитая ярмарка в Морозных Горах над спуском в королевство гномов Орзаммар. - А что, кроме Орзаммара больше не осталось никаких гномьих королевств? – спросил Карвер. – Неужели все уничтожили Порождения Тьмы? - Наверное, не все. Как минимум, есть ещё целый город, называется Кэл Шарок. Его обнаружили лишь недавно при нынешнем короле Эндрине, – наставительно проговорила Флёр. – Он всё тысячелетие пробыл в изоляции и выжил. Ну, с тех времён, когда пали гномьи королевства и Орзаммар запечатал Глубинные Тропы. Это получается, что могут быть ещё такие же Кэл Шароки. Просто мы о них не знаем. Кто знает, какие ещё тайны скрывают Глубинные Тропы? Раз Кэл Шарок обнаружили спустя тысячу лет. - Жаль, что гномы не могут восстановиться. – вздохнул Киннон. - Да какое там восстановиться? Орзаммару бы самому не пасть. Его численность не растёт, а неуклонно падает. Их общественное устройство оставляет желать лучшего. У них там какие-то кастовые системы, я сама не очень знаю, что это вообще такое, – призналась Флёр. – Может не слишком внимательно изучала этот вопрос. Но вроде это как-то так работает: родился в касте Кузнецов – валяй в кузнецы. Родился у торгашей – торгуй. Родился в какой-то клоаке, где живут бескастовые гномы – живи всю жизнь на какой-то там помойке. А это чуть ли не пятая или шестая часть города. Весело, да? Не очень весело! – подытожила Флёр. – А ещё у них какая-то сложная муть с наследованием… Мол родились дети у родителей разных каст – демоны их разберут, в какую касту они пойдут. В общем, Орзаммар медленно вымирает. Не подумайте, что я пророчу ему смерть. Думаю, мы сейчас зайдём и увидим вполне цветущий, оживлённый город. Да если и вымрет, то не при нашей жизни. Хотя кто знает, Мор-то мы ещё не победили, – невесело усмехнулась Флёр. – В общем, если они продолжат в том же духе – ещё тысячелетие они вряд ли протянут. - Интересно, почему тут такое столпотворение? – спросила Флёр у какого-то торговца, гнома-наземника, раскинувшего неподалёку свой шатер. Половину его лица занимала татуировка или клеймо. - Так Орзаммар был закрыт считай два месяца! – пробурчал гном. – Почти никого не пускали. Вот сейчас все и ринулись. - А почему? Что случилось? - Да король Эндрин-то представился! И вот, выбирали, понимаешь, нового короля. - Эндрин Эдукан… всё?! – поразилась Флёр. – Надо же! Это же только что ушла целая эпоха! – Обратилась она к спутникам. – А скажите, уважаемый гном, кто сейчас король Орзаммара? - Я сам как-то не то, чтобы и знаю! Но раз эти бесполезные деширы в Совете кого-то там выбрали и открыли ворота, значит всё хорошо. - Ладно, неважно, кто там сейчас король, – обратилась Флёр к своим спутникам. – Раз это больше не Эндрин, то мне безразлично кто это. Но кто бы это ни был, мы с ним скоро пообщаемся. Но я не особенно рассчитываю на его помощь в борьбе с Мором, – небрежно добавила она. – Мы, конечно, попытаемся выбить для себя что-нибудь… С пропуском в Орзаммар у них не возникло ни малейшей проблемы. Преодолев весь путь до входа в город, длящийся не меньше часа, они очутились в каком-то зале, который, скорее, напоминал музей. Вымощенная дорога вела к массивным дверям, которые, видимо, и являлись входом в сам город, а вдоль неё стояли высеченные из нефрита статуи в два человеческих роста. Это были статуи гномов, и сверху над каждой из них висели две каменные таблички с высеченными на них именами. Одна табличка была написана на Королевском\Торговом, другая на древнегномьем языке в виде специфических рун. - Совершенные! – ахнула Флёр, обводя рукой открывшуюся перед ними картину. – Это гномы, которые стали кем-то вроде их богов ещё при жизни. - Богов? – переспросил Карвер. – Это как? - Ну отмеченными Камнем, или что-то такое. Я не очень разбираюсь в религиозных вопросах, – скривилась