Глава 19. Обряд

Время тянулось бесконечно, но неумолимо. Пэнси понимала, что час, когда она должна прибыть в морг, наступит очень скоро. Драко и Блейз взяли на себя предпохоронные хлопоты, но все равно ей предстоит увидеть Тео в гробу, и это неизбежно. Однако, может, тогда она примет его смерть. Пока Тео спал, не ощущалось, что его нет. Он незримо присутствовал рядом, и Пэнси верила, что однажды они непременно воссоединятся. Надежда теплилась внутри слабым огонечком, но она была. Невозможно представить, что лицо Тео будет застывшей желтой маской в обрамлении гроба, но Пэнси представляла, пытаясь морально подготовиться. Она, дурная, воображала, как ввалились глаза, как смерть поцеловала мужа чёрными подглазинами, как расцвели фиолетовые пятна на некогда красивом любимом теле. Пэнси зашла и дальше в своих ненормальных фантазиях: в голове навязчиво возникали видения гниющей под землёй плоти, пожираемой червями, а затем остатки плоти исчезали, и оставался только ветхий скелет. Сквозь кости прорастали цветы и трава, оплетающие усыпальницу, и фамильный склеп Ноттов становился совсем обычным — белый мрамор, увитый растительностью, выращенной на благодатной почве. — С тобой всё в порядке? — Лили появилась позади кресла, в котором сидела Пэнси. — Мне так грустно, когда ты не шутишь. Я знаю, у тебя умер близкий человек, — так сказал папа — и мне хочется тебя поддержать, но я не знаю как. — Милая, то, что ты переживаешь за меня, это уже большая поддержка, — Пэнси, поднявшись, подошла к Лили. — В этом доме очень много людей, поддерживающих меня. Наверное, больше нигде на свете нет такого места, — она заключила Лили в объятия. — Спасибо. — Когда мама ушла, папа был рядом со мной. Сейчас я понимаю, как ему было сложно, ведь поддержать было некому. В нашем доме бывали его друзья — мистер и миссис Уизли, мои бабушка с дедушкой, но, кажется, им самим нужна была помощь, — Лили сложно давался рассказ. — В доме постоянно кто-то плакал, меня кто-то обнимал, жалел, потому что я лечилась от ожогов, и у меня всё болело, а я тогда звала маму и не понимала, почему она не приходит ко мне. Мне не нужны были другие люди, и я помню, что даже оттолкнула отца, сказав, что мне нужна только мама, — Лили всхлипнула. — Чем старше я становлюсь, тем чётче в памяти проступает этот момент, и мне стыдно. Я понимаю, что не должна была так делать. Никто не жалел папу, а он ведь тоже пострадал. Поэтому я хотела бы поддержать тебя, потому что ты здесь одна, без родственников и друзей. Вдруг тебе поможет? — Моя ты крошка, — в груди защемило, и от нежности, и от благодарности, и ещё от чего-то смутного, но сладко-болезненного. Пэнси прижала Лили к груди, обнимая хрупкие плечики, и они обе разрыдались. Чувство облегчения разлилось по телу, словно после потери части, наконец, обрел целостность. Потерянные конечности можно заменить искусственными протезами, а вот чувства могут быть только настоящими. Другие попросту не залечат открытые раны. Пэнси справится со своим горем. Не она первая, не она последняя. Лили справилась. Гарри справился. Замкнулся в себе, но справился. Теперь она понимала, почему он показался ей сначала закрытым и эмоционально глухим — просто отгородился от других, нарастив броню. Пэнси уверена, что под броней скрывается мягкое доброе сердце. У Гарри Поттера не могло быть иначе.

