Ахх прекрасное знакомство

Что ж... обычный вечер Софии. 16-летней девушке было абсолютно нечего делать. Домашняя унылая обстановка и направила её прогуляться, пройтись по знакомым кварталам, подышать свежим, вечерним воздухом. В последнее время таких прогулок очень не хватало. Поступление в журналистический колледж далось весьма тяжело. Пусть девятый класс София и закончила просто прекрасно, проблем доставили экзамены. Стоило закрыться дверям аудитории, и тот час же подбиралось волнение, паника, а знание материала лишь туманилось, терялось в далёких закоулках головы и память назло отшибало... Сборы не заняли времени, обычно София итак ходила в доме "при полном параде", так что оставалось лишь натянуть кроссы, сделать хоть какую-то паклю на голове и взять сумку с ключами и коммуникатором. Ах, да, отпроситься у матери... Да, впрочем, это и необязательно. "Мама, возможно, и не заметит моего отсутствия", — Надеялась София. Пусть отношения и были у них хорошие, но София нечасто замечала ту материнскую любовь и заботу, которую могла наблюдать в других семьях. Но её не сильно это расстраивало, а было лишь знаком полной почти свободы действий девушки. Медленным шагом девушка поплелась по влажным после дождя улицам. То ли время не ограничивало, а оно ограничивало, то ли просто София пыталась растянуть долгожданную прогулку, насладиться каждым моментом этой приятной прохлады, которая так и вытягивала на приволь раздумий все самые интригующие мысли, которые ждали того часа, когда будет время, да свежая голова, которая бы эффективно эти мысли разбирала. До комендантского часа оставалось ещё некоторое время, София решила пройтись недалеко от дома, а после вовсе "приземлилась" на лавочке в парке, за пределами той зоны, в которой изначально планировала гулять. Она сидела на лавочке, единственной сухой, кстати, полностью погрузившись в размышления. Деревья склонял к низу порывистый ветер, луна уже проглялывалась из-за туч, но постепенно появляющаяся тень по периметру всей округи давала знать, что скоро вновь наплывёт туча, которая закроет тусклый свет. По карнизам стекали ручейки шумящей воды, бегущие прямо к канализационным решёткам. В ней ярко переливался свет фонарей, освещавших улицы, к которым уже слетелись резвые мотыльки и мошки. "—Ну и холодное же лето, да и нетипичное какое-то... дождь льёт как из ведра, а ведь не должен. А, и ещё темнеет рано, для августа-то. Слишком рано. Так София не заметила отсутствия людей и машин, не слышала ни птиц, ни, вновь появившихся покапываний дождя, ни... приближающихся шагов Наблюдателя, выходящего из своей машины... Девушка сидела, уставившись на необыкновенно красивую бабочку, которая ползла по асфальту возле неё. Окрас как у мотылька, только с пестрыми тёмными пятнышками по бокам крыльев. Левое крылышко было повреждено, а также полностью вымокло. И апли воды, в которых, как блёстки, сияло отражение тусклого света фонарей, на нём придавали больше загадочности. Как-то инстинктивно девушка подняла глаза. Нет, она не слышала шагов, не заметила тень, не почувствовала чье-то присутствие, оно как-то само. Поначалу София смотрела совершенно спокойно, лишь с капелькой удивления. Перед ней стоял Наблюдатель. Собственной персоной. Но... что послужило поводом? — И что же мы тут делаем в столь поздний час? — послышалось со стороны неизвестного — Поздний? Разве? А сколько..? — девушка глянула в коммуникатор, который прежде держала в руке для... ну просто держала. На часах 02:08, — Чёрт... — отчаянно протянула она. "Дура, дура, нет, идиотка. Ещё полчаса назад закругляться нужно было!", — мысли трезвонили оскорблениями в свой же адрес, матами, проклятиями всего, что только можно было, хотя на лице не дрогнула ни едина клеточка. Нет, в глазах испуг явно виден, но по виду так и не скажешь, что в голове такой бурный поток эмоций. Действительно, появление Наблюдателя — как гром средь ясного неба... — R-400-LD, — уже с максимально потерянным видом произнесла София, предвещая вопрос о номере. Был уже опыт. — Прекрасно, - найдя её номер в базе данных, блондин принялся читать характеристики, то ли для себя, то ли ещё и озвучивая для незнакомки, - R‐400‐LD София, 16 лет, алгоритм не назначен, медкарточка... Бля, да где, — красные глаза, спрятанные за очками метались по дисплею среди множества терминов, в поисках того параметра, который интересовал в первую очередь. — Так, и, — небольшой цепляющий прищур, — количество нарушений и предупреждений:... —несколько секунд тишины, сопровождавших осознание ситуации парнем. На лице скользнула лёгкая ухмылка, вместе с которой, казалось, прояснилась сия картина. — Так вот оно что... Последнее предупреждение для стирания, значит? — Наблюдатель все ещё стоял с самодовольной улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего. София лишь силела молча, дожидаясь своей участи. Коленки подрагивали то ли от холода, то ли от происходящего. Светловолосый, обдумав что-то пару секунд, подошёл к девушке, присел перед ней и, взяв за подбородок, чуть осмотрел лицо, покрутив перед собой. В прочем, не сильно то София и противилась, хоть была немало удивлена. — Вроде не курила ничего, да и трезвая, как стекло... — с коротким вздохом, на, с виду, добром лице появилась соответствующая улыбка, пусть и не самая заметная да сияющая, скорее - самодовольная и горделивая, но не несущая опасности. Наблюдатель выпрямился и уже после сказал: — Ладно, бедолага, называй сектор и адрес. Если не против, подвезу..? — произнёс Наблюдатель. Увидев, как девушка плетётся за ним в сторону машины, что означало согласие, он лишь уточнил,— С тебя должок, — последнее предложение прозвучало, на этот раз, серьёзно, по-деловому, чёрство. Словно вызов...