Флёр. – Знаю только, что эти парни или девушки совершили во благо гномьего общества какое-то великое деяние, и за это их так отметили. - Можно считать это Залом Славы. – покладисто промолвил Артемис. - Пожалуй, что так, – согласилась Флёр. – Пусть будет Зал Славы, мне не жалко. Открыв двери «Зала Славы», ведущие в заветный Орзаммар, у них перехватило дыхание. Это был настоящий подземный мир. Очень высокие потолки Орзаммара будто уходили далеко в гору, и с трудом можно было разглядеть светящиеся сталактиты. С возвышения, на котором они стояли, было видно, что внизу под городом протекает лавовая река, на которой и стоял город Орзаммар. В некоторых местах город соединялся между собой крепкими и обширными мостами, отчего Флёр заключила, что он стоит по сути на естественных колоннах, внутри самой горы. С их места можно было разглядеть так же целые жилые кварталы с левой и правой стороны города. Дома были все полностью из камня, а между ними порой можно было разглядеть выбивающиеся сталагмиты прямо из пола. Иные превышали высоту домов в 2 раза. Ближе к центру с обеих сторон длинного моста, ведущего к какому-то величественному сооружению, стоящего посреди города, находились две торговые площади. Левая, судя по всему, продолжалась ещё вглубь города, скрытая за стеной сталагмитов, через которые невозможно было что-то разглядеть. У путников не было ощущения, что они находятся в какой-то огромной пещере. Это был настоящий город, будто на поверхности ночью, только высеченный весь из камня. Очень высокие потолки создавали впечатление, будто над ними просто беззвёздное небо. Довлеющий в воздухе запах лавы, впрочем, отчётливо давал понять, что они находятся внутри горы. С правой стороны города можно было заметить в отдалении огромные открытые ворота с извилистой лестницей, ведущей наверх. Интересно, куда они ведут. - Это путь в Алмазные Палаты, Стражи, – подошедший к ним гном заметил, куда Флёр смотрит. – Впервые в Орзаммаре? - Впервые, – призналась Флёр. – Что такое Алмазные Палаты? - Это можно назвать Город над Городом или Верхним Городом. Он располагается прямо над нами, – иахнул стражник рукой вправо. Флёр увидела возвышающиеся ряды колонн, растущие прямо из камня, поддерживающие собой какое-то возвышение сверху, правда с их место сложно было что-то разглядеть. Очевидно, Верхний Город уходил вглубь горы. – Там живут только «сливки общества». Все знатные дома расположены именно там. Так же, там находятся три главных здания – королевский дворец, где правит наш король. Там же расположен Зал Хранителей, и Зал Совета, где наши деширы, в основном, спорят до хрипоты, но так же и выбирают короля, как раз только что они выбрали нам нового короля. - Меня зовут Редвальд. Я капитан Стражи. – продолжал гном. Флёр, наконец, заметила, что у него довольно выделяющиеся доспехи с эмблемой. - О, дорогой Редвальд. Если честно, мы должны встретиться с королём. Так что, судя по всему, нам нужно отправиться в эти самые Алмазные Палаты… - Вот как? Боюсь, ваши дела немного подождут. У короля сейчас… - Это вряд ли, капитан. У нас есть Древний Договор, подписанный королём Орзаммара, – торжественно проговорила Флёр. – Вот, смотри. - Да, это действительно договор с Серыми Стражами, подписанный нашим королём, – кивнул Редвальд, после того как внимательно его рассмотрел. – А что, наверху действительно идёт Мор?! - Действительно, – подтвердила Флёр. – Серые Стражи такими вещами не шутят. - Да уж, верно, – почесал затылок капитан. – Ладно, это всё за пределами моих полномочий. Давайте, я прямо сейчас провожу вас во дворец. Флёр и компания без возражений отправились за ним. По дороге они обратили внимания на какую-то странную угрюмость гномов, быстро сновавших туда-сюда. Где-то виднелись отчётливые пятна крови, которые