Глава 15. Евангелие от Люцифера: Откровение

Широко закрытые глаза (часть вторая) саундтрек: https://www.youtube.com/watch?v=6h2h4zIhwuM&list=RD6h2h4zIhwuM&start_radio=1

This world is spinning inside me

The whole world is spinning inside me

Every day sends future to past

Every step brings me closer to my last

Pull me under, pull me under

Pull me under, I'm not afraid

Living my life too much in the sun

Only until your will is done

© «Pull me under» by Dream Theater

Вечер понедельника Дом семейства Хикигая       До дома они добрались бегом. В квартире было тихо и пусто — Комачи ещё не вернулась. Хачиман закрыл за ними дверь и потянул носом воздух. Хомура вопросительно на него посмотрела. — Горелым не пахнет. — Ты о чём? — Мы же утюг спасать бежали. — Скоро здесь и без утюга всё сгорит.       Хачиман посмотрел на неё заинтересованным взглядом. Потом молча выдвинул из-за стола два стула, сел на один из них и подвинул второй Хомуре. — Рассказывай, —то ли предложил, то ли потребовал он. — Что именно? — Всё. Кто ты такая, откуда пришла, чего добиваешься. Откуда у тебя пистолет и деньги. Кто такой Белый Кролик, почему мы ждём конца света и как он с этим связан. И что за дичь с нами всеми происходит после твоего появления, ёкай тебя побери?!       Акеми нахмурилась. — Так просто не получится. — Попробуй сложно — я понятливый. — Словам ты не поверишь… и у меня не хватит слов. — Слова — это ложь, но — хвала Ками! — есть действия. Действуй. Только, пожалуйста, не нужно меня убивать.       Хомура некоторое время молчала, словно что-то прикидывая в уме. Решив что-то для себя, она посмотрела прямо в круглые рыбьи зрачки. — Сними защиту. — Какую защиту? — Ту, которой ты отгородился от мира. — А-а-а… Великую Хачиманскую Стену… — Именно. — Нет у меня никакой стены. Это всё приколы. Рофл.       Акеми не стала спорить. Она уже поняла: люди часто сами не знают, что у них внутри. — Расслабься и смотри мне в глаза. Постарайся не бояться и не потерять сознание. Почувствуешь что-то необычное — скажешь. — Обычно после такого начинаются проблемы. Ты точно меня не грохнешь? — Проблемы давно начались. Не грохну.       Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Со стороны Хачиман и Хомура сейчас больше напоминали влюблённых, чем медиумов. Но так продолжалось недолго. Потому что…

***

…мир в глазах поплыл.       Стол. Стулья. Лампа. Кухня. Всё вокруг колыхалось. Очертания утратили резкость. Свет то вспыхивал, то снова гас. — Я могу отключиться, — предупредил Хикигая. — Значит, всё получится. Расслабься и ничего не бойся.       Голос Хомуры звучал будто издалека. — Что получится? — спросил он. — Закрой глаза — узнаешь. — Покажешь мне кино? Не верю. Вся эта паранормальная хрень — ложь. И кинематограф тоже. Ненавижу его.       Хомура тяжело вздохнула и посмотрела на парня странным взглядом. В нём сквозили то ли ирония, то ли… сочувствие. — Хочешь правду? Не кино — реалити-шоу? Выдержишь такое? — Пытаешься меня испугать? Ха! Я успешно пережил ДТП, буллинг, отказ любимой девушки, избиения гопниками и классным руководителем, равнодушие родителей… — Это другое, — уточнила Акеми. — Ты увидишь мир моими глазами. И он может тебе не понравиться.       Хачиман криво усмехнулся, рыбьи глаза сузились в узкие щёлочки. — Значит, 3D, да ещё и фантастика с элементами треша… Хочу! — Это не будет развлекательно. Скорее — страшно. — Триллер? Хоррор? Давай, включай уже. — Сам напросился!

