Внешний мир

Школа Сумеру всегда напоминала гигантский муравейник, полный жизни и шума. Коридоры гудели от смеха и разговоров, как стая восторженных птиц, но среди этого яркого хаоса существовала одна тишина, только усиливавшаяся с каждым просмотром. Это была тишина Кадзухи, скромного и тихого ботаника, который прятался за страницами учебников, боясь быть замеченным. Он был как призрак, которого никто не замечал — даже те, кто постоянно обитал в его окружении. Каждое утро Кадзуха приходил в школу, надеясь найти уголок, где его не коснется ненавистная реальность. В тот день он остался без сил и прижал к себе свой новый блокнот, в который начал записывать свои мысли о жизни и любви. -Жизнь как цветок, — размышлял он, но при этом испытывал только горечь. Как же ему хотелось улыбнуться, но вместо этого он лишь прятал лицо в капюшон своей толстовки. Скарамучча, популярный в школе, приковывал к себе взгляды, как магнит. Его смех раздавался на весь коридор, и Кадзуха невольно дразнил себя, мечтая о том, чтобы быть таким же. -Ты видишь этого ботаника? — часто начинал Скара свои шутки, когда замечал Кадзуху. -Бедняга так и не смог найти себе девушку среди всех этих цветочков! Размышления сверстников, как грозовые облака, сгустились вокруг Кадзухи, заставляя его испытывать резкую, невыносимую боль. Ранним утром, проходя мимо них, Кадзуха невольно услышал, как один из старшеклассников произнес: -Скромный ботаник, так и хочешь стать ещe более незаметным? В следующий момент его рука была схвачена, и он оказался на земле. Ноги тех, кто не понимал, что ему просто нужна тишина, продолжали топтать его мечты. Скарамучча лишь смеялся, наблюдая за этой сценой. -Ну, ты собираешься встать или ты - как обычный травяной задрот? — говорил он, когда толпа расступилась, позволяя Кадзухе выбраться. Кадзуха поднялся, скрипя зубами от стыда и ненависти к собственным чувствам. Его мир стал полон страха и одиночества, но даже с этим бременем внутри, он не мог избавиться от своего ухания к Мучче. Каждое утро, каждый день, когда они пересекались взглядами, его сердце колотилось сильнее. -Как же он хорош, — шептал Кадзуха, когда его брат терпеливо ждал, пока тому не будет разрешено тут же выбросить свои чувства в озере неверия. Спустя дни тирании, когда вечера стали мрачными, Кадзуха заметил, что из его сердца начали прорастать цветы. Это были васильки — нежно-синие, беззащитные, но одновременно сильные. Они начинали пробиваться сквозь его одежду, ждут мгновения, когда их заметят. Каждый лепесток, каждый бутончик отражали его чувства, напоминая о том, что любовь, несмотря на свою красоту, может стать настоящим бременем. Это странно, — думал он, прикрываясь листами в своей любимой теплице. В таком укрытии он чувствовал себя отдельным от мира, но и в то же время связанным с ним. Каждый вечер, глядя на свои цветы, он убеждал себя, что они — это его надежда. -В этом мире есть место для любви, — стал его девиз. Но, увы, он не знал, что именно они, цветы, были символом его несбывшихся мечтаний. Кадзуха не догадывался о том, какой чудовищный крах ждал его впереди. Его жизнь стала похожа на черно-белый фильм, где он был немым актером, который не мог произнести свое признание. С каждым днем его цветы становились всё более значимыми, выводя печальные строчки из глубин его души. Он чувствовал, как его страсть становится источником боли. Одиночество стало его верным спутником. Иногда он учился в библиотеке, окружённой тишиной, но ни один его друг не мог разделить с ним эту тишину. Он понимал, что быть невидимкой — это одновременно и дар, и проклятие. Он мог наблюдать, как другие смеются, как заботятся друг о друге, но, в то же время, одиночество жгло его душу, как огонь, поглощая всё вокруг. В этот день, возвращаясь домой, Кадзуха решился написать письмо Скарамуче. "Я знаю, что ты не посмотришь на меня, но я все равно хочу сказать, что ты значишь для меня больше, чем кто-либо другой." Его сердце колотилось от волнения, когда он старался выразить свои чувства словами. Он отвёл руку от листа, смотря на свой почерк, но остановился в самом начале. Не зная, как дать этому чувству свободу, он бросил листок в мусорку, словно его мечты были отвергнуты не только им, но и всем миром. Цветы, вырванные из сердца, упали рядом с испорченными строками. -Начало конца, — подумал он с грустью, чувствуя их предвестие. Он вышел из дому, смело шагая вперед, но зная, что его любовь навсегда останется скрытой в тени.