Куколка

Вечер показа проходил довольно гладко, подруги, мама, друг, все поддерживали нового президента, а Юлиана устраивала короткие интервью с журналистами разных стран. Репортёры из Израиля, Украины и даже из Италии. В связи с недавним открытием филиала Зималетто в Милане. Пушкарёва славно держалась, её даже не смутило появление Жданова под руку с Надеждой Ткачук. Настырная журналистка из Киева всё пыталась выяснить природу отношений с новым партнёром Зималетто и запустила сплетню о назревающем романе. Вечер проходил благоприятно и спокойно. Однако, когда она уловила лёгкий кофейно-табачный аромат, поняла, что это не надолго. — А здесь довольно мило… — Послышался низкий, игривый тембр голоса. Дыхание на секунду сбилось, когда она повернула голову в сторону звука и увидела перед собой довольную ухмылку Воропаева. В очередной раз он склонился настолько близко, что расстояние, вполне заслуженно, можно было посчитать интимным. Улыбка мужчины оседала не только на губах и щеках, она отражалась морщинками в уголках глаз и блеском в тёмных радужках. — Очень приятно, что вы пришли. Проходите, пожалуйста. — Катерина не подавала вида своих искренних чувств, оставаясь в образе хозяйки вечера.       Такая нейтральная реакция на Александра, кажется, немного отрезвила главного акционера компании. Воропаев сложил руки на пояс и задумчиво осмотрелся. — Подождите-ка, я же здесь не единственный экс-президент, а где же наш любимый Андрюша? — Ох, он уже ваш любимый? Как интересно… — Тихо пробормотала она, впрочем Алекс её услышал. — А как же? Мы с ним с детства друг к другу не равнодушны. — Алекс посмотрел за спину Кати и тихо добавил. — Вспомни овно, вот и оно… — Он выровнялся обращаясь к Жданову. — Лёгок на помине! — Воропаев протягивает ладонь Андрею и тот с фальшивым смешком отвечает на жест. — Здравствуй, дорогой. — С натянутой во все зубы улыбкой, здоровается брюнет. — Здравствуй, дорогой. — Дублирует рыжий в той же манере, однако серьёзный, хищный взгляд Воропаева пробирал до самых костей. Побелевшие костяшки и выступившие вены на руках мужчин выдавали одинаковую силу хвата. Однако никто из них не выдал своего дискомфорта. — Ну, а где же Пал Олегыч, приедет? — Андрей расцепил их руки пряча свою покрасневшую ладонь в карман брюк. — А «Пал Олегыч», сейчас в Лондоне, пытается нам помочь, ведёт переговоры. Нашёл людей, которые заинтересовались франшизами Зималетто. Так что ему сейчас не до разъездов… — Притворно раздосадовано подытожил Андрей. — Ммм… — Брови Александра взметнулись вверх. — А мне он не помогал. — Сложив руки на груди, напомнил мужчина. — Разваливать компанию? — Ехидно подметил Андрей. — Ммм, уж кто бы говорил! — Напомнил он ему. Катерина закатила глаза и обратилась к бодающимся мужчинам. — Я вам не мешаю, нет? — Александр легко рассмеялся, глянув на президента. — В данный момент, нет. — Воропаев пригляделся к открытому плечу девушки и аккуратно, двумя пальцами, снял с него выпавший волосок, сдувая его со своих пальцев. Андрей нахмурился, но промолчал. Когда прямая конфронтация была ему не выгодна, Жданов умел сдерживаться. — Ну, а куда вы дели Киру? — А она собиралась вернуться сегодня к вечеру, но! Наша общая знакомая, Виктория Клочкова, к сожалению, не заказала ей билет. — Жданов невинно повёл плечами, а Воропаев раздражённо цокнул языком. — Какая прелесть! Значит её не будет на показе? Прекрасно. — Саркастично заметил он, спрятав руки в карманы и посмотрев пристальнее на Жданова продолжил: — Надеюсь, вас это не шибко расстраивает, Андрей Палыч, правда? Зато ваша гостья из Киева тут как тут. Без неё же показ не состоялся бы?.. — Андрей едко засмеялся, протянув: — Воропаев… — Что, Жданов? — С задором расправив руки, спросил Александр. — Ты достал, — Андрей тоже размахнул руками. — со своим хамством! — Ну, что