видимо ещё не отмыли. На Серых Стражей глядели явно настороженно, но без особого интереса. По всей видимости, тут не обошлось без каких-то стычек. - Тут недавно шли бои.,– словно подслушал их мысли капитан. – Когда умер король Эндрин, деширы долго не могли выбрать нового короля, и в итоге случилась… - Он замялся, но всё же сказал это. – Гражданская война, но, к счастью, недолгая. Впрочем, говорить об этом с наземниками мне совершенно не хочется, даже с Серыми Стражами, так что извините. - Ты глянь, – толкнул Карвер локтём Артемиса. – Видишь сколько лавок разрушено? На рынке, где они как раз проходили, и правда несколько открытых лавок были разбиты вдребезги. Видно было, что прибрались пока только поверхностно. Торговцы смотрели на них напряжённым взглядом и облегчённо вздыхали, когда они проходили дальше. Пройдя через ворота, ведущие в Алмазные Палаты, наши друзья прошли через несколько подъёмов и туннелей, и, наконец, вошли в Верхний Город. Уже с самого начала им раскинулся великолепный вид на нижний Орзаммар. Дома местных аристократов были покрыты богато украшенной резьбой по камню и инкрустированы драгоценными металлами. Одеты местные обитатели были явно лучше, чем те, кто живёт внизу. Бросалось в глаза, что тут было и гораздо больше стражи. Магический свет, исходящий от стен пещеры и сталагмитов, обильно переливался в инкрустированных в стены домов драгоценных металлах, создавая вокруг причудливый спектр. Флёр решила, что это и была причина назвать это место «Алмазными Палатами». Королевский дворец не слишком сложно было распознать даже новичку. Самое величественное здание возвышалось надо всем вокруг, впрочем, не сказать, что оно чем-либо напоминало, например, изыски Джейдера. Просто самое большое каменное здание в Орзаммаре, с примерно той же резьбой по камню на стенах, что и везде. Капитана Редвальда и Серых Стражей пустили без единого вопроса. Внутри же обстановка чуть больше напоминала что-то королевское. Настенные граврюры, покрывавшие вестибюли и залы, действительно напоминали собой великолепное произведение искусства. Работу качественных мастеров Орзаммара. Бросалось в глаза, что слуг на первый взгляд не так уж много. А дворецкий и вовсе выглядел как обычный гном, хоть и одетый как средний аристократ с этого района. Поговорив с дворецким, капитан заверил Стражей, что король примет их в ближайшее время, и ушёл по своим делам. Не прошло и часа, как снова явился дворецкий и пригласил их за собой. Флёр и её друзья прошли за ним в просторный тронный зал. Дворецкий и стражники вышли, закрыв за собой дверь - Атраст вала, Серые Стражи, – проговорил сидящий на троне король. – Я король Орзаммара Гаан Эдукан. Второй сын бывшего короля Эндрина. С этими словами, он встал с трона и пошёл навстречу Серым Стражам, разглядывая Флёр в упор. Возможно, он смутно мог бы напоминать изображение короля Эндрина в книгах, если бы Флёр его запомнила. Новый король был заметно молод. Возможно, где-то возраста самой Флёр. Аккуратная чёрная бородка спускалась с подбородка где-то на полдюйма. Он производил впечатление очень сильного воина, особенно на Артемиса Хоука. Очень мускулистые руки были заметны даже через королевский камзол. Чуть приглядевшись, Флёр увидела, что камзол ещё и скрывает тонкую кольчугу, наверняка очень высокого качества. На поясе у короля висел меч, ножнами похожий на церемониальный, но Флёр не сомневалась, что внутри какой-нибудь самый практичный. Артемис же быстро определил в его одеянии и пару спрятанных кинжалов. Лицо у нового короля было суровое и будто отмеченное печатью страдания и боли. Флёр подумала, что такие глаза могут быть только у человека, который перенёс лишения и страдания. Через лицо мужественного гнома пролегал едва залеченный шрам, спускаясь к шее. Он не