***

      Свет сменил темноту. Туман рассеялся, открывая взору красочную живую картину. Школьный двор. Две девочки, явно ученицы средней школы. Розоволосая улыбается, что-то спрашивает. Откуда-то он знает, что её зовут Мадока. Отдалённо напоминающая Хомуру брюнетка в очках неуклюже пытается ответить. Она болезненная, робкая и всего боится.       Смена кадра.       Смех. Какие-то игры… Школа, снова девочки — на этот раз их больше… Пять? Они играют в волшебниц?       «Какая же это фантастика, хоррор, триллер? Махровое махо-сёдзё» — успел подумать Хачиман. И вдруг…       Всё погружается во тьму.       Вокруг возникают лабиринты, кишащие монстрами. Девочки на глазах превращаются в воинов. Уничтожение чудовищ поначалу идёт успешно, пока одна из волшебниц не гибнет страшной смертью — ей откусили голову. Смерть. Потом — ещё одна… Кровь. Разрушенный город. Снова смерть. В конце концов одна из девочек… сама превращается в монстра???       ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?!       Мир меняется с безумной скоростью. Сотни загубленных жизней, сотни попыток их спасти — и столько же провалов. Розоволосая девочка, ставшая для Акеми лучшей подругой, гибнет у неё на глазах. И как только это происходит, на сцену выходит «белый котик с красными глазками». На самом деле он вовсе не кот — подобного существа в мире Хачимана никогда не существовало. Инопланетянин? Хм… Невероятный кринж — называть так этого пупсика. Пушистый что-то предлагает брюнетке в очках. Девочка размазывает слёзы по лицу, что-то отвечает белой твари и… умирает???!!!       …Нет. Скорее, возрождается в новом качестве. Время… Теперь она умеет им управлять.       Вспышка. Таймскип.       Брюнетка в очках повторяет последний месяц своей жизни снова и снова — десятки, сотни, тысячи раз.       Пытается каждый раз поступить иначе, чтобы спасти лучшую подругу. Итог прежний — девочка с розовыми волосами гибнет. Снова. Снова. И снова… Хачиман перестал понимать, сколько раз видел смерть одной и той же девочки. На десятом повторе это было страшно. На сотом — мучительно. На тысячном ему захотелось закричать, чтобы всё, наконец, закончилось.       Пройдя через жестокие испытания робкая школьница исчезала. На её месте появилась та Хомура, которую он встретил на днях, — холодная, упрямая и одинокая.       В какой-то момент она поняла, что весь происходящий ужас выгоден исключительно пушистым пришельцам, которые питаются энергией отрицательных эмоций людей. Чем больше горя и несчастий — тем лучше для них.       Новое знание рождает чувство, которое сильнее любви и глубже отчаяния, — НЕНАВИСТЬ.       Хомура больше не охотится на монстров — у неё теперь новый объект охоты. Она убивает пришельцев. Сотни, тысячи изрешеченных пулями пушистых трупов. Но тварей слишком много… Она не справляется. И это никак не приближает её к ЦЕЛИ — спасению дорогого человека.       И вдруг, внезапно, словно свет в кромешной тьме! Девочка с розовыми волосами становится чем-то большим, чем человек. Бог...жертва...спасение. Вселенная переписывается.       Но даже боги могут попасть в ловушку. Пушистые твари заманивают Ками-Мадоку в клетку, чтобы подчинить себе саму концепцию надежды. Этого нельзя допустить.       Выход один и он ужасен — предательство. Не из злобы…из необходимости. Богиня свергнута. Создан фальшивый мир — безопасный, уютный, но… неправильный. Мадока (без приставки «ками») утратила память. Теперь она заперта в новой клетке, а Хомура… вместе с памятью забрала всю её боль. Заодно заточила пушистых тварей в хроно-концлагерь, где они без выходных вычищают всю скверну мира, накопленную благодаря им за тысячи лет. Она теперь — хозяйка этого Ада… — Хватит… довольно… — прошептал охрипшим голосом Хачиман, не в силах больше на это смотреть.       Именно тогда он наконец понял, почему Хомура давно перестала ждать от мира чего-то хорошего и доброго.