ты… Я ещё даже не начинал хамить! Я вообще пришёл сюда отдыхать. — Катерина развернулась к Алексу, чтобы не смотреть на Жданова, который уже начал выводить её из себя. — Ну, и отдыхай. — На мгновенье Андрей перестал приторно скалиться и продемонстрировал свои настоящие чувства. Лицо его исказилось в очень недоброжелательное и угрожающее. — Ты прав. Пойду выпью чего-нибудь. Надеюсь, госпожа Пушкарёва, на напитках не экономила. — Он посмотрел на неё из-под бровей, перехватил руку за тонкие пальцы и заглянув чётко в глаза, оставил поцелуй на тыльной стороне ладони. Быстрым движением он придвинулся к уху Катерины и шепнул: — Присоединяйтесь. — А затем улыбнувшись и подмигнув, удалился к столику с закусками и фужерами.       Как только он ушёл лицо, Андрея моментально перекосило, он прикусил губы провожая оппонента взглядом, а затем обернулся к спине Кати и елейным голосом заговорил: — Кать… — От тембра его голоса на душе стало погано. И как она раньше могла воспринимать этот голос без толики отвращения? — Кать, ну, не расстраивайся. — Расправив плечи Катерина развернулась, посмотрев на него с укором. — На дураков не обижаются, они же как дети. — Он ухмыльнулся. — Их пожалеть надо. Они сами не понимают, что творят. — Самокритично. Во-первых, не Катя, а Екатерина Валерьевна. Мы с вами на публичном мероприятии, Андрей Палыч, не забывайте. Во-вторых на вас, я и не обижаюсь, а вот жалеть… Уж, извините, не собираюсь. — С гордо поднятой головой она направилась в сторону столиков, но сильная хватка на запястье, её остановила. — Кать… — Острый взгляд с приподнятыми бровями впился в карие глаза мужчины. — Екатерина Валерьевна. — Поправился он. — Нам надо поговорить… — Это вам надо. Не мне. Я, кажется, уже всё сказала.       Но Жданов не захотел слушать и потянул её в укромный уголок. Активное сопротивление Пушкарёва не стала оказывать, дабы не привлечь к ним внимание прессы. А то вскоре появятся заголовки по типу: Любовный треугольник в модном доме! Сенсация! Нынешний и экс-президент пойманы с поличным на показе, хотя ранее предполагалось, что между Андреем Ждановым и Надеждой Ткачук намечается что-то серьёзное…       Оставшись наедине он, наконец, отпустил её, Катя потёрла пережатое до боли место, разминая кожу. — И зачем мы здесь? — Со вздёрнутой бровью поинтересовалась ИО президента. — Один вопрос. Перед тем, как я уехал в Киев… За день до моего вылета: Александр Юрьич пригласил тебя в ресторан и ты приняла это приглашение… — Он резко выдыхает. — Не хочешь объяснить, что произошло?! — Андрей повышает голос, требуя ответа. Просить его, сдерживать свои интонации и громкость голоса — бесполезно. Рассчитывать на приватность их беседы можно было только благодаря гомону зала и шумной музыке. — Всё-таки мне не показалось… — Катя устало вздыхает, на секунду, прикрыв глаза. — Зачем вы за мной следили? — Я переживаю. — Состроив обеспокоенное лицо, говорит Андрей. — Почему это? — Сжав губы Катя уточнила: — А, что с Александром Юрьевичем, собственно, не так? — Неужели, ты не понимаешь?! Да он просто хочет тебя использовать, потому что ты управляешь компанией!.. — Прекрасно… — Едко прошипела Катерина. — Значит, он, решил меня соблазнить только из-за этого? — Ну, разумеется! Всё шито белыми нитками! Я знаю его методы… — Пушкарёва несдержанно хохотнула и перебила. — Кому, как не вам знать эти методы. — Резко отчеканила она, холодным голосом. — Что ж, спасибо, что предупредили, а то я, по простоте душевной, даже и подумать не могла… Что такое возможно. — Этим напоминанием она уязвила гордость Жданова. — Хорошо. Можешь считать меня подонком, таким же, как Александр, я не возражаю! Просто ответь: почему ты приняла его предложение? Он же унижал тебя прилюдно! Оскорблял. Я ещё выкинул его из кабинета за это! — Катерина усмехнулась приподняв