***

Днём Пэнси поймала Маисса. — Зайди ко мне, деточка, — загадочно сказала она, и когда Пэнси пришла в комнатку Маиссы, то увидела на столе рассыпанный рис и свечи. Она заинтересованно разглядывала мистический антураж, пока Маисса не уселась за стол и не пригласила сесть напротив. — Древняя магия друидов способствует очищению от прошлого и помогает обрести веру, надежду и любовь, — начала она, но Пэнси пока не понимала, что от неё требуется. — Когда случается смерть близкого, то по древним кельтским традициям, нужно провести обряд. Тем самым мы завершаем этап жизни и отпускаем умершего. Обряды проводятся не только, когда умирает близкий, но и когда случается что-то важное. Милая, я хочу провести этот обряд для тебя, чтобы ты с легкостью пошла дальше. Пэнси слушала, затаив дыхание, древняя магия друидов — это настоящий подарок судьбы! В Британии осталось очень мало волшебников, — потомков друидов, — и познакомиться с одним из них — настоящая честь. Пэнси догадывалась, что Маисса не просто служанка в доме Поттеров. Скорее всего, она Хранитель. Хранитель — это волшебник или волшебница, назначаемая Верховным жрецом для некоторых семей. Человек, избранный Хранителем, не вправе отказаться, иначе его ждёт проклятие на весь род. Не все семьи получают Хранителей, их выбирает магия. Хранители никогда не колдуют во вред семье, они призваны защищать или оберегать. Маисса поняла невысказанный вопрос. — Хранителем магия выбрала меня после смерти Джиневры, — ответила она. — Но до этого я просто служила мистеру Поттеру. Я чувствовала, что мне следует устроиться на работу именно к ним. Магия уже тогда знала, что к чему. — Почему вы хотите провести обряд для меня? — Пэнси в внимательно смотрела в испещренное морщинами смуглое лицо Маиссы. — Я дала клятву заботиться о мистере Поттере и членах его семьи, делать все, что будет им во благо. Я чувствую, что должна сделать обряд для тебя, — она немного помолчала. — Ты ведь дорога ему, не так ли? Вы сблизились в последнее время. — Да, но… — Магия знает больше и видит дальше. Я чувствую, что должна. Но мне нужно твоё согласие. — Я согласна, — сразу же ответила Пэнси. — Не каждый день выпадает такой шанс. Маисса улыбнулась. — Что ж, тогда приступим. Она зажгла свечи, распределила тонким слоем рис по столу, сделав в середине углубление, куда положила трехлистный клевер. — Вера, надежда, любовь, — забормотала она, — Отец, Сын, Святой Дух; небо, земля, подземное царство, обращаюсь к вам денно и нощно, даруйте дочери вашей Персефоне очищение, освобождение и чистый Путь. Маисса рисовала знаки на крупе, огоньки свечей трепетали, а в воздухе искрилась магия, царапающая кожу, поднимающая мелкие волоски, зудящая в затылке. Рис приподнялся над столом, закрутился в маленьком торнадо и приобрёл причудливые формы цветков клевера. Из них Маисса стала быстро-быстро плести венок. Клевер был белого цвета, а все листики трехлистными. Она водрузила готовый венок на голову Пэнси и снова забормотала: — Очищение, искупление, завершение. Очищение, искупление, завершение. Очищение, искупление, завершение. Внезапно глаза Маиссы расширились, и она уставилась на венок, испугав Пэнси. — Что такое?.. — Он пожелтел. — В смысле? А не должен был? Маисса достала откуда-то зеркало и протянула Пэнси. Та взглянула в отражение и увидела, что белый клевер стал ярко-желтым. — Обряд невозможно завершить, — произнесла Маисса. — Магия не согласна. — Ничего не поняла!.. — по коже Пэнси пробежал мороз. — Что это значит? — Белый цвет венка означает непорочность, он таким остается, если магия принимает все препятствия и оставляет человека с миром. Он идёт дальше с чистой душой. Жёлтый цвет означает неверность, и ты ещё не искупила вину перед мужем. — Какая к дракклам неверность?! — горячо возмутилась Пэнси. — Я не изменяла Тео! У нас с Гарри ничего не было. Я не спала с ним! — Милая, — укоризненно покачала головой Маисса, — магии плевать, кому принадлежит твоя плоть, с кем проводишь ночь и кому отдаешься. Магия считает изменой измену духовную. Все мысли, намерения и даже сама магия внутри тебя обращена к другому — вот она измена. Магия считает, что твое испытание не завершено. Тебе ещё есть, что решать. — Получается, магия считает меня виноватой и хочет, чтобы я искупила вину духовной измены? — спросила Пэнси упавшим голосом. — Магия никого никогда не обвиняет. Она лишь видит, что твой Путь не закончен, — Маисса сняла венок с Пэнси. — Когда цветы вновь станут белыми, Путь подойдёт к концу, а обряд завершится. — Кошмар. Значит, мне ещё предстоят испытания. Да сколько можно!.. — Не гневи магию и сама не гневайся. Пэнси замолчала. — Тебе в любом случае придётся пройти все испытания, уготованные судьбой, иначе незавершенный обряд будет давить, — огорошила Маисса. — Что? Вот я дура!.. — воскликнула Пэнси. Она не на шутку взволновалась, и зачем только позволила себе ввязаться в неизвестные обряды?! Мало ей было темных ритуалов, проводившихся в её доме, теперь ещё связалась с очень древними! — Значит, так было угодно судьбе, — спокойно рассудила Маисса. Пэнси выскочила из комнаты.

