Эпизод 16. Шестая квестер?

      — А вы быстро сообразили, что надо обратиться ко мне, — радостно оскалился Дискорд, заметив, как напротив его клетки появилась четвёрка кобыл.       — Нам сейчас не до твоего сарказма, — грубо ответила Лаймстоун, параллельно ударив передним копытом по прутьям.       — Ты ведь уже знаешь, что вчера произошло, верно? — опустив взгляд, спросила Тиалав.       — Как бы мы не относились друг к другу, сейчас мы в одной лодке, — уклонился от прямого ответа драконикус, разведя лапами, но затем резко стал серьёзным. — Потеря Леттер — это серьёзный удар по нам, учитывая её результативность. Пусть за всё это время вы четверо подтянули свои навыки, но её вам не заменить.       — Да-да, она крутая, — закатила глаза шахтёрша. — Лучше скажи, как нам найти этих двух кляч.       — А я чем, по-твоему, занимался? — вопросительно изогнул бровь драконикус. — Я их ищу, но результатов пока нет. Похоже, они нашли способ спрятаться от меня. Впрочем, имея доступ к записям Куки Крамбл, это неудивительно. Она тоже справлялась с тем, чтобы спрятать от меня свои тёмные делишки.       — Неужели нет ничего, что бы мы могли сделать? — явно нервничала Рэрити.       — Понивилль хоть и не полноценный город, но тоже не маленький. Сколько у вас уйдёт времени, чтобы заглянуть в каждый дом? Если они вообще остались в Понивилле, а не ушли, например, в Вечнодикий лес? — поинтересовался в ответ Дискорд, продырявив карту, которую он держал в лапах, на месте изображения очередного дома.       — Если бы держала язык за зубами и не сказала про бойкот… — начала сетовать Тиалав.       — Не наговаривай на себя, — попросила её Рэрити. — Никто не мог знать, что так получится.       — Я сразу сказала, что это плохая идея, — напомнила ей Лаймстоун, а затем обратилась к Энжел. — А ты чего молчишь?       — А что мне сказать? — резко ответила ей хмурая пегаска. — Раз мы ничего не можем сделать сейчас, то придётся ждать, когда эти двое снова себя проявят. Но ты, Дискорд, слишком спокоен в этой ситуации. У тебя явно было что-то припасено на подобный случай, верно?       — Было дело, — не видел смысла скрывать дух хаоса, отвлекаясь от экрана в стене. — Очки были мной созданы как некая замена Элементов Гармонии. Пять обычных и одни особые. У вас всех были обычные очки, а особые, как вы уже знаете, я отправил Флаттершай. Вообще, я это сделал, по большей части, для того, чтобы защитить её в случае чего.       — Но с ними ведь было что-то не так, верно? — вспоминая рассказ жёлтой пегаски, спросила единорожка.       — Очки обладают подобием разума и сами выбрали вас в качестве квестеров, — напомнил драконикус. — Но шестую пару я… не доделал. Мне нужно было, чтобы они точно оказались у Флаттершай, поэтому эти очки имели лишь примерно половину функционала ваших. Только из-за этого я выделяю их, как особые. Но я в любой момент, подобный этому, мог призвать эти очки обратно, доделать их и «нанять» шестую квестер…       — Но сейчас эти очки у монстра, что копирует тебя, — кивнула своим мыслям модельерша.       — А он точно знает, как спрятаться от тебя, верно? — догадалась Лаймстоун, на что Дискорд кивнул. — Блеск. Леттер нет, шестой не будет, у немя ещё нет личных доспехов… Кстати, какого Дис… А, ну да.       — Всему своё время, — ухмыльнулся ей дух хаоса. — Шестая была запасным вариантом на тот случай, если с одной из вас что-то случится. Но я не учёл появления «меня», что будет портить мои же планы. Нет, я знал, что такой монстр будет, но не думал, что будут монстры с полноценным разумом.       — Получается, тебя переиграли? — явно сомневалась в этом Энжел.       — Как ни странно, но да, — не знал, как относиться к этому, драконикус, ставя на доску шахматного коня. — В этой игре оказалось намного больше игроков, которых я принял за фигуры на доске. Всё должно было ограничиться безмозглыми монстрами и подручными Селестии. Кто-то вмешался в события этого мира, ведь это не могло быть результатом моих действий.       — О чём ты? — насторожилась кремовая пегаска.       — Не обращай внимания. Это я так, о своём, о высоком, — отмахнулся от неё Дискорд, а затем отвернулся от кобыл к стене. — Время аудиенции окончено.       Официантка и шахтёрша нахмурились, но ничего не сказали. Тиалав, что всё ещё чувствовала вину за собой, первой зашла в призрачный проход, а следом за ней ушли остальные кобылы, оставив духа хаоса в одиночестве.       — Не приятно это признавать, но я потерял контроль над ситуацией, — сказал драконикус, а затем с печалью усмехнулся. — Какая ирония. Дух хаоса сетует на то, что не контролирует хаос вокруг. Может пора уже себе признаться, что я не игрок в этой партии, а лишь наблюдатель?

