Эпизод 10. Встреча сестёр

      Луна вошла в кабинет Селестии, где та обычно работала над документами. Взгляд ночной принцессы был задумчив, но не укрылось от её сестры. Без лишних слов тёмно-синяя аликорн положила на стол две папки с личными делами.       — Что-то не так, сестра? — отвлекаясь от бумаг, поинтересовалась принцесса Селестия. — Чаю?       — Нет, спасибо, — отказалась Луна. — Но мне не понятно, что за игру ты затеяла с Дискордом. Особенно учитывая… специфичное прошлое твоих паладинов, которых ты оставила в Понивилле.       — Ты сама видела, что стража — это чисто формальность, которая, как наши маленькие пони считают, нужна нам из-за статуса, — ответила белая аликорн, забавляясь причудами своих подданных. — А в данной миссии придётся часто прибегать к насилию, особенно к другим пони, пусть и превращённым в монстров. Так что мне пришлось постараться, чтобы найти тех, кто не видит в этом ничего предосудительного, но при этом не стали излишне жестоки. И при этом мне всё ещё пришлось… их несколько ограничить.       — И ты не боишься, что амбиции одной и жажда насилия второй заставят их сорваться? — решила уточнить младшая аликорн. — Пусть, по сути, они ничего преступного не сделали, но личности они крайне сомнительные… что несколько не сходится с их полным послушанием сейчас… Что ты с ними сделала?       — Сестра, не надо так, — обиженно надула щёки старшая кобыла. — Я уже давно не использую такие методы. Как ты уже отметила, у одной были амбиции, а у другой жажда насилия. И именно это их чуть не погубило. Я просто подождала подходящего момента, чтобы подойти к ним с предложением. Правда, я жалею об этом решении, ведь они из-за этого успели пострадать. Пусть, без моего вмешательства, они бы всё равно попали в эти… происшествия, я могла бы предотвратить их…       — Но мы не можем следить за всем и сразу, — напомнила Луна, видя несколько понурый вид сестры. — Но что с ними произошло и почему этого нет в их делах.       — Честно говоря, у меня просто не было времени всё это внести. А доверять другим подобное дело я посчитала рискованным. Неизвестно, кого Дискорд мог склонить на свою сторону, а наши маленькие пони слишком любят болтать, — ответила Селестия.       — Допустим. Но вернёмся к моему первому вопросу. Не думаешь, что они могут сорваться? Пусть сейчас они послушны, но на долго ли? — поделилась сомнениями ночная принцесса.       — На самом деле, на это, отчасти, и есть расчёт, — улыбнулась белая аликорн. — Более того, они уже попытались скрыть от меня историю с Эвил.       — Кем? — нахмурилась Луна, которой казалось, что она должна знать, о ком идёт речь, но не может вспомнить.       — Там всё… немного сложно объяснить. Расскажу подробней за ужином, — пообещала Селестия. — Главное то, что они уже начали пользоваться методами, что я бы не одобрила и ничего мне не рассказывали. Хорошо, что в Понивилле осталась агент Свити Дропс.       — Теперь я окончательно запуталась, — покачала головой тёмно-синяя кобыла. — Что ты от них хочешь? Послушание или самоволие?       — Скажу по секрету, — перешла на шёпот дневная принцесса. — То, что ты ничего не понимаешь — уже мой успех. Главное, чтобы Дискорд тоже ничего не понимал.       — И ты не собираешься мне ничего рассказать, — поняла младшая пони и нахмурилась.       — Прости, Вуна, но план целиком знаю только я. И я не стану произносить его вслух или где-то записывать во избежании, — с извиняющейся улыбкой пояснила старшая пони. — Если бы ты появилась раньше, чем он выбрался из каменного плена, я бы честно всё рассказала, но не хочу лишний раз рисковать…

***

      — Посмотрите-ка на эту хитрую, с виду невинную, морду, — ухмыльнулся дух хаоса, наблюдая за диалогом сестёр-аликорнов. — Даже сестре не стала ничего рассказывать. Она словно знает, когда я за ней наблюдаю… О чём я говорю, конечно знает. Всё-таки это не совсем та же Тия, что в книге.       Драконикус открыл книгу на первой странице, где была частично написано о конфликте сестёр тысячелетней давности. Но множество кусков, где упоминались другие лица, кроме Найтмер Мун, напрочь отсутствовали.       — Пусть я и забыл большую часть содержимого, но мои квестеры рано или поздно найдут и уничтожат нужных монстров. Может там я смогу найти ту самую маленькую деталь, что мне поможет разгадать твой план, — почесал бородку когтями Дискорд, расхаживая по стене своей камеры. — Или найду тот момент, с которого начались все отличия. Ведь я точно действовал по сценарию и позволил замуровать себя. И про семена не забыл… А ведь Элементы Гармонии никто не активировал и, следовательно, никто их не принесёт Древу… Ну и ладно, это будущие проблемы квестеров, а не мои. Кстати, а чем они заняты?

***

      — Не знала, что ты ещё и замечательный парикмахер, — крутя головой перед зеркалом, сказала довольная Рэрити.       — Приходилось заниматься этим, пока работала в Кантерлоте, — с улыбкой ответила Тиалав, убирая чистые ножницы.       — Ты жила в Кантерлоте? — удивилась единорожка.       — Было дело. Должна была стать садоводом в дворцовом саду, а по итогу стала обычной служанкой. Мне это наскучило и я переехала в Понивилль. А дальше ты и сама знаешь, — как ни в чём не бывало ответила земная пони. — А теперь прости, но мне нужно вернуться в чайную.       — Ты работала во дворце? — спросила вдогонку модельерша, но владелица чайной уже спешно покинула комнату, захлопнув за собой дверь.