улыбался. Совсем не улыбался. И смотрел на них со слабой искоркой интереса. - Я Флёр Амелл, Страж-Командор Ферелдена, – торжественно представилась девушка. – Вы могли знать Дункана, бывшего Командора. Во всяком случае, король Эндрин его очень хорошо знал. Это мои Стражи сэр Перт, Петра и Киннон. И мои братья – Карвер и Артемис Хоуки. - Ого, семья… – странным тоном проговорил король, пройдясь перед ними взад-вперёд. Наконец, он остановился и снова взглянул на них: - Не ожидали увидеть здесь меня, а? – равнодушным тоном спросил он. - Не скрою, Ваше Величество, не ожидали, – пожала плечами Флёр. – Я вообще была уверена, что король до сих пор Эндрин. - Увы, увы, – развёл руками новый король Орзаммара. –  Эндрин в последнее время сильно сдавал, но жил бы ещё некоторое время и мудро правил. Его здорово подкосила смерть старшего брата Триана, и обвинение в его убийстве и изгнание на Глубинные Тропы среднего брата Гаана. – Криво выдавил из себя король некое подобие улыбки. - Это вы… про себя? – осторожно спросила Флёр. - Ну а про кого? – без тени улыбки ответил король. – Обвинённый в убийстве брата Триана, я умер на Глубинных Тропах. И остался у короля любимый сынок Белен, удачно оставшийся без старших братьев. Пока они были тут, он был третьим в очереди престолонаследия. А тут глядишь, стал первым. И, через некоторое время, умирает и сам король Эндрин. Как всё удачно сложилось для принца Белена! Не так ли, Стражи? На лице Артемиса было написано полное понимание и живейший интерес. Карвер слушал раскрыв рот. Сэр Перт и маги напряжённо смотрели на него, затаив дыхание. Для них всё происходящее было настолько необычно, что они особенно чувствовали торжественность момента и возможность прикоснуться к чему-то очень интересному и необычному за пределами их мира. В этот момент каждый из них возблагодарил миг, в котором они приняли решение пойти за Флёр. - Хм… – вежливо произнесла Флёр, вопросительно смотря на него, придав выражению своего лица подобие тактичности. - Впрочем, да, дорогая Командор. Я знал Дункана, – пристально посмотрел на неё высокородный гном. – Более того, я очень хорошо знал Дункана. Мужик был что надо. Поведай мне сначала ты, Флёр. Что с ним случилось? - Он убит, ваше величество, – флегматично проговорила Флёр. – Убит Порождениями Тьмы. Видите ли, на поверхности начался Мор. Это не слухи и не преувеличение, как вам могли передать. Вы же понимаете, что ни один Серый Страж не стал бы кривить душой в этом вопросе? Это Мор, Ваше Величество! Клянусь честью Ордена. - Хорошо, – устало кивнул король. – Я верю вам. - Дункан погиб в битве при Остагаре, – продолжила Флёр. – Я была там. Дункан спасал короля Кайлана, но не спас и сам погиб. Жестокая была битва. Не знаю даже, стоит ли вам это говорить – но у нас в Ферелдене теперь тоже нет короля, и… мы на пороге гражданской войны. Вот так. – безрадостно окончила она свою речь и тяжело вздохнула. Король издал короткий смешок и отвернулся. Наконец, он собрался с мыслями и посмотрел на Флёр. - Это… так неожиданно, – он ещё раз усмехнулся. – Что же… – добавил он серьёзно. – Я очень вам сочувствую. Гражданская война, это не шутки, уж по себе знаю. - Ваше Величество. Расскажите же, что с вами произошло! – сказала вдруг Флёр с заинтересованным выражением лица. Она уже будто забыла, зачем они вообще сюда пришли. И договор какой-то… - Да не вопрос, – передёрнув плечами, заявил последний Эдукан. – Итак, Стражи, жил-был король Эндрин, и было у него три сына. Старший был и так и сяк, звали его Триан. Средний вовсе был дурак – ну это я, – пожал он плечами. – Действительно же, дурак-дураком. Младший же был самый умный, хитрый, скользкий, подлый – всё это вместе. Звали его Белен. И возжелал наш разлюбезный Белен править Орзаммаром. Да только как бы ему