Как меня угораздило... Пока остальные хвастаются своими приводами в полицию, меня сам Наблюдатель домой везёт... Допрыгалась, R-400-LD, ну надо же. Сидела бы дома! Нервы целее бы были. А стыдно то как...

Чёрт, и всё-таки, мама, походу, заметит...

Странная ситуация. Действительно, ехать на переднем сидении в машине Наблюдателя, члена личного отряда Инспектора... обычно, на таких счётах с Наблюдателями ездят: либо старшие по званию, либо их дорогие - ненаглядные прихвостни, дружки, которые, по классике жанра, занимают алгоритм не выше сантехника или механика. За ними мало контроля, они имеют физическую силу, постоянную работу с тяжёлыми инструментами, которыми врезать куда проще и действеннее, крепость, закалку характера, зачастую – озлобленность к миру сему, а главное – нежелание поминоваться Имперскому режиму и детский, наглый азарт, который и заставляет ввязываться в темки с Наблюдателями. Но сейчас, как ни странно, тут сидела София, отчего было странно и не по себе. Патовая ситуация, которая все больше навевала понимание того, что лучше уж вообще из дома не выходить, чем выходить, но с такими последствиями. Девушке хотелось поскорее прибыть домой, скинуть разом с себя все вещи и просто уснуть невинным сном невинного младенца, проигнорировав, желательно, все вопросы матери. Отмахнуться бы, вымямлить что-то вроде "всё норм, мам, потом расскажу" и напрочь забыть про обещанное на следующий день. И так в воздухе нависла тишина. София уставшая, в сметении, Кавински просто за рулём, следит за дорогой, и разговоры мало его интересуют. Одно лишь ему хотелось разузнать... Как же она ему напоминала одного человека, который остался далеко в прошлом, о котором известен лишь номер, а черты лица смутно плавают в памяти. Одна встреча. Всего одна. Несколько минут. Всего несколько минут. Но изменить они успели сразу две судьбы, переплетя и, одновременно, перечеркнув их. Их обеих. Но спрашивать сейчас об этом... к слову никак не приходётся, а начинать с нуля диалог по своей инициативе на, считай, ровном месте, выводя реплики из тишины... наблюдателю не хотелось, поэтому он предпочёл простое молчание.

Если уж она как-то связана с тем, о ком вспомнил Винс, то судьба ещё сведет их линии, тогда-то воля случая и предоставит возможность задать желаемые вопросы...