брови от такой очевидной лжи. — Подонок? О, нет… — Катя покачала головой. — Среди вас двоих только один может похвастаться этим качеством. И пока один честно говорил то, что думал, второй на пару с вице-президентом высмеивал меня за спиной, не особо-то и скрываясь. Разве ту пассивную агрессию можно описать как «выкинул из кабинета»? Вы его и пальцем не тронули, врёте даже сейчас. Или себя обманываете. Самому не надоело ещё? — Катерина устало выдохнула. — Да, вы, конечно, работали гораздо деликатней, Андрей Палыч… Высказывали своё мнение исключительно за глаза. Вы думаете, что поступали порядочнее? Нет. По крайней мере, Александр не скрывает своих намерений по отношению ко мне, и своего отношения тоже. В отличие от вас, он ни разу не воспользовался предоставленной ему возможностью, чтобы полить вас грязью, хотя есть за что. Это уже о многом говорит. Расставляет все точки над «i», кто есть кто… — Я просто не могу видеть тебя с другим мужчиной! Неужели, не понятно? — Вскрикнул Жданов, прерывая её тираду. — Славно, если так. Теперь поймёте какого это. — Пожав плечами, констатировала Пушкарёва, не без доли злорадства. — Смотреть не можете? Можете просто отвернуться. — У вас что-то было? Я видел, как вы вместе уезжали… Пытался поехать следом, предупредить тебя, но потерял из виду, а его новый адрес, не знаю… — Какая низость! — Пренебрежительно сказала Катя. — Что же, не решились спросить у Киры? Побоялись, что она начнёт задавать лишние вопросы? — Андрей перехватил руку и грубо притянул девушку к своему боку. — Это не ответ. — Низким голосом сказал он. — Возвращайтесь к Надежде. Со мной вам ловить больше нечего. — Процедила Катя сквозь зубы и схватила Жданова за руку, давя на болевую точку, о которой рассказывал ей отец. Андрей расслабил хватку, и она вывернула ладонь, высвобождая её. — Я же лю… — Уже было начал он свою очередную ложь. Почти каждое слово слетающее с этих ненавистных губ, было враньём. Повод для этого необязателен. Это его условный инстинкт. Как она раньше не замечала? — Зря. Меня есть кому любить. И в отличие от вас, этот человек, куда более нежный. — Желваки Андрея раздражённо проступили, вызывая улыбку Катерины. — Уходите. Жданов махнул руками и скрылся в направлении зала. Пушкарёва устало вздохнула проводив его взглядом. Общение с этим мужчиной было тем ещё испытанием. Он жадно поглощал всю энергию, оставляя после себя чувство опустошения. Порадоваться своему одиночеству и короткой передышке, она не успела. — Нааадо же… — Послышался знакомый баритон из-за тяжёлой занавеси, затем в просвете показалась рыжая голова, а позже и всё остальное тело. — Какааая сцена. — Протянул он. — И давно вы там стоите, Александр Юрьевич? — Сложив руки на груди, интересуется Катя, прикидывая, как много он услышал. — Достаточно. — Загадочно ответил он, улыбаясь во всю ширь. — Не хмурьтесь, Катерина. — Он подобрался ближе, сложив руки на её хрупкие плечи. — Признаюсь, я польщён такой защитой. — Большие пальцы погладили прохладную кожу. — Пошёл за вами, когда увидел, что вас грубо сюда затаскивают. — Руки Воропаева опустились и развязали скрещенные руки. Он притянул их к себе внимательно разглядывая кисти под ярким освещением. — Не болят? — Пушкарёва скептично вздёрнула бровь. — Почему вас это заботит? — Мужчина пожал плечами, промолчав. Затем нежно коснулся губами покрасневшей кожи и отпустил руки. — А не должно? — Катя негативно качнула головой. — Не расстраивайте меня, Катерина Валерьевна. Я уж было порадовался потеплениям в наших отношениях… — Спустя месяц отсутствия? — Брови Александра взметнулись, складывая лоб гармошкой. Однако сразу после он расплылся в довольной улыбке. — Аххх, вот оно что… — Мужчина сложил руки на груди, склоняя голову набок. — А я тут голову ломаю… — Он обходит её по периметру и останавливается