это сделать? На троне сидит отец, по правде говоря, не настолько уж и старый. В ближайшее время он не умрёт, что ты будешь делать? А потом старший сын, который должен был наследовать трон после Эндрина. Уж не знаю, каким бы королём стал в итоге Триан. Тот ещё был братец, скажу я вам – урод уродом, – пожал плечами Гаан. – Ну, что правда, то правда. А потом средний сын, который любил подраться, даже выигрывал во славу семьи Состязания, если вы знаете, что это такое, – Флёр коротко кивнула. – Знаете, ну и прекрасно. Этот средний сын, то есть я, был дураком, умом и сообразительностью вроде как бы и не блистал. Но этот дурак был второй в очереди после Триана. И как же нашему умненькому Белену прийти к власти?   - Белен усердно провоцировал ссору между мной и Трианом, – продолжал Гаан. – И самое интересное, ему это удавалось. Мне он лил в уши одно, Триану другое. Ему он заливал, что Совет хочет признать королём меня, а не его. Мне же, что Триан хочет меня убить, и мне нужно опередить его, если я не хочу быть убитым, – мрачно сказал он. – Он умело убеждал нас обоих в своей правоте. Думаю, с Трианом у него не возникло сложностей. Слишком уж мой старший брат был заносчивым ублюдком. А я… я был просто дураком, каким Белен меня и считал. Флёр выдохнула и жадно уставилась на знатного гнома. Ей подумалось, что стоит попробовать сделать какие-то выводы из истории выжившего Эдукана, прежде чем наверху разразится катастрофа. Возможно, она придаст ей какой-то мудрости и подсказки, как поступить в случае чего. Тем временем, Гаан продолжал: - В день кульминации событий, когда мы все отправились на Глубинные Тропы в тейг Дома Эдукан, на меня напал капитан каких-то наёмников со своими ребятами, и я их всех перебил. У капитана было фамильное кольцо нашего Дома, которое принадлежало Триану. Там саркофаг тейга открывался с помощью нашего фамильного кольца, но неважно. Я ещё подумал, откуда кольцо Триана у этого урода. Прихожу в назначенное место – а Триан лежит мёртвый. Я в изумлении склонился над ним… и тут появляются Белен с отцом. Гнусная сволочь Белен указывает на меня отцу и говорит, как он был всё это время прав, будто он давно знал, что я собираюсь разделаться с Трианом, а отец ему со скорбным вздохом отвечает, что он прав. Каким же дураком я почувствовал себя в этот момент. И справедливо, ведь я действительно им и оказался. Белен обвёл нас всех и каждого вокруг пальца, – Гаан мрачно хлопнул в ладоши три раза. – Браво, Белен. Он действительно был великолепен, ничего не скажешь. Можно ненавидеть его, можно презирать, но у него получился далеко не самый тривиальный трюк. - И тут ещё мои спутники, кроме Горима, меня предают. И на голубом глазу заявляют, что Триана убил в самом деле я. Гориму не верят, потому что он не из благородных. А вот лорду Айво ещё как поверили, – невесело усмехнулся Гаан. – Ну да я потом разрубил его на куски и разбросал по Пыльному Городу. - У нас на поверхности одна банна Эсмерель тоже, говорят, направила своих головорезов убить наследницу Севера Квентрит Кусланд, – возбуждённо проговорила Флёр. – Так эта Квентрит приволокла её в городскую ратушу и там разрубила на глазах у всех именитых жителей города. Артемис во все глаза уставился на Флёр. Это был первый раз, когда она что-то сказала про Квентрит почти не в негативном ключе. Более того, даже сама заговорила про неё. Обычно, когда при ней упоминали Квентрит, она отмахивалась, как от надоедливой мухи. - Между нами всегда было что-то общее, не отрицаю, – издал Гаан лающий смешок. – И вот, никто не поверил в мою невиновность, ну никто. Меня приговорили к изгнанию на Глубинные Тропы. Горим скрылся где-то. Меня посетил некий лорд Пирал Харроумонт и распинался, мол верит в мою невиновность. Правда его вера мне ничем не