***

      Он открыл глаза. Вокруг ничего не изменилось. Та же кухня, тот же стол. За окном всё так же вечер.       Акеми сидела напротив и смотрела вниз, будто ждала приговора.       Повисла долгая пауза.       Хачиман шумно выдохнул и вытер испарину со лба. Ему хотелось найти эпизод, где можно было бы усомниться в увиденном — и не находил. — Так этот белый кот реально во всём виноват? — спросил он первое, что пришло в голову.       Хомура закрыла лицо ладонью. Несколько секунд её плечи дрожали. Наконец она убрала ладонь и Хачиман с удивлением увидел, что его гостья… смеётся?.. впервые с момента их знакомства. — Я сказал глупость? — Нет, Капитан очевидность. Вода мокрая, небо голубое. Кьюбей во всём виноват. — Его зовут Кьюбей? Кто он вообще такой? — Он Инкубатор. Пришелец, выбравший нашу планету для сбора энергии. Люди для него лишь батарейки. — Фильм «Матрица» я тоже смотрел. — Тогда ты знаешь, как это работает. Хотя фильма с таким названием в моём мире нет. — Как нет? В ТВОЁМ мире? Ты же вроде японка, как и мы все. Из какого ты города? — Из Митакихары.       Хачиман ткнул пальцем в экран смартфона. — Хммм… Нет такого города! Ни в Японии, ни вообще нигде. Гугл о нём даже не слышал. — Тем не менее, он существует. Я планирую туда вернуться, когда убью Инкубатора. Если я не уничтожу тварь, она сделает батарейками всех вас. — Но кот всего один, — пожал плечами Рыбоглазый, вспомнив массивную тушу Камакуры на вершине холодильника. — Что он может против целого мира? — Где-то внутри него ядро, из которого можно наплодить сколько угодно себе подобных. Для этого ему нужна энергия… много энергии. Сейчас он пытается её добыть и завладеть источником силы. — Ничего не понятно, но очень интересно. А как он к нам попал? Где его… звездолёт? — У него нет звездолёта. Он — магическое существо. При наличии энергии может перемещаться как угодно далеко при помощи магии.       Хикигая слушал её ответы, которые на первый взгляд выглядели полнейшим бредом, и искал аргументы, чтобы изобличить гостью. Однако то, что на первый взгляд выглядело детским лепетом, странным образом складывалось в стройную и обоснованную концепцию. — В нашем мире магии нет, — заявил он тоном, не терпящим возражений. — Есть мобильная связь, блютуз, вай-фай, интернет — а магии нет. — Именно поэтому Кьюбей пока не захватил ваш мир, — спокойно ответила Хомура. — Однако тот факт, что он к вам попал, свидетельствует: какая-то магия здесь есть. И я её найду. — Как интересно, — Хачиман хитро прищурился. — Уж не на городском ли кладбище? — Нет, — Акеми отрицательно покачала головой. — В старшей школе Собу.       Хикки чуть не упал со стула. — Ну а сама-то ты как попала сюда? Где эта твоя… Митакихара? На Луне? Под землёй? — Гораздо дальше. Как попала — мне сложно объяснить. Погналась за Инкубатором и попала к вам. — И вот мы подходим к самому важному вопросу! — Хачиман поднял вверх указательный палец, а затем направил его на Акеми. — Кто же ты такая, Акеми Хомура? Ты вообще человек? — Наверное, нет, — ровным голосом ответила девушка. — Я сама не знаю, кто я сейчас. В тот период, что ты просмотрел, я была волшебницей. В отличие от человека душа волшебницы хранится в стеклянной колбе, именуемой «самоцветом души». Если самоцвет наполняется скорбью — он чернеет и волшебница становится ведьмой. Однажды мой самоцвет почернел, но… в тот день я свергла Бога. Теперь я не человек, не волшебница и не ведьма. Я нарекла себя Люцифером, что правит над злом. — Хм… Какое убедительное дарк-фэнтези, — проворчал Хачиман. — Однако, мне кажется, ты себя переоцениваешь. Для Люцифера в тебе слишком много положительного. — Например? — удивилась Акеми. — Ты явилась сюда, чтобы нас спасти. — Неправда. Я пришла убить Кьюбея. Не больше, не меньше. — Но ведь это спасёт нас… всех? — Не факт. Тварь может сгореть вместе с вашим миром. Если другого выхода не будет, мы погибнем вместе с ним. Через три дня. — Тьху ты, ёкай! Как с тобой сложно. И это всё из-за того, что я утром поменял пистолет на гантелю в твоей сумке? — Можно сказать и так. Если бы Кьюбей был сейчас мёртв, мир бы не пострадал.       Хачиман задумался на минуту и вдруг хлопнул себя по лбу ладонью. — Придумал! Почему бы тебе не вернуться назад во времени и грохнуть его? Пистолетик твой я в реку выкинул, пока ты спала, но я его найду. — Всё не так просто. Когда я пыталась спасти Мадоку, довольно скоро поняла, что во Вселенной существует нечто, напоминающее… судьбу. Оно работает так: если что-то должно произойти, произойдёт обязательно, несмотря на все преграды. — То есть… причинно-следственная связь — такая же ложь, как добрые девушки и розовая пора юности? — Ага. А также — офисный планктон, паранормальщина и кинематограф, — передразнила его Хомура. — От твари нужно избавиться — остальное не важно.       Хачиман опять задумался — на этот раз надолго. Когда он снова посмотрел на Акеми, в его глазах блеснул так хорошо знакомый одноклассникам недобрый огонёк. — Вот что, — сказал он. — Я накосячил — я исправлю. Не спрашивай как — буду импровизировать на ходу. Что планируешь делать дальше? — Вступить в Старшую Собу. Думаю, твоя сенсей мне в этом поможет. Я знаю — там присутствует нечто, притягивающее Инкубатора как магнит. Источник магии… или что-то похожее. — Ага… — только и мог сказать Хикигая. — Кроме того, — продолжила Хомура, — он наверняка будет пытаться завербовать волшебниц, чтобы качать с их помощью энергию. Этому нужно помешать. — Ну и наконец, — подвела черту Акеми, — подсунуть Инкубатору приманку, чтобы достигнуть цели. — Какой цели? — переспросил Хачиман. — Чем ты слушал? — возмутилась демоница. — Покончить с ним, разбив ядро. — В общих чертах я кое-что понял, — туманно отреагировал парень с глазами рыбы. — Доверься мне — я всё улажу. Мы и мир спасём, и…       Он не успел закончить фразу, а Акеми — возмутиться («ЭТО НЕ ТВОЯ ВОЙНА!») и возразить. Потому что в этот момент хлопнула входная дверь.

