Глава 11. Всё идёт (не) по плану (часть первая)

«Дьявол обещает золотые горы,

а рассчитывается гнилыми черепками»

© расхожий анонимный афоризм

Принеси мне голову прекрасного принца (часть вторая) Понедельник, 10:00 Старшая школа Собу       Цокот каблуков Хирацуки-сенсей сбился с ритма у самых дверей актового зала. Она остановилась, поправила волосы и расправила грудь, улучшив и без того прекрасную осанку. — Спокойно, — пробормотала Шизука себе под нос. — Я просто…проверяю гипотезу.       Глубоко выдохнув она рывком распахнула дверь.       Взору сенсей предстало «броуновское движение». Старшеклассники под предводительством Ирохи наводили финальный лоск на увешанную плакатами и воздушными шариками сцену. Перемешавшись, словно стекляшки в калейдоскопе, здесь и там мелькали учителя, ученики, декорации, глупые надписи («Чибе с Собой — хорошо, а без Собы — плохо») и… ОН. Цепкий взгляд мгновенно выделил одинокого мужчину из толпы и намертво прикипел к нему.       Мужчина был высок, похож на тяжелоатлета и одет в безумно дорогой костюм (который почему-то ему совершенно не шёл). Пожалуй, к нему вполне бы подошло определение «амбал». Кандидат в мужья школьного психолога смотрел на мир с лёгким прищуром, сопровождаемым ухмылкой, словно приклеенной суперклеем к пухлым губах. Шизука на полном автомате отметила, что «спонсор» совершенно не похож на финансиста. Его типаж (несмотря на костюм) явно на что-то намекал, но на что именно — она пока не могла понять.       Высокого гостя обхаживали, сгибаясь в полупоклоне так, будто позвоночник больше был не нужен, директор с завучем. — …огромная честь для нас… — долетело до ушей сенсей.       Мужчина слушал их в пол-уха. Словно почувствовав спиной прикованный к нему взгляд брюнетки в белом халате, амбал медленно повернулся.       Их взгляды встретились и Хирацука оценивающе прищурилась. «Тридцать три… спортивный… одинокий…» — А, вот и наш лучший преподаватель! — пафосно воскликнул директор. — Хирацука-сенсей! Без неё мы как без рук! Прошу любить и жаловать.       Мужчина разглядывал Шизо-сан с головы до ног, словно раздевая взглядом.       Внутри Хирацуки что-то ёкнуло. И это что-то не имело отношения к романтике или происходящему сейчас визуальному стриптизу. Шизука прислушалась к себе и к собственному удивлению поняла — её беспокоит невесть откуда возникшее ощущение опасности. Осознав это она скорее удивилась, чем испугалась. — Рад знакомству, — твёрдо произнёс незнакомец, одновременно отодвигая в сторону представителей администрации словно неодушевлённые предметы. —Хасоду Такеши, председатель правления «Футаба –банка», который финансирует всю вашу богадельню.       Несмотря на шокирующие слова, она пожала его протянутую руку. Ощущение опасности не усилилось, но и не прошло.       Его рука была холодной, словно лёд и на ней отсутствовал мизинец. Сенсей успела отметить, как из-под манжета белой сорочки выглядывает вытатуированный цветной тушью кончик драконьего хвоста. —Хирацука Шизука, — так же бесцеремонно, как он, сверля взглядом ответила Шизо-сан. «Что же с ним не так? Может, это у меня мнительность от волнения?» — Что преподаёте? — спросил высокий гость. — Литературу и жизнь, — ответила она. — Интересное сочетание. — Практика показывает — неразделимое.       Он чуть наклонил голову. — Тогда вы должны уметь отличать реальность от…тупого развода.       Хирацука напряглась. — Вы хотели сказать — от иллюзий? — спросила она. — Можно и так, — пожал плечами «спонсор». — Я не только педагог, но и психолог. Отличать одно от другого мой профессиональный долг, — гордо ответила Шизо-сан и тут же выругала себя: «Кто тебя за язык тянул? Вот из-за таких фразочек ты одинока в двадцать девять лет!»       