Часть 7

Когда Настя проснулась второй раз, было уже достаточно светло. На печи была она одна. Более того, Тараса не было и в комнате. В комнате опять чувствовался аромат свежезаваренного чая и берёзовых поленьев. Скрип в сенях, а вот и пропажа. Тарас Петрович вошёл в комнату весёлый и румяный. - Доброе утро, Анастасия Андреевна! - Как спалось вам? - Спасибо, хорошо. - Не замерзли? Настя лукаво улыбнулась. “Ах, он хитрец. Как будто сам не знает, что на печке ночью было совсем не холодно. Ладно, подыграю. “ - Вовсе нет. Вашими заботами. - Приятно слышать. - А как вам на лавочке? - Признаться, не очень удобно. Зато был повод встать пораньше. Вот дров наколол, воды вам для умывания нагрел, чай заварил. Угостить к чаю мне, правда, вас нечем, но есть хорошие новости. Во-первых, ваша одежда просохла. И даже ботинки вполне можно будет надеть. А во-вторых, я кое-что нашёл касаемо нашего дела. - Что же? - Анастасия чуть не спрыгнула с печки в чём была, в последний момент спохватилась и прикрылась одеялом. - Вот сейчас встанете, умоетесь, оденетесь и за чаем всё вам расскажу. А я пойду пока до озера прогуляюсь и обратно. Посмотрю, нет ли свежих следов. _______________ Это было самое странное за последние годы утро. Чужая изба, её немного влажная одежда пахла какой-то тиной, ни расчески, ни зеркала. И умываться в таких условиях прежде не приходилось. Завтрака не то, что привычного Арининого, не предвиделось вообще никакого. Ещё надо было придумать, что рассказать Володеньке и Михаилу Львовичу о своём ночном отсутствии, да так, чтоб последнего не хватил удар. Про купание в озере точно говорить не стоит. Несмотря на всё это, на душе было светло и радостно, даже хотелось петь. Эх, скорей бы узнать, что там за новые улики удалось найти Тарасу Петровичу и где. Неужели она вчера так некачественно произвела осмотр помещения и упустила что-то важное. Ещё никогда с таким нетерпением не ждала она утреннего чая. _____________ - Я вся внимание, Тарас Петрович. - - - Что вы нашли? - Связь Прохора Барсукова и Саввы Каргапольцева, а также мотив. - Не томите же, рассказывайте. - Я вчера ровно в тот момент, как мальчишка барсуковский выскочил, икону с той полочки забирал, - полицейский указал на место хранения иконы, - Подзабыл потом про это как-то. А с утра нашёл и решил рассмотреть получше. И за задником иконы письма обнаружились. Прелюбопытные, но и препечальные. - Что в письмах-то? - Да вот, сами читайте, - Тарас Петрович протянул потрепанный в местах сгиба лист бумаги. “Дорогой Прохор Егорыч, Пишет тебе Агафон, сосед твой по деревне. Диктую сыну Пете, што грамотный, а сам я, как знаешь, букв не разумею. Бывал я давеча наездом в Тотьме, куда ты своих перед уходом на службу свёз. У свата гостил да вести всякие узнавал. Жену и ребятишек твоих тоже видывал. Про жену твою Груню да ребят твоих хочу сказать — дело неладное. Живут у дядьки твоего Саввы Ильича, а вид у них, прости Господи, будто с того света пришли. Худые страсть, лица бледные, глаза впалые. Ванька твой, што постарше, все по углам шмыгает, будто тени боится. А малая, Феклуша, и вовсе слегла — кашляет, горячка бьет, а к доктору не везут. Савва Фомич сказывает, будто они сами не хотят, а народ шепчется — не пущает он их, деньги жалеет. Да и насчет Аграфены слухи ходят нехорошие. Бабы на сходке болтали, што Савва к ней похаживает, не как к родственнице, а ты уж меня понимаешь. Сам видел, как он ее за руку таскал, а она вырывалась, да сил нету — худая, как щепка. Прохор, зря ты отцово дело продолжить не захотел. Доброго бы кузнеца как-нибудь бы отхлопотали от службы. А теперь что, при живом муже и отце как сироты. Может, тебе отпуск попросить? Али к мировому сходить? А то боюсь, дождаться тебя не успеют. Твой сосед Агафон - А что другие письма? - Короткие и печальные. В одном пишут, что дочку схоронили. А в другом, что жена Груня в речке утопилась. В октябре прошлого года. - И после этого Савва Ильич перебрался в столицу? - Именно. Теперь мотив понятен. Вопрос в другом. Зачем ему понадобилось сундук этот брать. Такой тяжёлый да приметный. Он же нас на него и вывел. Чай не из золота. Денег что ли не нашёл и решил забрать хоть что-то? - Знаете о чём я подумала? Вот эти кружочки на ключике, это же не просто кружочки. Если так посмотреть, то вполне себе разбираются буквы: Е и Б. - Что? Кто ж такие скабрезности-то на приличных вещах делать будет?! - Да, Тарас Петрович, это инициалы! - Думаете? - Отца Прохора звали Егором, и был он хорошим кузнецом. - Хотите сказать, что сундучок забрал на память о родителе? Как он вообще у Каргапольцева оказался? - Ну, по родственному был ранее подарен или с Груней переехал. - Да, быть может. - Вот сегодня прямо и начнём выяснять, когда до города доберёмся. Надо будет в Тотьму телеграфировать, чтобы узнать подробности дела утонувшей Груни и про Барсукова… - По хорошему надо бы и в военное ведомство запрос подать. Не отличился ли чем солдат Прохор Егорович Барсуков? Были ли взыскания, ранения? Откуда-то же есть у него хромота. Когда уволен с военной службы? - А что с Ваней будет? - Не держите, значит, вы зла на мальца, - Тарас Петрович ухмыльнулся. - Что будет? Сиротская доля нелегкая. Если повезёт, другие родственники найдутся. Будет ли ему там житье слаще, чем у Каргапольцева, Бог весть. - Не думаю, что он меня специально хотел в озере утопить. Слишком сложно рассчитать такую траекторию движения, вдоль которой толщина льда достаточна, чтоб выдержать его вес, но проломилась бы при массе на 20 килограммов больше. Для этого надо учитывать скорость и направления течений, изменения структуры льда с учётом резкого перепада температур. - Чуть дрогнувшим голосом Настя тихо добавила, - Мне жаль его. Счастливо успел пожить с матерью и отцом в родном доме лишь в раннем детстве. Сам, наверное, этого даже не помнит. Анастасия резко отвернулась к стене, но от её внимательного собеседника не ускользнуло, что глаза барышни увлажнились. Слишком близко к сердцу принимает судьбу сироты? Напоминание о её собственной истории? - Знаете что я думаю? - Тарас вновь взял инициативу в свои руки. - Орудия преступления у нас нет, сундука нет, ни Прохора, ни его сына нет. Куда убежали, нам не ведомо. Не все ж леса в округе прочесывать. Более того они ли жили здесь, мы точно сказать не можем. Только ключ, да и тот по описанию приказчика не совпадает. Письма. А что письма? Может, они и не доедут до города, потеряются где-то в пути. Просто ещё одно нераскрытое дело. - Вы готовы отпустить Прохора безнаказанным? - Его уже довольно жизнь наказала. Проявится где ещё, не пощажу. А сейчас землю рыть не планирую. - И вы готовы смириться с тем, что целый день и столько сил было потрачено напрасно? - Почему же напрасно? Зато теперь мы знаем, что бегаете вы хорошо, а плаваете не очень. Собирайтесь. Впереди долгий путь.