за спиной. Жаркий выдох касается нежной кожи за ухом и мурашки оседают на теле гусиной кожей. — Обиделась? — Катя отрицательно качает головой. — Если соскучилась, почему сама не позвонила? Я, между прочим, ждал. — Ждали? А почему не… — Не мне нужно было всё переосмыслить. — Александр заправляет прядку волос за ухо и встаёт сбоку, оплетая талию девушки. — Я дал необходимое пространство. Выходит зря? — Пушкарёва пожимает плечами, чем вызывает лёгкий смешок мужчины. — Занятно. Мне стоит извиниться? — Александр с детства привык к тому, что из троих извиняется только он. Даже, если был прав. Только исключительно под грифом «секретно» и без свидетелей, чтобы не дай бог, кто-то разглядел в нём порядочного человека. — Не нужно. — Строго сказала президент, а потом вдохнула и расслабилась. — Зато я, наконец, смогла нормально поработать. — Ц-ц, вы справились целый месяц самостоятельно, оставаясь единственной из верхушки управления компанией… — Приблизившись ближе продолжение реплики Александр прошептал на ухо. — И почему я, даже самую малость, не удивлён? — Током прошибло всё тело. Ноги предательски ослабли, но она продолжила держаться ровно, схватившись за ткань пиджака. — Похоже, после вашего трудоустройства вся их работа свалилась на хрупкие плечи секретаря… — Наверное, было бы сложнее, если бы кто-то постоянно требовал отчёт или свои дивиденды. — Намекнула Катерина. — К тому же это не впервые и я не одна справлялась, это была командная… — Екатерина Валерьевна, вам ни к чему эта fausse pruderie… — Шепнул он, а затем развернул к себе её лицо, заглядывая в глаза. — Я рад, что ты наконец показала свой тяжёлый характер не только мне, но и тому, кто этого действительно заслуживает… — Его взгляд скользнул к губам и поднялся обратно. — А то на этих собраниях, обычно, достаётся только мне. — Злорадствуете, что я мимолётно назвала его подонком? — Александр кивнул, отпуская подбородок. — Вы замечали его на парковке? — Вдруг решила уточнить Катерина, вспоминая, как быстро они тогда стартовали. — Видел. Полагаю, если бы вы вышли в гордом одиночестве… Разговора с ним было бы не избежать и хорошо, что на следующее утро у него был самолёт. — Руки Воропаева легли на плечи, он смотрел из-под бровей. — Хорошо, что очередное его признание в любви вы отбрили на корню. Потому что ночь, перед вылетом, он провёл дома у моей сестры. — Александр рационально предположил, что от этой новости Кате может стать дурно, а потому поддерживал её в ровном положении. Однако она лишь пожала плечами, стойко устояв на месте. — Мне жаль Киру Юрьевну, как думаете она вообще сможет увидеть, какой он на самом деле? — Катерина сделала небольшой шаг ближе, запрокидывая голову сильнее. — Не знаю. Перед вылетом они условились взять перерыв, так что я не удивлён тому, что он в открытую крутится вокруг Ткачук. Просто хотел поиграть на его нервах. — Боюсь, за долгие годы вашей «не-любви» он выработал иммунитет к яду… — Констатировала Катя с лёгкой улыбкой. — Дааа… Это я и сам заметил. — Алекс подпёр бока и обернулся, одной рукой он отодвинул занавеску и через маленькую щель просканировал зал. — Бесит это довольство на его лице… — Пушкарёва подошла ближе выглядывая туда же. Андрей стоял в центре, как ни в чём не бывало, купаясь в лучах славы.       