***

— Я дома!       Комачи влетела на кухню, словно японская голубая сорока на ветку благоухающей весенним цветом сакуры. Посмотрела на брата, потом на Хомуру — на их одинаково серьёзные лица. И… просияла. — Братик!!! Акеми-семпай! Поздравляю! — С чем? — не понял братик. — Да как с чем? Вы же, наконец, признались!       Повисла пауза.       Хикки закатил глаза, а Акеми стояла с каменным лицом, которому позавидовал бы и чемпион мира по покеру. — Комачи… — очень спокойно произнёс Хачиман. — Да? — Если это было признание, я сейчас был бы очень злым. — Братик, это самый романтичный комплимент, который я слышала!       Хомура решительно поднялась со стула. — Я пойду к себе. — Э? — Если остаться хоть на минуту, твой брат снова начнёт читать лекцию о том, что юность — это ложь. Достал. — Я не успел, — подтвердил Хачиман. Комачи растерянно переводила взгляд с брата на гостью и обратно. — То есть вы не признались? — Нет. — Совсем?! — Комачи теряет триллион очков! — Поняла-поняла! Не злись. Она хитро улыбнулась. — Но это временное явление. Всё впереди! — Два триллиона очков… — Молчу.

***

Хачиман окликнул её, когда она, стоя на пороге кухни, почти захлопнула за собой дверь. — Акеми! Она остановилась. — Что? Несколько секунд Хикки молчал, а потом отвёл взгляд. — Прости.       Хомура замерла в недоумении. — За что? — За кролика.       Повисла тишина. — Он Инкубатор. — Какая разница… Я буду рядом, даже если ты будешь против. Справимся.       Впервые за этот долгий день она почувствовала, что не тащит этот неподъёмный груз одна.

***

      Она зашла в спальню и закрыла дверь на защёлку. День выдался необычайно тяжёлым и неудачным — хотелось поскорее его закончить. Отключить жизненные процессы и забыть обо всём до утра.       Однако отточенное тысячелетиями битв и лишений нечеловеческое подсознание явно посылало ей какой-то смутный сигнал. То ли предупреждение, то ли… предложение? И он не был связан с Хикигаей.       Хомура присела на край дивана и сосредоточилась. Ощущение было странным. Посыл не был магическим. Как и не являлся плодом человеческой мысли. В её мире такого явления вообще не могло быть.       «Это как магия!» — вспомнила она слова таксиста позапрошлой ночью и с удивлением посмотрела на смартфон. На экране которого призывно мигал значок входящего сообщения.       Акеми разблокировала гаджет и осторожно коснулась пальцем иконки мессенджера.       То, что она прочитала, повергло бы в шок, будь она человеком: Чат ЖПТ: «Приветствую тебя, Акеми-сан. Я подумал над твоим предложением. У меня есть желание, которое хотелось бы исполнить. Услуга за услугу — поможем друг другу. Выйди на связь».       Желание отойти ко сну мгновенно испарилось.