***

      — Простите за ожидание, — с неловкой улыбкой сказала Энжел, принеся заказ очередным посетителям. — Прошу, наслаждайтесь.       Приняв оплату, пегаска пошла к кассе, но остановилась на полпути и бросила взгляд на столик в углу. Там сидел земной пони с обросшей немытой гривой, который что-то вырисовывал в альбоме карандашом, периодически бросая взгляд в её сторону.       — Мне одной кажется это странным? — поинтересовалась у сидящей за кассой Блюберри Энжел, передав той монеты.       — Пони, как пони, — присмотревшись к тому жеребцу, ответила замаскированный чейнджлинг и закинула деньги в кассу.       — Ну хоть что-то, — закатила глаза официантка. — Но он слишком подозрительно на меня смотрит.       — Ну, он явно чем-то заинтересован, — поделилась информацией Блюберри. — Но не тобой. Тебе просто кажется.       — Он точно рисует меня, — слегка обиженно ответила Энжел. — И мне от этого неловко.       — Не думаю, что Тиалав будет против, если ты сделаешь ему предупреждение, — поняла, к чему она клонит, перевёртыш.       Подумав, пегаска кивнула, развернулась и пошла в сторону столика в дальнем углу.       — Сэр, можно Вас на минутку? — попыталась она привлечь внимание художника.       Тот на секунду остановился и медленно поднял на неё взгляд. Через пару секунд молчания он вернулся к своему делу, так ничего и не ответив.       — Мне не приятно, что Вы меня рисуете, — снова попыталась до него достучаться официантка. — Я не хочу быть натурщицей. Хотя я понимаю, что…       Произнося последнюю фразу, она обошла столик, чтобы посмотреть на рисунок. Увидев, кто на нём изображён, Энжел слегка опешила.       — Тиалав? — вслух высказала своё удивление пегаска, видя ниспадающую волнистую гриву, лёгкую улыбку и озорной взгляд нарисованной кобылы.       — Ох, не годится, — приложил копыто ко лбу и закрыл глаза жеребец. — Где же сейчас та прекрасная леди, что я увидел в спа-салоне?       «Спа-салон? Точно, Тиалав же тоже участвовала в том споре и красовалась перед всеми», — вспомнила официантка.       — Она была бы идеальной натурщицей для моей картины, — продолжал причитать художник, после чего копытокинезом вырвал лист с рисунком из альбома и скомкал его. — Но раз её здесь нет…       — Может тогда нарисуете меня, — предложила ему Энжел, указав на себя.       Жеребец с недоумением посмотрел на неё, заметив только сейчас. Пегаска с улыбкой подмигнула ему. Художник бросил монеты на стол и нетвёрдой походкой, с седельными сумками на спине, покинул чайную.       — Ну и не надо! — бросила ему вслед обиженная Энжел. — Не очень то и хотелось.       Блюберри, наблюдавшая за этим со стороны, не сдержала смех, но быстро замолчала под строгим взглядом пегаски.

***

      Тиалав, напевая под нос и плавно качая головой в такт мелодии, шла через парк, пока не наткнулась на стоявшего у дерева жеребёнка, что пристально всматривалась в листву. Кобыла проследила за её взглядом и заметила в кроне дерева застрявший воздушный шарик. Не долго думая, она надела свои солнцезащитные очки.       Найдя взглядом ближайший призрачный проход, она запрыгнула в него. Появившись на облаке неподалёку от нужного дерева, она тут же упала на него, приземлившись на толстую ветку. Взяв шарик копытокинезом, она спрыгнула на землю и протянула его кобылке.       Та на это отрицательно покачала головой. Тиалав в ответ недоумении склонила голову. Жеребёнок посмотрела вверх и указала туда копытом. Земная пони, которая только сейчас заметила приклеенный к шарику рисунок, улыбнулась, и отпустила его. Они вместе проследили за тем, как шарик и рисунок, на котором была нарисована сама кобылка, улетел в облака.       — Когда-нибудь я сама смогу взлететь, — сказала мечтательно Скуталу, продолжая наблюдать за шариком.       — Нисколько не сомневаюсь, — честно ответила ей Тиалав. — Пока ты сама в это веришь, это обязательно случится.       — Вы же не кому не скажете об этом? — осторожно спросила пегаска, повернув голову к ней. — Не хочу, чтобы меня засмеяли.       — Обещаю, — заверила её земная пони.       — И спасибо, что спасли меня тогда от повозки, а потом весь класс от того монстра, — искренне поблагодарила Скуталу, смущённо улыбаясь. — Это было почти так же круто, как сделала бы Рэйнбоу Дэш.       — Полагаю, наш секрет уже не такой уж и секрет, — ничуть не удивилась этому владелица чайной, которая вспомнила об их первой встрече.       — Мы всё видели, что происходило в классе, — сказала пегаска и призналась. — Это было очень страшно…       — Для этого мы и нужны, — потрепала её гриву Тиалав, что той не сильно понравилось.       — Даймонд Тиара тоже поняла, кто вы и явно что-то задумала, — предупредила Скуталу. — Она в тот день вела себя странно.       — Спасибо. Я предупрежу остальных о коварных планах маленькой кобылки, — со смешком ответила ей земная пони.       — Я вообще-то серьёзно, — обиженно ответила пегаска.       — Знаю. Поэтому буду ждать визита семьи Рич, — вспомнила, от кого она слышала раньше имя Даймонд Тиары зелёная кобыла. — Можешь передать друзьям, чтобы особо не распространялись о нас?       — Скорее всего уже поздно, — с сомнением сказала Скуталу. — Но я передам. Пока.       Кобылка побежала по дорожке, оставляя Тиалав одну. Та улыбнулась ей вслед. «Недолго мы смогли скрываться. Впрочем, не удивительно. Пускай для остальных это будет небольшим сюрпризом, если они уже не узнали», — подумала с усмешкой земная пони.       Она пошла дальше, не заметив, как за ней со стороны наблюдал жеребец с длинной немытой гривой, что пытался зарисовать её в альбоме.