Мерзко. Он чуть не развалил компанию, из-за него Катя влезла в криминальные схемы, рисковала своей свободой, периодически работала за четверых, а теперь он в центре внимания просто из-за того, что, возможно, охмурил очередную бывшую модель. Как же гадко теперь думать о том, что она избрала дорогу: «понять и простить». Воспитание не позволяло ей быть эгоистичной и мстительной, но с другой стороны её учили не врать и не ввязываться в махинации, а она стала. Жданов извратил её, исказил, осквернил! Конечно, своей в том вины она не отрицала, ведь если бы не строгие рамки родителей и её собственная воля вырвать себе хоть клочок свободы, она бы ушла и не стала врать в угоду начальнику. Осталась бы такой же забитой, тихой мышкой в родительской квартире, которая боится слово поперёк сказать и не угодить их желаниям. Так что был и огромный жирный плюс у всей этой истории… — Теперь я понимаю. — Тихо говорит Катя привлекая этим внимание Александра за своей спиной. Он вопросительно хмыкнул, ожидая продолжения. — Я никогда его не любила. — Дай догадаюсь, ты увидела его и запечатлелась? — Предположил Александр и положил ладони на ключицы, теперь они снова остались наедине. Катя кивнула. — Люди часто путают желание с любовью. Мне жаль, что он испортил тебе первый опыт. — Не первый. — Вырвалось у Пушкарёвой и над ухом раздался клокочущий смех. — Какая неожиданность, а вы проказница, Катерина. — Воропаев развернул к себе девушку. — И что ты даже не защитишь его? — Нет. Ничего выдающегося. — Катя выправила плечи, стесняться ей нечего. Устала стыдиться того, что для всех естественно. — Как и в первый раз это было неискренне. — В смысле? — Склонив голову набок, спросил Алекс. — В прямом. Видимо у меня на лице написано: Спать можно только из корыстных целей. — Она развела руками. Драма с Денисом уже настолько померкла в нынешних реалиях, что вообще никак не трогала. — Этот вон за компанию боролся, тот просто ради денежного спора. Студенческое развлечение.       Глаза Александра забегали по лицу напротив, безмятежная улыбка контрастировала с тяжкостью её признания. Он всего лишь хотел пошутить над незадачливым Ждановым, а по итогу утоп в тяжёлой теме. Он и Андрея осуждал за такой поступок, но чтобы он был не первым таким в жизни этой несчастной девушки? Поразительно. И ведь она не была страшной, с ужасными дефектами внешности или речи. Да. Иногда заикалась, странно морщилась и таращилась, но стоило ей уплыть в среду чисел, как лицо разглаживалось, светлело, глаза загорались энтузиазмом. Девушка любила свою работу и отстаивала своё начальство, как натренированный питбуль вгрызаясь до самых костей. Правда, он так и не смог вспомнить, когда она заступалась бы так за себя. Та вялая попытка призвать его к совести, когда он стал невольным свидетелем её преображения, не в счёт. У неё не получилось.       Воропаев ненавидел подобное свинство со стороны мужчин. Ещё бы, он часто становился свидетелем обратной стороны вопроса. Слёзы, сопли, истерики весь дамский набор. Сам он предпочитал делать всё в открытую, чем экономил и время, и чувства. Разбивать чужие сердца не приходилось, потому что его и не любили. Первой своей влюблённости он уже и не помнит почти, а полноценные отношения заводил лишь раз. Возможно она согласилась на его хамское предложение в ресторане Бон Аппетит исключительно на контрасте с ними? Хоть какая-то искренность. Ну… Почти. Катя испытующе смотрела, ожидая реакцию Воропаева. — И всё же меня перед ним ты отстояла. Так уверенна в том, что фирма мне не нужна? — Вздёрнув бровь, спросил он, чтобы убедиться в своей теории. — Знаете, когда перестала верить слухам и его не лестным словам, когда подключила мозг и расставила всё на полки у меня сложилась совсем другая картинка. — Пушкарёва сложила руки на груди. — Вы же меня анализировали вот и я решилась. — И какие выводы? — Заинтересовано Алекс посмотрел на неё под углом. — Вы ёж. — Воропаев хохотнул, а Катя невозмутимо продолжила: — Вы притворяетесь. Постоянно. Но не для того, чтобы просто обмануть, как это делает он. У вас это защитный механизм. Не хотите показаться слабым и уязвимым. Запугиваете и ядом плюётесь, чтобы все сторонились и не смели подойти слишком близко. Потому что без игл, вы сами станете жертвой. «Смышлёная девушка. И как только со Ждановым проглядела?» — Одно только мне не