Спонсор одарил её тяжёлым непроницаемым взглядом и наклонился ближе. — Школьный психолог за словом в карман не лезет, да? — прошептал он ей в самое ухо. — Люблю тянок с гонором. Поедем покатаемся после…шоу? — Я подумаю, — неуверенно промямлила сенсей. — Это так неожиданно. «Не упусти свой шанс!» — шепнул в голове знакомый голос «котокроля». «Заткнись. Не сейчас. Мы как раз общаемся» — обломала Инкубатора сенсей.       Голос в голове затих. — Вы здесь представляете банк? — спросила она. — И не только, — спокойно ответил мужчина. — А что ещё?       Его ухмылка стала шире. — В свободное от работы время мы занимаемся разными проектами. — Например? — Например…решаем проблемы. Или создаём. Инвестируем в будущее. И в прошлое тоже.       Хирацука скрестила руки. — Звучит подозрительно. — Всё, что приносит большие деньги, подозрительно звучит. А большие деньги приносят свободу. Свободу от всего, девочка…       Их взгляды снова упёрлись друг в друга.       На секунду в воздухе повисло напряжение (…которое обещало во что-то вылиться) и в следующий миг…на плечо собеседника училки японского легла чья-то рука. — Сота, хватит морочить голову нашим подшефным! — властным голосом приказала «банкиру» появившаяся словно из ниоткуда высокая дама в чёрном деловом костюме. — У тебя были вопросы к бухгалтерии — вот ими и займись.       Казавшийся пару секунд назад мегакрутым «спонсор» мгновенно сдулся, словно став на голову ниже. — Простите — берега попутал! — «банкир» дематериализовался не попрощавшись с ошарашенной происходящим Шизо-сенсей. На фоне дамы в чёрном её потенциальный кавалер выглядел просто каким-то…пупсиком. — Моё имя Футаба, я президент корпорации Futaba Heavy Indastries. А фамилия моя, — продолжила дама в чёрном, отвечая на стоящий в глазах Шизо-сан немой вопрос, — слишком известна, чтобы её упоминать всуе. Прости Камисамы ради моего председателя. Нельзя его надолго без надзора оставлять.       В серых глазах гостьи сверкнула воронёная сталь привычки к беспрекословному подчинению. Шизука вдруг поняла, чем её так напряг «банкир». И он, и его начальница были слеплены из одного теста. Такие, как они, не останавливаются не перед чем для достижения своих целей. А цели… — Хирацука Шизука, школьный психолог, — в очередной раз представилась сенсей. — Ваш…заместитель?.. ничего плохого мне не сделал. Поэтому и прощать его мне не за что. — Не замужем? — внезапно поинтересовалась Футаба-сама. — Это слишком заметно, маскируй свои намерения хоть как-то. Иначе так и будешь не охотником, а добычей. «Ты его упустила!!! — истерически заорал в голове Кьюбей. — Это был твой последний шанс!!! Я ещё могу всё исправить! Подписать контракт лучше прямо сейчас!!! Ты согласна? Просто скажи ДА!» — Заткнись, животное, — невольно произнесла сенсей вслух и жутко этого испугалась. — Ой… Простите, Футаба-сама…это я не вам. — Я догадалась, — без тени улыбки ответила дама в чёрном и сделала странный жест рукой, словно отгоняла муху. Два амбала в тёмных костюмах и сонцезащитных очках, направившиеся было к ним, мгновенно остановились и демонстративно отвернулись. — Куришь? — спросила Футаба. Шизука согласно кивнула. — Сходим на перекур после мероприятия.       Шизо-сан едва приоктрыла рот чтобы тактично отказаться, но… — Уважаемые гости, учителя и родители! — раздался из зала голос Ирохи. — Прошу занять места. Мы начинаем!       Хирацука-сенсей моргнула.       Момент для отказа был безвозвратно упущен. — Продолжим позже, — не терпящим возражения голосом сказала Футаба-сама. — Возможно, — ответила Шизука. — Мне не принято отказывать, — покачала головой дама в чёрном. — До встречи.       …Впервые за долгое время сенсей не знала, чего хочет и не представляла, что ей дальше делать.