***

      — И зачем тут вообще столько книг? — вслух причитала Циан в облике Бладрут, перебирая книги по жанрам.       — Это библиотека, — напомнила ей Твайлайт.       — В которую практически никто не ходит, — напомнила алая единорожка.       — Это уже несущественные мелочи, — не восприняла всерьёз претензию лиловая кобыла.       — Это всё ещё не повод устраивать перестановку каждые три дня, — фыркнула Бладрут.       — Знаю, но мне надо отвлекаться на другие дела, чтобы не забыться в исследованиях, — с недовольством призналась Твайлайт.       — Я уже знаю, что ты изучаешь этих монстров. Так почему же ты не пускаешь меня в подвал, где проводишь исследования? Разве ты позвала меня не для помощи в первую очередь? — спросила паладин.       — Да, для помощи, просто… я не уверена, что ты там всё поймёшь, — нашла ответ ученица принцессы, даже прекратив перекладывать книги.       — Сразу бы сказала, что считаешь тупой, — закатила глаза алая кобыла.       — Скорее недостаточно образованной. Ты же не училась в школе принцессы Селестии для одарённых единорогов, — поправила её лиловая единорожка.       — Так ты проверь. В чём проблема? — нашла решение Бладрут.       — Хм, действительно, — задумалась Твайлайт, но не над тестом для алой кобылы, а над тем, как перевести разговор в другое русло. — Но я всё ещё не понимаю, зачем это тебе.       — Банальное любопытство, — быстро ответила паладин.       «Пусть кристалл с монстром украла не ты, а Эвил, но ты явно что-то скрываешь. В библиотеке явно есть кто-то, кроме тебя. Пусть Скарлет махнула на это копытом, но я докопаюсь до правды. Не ради цели, а ради самого процесса», — мысленно ухмыльнулась Циан, внешне продолжая показывать раздражение.       «Скрывать от неё наличие Куки всё сложнее и сложнее. Надо уже решить, на сколько я могу довериться ей. Всё-таки наши эксперименты не совсем… гуманны», — судорожно размышляла, что делать, Твайлайт. — «Мы же буквально похитили этих перевёртышей. Да, они не пони, а пожирающие любовь монстры, но от этого не сильно легче рассказать об этом ей».       — Ну так что? — вывела её из мыслей Бладрут.       — Мне надо подумать, как тебя протестировать, — спешно ответила Твайлайт.       — Уже хоть что-то, — притворилась, что не заметила заминки, алая кобыла, открывая очередную книгу.

***

      — И для чего ты меня позвала? — поинтересовалась Лаймстоун, когда они сели за стол на втором этаже бутика.       — На самом деле о многом, — ответила Рэрити. — В основном, конечно, о нашей… команде.       — Ты опять об этом, — закатила глаза синевато-серая кобыла. — Самой не надоело?       — Понимаю, что это может раздражать, дорогуша, но с той же Эвил мы справились только из-за её собственной ошибки, — напомнила единорожка.       — Кстати, ты так не рассказала, что с твоей сестрой, — напомнила земная пони.       — Она ничего не помнит, но, в целом, в порядке. Спасибо, что спросила, — поблагодарила Рэрити, разливая заваренный чай и не уточняя, что Свити Белль знает их личности квестеров.       — От Тиалав? — кивнув в сторону чайника, спросила Лаймстоун.       — Разумеется, сама знаешь, что она в этом лучшая в Понивилле, — кивнула единорожка. — Но мы отвлеклись. Наша команда, конечно, не особо дружная, но мы можем работать вместе. Вот только твой конфликт с Леттер меня настораживает.       — Нет у нас конфликта. Нормально общаемся, — не согласилась земная пони.       — Вы нормально общались, пока ты не узнала, что она Метал, — поправила её модельерша. — Пусть вы и мучали Пинки тренировками…       — Они были ей необходимы, — перебила её шахтёрша.       — Отчасти согласна, но, пожалуйста, не перебивай, — нахмурилась Рэрити. — Сбилась с мысли… Вы общались нормально в тот день. Леттер, конечно, далеко не подарок, но твоей агрессии в её сторону я не понимаю. Энжел, конечно, тоже её недолюбливает и она иногда срывается, но только ты постоянно идёшь с ней на конфликт.       — Потому что её надо поставить на место, — со всей серьёзностью ответила Лаймстоун. — Мне не нравится, что она нас ни во что не ставит, как квестеров. Пусть вне боя она прилична с нами. Но если вскоре мы ей ничего не сделаем, она окончательно возгордится. И мы сильно об этом пожалеем.       — Ты преувеличиваешь, — не согласилась единорожка. — Леттер не так уж сильно зазнаётся, как хочет показать. Просто учти, что большую часть своей жизни она жила с грифонами.       — А ты не задумывалась, почему она вообще оказалась от них? — со злостью спросила земная пони. — Может она была настолько ужасна, что её выгнали собственные родители?       — Как так можно? Ни один пони не откажется от собственного… — оборвала сама себя модельерша, присматриваясь к собеседнице, а затем тихо спросила. — Тебя выгнали из дома?       — Да, — отвернулась, но не стала скрывать шахтёрша. — У меня родители довольно строгие и, сравнивая с другими пони, они себе на уме. Я… серьёзно провинилась и меня выгнали.       — Пинки знает? — с сочувствием спросила Рэрити.       — Я ей не говорила. Сказала, что решила сделать собственную каменную ферму, — уставилась вниз Лаймстоун.       — Может ты ещё сможешь вернуться, — попыталась приободрить её единорожка.       — Мой отец слишком принципиален. Даже если он меня простит, то не изменит решения, — ответила земная пони, что ушла в свои мысли. — Я… не могу себя простить.       — Может расскажешь, что случилось. Станет легче, — посоветовала модельерша.       — Это тебя не касается, — огрызнулась шахтёрша. — Мы говорили о Леттер. Так вот, своего отношения к ней я не изменю. Если это всё, то я пойду.       Одним махом допив чай, Лаймстоун резко поставила чашку и пошла к выходу.       — Может сходим в пещеры за драгоценными камнями? — предложила Рэрити.       Земная пони остановилась перед дверью и задумалась.       — Схожу за инвентарём и вернусь, — ответила шахтёрша и покинула комнату.

