ХЭ?

Роз было слишком много. Они заполнили весь сад — пышные, живые, с острыми шипами. На этот раз я отчетливо почувствовала присутствие Айзека. Он стоял немного поодаль, в тени. Молча наблюдая. Не подходил, не нарушал моего пространства. — Если я уйду чем займешься? — спросила я, не оборачиваясь. — Твои подопытные протянут 10 лет? Больше? Я повернулась к нему. — А ты сам? Уверен, что вынесешь это? Сейчас его голос был спокойным. — Я живу уже больше, чем достаточно, умею больше, чем мог бы освоить самый талантливый человек за жизнь. Возьмусь за другие проекты. Создам новых подопытных. У Пандоры различные сферы деятельности. Разные способы. Он сделал шаг ближе, слегка наклонив голову. — Тебя заботят мои планы? Я вскинула на него взгляд, не скрывая иронии. — Раньше ими со мной не делился. — Ты не спрашивала. — А ты разве ответил бы? Усмешка скользнула по его лицу. — Как я могу не ответить если госпожа попросит. Он замолчал. Но не ушел. Просто стоял прямо — почти неподвижный. Я заговорила тише, но не менее отчётливо. — Я все же намеренна остаться. Думаю, что Улей будет достаточно удобным местом… — Ты не останешься в Улье. Это место не для тебя. — отрезал Айзек. Я вскинула подбородок. — Предлагаешь мне жить здесь? — А ты хотела бы этого? — спросил, но тут же продолжил. — В любом случае, нет. Ты создашь то, что будет принадлежать только тебе. Место, куда захочешь возвращаться. — Возвращаются не в место, а к людям, Айзек. Тебе ли не знать. Я закрыла глаза вдыхая аромат бутона. Опасаясь смотреть ему в глаза. — У Пандоры достаточно недвижимости внутри города. Как только жизнь людей вернется в привычный строй, можешь подыскать подходящий вариант рядом с одной из лабораторий. — В мои планы не входило восстановление лабораторий. Я даже близко к ним не собираюсь приближаться. Он ответил не сразу. Сделал шаг ближе и посмотрел прямо. Его голос был ровным. Но чуть медленнее, чем обычно. — Тогда тебе труднее будет увидеться со мной. Улыбка скользнула по губам сама собой. Его слова звучали громче любого признания. Он хочет быть рядом. И мне больше ничего не нужно знать. *** В сказке, где чудовище пряталось за стенами замка, а роза медленно теряла лепестки было просто: проклятие, любовь, спасение. В нашей истории всё иначе. Айзек не Чудовище, которого можно излечить. Он может уверять себя в том, что любовь не для него, что это не его выбор. Отрицать то, что и так очевидно. Стремиться избавиться от связи между нами. Но только рядом со мной он дышит по-настоящему. Я это чувствую. Мы с ним — сплошные противоречия, острые углы, выдохи на грани. Мы вместе — боль и спасение. Привычка. Жажда. И всё же, несмотря ни на что, нас тянет снова и снова. Мы не исправляем друг друга. Мы просто не можем быть порознь. Я смотрю на этот сад, на него — и вдруг осознаю: «А если в нашей сказке Чудовище не одно?» И, может быть, именно поэтому она настоящая.