понятно… — Рассматривая фигуру мужчины, задумалась девушка. — Что именно? — Далось вам соревноваться с тем, кто заведомо слабее? Ведь всё при вас. Слабый из него конкурент, если сравнивать. — Александр искренне рассмеялся, придерживая живот. — Я с ним никогда и не соревновался всерьёз. Доставал и действовал на нервы — да. Призывал к его совести, чтобы не ходил на лево — да. Только её у него нет. Разве вы не заметили закономерность почему я чаще начал появляться в Зималетто? — Пушкарёва пожала плечами. — За работой не обращаешь внимания на такие детали. — Моим оппонентом в компании были вы. Я сразу потерял интерес к нему, как только на горизонте замаячил кто-то достойный соперничества. И заметьте я даже не прибегал к грязным методам. — Взлом компьютера. — Напомнила Катя. — Это Ветров придумал. Я его за корпоративный шпионаж отчитал. — Добыча информации о НикаМоде. — Только официальные источники. И сплетни… — Зачем вы на самом деле пришли? — На показ? Как и сказал, отдохнуть. — Нет, я про это укромное место. Вы звали меня к столикам, но меня увели. Так зачем я вам понадобилась? — Сюда пришёл потому что хотел вмешаться и вызволить из лап дракона, однако не стал вмешиваться, когда услышал диалог. Вы должны были, наконец, ему высказать всё, что накипело. А к столикам звал, потому что хотел аннулировать нашу сделку. — Глаза Кати расширились, а потом она усмехнулась. — Не потянете? Или совесть заиграла? — Получается так, что я немного слукавил. Этот месяц разлуки и мне на многое раскрыл глаза. Предлагать вам только… Ну, вы помните. Большое упущение. Это предложение вас бы дезинформировало о моих намерениях… — Брови Катерины взметнулись, она развернулась к акционеру спиной. — Хорошо, я поняла. Тогда можно возвращаться в зал. — Она схватилась за портьеры намереваясь выйти и чтобы не демонстрировать смятения на лице. Правда ей помешали чужие руки, перехватившие её пальцы. Александр прижался со спины и опустил руки девушки. — Нет, вы меня не поняли, Катерина Валерьевна. — Его подбородок опустился на оголённое плечо, а руки обвились вокруг талии. — Я не хочу вам предлагать что-то несерьёзное. Это нечестно по отношению к нам обоим.       Пушкарёва растворилась в тепле мужчины, весь прошедший месяц она возвращалась к моментам, когда он так чувственно касался её. Вспоминала, как держал в объятьях, как прижимался и в сравнении с небогатым жизненным опытом это ощущалось правильным. Она ни разу не испытала стыда, за проведённый вместе вечер. Не было мыслей об осуждении родителями, мук совести о неправильности и аморальности, так же не было. Александр был свободным человеком и она тоже. Жалеть о том, что в тот вечер у них с ним ничего серьёзного не произошло, тоже. Как и говорил сам Воропаев, торопиться не обязательно. Трепетность момента исчезает в спешке, а из томления состояла почти вся их химия. Руки мужчины нежно притягивали и сжимали, но не до боли и дискомфорта. — Вы честно сказали ему про то, что вас есть кому любить? — Она кивнула. — Подразумевали меня? — Катя пожала плечами и прошептала: — Не знаю, может… — Александр коснулся ключицы девушки губами, улыбаясь. — Вообще это ряд родных мне людей… — Чуть громче сказала она. — Будьте моей жжженой, обворожжжительная… — Екатерина усмехнулась и с лёгким смешком цитировала ответную фразу Дюймовочки: — Это так неожжжидано… Позвольте мне подумать. — Одна рука мужчины отодвинулась от талии, но вскоре вернулась к её лицу с бархатной коробочкой наперевес. Внутри неё лежало бриллиантовое кольцо. — Я серьёзно, Катерина. — Весь задор ситуации пропал, Пушкарёва не думала, что это предложение было произнесено взаправду. Её ладони сомкнулись вокруг коробочки с кольцом. — Вы уверены? — Трепетно спросила Катя. — Это моё самое жжжгучее жжжелание. — Шепнул он на ухо и по телу пронеслась сильная дрожь.