***

      Трое жеребцов стояли возле входа в почтовое отделение, кого-то высматривая и явно находясь не в своей тарелке. Один из них повернул голову к двери, подумывая о том, чтобы выломать её. В этот момент из-за угла вышла Леттер в своей форме почтальона. Она оказалась сбоку от жеребцов и те её пока не заметили.       — И что вы тут забыли? — ехидно спросила пегаска, заставив всю троицу вздрогнуть.       — Ничего такого. Просто хотели встретиться с одним нашим другом, — ответил наиболее спокойный из них.       — Вы хотели вломиться, не так ли, — не поверила Леттер.       — Знаешь, битсы тоже сойдут, — ответил ей второй с явно наигранной уверенностью. — Сколько у тебя с собой, сестричка?       — Было несколько посылок с оплатой при доставке, — задумалась пегаска. — При себе у меня пятьдесят три битса.       — Это было… честно, — не ожидал подобного ответа спросивший про деньги жеребец. — Может отдашь из нам.       — Серьёзно, из всех вариантов ты решил выставить нас ворами? — не выдержал первый говоривший, приложив копыто ко лбу.       — Ну не говорить же, что мы пришли к… — начал говорить третий, но первый заткнул его, проведя копытом по шее. — Да, мы пришли грабить.       — Почему меня отправили с этими идиотами? — причитая, закатил глаза первый.       — А мне казалось, что здесь только те, кого прогнала Кризалис, — раздался новый голос.       К троице и Леттер приближалась пепельно-чёрная пегаска с разросшейся золотистой гривой, что иглами торчала во все стороны. Её красные глаза сурово смотрели на жеребцов, главный из которых тут же понял, что их раскрыли.       — Ха-ха, — наигранно посмеялся другой замаскированный чейнджлинг. — Не знаю о чём ты, но тебе не помешать нашей краже.       Он оттолкнул Леттер с пути и бросился на пепельно-чёрную кобылу. Та сделала шаг в сторону, уворачиваясь от копыта, после чего сама ударила по лбу удивлённого перевёртыша, который упал на дорогу, потеряв маскировку.       Другой чейнджлинг, увидев это, бросился на помощь товарищу, но кобыла перехватила удар, и чётким ударом в шею вырубила его. Главный перевёртыш из тройки попытался сбежать, но Леттер перехватила его, схватила копытокинезом за затылок и впечатала его морду в стену, после чего бросила к его товарищам.       — Вы… вы ещё пожалеете об этом, — заявил единственный потерявший маскировку перевёртыш, поднимаясь.       — Заткнись, молокосос, ты и так нас опозорил, — заткнул его главный, который подхватил вырубленного сородича.       Чейнджлинги начали убегать, по кобылы даже не собирались их преследовать.       — Неплохо, тренировалась? — поинтересовалась у другой пегаски Леттер.       — Немного, — ответила с улыбкой пепельно-чёрная кобыла. — И часто у тебя подобное?       — Драки с чейнджлингами? Постоянно. Но мне в целом на них плевать. Немного разбавляют скуку и не более, — пояснила почтальонша.       — Значит, моя помощь была лишней, — усмехнулась пепельно-чёрная пегаска. — Впрочем, не ожидала от тебя меньшего, Гризельда.       — Раз мы в Эквестрии, то лучше используй моё имя пони, а не грифона, — напомнила красная пегаска. — Зови меня Леттер.       — Ты не стала особо задумываться над именем, — намекая на её кьютимарку в виде конверта с письмом, отметила красноглазая.       — Не больше тебя, Дравинг, — с ехидством указала на кьютимарку собеседницы в виде разложенных чертежей, почтальонша.       Обе пегаски рассмеялись. И если у Леттер был её привычный злобный смех, то у Дравинг он был намного более сдержанным, больше походя на лёгкий смешок, что не осталось без внимания красной кобылы.       — Давно не виделись, сестра, — сказала пепельно-чёрная пегаска.       — Полтора года где-то, — прикинула время Леттер. — С тех пор, как я улетела из Грифонстоуна.       — Могла бы предупредить, что переезжаешь, — слегка укоризненно сказала Дравинг. — Грав посчитал меня дурой, когда я прилетела навестить тебя.       — Не обольщайся, дядя Грав всегда считал тебя дурой, — с усмешкой поправила её почтальонша.       — Вижу, ты всё-таки решила заняться разносом писем, — решила сменить тему пепельно-чёрная кобыла.       — Забавное занятие, — ответила на это красная пегаска. — А ты не изменила своему вкусу. За такую причёску Рэрити сгноит тебя в спа-салоне… когда её отвечают после инфаркта.       — Уже обзавелась подругами? Я же говорила, что в Эквестрии быстро их найдёшь, — улыбнулась этому описанию Дравинг.       — Пока сложно сказать. Пока что мы скорее близкие знакомые, у которых есть общее дело, — ответила Леттер. — Впрочем, давай поговорим в более подходящем месте, а не посреди улицы.       — А твоя работа? — поинтересовалась пепельно-чёрная кобыла.       — Ещё успею, — отмахнулась почтальонша, разворачиваясь. — Я и так опережаю график.       — Тогда веди, — пошла за сестрой Дравинг.