***

Драматургия среди айсбергов (часть третья) Понедельник, 10:30 Старшая школа Собу       Микрофон заскрипел, однако маленькая техническая неполадка не спасла его от цепких лапок председателя студсовета. — Кхм-кхм… проверка… — Ироха улыбнулась так, будто уже продала половину билетов на мероприятие, которого ещё не было. — Дорогие учителя, уважаемые гости — наши щедрые спонсоры из Футаба-Банка и, конечно же… мои любимые подданные… ой, то есть — ученики, — мягко поправилась она, вызвав лёгкий смех в зале. — Добро пожаловать на фестиваль культуры старшей школы Собу!       В первом ряду сидели фактурные (все как один) мужчины в одинаковых костюмах со стандартно непроницаемыми лицами. Среди них выделялась высокая женщина лет сорока, которая единственная из «спонсоров» выглядела человеком, а не манекеном. Хотя и довольно…специфическим. Те, кто имел несчастье встретиться с ней взглядом, мгновенно отводили глаза. — Сегодня наша родная школа плавно превращается в центр культуры, искусства и… — Ироха сделала паузу, — выгодных инвестиций в будущее молодёжи!       Из первого ряда раздались жидкие аплодисменты. — А теперь слово предоставляется художественному руководителю нашего фестиваля — Займокуза-семпаю!       Под общий шум на сцену величественно выплыл Йоши-кун. Его плащ развевался (хотя ветра не было), а взгляд горел азартом и страстью.       Толстяк поправил очки и воздел руки (…на запястьях которых до сих пор можно было рассмотреть следы от наручников) к потолку. — О день, что солнцем школьный двор залил! Где каждый угол — сцена вдохновенья, Где даже тот, кто вечно не спешил, Становится героем представленья. Сегодня сцена — целый дивный мир, Где принц и лис шагают рядом смело, И школьный двор, как праздничный эфир, Несёт мечты, что оживают в деле. Да будет смех! Да будет яркий свет! Да будет чай, тайяки, суши-сет! Пусть радость льётся, словно водопад, И каждый зритель будет рад. А спонсоры — без лишних громких слов — Почувствуют финансовый подъём: Растёт их профит, множится доход, И прибыль льётся золотым ручьём! И этот день, где творчество живёт, Им принесёт успех на много лет вперёд. Он поклонился. — Спасибо, Займокуза-семпай, — сказала Ироха. — Это было… инвестиционно привлекательно! — она посмотрела на сидящую в первом ряду женщину в чёрном и улыбнулась. Гостья отреагировала на это…никак. — Да будет…фестиваль!       Ишики дёрнула за шнур. Тяжёлый занавес из габардина улетел вверх, открыв сцену с ожидающими команды танцорами в национальной одежде. — Девиз нашего фестиваля — «Мы чибанутые и гордимся этим!» — продолжила Ироха и, посмотрев вверх (где в нависавшей над залом операторской маячил силуэт Хикигаи) махнула рукой. Заиграла музыка, танцоры пришли в движение. Праздник культуры стартовал.