помогла. Меня замуровали. Я должен был драться до смерти с Порождениями Тьмы, не имея возможности вернуться домой. И погибнуть. А Белен убрал с пути всех кого смог и остался с Эндрином наедине. - Но я не погиб. Вы же не думаете, что я просто так выигрывал Состязания? – продолжал далее Гаан. – Я с боем пробился аж до Перекрёстка Каридина. Более того, нашёл там неплохое оружие. – Он резко вытащил меч, полыхнувший красным цветом, и Флёр увидела неплохой зачарованный клинок. - Сильверитовые руны, – гордо сообщил Гаан. – Очень… неплохо помогают против Порождений Тьмы. Хотя, я и без вполне справляюсь. Не суть. Я не только не погиб, но и добрался до одного из форпостов Легиона Мёртвых. И какое же было моё удивление, когда я встретил там Горима, своего старого друга. В ту же ночь он сбежал в Легион и уже несколько дней воевал с ними. Я принял это как свою новую жизнь. Убивал Порождений Тьмы рядом с надёжными друзьями, делил с ними тягости жизни на Глубинных Тропах. Но я знал – однажды я вернусь и сделаю с Беленом такое… Флёр и друзья смотрели на него. Он сделал вдох и продолжал: - И тут мне приносят весть, что король Эндрин мёртв и Совет не признал королём Белена. Вы ведь знаете, что у нас хоть и есть право престолонаследия, но короля-то утверждает Совет? Так вот, я с надёжными людьми вернулся в Орзаммар и выяснил, что король Эндрин, оказывается, тяжело заболел, после того как я сгинул на Глубинных Тропах. Ну не сдюжил старик, бывает, – равнодушно пожал он плечами. – Но не такой уж он был старый и разбитый, вот что я вам скажу. И всё это время подле него, между прочим, уже не было Белена. А был возле него тот самый Лорд Харроумонт. И именно его, Пирала Харроумонта, Эндрин и назвал своим преемником. После чего сразу же умер. - У меня на самом деле было в Орзаммаре не так уж мало сторонников, – глухо продолжал Гаан. – Если честно, я был не таким уж дураком, каким меня считал Белен. И, на самом деле, я умею ждать. Я всех, кого надо нашёл, собрал. Тем временем, Белен и Харроумонт начали погружать Орзаммар в противостояние. Кровь начала литься на улицах, правда, в основном, в Общинных Залах. По мелочи. В Совете же они орали до хрипоты друг на друга, и явного перевеса не было ни у одной стороны. Тогда же мне стало известно, что они ищут единственную живую Совершенную нашей эпохи – Бранку. Года так два назад она собрала свой Дом и отправилась на Глубинные Тропы, искать Наковальню Пустоты. Голос Совершенной однозначно бы дал преимущество поддержанному ею кандидату. И не просто преимущество, а неоспоримое. Никто бы уже не мог возразить. Я собрал своих людей и сам отправился искать Совершенную Бранку. Он замолчал. Собрался будто с силами, и через некоторое время продолжил: - Совершенная Бранка была из касты кузнецов, её сделали таковой за изобретение бездымного пороха. Она была одержимой идеей найти Наковальню Пустоты. Вкратце, это та штука, на которой делали Големов. Не стану утомлять вас подробностями. У меня было несомненное преимущество перед Беленом и Харроумонтом. Я со своими парнями заходил уже туда так далеко, как легионеры без меня и близко не осмеливались, и знал кое-какие места. Изначально Совершенный Каридин был из Тейга Ортан, но туда не было никакого смысла идти, ибо очевидно, что Наковальня находилась не там. Да и он весь кишит моровыми пауками, – короля аж передёрнуло. – Они ещё хуже Порождений Тьмы. Особенно, когда их очень много. - Наковальня Пустоты, по всем сведениям, должна была находиться где-то в ответвлении Мёртвых Рвов, бывшей гномьей крепости Бонаммар. Но соваться туда – чистой воды самоубийство. Это место настолько кишит Порождениями Тьмы… А в последнее время, так там вообще что-то странное. – Флёр при этих словах вспомнила, зачем она вообще сюда пришла, но оставила это на