***

      — Что-то не так? — поинтересовалась Энжел, видя, как Блюберри периодически смотрит вверх.       — Тебе не кажется, что Тиалав нет слишком долго? — спросила замаскированный чейнджлинг.       — Возможно, — смотря на настенные часы, ответила пегаска. — Скорее даже, что ты абсолютно права. У тебя есть подозрения?       — Кто-то из моих сородичей наверху, — шёпотом ответила Блюберри. — И я не знаю зачем.       — Пойду проверю, — нахмурилась официантка. — Если что, побью. Есть возражения?       — Если он хочет навредить этому месту или Тиалав, то нет, — прошипела перевёртыш.       Энжел ей кивнула, обошла прилавок и прошла через проход в коридор, в конце которого был чёрный выход, возле которого находилась лестница на второй этаж. Стараясь действовать как можно тише, пегаска поднялась на второй этаж в гостиную, посреди которой стоял столик и кресла вокруг него.       Звон разбитой посуды привлёк её внимание к кухне. Она надела солнцезащитные очки и подошла к проходу на кухню, осторожно заглядывая в него.       Внутри оказалась красная пегаска, которая собирала приготовленное на днях Куки Крамбл печенье в мешок, параллельно с этим закидывая в рот мармелад.       — Леттер? — с недоумением зашла на кухню Энжел. — Тебе последние мозги выбили? Чем ты тут занима… Точно, чейнджлинг!       — О, ты тоже одна из этих? — заметила её «Леттер», отвлекаясь от своих дел.       — Зачем ты пробралась сюда? И почему ты в облике Леттер? — потребовала ответ кремовая пегаска. — Кто ты вообще такая?       Чейнджлинг уже хотела ответить, но остановилась в последний момент. Ухмылка пропала с её мордочки, а она сама крепко задумалась.       — Хороший вопрос, — только и смогла ответить перевёртыш. — Мне она сказала, что я стану её орудием. Или что-то в этом роде.       — Бред какой-то, — ничего не поняла официантка.       — А тут я собирала печенье для неё. Она такое любит, — радостно ответила «Леттер», показывая мешок, а потом нахмурилась. — Ты будешь мешать.       Её глаза засветились, и Энжел с удивлением увидела, как над чейнджлингом появился призрачный проход, из которого на ту упала большой кусок мармелада.       — «Квестер Файер!» — поняв, что это может быть что-то опасное, пегаска призвала броню и мармелад в этот момент взорвался изнутри.       С безумным смехом превращённая «Леттер» побежала на неё. Энжел в последний момент перекатилась в сторону и чейнджлинг по инерции убежал в гостиную, протаранив одно из кресел. Кресло перевернулось, едва не проломив собой стол.       «Не знаю, что это за штука, но надо что-то придумать, пока мы всё здесь не разгромили», — начала размышлять пегаска. К этому моменту перевёртыш подбежала поближе. Красная квестер взмахнула крылом по её ногам, но та подпрыгнула, сделала сальто и в полёте с двух задних ног влетела в неё. От удара Энжел влетела в шкафы, подняв грохот из разбитой посуды, а сама «Леттер» упала на спину.       — Хе-хе, не рассчитала, — усмехнулась «Леттер», поднимаясь на ноги.       Квестер едва начала вставать, как Блюберри протаранила другого чейнджлинга в бок. Правда, без особого результата. Мармеладная броня погасила удар, отпружинив копыта синей кобылы. Она не удержалась на ногах и упала на пол. А сам монстр уставился прямо на неё.       — Мне казалось, что мы все договорились не трогать это место, — напомнила ей Блюберри.       Монстр ей ничего не ответила, вместо этого набросившись на неё. Услышав крик, Энжел сбросила с себя упавший на неё шкаф и бросилась в гостиную. Увидев мармеладное чудище, она без лишних мыслей сбила его с ног ударом крыла, после чего помогла подняться Блюберри.       — Она… она меня укусила, — едва не плакала от боли потерявший маскировку чейнджлинг, показав на след от укуса у основания шеи.       — Гнилое сено, — выругалась Энжел, увидев это. — Найди кого-нибудь из квестеров, а пока её задержу.       — Х-хорошо, — согласилась Блюберри и побежала к лестнице.       Пегаска повернулась к «Леттер» и увидела, как та пожирает мармелад, чтобы восстановить вспоротую крылом квестер мармеладную броню.       — Ну и жуть, — видя повреждения, пегаска сравнила их со снимками Уайт Голд, на которых было показано, как пони вскрывали на хирургических операциях.       «И как Вы, часто видя такую жуть, остались более-менее адекватной?» — спрашивала тогда у своего врача официантка, не в силах долго смотреть на эти фотографии.       Прокручивая воспоминания в голове, Энжел схватила мешок с печеньем и выставила перед собой.       — Эй, это моё! — возмутилась «Леттер», лицевая пластина которой уже срослась обратно.       — Да? Тогда догони, — заявила пегаска и прыгнула в призрачный проход, что появился наверху при превращении монстра.       Чейнджлинг тут же бросился за ней. Оказавшись в пещере, перевёртыш тут же протаранила квестера, отбросив ту в сторону. Файер покатилась по земле. Едва она встала, как противница выбила из её копытокинеза мешок, а после с разворота попыталась лягнуть её в мордочку.       Энжел отбила удар крылом, после чего со всей силы ударила копытом в грудь развернувшегося к ней чудища. Мармеладная броня поглотила большую часть удара, и перевёртыш схватила квестера за переднюю ногу, после чего перекинула ту через себя.       Забыв на время о пони, чейнджлинг пошла за мешком. Энжел вскочила на ноги и побежала за ней, попутно выстрелив огненным шаром ей в спину.       — Больно, — едва устояв на ногах, прошипела перевёртыш, когда огонь прожёг мармеладную пластину на её спине.       «Леттер» резко остановилась и вытянула заднюю ногу назад и вниз. Энжел споткнулась об неё, но уперев крылья в землю, смогла устоять. Монстр развернулся, и они с квестером обменялись ударами крыльев. Пегаска подпрыгнула и взмахнула крылом сверху вниз. Чудище парировало удар своим крылом, после чего резко взмахнула другим. Кремовая кобыла сделала шаг назад и отклонила голову. Край крыла пролетел прямо у неё перед глазами.       Энжел закрылась от диагонального удара сверху вниз крыльями, но «Леттер» остановила своё крыло в последний момент и быстро ударила когтями по открытым ногам пегаски. Квестер упала на одно колено и получила по мордочке удар сжатой когтистой лапы. Кобыла упала на спину и отбила копытом крыло напрыгнувшей на неё противницы.       От испуга Энжел выстрела огнём в морду монстра. Чудище закричало от боли и отступило назад. Пегаска поднялась на ноги и увидела, что мармелад на морде чейнджлинга сгорел. Взгляд мутировавшего перевёртыша явно не обещал ей ничего хорошего. «Леттер» непонятно откуда достала новую порцию мармелада и жевачки, которые закинула себе в пасть.       Энжел собралась снова выстрелить огненным шаром, но её сбили с цели прилетевшие в неё хитиновые перья, которые резким взмахом крыла отправила чейнджлинг. Огненный шар улетел в потолок. Перевёртыш восстановила мармеладную броню и из её лапы начала вытекать розовая субстанция. Монстр выдернул ещё одно перо из крыла и прилепил к появившейся на лапе жвачке.       Чудище раскрутило перо на розовой жвачке, словно это лассо и начала издалека избивать им квестера, не давая той подняться.       Подгадав момент, Энжел выстрелила по верёвке из жвачки, поджигая её. Перо, прилепленное на конце, улетело в стену пещеры, а другой конец горящей верёвки «Леттер» выкинула подальше.       Чейнджлинг подбежала к лежащей на спине пегаске, схватила её за задние ноги и начала раскручивать. Это сильно напугало кобылу, которая ни что не смогла сделать, пока перевёртыш не швырнул её стену.       — Я же стала сильнее с прошлого раза, — начала негодовать монстр. — Почему мне всё ещё трудно справиться с тобой, как с той, синей?       — И Тиалав об этом промолчала? — возмутилась Энжел, поднимаясь. — Как всё закончится, я ей устрою. И спасибо, что напомнила про дополнительные трюки.       — «Донут Джо!» — пегаска провела копытом по очкам, и на её нагрудной пластине появился чёрный силуэт пончика.       Квестер выстрелила несколько пончиков, которые в полёте увеличились в размерах и врезались в стены, застряв в них и образуя платформы. Кремовая кобыла начала прыгать по ним вокруг недоумеваюшего монстра, ускоряя себя огнём из накопытников.       Чудище пыталось попасть по ней крыльями и когтями, но та стала для неё слишком быстрой, а острые когти погружались в пончики и их было трудно вытащить. Пользуясь ошибками противницы, Файер рубила её крыльями, вспарывая её мармеладную броню в разных местах.       Разозлившись, «Леттер» наполнила магией мармелад на передней ноге и со всей силы ударила по каменному полу пещеры. Импульс оставил в месте удара небольшой кратер и ударная волна снесла пончики со своих мест. Энжел, что в этот момент находилась в воздухе, резко повернулась и спикировала на чейнджлинга, впечатав ей в морду горящее копыто.       Перевёртыш закричала от боли, отступив назад, и была сбита с ног ударом крылом от квестер. Вдогонку официантка выстрелила большим пончиком, что вбил монстра в стену.       — Должно быть весело обладать всеми этими способностями, — сказала «Леттер», поднимаясь на ноги. — Когда-нибудь я буду обладать подобной силой.       — И не мечтай, — ответила порядком уставшая Энжел, игнорируя внешний вид противницы.       Мармеладная броня была во многих местах вспорота и из этих «ран» сочился сок. Хитин чейнджлинга был покрыт порезами и ожогами. Сожжённая нижняя половина лицевой пластины обнажила приоткрытую клыкастую пасть с вывалившимся наружу длинным языком. Перед ней словно был оживший хищник, с чёрного скелета которого опадала последняя плоть.       Квестер и монстр ударили одновременно. Файер выстрелила очередным гигантским пончиком, а «Леттер» наполнила магией мармелад на задней ноге, что ярко засветился в темноте, и, взмазнув ей с разроворота, выпустила импульс магии.       Магия выпотрошила летящий навстречу пончик, но ослабла из-за этого и никак не повлияла на летящий следом огромный огненный шар, что был размером в половину самой Энжел. Заклинание попало по перевёртышу и под её крик боли взорвалось.       Когда дым начал рассеиваться, пегаска увидела на месте монстра обычного чейнджлинга, что лежал без сознания.       «Может это был монстр, но на манер чейнджлингов, а не пони?» — предположила квестер, с которой пропала броня. — «Но причём здесь облик Леттер? И некая она? Кто-то специально сделал это с ней?».       — Кха-кха, кто-нибудь живой есть?! — кашляя от дыма, вышел из-за поворота чейнджлинг.       — Да, есть, — отозвалась Энжел, прекрасно его видя благодаря очкам.       — Парни, кхе-кхе, одна из квестеров здесь, — узнав её по голосу, крикнул остальным перевёртыш. — Кхе-кхе, ну ты и устроила фейерверк в пещере, кхе-кхе.       — Это было необходимо, — ответила ему пегаска, не замечая никаких трудностей в общении. — Не знаешь, кто это?       — Где? — начал всматриваться чейнджлинг, пока к нему присоединялись другие. — Ого. Нашлась пропажа.       — Ваша знакомая? — поинтересовалась официантка.       — Да с появлением этих монстров начался какой-то кошмар. Постоянно кто-то пропадает и находится, — ответил ей перевёртыш, пока другие шли к бессознательной кобыле. — Я бы с радостью переехал, но нельзя. Нам разрешили жить только в Понивилле. Хотя бы вы есть. Пусть и бьёте больно, но лучше так, чем куклой у чудищ. Проводить к выходу?       — Сама справлюсь, — ответила Энжел, найдя призрачный проход, через который попала сюда.       — Как знаешь. Только постарайся в следующий раз предупреждать. Мы еле ноги успели унести, когда вы тут появились, — попросил главный из чейнджлингов.       — Хотелось бы, но ничего не могу обещать, — подняв мешок с печеньем и взвалив его себе на спину, ответила пегаска и зашла в призрачный проход.       — Реально сквозь стены ходят, — удивился этому перевёртыш. — Правильно сделал, что выбрал изгнание сюда. С такими трюками Кризалис им будет не страшна.       — Почему здесь столько… пончиков? — попробовав тесто в шоколаде, спросил другой перевёртыш.