***

      Спустя короткое время фестиваль развернулся во всей красе.       Во дворе школы на гостей и учащихся ожидали: — конкурс «Слепой кулинар» (участникам завязывали глаза и заставляли готовить окономияки); — турнир по «карточному самураю» (игра на скорость с театральными выкриками); — конкурс мгновенного косплея «Стань героем аниме за 5 минут»; — тир с мягкими игрушками-призами.       Развлечения в здании были ещё более изощрёнными.       На первом этаже мужская половина школы штурмовала кафе горничных, где «что прикажете, хозяин!» звучало намного чаще, чем другие слова. В это время её женская половина выстраивалась в длинную очередь в комнату признаний, где можно было написать и оставить в специальной шкатулке признание в любви. На втором этаже функционировала комната ужасов, которую придумал и оформил клуб любителей Стивена Кинга, а литературный кружок проводил конкурс на лучшую хайку с очень достойными призами.       Играла музыка, отовсюду раздавался смех — школа гудела, словно улей.       Тем временем, запертый в комнате студсовета Кьюбей сидел в клетке, завернутый в линялую, пропахшую нафталином шкурку.       На его голову Ироха с Юи («чтобы два раза не вставать!») только что напялили принесенный Йоши-куном череп барана. — Как выяснилось, кроме лиса нам также необходим барашек! — сурово сказала ему Ироха. — Поэтому тебе в нашем спектакле придётся сыграть две роли. — Вы издеваетесь? — спросил Инкубатор. — Да ну! — возмутилась Ироха. — Неужели ты не хочешь стать звездой школы, всеобщим любимцем? А, котокролик? — Лучше уж называй меня демоном! — возмутился Кьюбей. — Назову, как ты хочешь, но сначала — будь добр! — побудь барашком, — ответила Ироха, открывая клетку. — Юи-семпай, держите его покрепче, пока я реквизит надену. А то ещё покусает.       Через мгновение цепкие руки Юигахамы схватили Инкубатора за лапы, полностью блокируя любые попытки сопротивления. — Нееееет! — крутил головой Кьюбей, пока председатель студсовета напяливала на его отвислые уши рогатую черепушку. — Не крути башкой, демон — повредишь бижутерию, — Ишики поправила череп за рог, от чего Инкубатор подпрыгнул. — Ну вот, красавчик! — сказала Ироха любуясь полученным результатом. — Скажите, Юи-семпай? — Ага, с рожками демон такой бубусик! — всплеснула Юи в ладоши. — Просто вылитый покемон из аниме. Пикачу-олень!       Кьюбей изо всех сил пытался содрать лапами надетый на голову предмет, но не взявшись за рога сделать это было совершенно невозможно. — Масичка, посиди тут до премьеры, — ласковым голосом пропела Юи. — Думай о хорошем — о Соболе, например. — Ненавижу… — прошипел Кьюбей. — Чего сказал? — нахмурилась Ироха. — Я молчу, вам послышалось. — Вот и сиди тихо, пока на сцену не попадешь. — В клетке или без? — как бы невзначай поинтересовался Инкубатор. — А это как Займокуза скажет, — ответила ему Ироха. — Актёрами он рулит, не я.       Слабый лучик надежды загорелся в скованной реквизитом голове, пока весело переговаривающиеся девчонки закрывали дверь на ключ с другой стороны.       «Унижение… — подумал он. — …я запомню. Возникают новые препятствия, но это не отменяет план. Ничто не сможет остановить меня».       Кьюбей посмотрел на дверь.       «Алгоритм, часть первая: выйти из клетки, лишаться контроля, заключить контакт с волшебницей. Или похитить источник магии? Посмотрим по обстоятельствам».       Он слегка пошевелил ушами под накладным черепом. Получилось так себе — уши словно приклеились. «Приоритетность: наивысшая».