***

— Не бери близко к сердцу, — уверенно сказал Гарри, когда Пэнси поделилась с ним произошедшим. — Древняя магия, друиды — это все, конечно, хорошо, но иногда люди сами себя загоняют в рамки, верят в пророчества и прочее. Не накручивай себя, не думай, что теперь тебе предстоят испытания. Испытания предстоят нам всем, не бывает так, чтобы человек жил спокойно и хорошо. — Ты не понимаешь, — простонала Пэнси. — Не хочу обидеть, просто ты вырос с магглами, а я в чистокровной семье. Наш род всегда бережно хранил магические знания, и мы точно знаем, что к магии нужно относиться аккуратно. — Неужели ты до сих пор веришь в это? — прохладно спросил Гарри. — Детям в чистокровных семьях вбивали в голову не только, что они выше и лучше других, но и что нужно слепо бояться магии. У магглов тоже есть такое — вера в Бога. У магов — в магию. Слепо верить нельзя, принимать за данность какие-то утверждения — тоже. Да, мы живем в волшебном мире и имеем способности, но это не означает, что некая сущность имеет власть над нами. У тебя есть выбор, есть своя голова на плечах. Ты гиперболизировала слова престарелой женщины о том, что тебя ждут испытания. Они всех ждут. Но смотря как к ним отнестись. — Там даже венок поменял цвет!.. — А мысли вот как раз материальны. Не настраивай себя на то, что ждут испытания. Не перекраивай свою жизнь из-за этого. Даже если они и ждут… Подождут! — уже горячо воскликнул Гарри. — Или мы вместе достойно встретим их. Ты не одна, Пэнси. Ты больше не одна. — Я так устала, — призналась Пэнси, Гарри притянул её к себе, и она с радостью уткнулась в грудь, вдыхая запах древесных духов и немного табака. — Кажется, что я больше не вывезу. — Тебе станет легче. Я знаю, о чем говорю. Не сразу, но станет. — Я буду верить в это. — Да. А не в то, что сказала Маисса. Пэнси нехотя отстранилась. — Кажется, я готова к похоронам. Драко и Блейз сейчас делают все приготовления, но им тоже тяжело. Я не буду эгоисткой и провожу мужа в последний путь. — Ты не эгоистка. Просто слишком долго верила, что он проснётся. — Да. Поэтому нужно решиться и поставить точку. Их разговор прервал филин, нагло влетевший в окно. — Кто это может быть? — нахмурился Гарри. — Это филин Драко, — узнала Пэнси. — Не волнуйся, адрес Драко неизвестен, но совы же могут везде найти. — Я знаю. Пэнси распечатала письмо, что принёс филин, и скользнула глазами по пергаменту. «Пэнс, если стоишь, сядь. Когда мы с Блейзом решили полностью взять на себя похороны, то это было не от большой искренности и самопожертвования (хотя не стоит нас совсем списывать со счетов). Короче говоря, нам нужно было кое в чем убедиться. За эти сутки мы убедились, вместе с целителями. Пэнс, Тео проснулся…» Пергамент выпал из рук, в глазах потемнело, и последним, что увидела Пэнси, прежде чем отключиться, было испуганное лицо Гарри.