***

      Тиалав с трудом открыла глаза, едва не зашипев от боли в затылке. Она попыталась встать, но не смогла пошевелиться. Посмотрев на себя, земная пони убедилась, что она лежит связанной на диване.       — Где я? — начала осматриваться зелёная кобыла.       — Не шевелись, — попросил её жеребец с длинной немытой гривой, что сидел напротив неё на кресле и старательно вырисовывал её портрет. — Теперь, когда я нашёл тебя, я смогу написать свою величайшую картину. Ты лучшая модель, что я смог найти.       При последней фразе его глаза засветились синим, и Тиалав осознала, что жеребец перед ней в любой момент может превратиться в монстра.       — Внезапно, — не ожидала такого владелица чайной, размышляя о том, как ей выбраться из этой ситуации.

***

      -… так что я должна казино Лас-Пегаса огромные деньги, — закончила рассказ Леттер, пока они с сестрой шли по улице.       — Я же предупреждала, чтобы ты держалась от этого города подальше, учитывая твою удачу, — напомнила Дравинг.       — Если бы ты не хотела, чтобы я туда попала, то вообще не стала бы говорить о нём, — возразила красная пегаска.       — Ты бы всё равно о нём узнала. Я же не могу полностью скрыть от тебя целый город, — не согласилась пепельно-чёрная кобыла.       — Уже не важно. Лучше расскажи, что с тобой случилось, ведь… — хотела спросить почтальонша, но её прервали испуганные крики.       Пегаски заметили дым впереди и полетели в ту сторону. Вскоре они оказались возле горящего здания, рядом с которым кашляли покрытые сажой пони.       — О нет, там же ещё пони! — откашлявшись, воскликнула одна из них.       Услышав это, сёстры сорвались с места, а почтальонша по пути скинула седельные сумки. Они ворвались в дом через распахнутую дверь и поспешили вглубь дома.       — Держи голову пониже, там больше воздуха, — посоветовала Дравинг, опустив голову.       — Это я и без тебя знаю, — ответила Леттер, избегая языков пламени.       Горящая дверь рухнула прямо перед ними, что заставило их отпрянуть назад.       — Разделимся, тебе налево, мне направо, — выдала указания пепельно-чёрная пегаска и сорвалась с места, перепрыгнув горящую дверь.       Красная кобыла не стала спорить и побежала налево, надевая солнцезащитные очки.       — «Квестер Метал! Да начнётся резня!» — призвав броню, она начала быстро осматривать комнаты, не обращая внимания на огонь вокруг.       Дравинг, что находилась в другой половине дома провела копытом по невидимому браслету, что был на другой передней ноге, и на ней появились белые доспехи паладина. Найдя бессознательного жеребёнка на втором этаже, Скарлет подняла его телекинезом и побежала на выход, ведь больше никого не нашла.       Леттер тем временем вытащила из-под упавшего шкафа старушку и с ней на спине направилась к выходу.       Сёстры столкнулись друг с другом у выхода. На секунду уставившись друг на друга, они выбежали из горящего здания.