потом. Сейчас история Гаана Эдукана занимала все её мысли. – Порождений стало столько, что будто и не было никогда раньше. Но всё же, я нашёл выход. В Наковальню Пустоты можно было пройти и другим способом, не заходя в Мёртвые Рвы, – Гаан немного помолчал. – И там я нашёл совершенно живую Совершенную Бранку. Повеселившись с шока, отразившегося на лицах всех без исключения, он продолжил: - Совершенная Бранка творила ужасные вещи, вам лучше и не знать. Она действительно нашла Наковальню Пустоты, но её сдерживали ловушки, установленные самим Совершенным Каридином, создателем Наковальни и Големов. Я помог ей пройти через них, и мы… - Достаточно будет сказать, что я нашёл Совершенную Бранку, – опомнился Гаан и мрачно улыбнулся. – И вернулся я в Орзаммар, во-первых, с короной, выкованной для нового короля руками самой Совершенной с её печатью. Во-вторых, с новыми друзьями. 7 големов, управляемых… мною. Бранка мне их передала. Первым же делом, я под покровом ночи пришёл в дом Лорда Харроумонта, и открылся ему. Лорд Харроумонт был мне очень рад, и заверил меня клятвенно, что он на моей стороне. Вот тогда я и сказал ему, что нашёл Совершенную Бранку и что она выковала корону для меня, нового короля Орзаммара. Гаан в предвкушении обвёл взглядом присутствующих и пробасил: - И тогда он попытался убить меня! – мрачно усмехнувшись. – Мой «соратничек», поверивший якобы в мою невиновность. Этот ублюдок оказался ничем не лучше Белена. Но я дважды не вхожу в одну и ту же реку. Всё-таки, не такой уж я дурачок. Я был к этому готов. Големы уничтожили охрану Харроумонта, а я… я его убил, и выставил его голову перед его же домом. После чего торжественно пошёл в Совет, где сидел Белен, сияя от счастья. Он готовился к тому, что Совет объявит королём его, после смерти Харроумонта. Представляете, как выглядело его лицо, когда он увидел МЕНЯ? Да, это было потрясающе. Я вытащил корону Совершенной, старшина Совета Банделор признал в ней подлинную работу и печать Совершенной Бранки, и, более того, я рассказал им о Наковальне и Големах. На меня надели корону и готовились короновать, но мой братец Белен оказал мне великую услугу. Он свистнул всех своих сторонников, и большинство из них решило пойти в самоубийственную атаку на меня. Я их всех убил, – с достоинством заявил Гаан. Подумал и поправился. – Ну, не только я. И да, всех, кроме Белена. Его я оглушил. - И что с ним случилось? – не выдержала Флёр. - Наверное, жалеет, что не умер. – холодно сказал Гаан. Сделал глубокий вдох и продолжал: - Меня сделали королём под общий приветственный рёв деширов, за некоторым исключением. Большинство сторонников Белена были мертвы, пойдя за своим предводителем в последнюю отчаянную атаку, но сторонники добряка Харроумонта вышли на улицы и развязали настоящую бойню. Я едва её прекратил, незадолго до вашего прихода. Буквально несколько дней прошло. Сейчас вроде тихо, но моя битва далеко не закончена. Я стал королём, залив Орзаммар кровью, хотя какой у меня был выбор? Но так или иначе, у Орзаммара появился король. И вот, конец моей истории, дорогие Стражи. Вам понравилось? - Ваше Величество, – отвесила ему поклон Флёр. – Вы великий человек, – она поперхнулась. – То есть, тьфу, великий гном. У нас на поверхности вы бы сейчас, наверное, превзошли всех нас троих… ой, что я говорю, не обращайте внимание. В общем, вас бы, да в нашу гражданскую войну – вот было бы зрелище, да ещё бы и на нашу сторону. Но серьёзно – вы потрясающая личность, и несомненно будете великим королём, которого Орзаммар и ждал. Думаю, что не хуже вашего отца Эндрина в молодые годы. Я весьма рада знакомству с вами и от всей души благодарю за то, что поделились с нами своей историей. - Всегда пожалуйста, – вежливо ответил ей Гаан, закончив с драматической