***

      В это же время за кулисами сцены царила допремьерная суматоха. Театральная «труппа» под предводительством режиссёра Займокузы заканчивала подготовку к спектаклю. — Проверка связи, — буркнул Хачиман, тыкая в пальцем в тачскрин телефона. — Скажешь «да» — я озвучиваю реплику.       Перед ним стояла Хомура в костюме Маленького принца, вокруг которой суетилась назначенная Йоши-куном костюмером Юкиношита.       Владычица Тьмы стараниями Снежной Королевы была облачена в бархатные шорты и светлую мужскую рубашку. Плечи «принца» прикрывал пурпурный плащ, а голову венчал лиловый берет с воткнутым пером. Длинные волосы девушки были свёрнуты в клубок, сколоты шпильками и спрятаны под головной убор. На её ноги, за неимением иного, Юкино с трудом обула «ботфорты кота в сапогах», служившие реквизитом к спектаклю в позапрошлом году. — Я поняла, — сухо ответила Акеми.       Рядом растерянно маячил Хаяма в образе пилота. Школьный ловелас и девчачий кумир выглядел ещё более нелепо, чем «Маленький принц». Прикид главного героя состоял из очков сварщика, кожаного (явно из секс-шопа!) шлема (…который режиссёр стащил в спальне у родителей) и куртки-авиатора на пару размеров больше необходимого.       Хаято, напоминавший отоварившегося в секонд-хенде сбитого летчика, внимательно изучал незнакомую ему (...неприступную на вид!) красавицу. Как показалось Хачиману, СЛИШКОМ внимательно. —Тебе этот наряд очень идёт, — осторожно сказал он.       Хомура нахмурилась.       Хаяма схватился за голову. — Почему у меня ощущение, что я только что сказал что-то не то? Как же больно... — Таки сказал, — не оборачиваясь пожал плечами Хачиман. — Кстати, а сумка тебе на сцене зачем? — спросил он у Хомуры.       Акеми инстинктивно поправила болтающуюся на плече лямку школьной сумки, отягощенную приятной тяжестью. — Я её не оставлю — там документы, — ответила она. Хачиман криво усмехнулся, но… — Не отвлекайтесь, я прошу вас, други! – скорбно запричитал невесть откуда взявшийся режиссёр. Подходит время «Икс» начала всех начал! Покажем спонсорам мы где зимуют раки И где цветут весною сакуры и маки! — Маки весною не цветут! — пробурчала под нос Юкиношита, расправляя складки на плаще «Маленького принца». — Не могут сакуры и маки цвести одновременно.       Режиссёр косо посмотрел на неё и сделал вид, что не услышал. — Думаю, его лучше сейчас не отвлекать, — сказала Хомура. — Люди творчества они…       Она не успела закончить, потому что режиссёр-сан, блеснув очками, посмотрел на неё с благодарностью и на глазах расцвёл. — Спасибо принцу-тян за мощную поддержку! Спасибо костюмеру за труды! Осталось пять минут до старта. Кто будет отвлекать — получит тот … — …награду за труды! — закончил цитату Хачиман.       Дружеский поджопник от режиссёра был ему ответом.

***

      И вот этот момент настал. Актовый зал был набит битком. Смешались ученики, учителя, родители, спонсоры. Последние традиционно занимали почётный первый ряд, торгуя отмороженными физиономиями, украшенными солнцезащитными очками.       Займокуза стоял на сцене в неизменном белом плаще. Выглядел он как принимающий парад император. Не удивительно, что все взгляды были прикованы к нему. Йоши-кун посмотрел куда-то поверх толпы и… Зал замолк. Я вышел на подмостки Сцена словно дышит в тишине. Мы сейчас откроем двери музам, Впустим тихо волшебство к себе. Гаснет суета, в углах стихает шёпот И уже над сценою парит Лётчик, лис, инопланетный принц и роза – Антуана сент Экзюпери магический гамбит. Нынче здесь не просто будет пьеса — Будет космос, звёзды и песок. Смысл родится, словно юная принцесса Из покрытых пылью пройденных дорог. Каждый новый зритель — дар от неба, Словно новый шаг в неведанный мирок, Где любое, даже малое событие Изменяет сердца ход и срок. И сейчас — без тени промедленья — Начинаем путь сквозь свет и мглу: Мы расскажем вам о вдохновеньи, Принца, что нашёл свою звезду. Little Prince —это не просто сказка, Вам она не выдумка-сюжет! Путь откроет вам в другое измеренье И прольёт на обустройство мира свет. Я, как режиссёр, вам объявляю: Занавес! Под потолок взлети! Чтобы этот мир, что мы вам открываем, Каждый зритель сердцем ощутил!!! — Ааааа!!! — зал заревел и взорвался аплодисментами.       Толстяк поклонился и с силой дёрнул за свисающий с потолка шнур.       Занавес поднялся. Шоу началось.