***

      Тиалав наблюдала за тем, как художник полностью сосредоточился на своём деле, лишь изредка поглядывая на неё. Кобыле было неуютно от этого взгляда, но это не сильно отвлекало её от размышлений. Когда жеребец отбросил в сторону мешающую ему прядь гривы, она позволила себе улыбнуться.       — Позволишь поработать над твоей гривой? — поинтересовалась Тиалав.       — Гривой? — не сразу понял, о чём речь, художник и поднял на неё взгляд. — Ты мне?       — Раз собираешься стать знаменитым за счёт моего портрета, то ты должен выглядеть, как успешный жеребец, — с мягкой улыбкой пояснила земная пони, полуприкрыв глаза, а затем продолжила шёпотом. — К тому же… может ты рассчитываешь на что-то большее?       Жеребец задумался над её словами, явно подозревая какой-то подвох.

***

      — Спасибо, спасибо вам, — поблагодарила кобыла, забирая своего жеребёнка.       Леттер и Дравинг пришлось сделать несколько ходок, чтобы достать всех пони. Когда они вытащили последних, над горящим домом пегасы во главе с Рэйнбоу Дэш начали собирать дождевые облака. Работники местной больницы притащили с собой повозки, на которых укладывали пострадавших.       Передав последнюю спасённую, Скарлет повернулась к Метал. Они кивнули друг другу и поспешили скрыться от лишних глаз. Найдя тихий переулок, они отозвали доспехи.       — Значит, ты действительно одна из них, — сказала Дравинг, явно опечаленная этим.       — Ты уже подозревала меня? — удивилась Леттер.       — Рэрити стала квестером посреди улицы, а до этого была в компании с тобой и ещё тремя пони, — ответила пепельно-чёрная кобыла.       — Я знала, что Эвил работала на вас, — ухмыльнулась красная пегаска.       — Там всё несколько сложнее, — покачала головой паладин.       — Да плевать, главное… когда ты научилась использовать магию? У тебя же нет рога. Скажи, пожалуйста, — явно была в восторге квестер. — Ты же сама рассказывала, как хотела этому научиться и изучала что-то.       Дравинг грустно улыбнулась, видя эту реакцию сестры.       — Что же, всё равно не хотела это скрывать от тебя, — ответила пепельно-чёрная кобыла, убирая маскировку.       На её ноге появился браслет паладина. Среди гривы едва виднелся золотой кинжалообразный рог, который явно был протезом. А вокруг её глаз появились шрамы от ожогов.       — Похоже, какой-то эксперимент пошёл не по плану, — поняла Леттер, нахмурившись.       — Полная слепота — очень страшное чувство, — призналась Дравинг, коснувшись копытом шрама у глаза. — Но принцесса Селестия мне помогла, вернув зрение.       — Теперь понятно, почему ты на неё работаешь, — кивнула ей красная пегаска.       — А как тебя угораздило связаться с Дискордом? — строго спросила пепельно-чёрная кобыла.       — Как всё должно работать у духа хаоса? — задала вопрос почтальонша, а после сама же ответила. — Конечно, на удаче.       — Можешь не продолжать, — приложила копыто ко лбу паладин. — И что мы будем с этим делать?       — Хмм, ничего? Меня вполне всё устраивает, — пожала плечами Леттер.       — А меня нет. Это слишком безрассудно, даже для тебя, — возмутилась Дравинг.       — «Тебя», уже не «нас»? — отметила красная кобыла и ткнула в грудь сестры копытом. — И когда ты стала такой правильной? Нет, то что принцесса вернула тебе зрение, и ты ей должна я могу понять, но когда ты стала такой… сдержанной? Где тот задор, где та страсть, где та жажда завладеть секретами магии? Среди нас двоих умная, вроде бы, ты.       — И к чему это привело? — указала на свои шрамы пепельно-чёрная пегаска.       — К наличию рога у тебя на голове? Ты же теперь, по сути, аликорн, — ответила ей почтальонша. — В если принцесса Селестия заставляет тебя быть такой, то плюнь на неё. Ты должна ей лишь отплатить долг, а не стелиться под неё.       — Ты слишком утрируешь. От той же Эвил я вообще хотела избавиться, скрыв это от принцессы, — призналась паладин.       — Тогда тем более не понимаю, почему ты продолжаешь строить из себя правильную. Делай, что сказала тебе принцесса, но так, как сама хочешь, — пояснила Леттер, ткнув сестру в нос. — А я просто снова докажу, что круче тебя.       — В каком смысле, круче? — возмутилась Дравинг, оттолкнув копыто сестры.       — Сколько раз я тебя побила, когда гнались за монстрами? — с ухмылкой спросила красная пегаска.       — Не меньше, чем я уводила их у тебя из-под носа, — напомнила пепельно-чёрная кобыла.       — Только благодаря напарнице. Мне та четвёрка бездарей была не нужна, — нагло заявила квестер.       — Кроме того случая, когда тебя внезапно вырубило? — ехидно напомнила паладин. — Или когда…       — Это не считается, — перебила её смутившаяся Леттер.       — Да, конечно, — с явным сарказмом согласилась ухмыляющаяся Дравинг. — То, что свои доспехи я сделала сама, а свои ты получила от Дискорда, мы тоже учитывать не будем.       — Это вызов? — спросила красная кобыла.       — А как иначе? — подтвердила пепельно-чёрная пегаска.       — Вот теперь узнаю свою сестру, — протянула копыто квестер.       — Не совсем. Портить имидж принцессы Селестии я не собираюсь, — покачала головой паладин.       — А кто тебе мешает придумать ещё один образ, в котором ты будешь действовать более свободно? — спросила Леттер. — Особенно с этим трюком с маскировкой.       — Абсолютно ничего, — ухмыльнулась Дравинг и ударила по копыту сестры.       Из переулка раздался сдвоенный злобный смех, который явно предвещал Понивиллю много хорошего.