частью. – Скажи мне, Командор Флёр, на самом-то деле ты пришла испросить моей помощи в борьбе с Мором, так? - Так, Ваше Величество, – вздохнула Флёр. – Всё так. У меня есть документ… - Не нужно, – оборвал её Гаан. Она удивлённо воззрилась на него. – Я помогу вам, Орзаммар выйдет на битву с Мором. - О… – начала она в замешательстве. – Я… Но! – отчеканил он резко. – Не сейчас! Сейчас я не могу оставить Орзаммар. Иначе он утонет в крови. Я должен подавить мятеж и сгладить последствия. И, только после этого я смогу вам помочь, – твёрдо сказал он. – Не раньше. - Ну хорошо, – пришла в себя Флёр. – Я принимаю вашу помощь, король Гаан. А теперь, могу я вас спросить, как мне попасть в Мёртвые Рвы? В Гаана словно ударила молния. Он посмотрел на неё, как на ненормальную. - Что? – почти ласково спросил он. – Мёртвые… Рвы? - Да, Мёртвые Рвы, – вежливо и невозмутимо ответила Флёр. – Мне туда надо по делам. - Впрочем, ты же Серый Страж, и, судя по всему, весьма сильный, и компания у тебя под стать, – оглядел он их вскользь, задержав взгляд на Хоуке. – И чего это я, в самом деле. Я должен сказать тебе, что Мёртвые Рвы – ОЧЕНЬ опасное место, но ты и сама знаешь. Недалеко от моста ведущего в неё находится один из форпостов Легиона Мёртвых. Очень надеюсь, что он ещё жив. А попасть туда можно из Перекрёстка Каридина. - Перекрёсток Каридина. Хорошо, – задумчиво произнесла Флёр. – В принципе, у меня есть карта. - Покажи мне её! – потребовал король. – Хм…. Нет. Вот здесь вот обвал, а здесь… я уверен, ты найдёшь дорогу сама, но я думаю, смогу помочь тебе. Гаан Эдукан отошёл и отдал кое-какие распоряжения. Флёр и друзья терпеливо ждали. Наконец, дверь открылась, и стражники ввели какого-то гнома. Он был страшно рыжий, настолько рыжий, что это даже какой-то перебор. Колдунья Кара, которую Флёр завербовала в Круге, по сравнению с этим гномом отдыхала. У него и волосы были рыжие и усы, и длинная борода точно такого же цвета. Правда в отличие от Кары с её огненно-рыжим оттенком, у него был скорее тёмно-рыжий, но в то же время яркий что-ли… Впрочем, у Кары ещё не было и бороды. - Это Огрен, – представил его король. – Наш, как бы это сказать… один из лучших бойцов всей касты Воинов. Огрен, это Серые Стражи. Я даю тебе шанс – вступай в их компанию и уходи из Орзаммара. - Погоди, что значит вступай… – вытянулось лицо у Флёр. – Король Гаан! Мы же не клуб по интересам… – от запаха исходящего от Огрена она даже поморщилась. Что за вонь… - Командор! – величественно и твёрдо заговорил король. – Огрен, как я уже сказал, один из лучших бойцов всего Орзаммара. Убил множество Порождений Тьмы. Хорошо ориентируется в Глубинных Тропах, и…. и даже знает дорогу в Мёртвые Рвы. Тебе не нужен такой Серый Страж? - В принципе-то, конечно, нужен! – опомнилась Флёр, и махнула рукой. Была не была. – Огрен, я Призываю тебя в Серые Стражи. Я Страж-Командор Ферелдена, и имею на это право. Ты переходишь под мою ответственность. - Вот зашибись! – пробурчал Огрен. – Ну, в принципе, я только рад! Флёр подумала, что первым делом заставит его принять ванну под страхом немедленной казни. Когда Флёр, её друзья и рыжий благоухающий гном ушли, король Гаан отрешённо посмотрел им вслед, и как только за ними закрылась дверь, достал какую-то палочку, взмахнув ею. - Белен, ко мне! Тотчас из глубин тронного зала раздался резкий и сильный топот, и перед королём Гааном возникла громадина в полтора человеческих роста, похожая на смесь камня с металлом. На том, что у этого существа являлось головой, горели два очень человеческих (гномьих) глаза, которые некогда были глазами принца Белена Эдукана – третьего сына короля Эндрина. - Белен, брат мой! – криво улыбнулся Гаан Эдукан. – Как я и говорил им – ты небось жалеешь, что не умер, интриган ты наш недоделанный…