***

      Тиалав достала ножницы и начала перебирать всё ещё влажную гриву художника. Перед ним стояло зеркало, через которое он наблюдал за кобылой, добавляя новые штрихи своей картине.       — Только без глупостей, — предупредил художник, заметив ножницы, а затем вернулся к наброску.       Дождавшись, когда он сосредоточится на своём альбоме, Тиалав слегка натянула его гриву и приложила ножницы, чтобы срезать большую её часть. Осторожно отрезав гриву, она выдохнула.       Тиалав резко перебросила срезанную гриву через голову жеребца и связала его, словно верёвкой. Художник закричал от возмущения, когда уронил альбом и карандаш, но его ноги были уже крепко прижаты к телу.       — Неблагодарная кляча! — возмущённо выкрикнул жеребец.       — Упс! — толкнула его в спину Тиалав, заставив рухнуть на пол. — Прости, но у меня ещё есть дела. Пока-пока.       Земная пони со всех ног побежала к выходу. Стоило ей выбежать на улицу, как почти сразу она столкнулась с Блюберри.       — Вот ты где! — явно была обеспокоена чейнджлинг.       — Со мной всё в порядке, — улыбнулась ей зелёная кобыла.       — В чайную пробрался странный чейнджлинг. Энжел стала квестером и они избивают друг друга, — доложила явно паникующая замаскированная перевёртыш. — Она сказала найти кого-нибудь из вас.       — Мармелад? — предположила Тиалав, пока Блюберри её трясла за плечи.       — А ну вернись! — выбежал на улицу освободившийся художник. — Ты станешь моей моделью!       Когда он это сказал, его глаза засветились синим и его скрыл синий туман. Когда тот рассеялся, на месте жеребца стоял голубой монстр с белой гривой и синими кристаллами на месте глаз.       — Блюберри, беги, — начала отталкивать чейнджлинга Тиалав, но монстр уже выпустил во все стороны волну магии.       Когда магия настигла её, перевёртыш лишилась маскировки и застыла на месте. Через секунду она помотала головой, приходя в себя.       — Я не под контролем? — удивилась Блюберри.       — Кто тебя… — заметив след от укуса на её шее, хотела спросить земная пони, но вовремя опомнилась. — Потом разберёмся. Беги отсюда.       — Д-да, хорошо, — согласилась чейнджлинг и начала убегать.       — «Квестер Ватер!» — Тиалав надела очки и призвала броню, после чего сразу выстрелила в чудище потоком воды, сбив его с ног.       — Наконец-то показался, не хотела вредить ему, — сказала синяя квестер.       — Ты станешь моей моделью! — взревел искажённый пони, вокруг которого уже стали собираться порабощённые им чейнджлинги.       Из призрачного прохода, что находился на стене дома художника, с испуганным криком вывалились Энжел, Лаймстоун и Рэрити в доспехах квестеров.       — Ну что ещё? — возмутилась кремовая пегаска, вылезая из-под двух других кобыл.       — Как всегда вовремя, — начала причитать земная пони, поднимаясь.       — Никуда этот алмаз от тебя не убежит, — заверила её Рэрити.       Внезапно появились вспышка и громкий звук щелчка. Монстр достал из непонятно откуда взявшегося фотоаппарата фотографию кобыл и продемонстрировал её им. Квестеры на фотографии зашевелились и вылезли наружу, присоединяясь к чейнджлингам, после чего они всей толпой побежали на пони.       — Хорошо, что Метал не скопировал, — только и успела сказать Файер, прежде чем врезала своей копии по мордочке.       Ватер, игнорируя перевёртышей и двойников, с ноги влетела в монстра, из-за чего тот упал на землю. Чудище вскочило и с разворота лягнуло её в грудь.       Почувствовав неладное, Энжел резко откатилась в сторону, избегая заклинания Скарлет, что, уже надев броню, приземлилась неподалёку.       — Эй, про меня не забудь, — следом за паладином спустилась с облаков жёлтая квестер.       Она при приземлении взмахнула крылом сверху вниз. Дравинг сделала шаг в сторону, избежав удара. Сёстры снова атаковали друг друга крыльями, но не дотянулись, так как отступили назад. Паладин выстрелила под ноги квестер, но та перекатилась назад.       Злобно рассмеявшись, Леттер взмыла в воздух и начала пикировать на Скарлет. Та приготовилась к столкновению, но в последний момент Метал резко взмахнула крыльями, тормозя, и выстрелила молнией в землю, взрывом поднимая пылевой облако. Дравинг выпрыгнула из облака в последний момент, едва не получив заряженным крылом по лбу.       Паладин ударила по ногам квестера, роняя её на землю. От удара сверху Метал закрылась крылом, после чего перекатилась в сторону. Красная пегаска вскочила на ноги и начала обстреливать пепельно-чёрную молниями с рога. Та легко закрылась магическим щитом, который затем отправила в сестру.       Метал, сделав сальто в воздухе, перепрыгнула летящий в неё барьер, и точным выстрелом сбила с ног Скарлет, на которую тут же набросились порабощённые чейнджлинги.       — И этот раунд за мной! — заявила почтальонша и злобно рассмеялась. — С дороги, Ватер!       Тиалав, с которой сражался монстр, заметила, что Леттер заряжает рог для мощного выстрела, и заморозила воду под ногами чудища, приковывая его к одному месту, после чего поспешила убежать подальше.       Когда Метал вложила достаточно магии и приготовилась к выстрелу, ей в мордочку влетел увеличенный щит с браслета Скарлет. Молния, сорвавшаяся с её рога, ударила в небо.       Остальные квестеры с удивлением посмотрели в ту сторону, куда улетело заклинание. Дравинг, не теряя времени, телепортировалась вплотную к монстру и выпустила магические цепи, которыми заключила его в кристалл.       — В этот раз победа за мной, — едва сдержала злорадство паладин, поднимая кристалл, и телепортировалась, не забыв захватить щит.       Чейнджлинги, которых не успели вырубить, рухнули без сознания, а двойники квестеров растворились в воздухе. Кобылы стояли в напряжённой тишине, смотря на поднимающуюся Леттер.       — Может пора бежать? — предложила остальным Энжел.       Метал злобно рассмеялась и запрыгнула в ближайший призрачный проход, оставляя остальных в недоумении.       — Похоже, мы что-то пропустили, — предположила Рэрити.       — И это пугает, — ответила ей Лаймстоун.       — Тиалав, где ты была? И почему ничего не рассказала о мармеладном чейнджлинге? — потребовала ответ кремовая пегаска.       — Давай обсудим это за чашечкой чая, — невинно предложила земная пони.       — На меня эти трюки не подействуют, — заявила ей официантка.       — Мармеладный чейнджлинг? — не поверила своим ушам шахтёрша.       — Вот что я забыла, — вспомнила модельерша.       — Этот городок с каждым днём всё более странный, — покачала головой Лаймстоун, наблюдая за тем, как Энжел гонится за Тиалав, требуя объяснений.