***

      Бладрут подняла телекинезом жёлтый кристалл, в котором была заточена Леттер, и установила на железную стойку, к которой было подключено несколько датчиков.       Мармеладная чейнджлинг в облике красной пегаски внезапно распахнула дверь в лабораторию и с интересом начала осматриваться.       — А ты здесь неплохо устроилась, — оценила перевёртыш. — У тебя здесь намного просторнее, чем у Твайлайт в подвале.       — Не могла бы ты перестать использовать этот облик? — поинтересовалась у неё алая единорожка.       — Эм, а зачем? — не понимала чейнджлинг.       — Как минимум, чтобы я тебя не прибила однажды, перепутав с Леттер, — пояснила замаскированная паладин.       — Так она же уже у нас в копытах, — не понимала перевёртыш.       — Дискорд и остальные квестеры так просто это не оставят. Так что это лишь вопрос времени, когда они её освободят, — ответила Бладрут с ухмылкой, а затем пристально взглянула на собеседницу. — Или ты предлагаешь мне её у…       — Нет, конечно, нет, — тут же спохватилась чейнджлинг. — Честно говоря, лично мне квестеры ничего не сделали. Я просто помогла тебе… потому что мне больше не к кому обратиться.       — Кризалис? — предположила единорожка.       — Не только Куки хочет ей отомстить, — ответила чейнджлинг. — Просто не у всех хватает духу в этом признаться.       — Ты тоже не спешила, пока Куки не дала тебе силу, — отметила паладин.       — Потому что понимала, что шансов у меня не было. На самом деле их всё ещё нет, — призналась перевёртыш.       — А от меня ты что хочешь? — изогнула бровь Бладрут.       — Пока сама не знаю, — честно ответила чейнджлинг, отвернувшись из-за смущения. — Я просто… не хотела оставаться одна.       — Тогда покажи мне, с кем я на самом деле разговариваю, — попросила единорожка.       По телу перевёртыша прошлось изумрудное пламя, обнажая оранжевый хитин. Чейнджлинг прикрыла свои жёлтые глаза и поправила белую гриву, которая была того же цвета, что и хвост с надкрыльями.       — И как тебя зовут? — поинтересовалась паладин.       — Королева, при изгнании, лишила меня имени, — ответила перевёртыш, открыв глаза и с облегчением поняв, что её не будут гнать отсюда.       — Так придумай его себе, что в этом сложного? — не видела проблемы Бладрут.       — Всё… несколько сложнее, — ответила на это чейнджлинг.       — Когда закончу с Леттер, я займусь твоим исследованием, — подумав, решила единорожка, и на её мордочке появился радостный оскал, заставивший её собеседницу непроизвольно вздрогнуть. — Раньше я изучала лишь вашу магию перевоплощения, но, похоже, ваш вид скрывает намного больше секретов.

***

      Сансет открыла дверь в библиотеку и с недоумением зашла внутрь.       — Странно, — видя абсолютно чистый и прибранный главный зал, сказала единорожка. — Кто мог убрать здесь весь погром?       — Странный вопрос, — ответила ей спускавшаяся со второго этажа Даймонд Тиара. — Пони и до появления Твайлайт держали библиотеку в порядке, как и некоторые другие общественные здания. Разве в Кантерлоте не так?       — Никогда этим не интересовалась, — честно ответила Сансет, уходя от прямого ответа. — А ты что здесь делаешь?       Единорожка узнала кобылку, которая несколько дней назад расспрашивала её об её связи с квестерами. Этот интерес ей ещё тогда показался подозрительным, но она тогда списала это на свою излишнюю паранойю. Но теперь, видя Даймонд Тиару перед собой здесь, она уже не могла просто так отбросить свои подозрения.       — Ты следила за мной? — в лоб спросила жёлтая кобыла.       — Нет, — невинно улыбнувшись, ответила ей кобылка.       — Это был её дворецкий, — дополнила спустившаяся следом за подругой Сильвер Спун, из-за чего та на неё возмущённо посмотрела. — Что?       — Такой старый земной пони во фраке? — решила уточнить Сансет.       — Да, — отвернувшись, недовольно буркнула Даймонд Тиара.       — Слава богу, — с облегчением сказала единорожка, поняв, что перед ней просто дети богатых пони, а не кто-то действительно опасный.       — Кому? — хором спросили кобылки, с недоумением уставившись на неё.       — Не обращайте внимания. После плена у чейнджлингов я иногда путаю слова, — быстро ответила занервничавшая единорожка, телекинезом снимая со спины седельные сумки и ставя их на стол. — Итак, зачем вы пришли? Вряд-ли за книгами, пусть я и договорилась с мэром временно занять должность библиотекаря.       — У меня к Вам… — не знала, как тактичнее сказать Даймонд Тиара, чтобы не спугнуть Сансет.       — Деловое предложение, — решила прямо сказать Сильвер Спун.       — И оно связано с квестерами, верно? — догадалась единорожка, подходя к жеребятам.       — Вы правы, — твёрдо посмотрела ей в глаза розовая земная пони, поняв, что с собеседницей можно говорить свободнее. — Я хочу использовать их образ для компании своего отца. Пусть слухи о них за пределы Понивилля уходят не слишком активно, но смышлённые пони не могут не увидеть в этом шанс подзаработать.       — Почему ты об этом говоришь мне, а не им напрямую? — показала своё недоверие жёлтая кобыла.       — Тиалав и Энжел уже отказались работать на мою маму. Пинки сказала, что её сестра Лаймстоун не согласится ни на какое предложения. Пинки доверяет в подобных вопросах даже мой папа, так что я тоже склонна ей верить. Леттер… даже подходить к ней боюсь. А Рэрити… даже если она согласится, то толку от одной, если остальные откажутся, — развёрнуто ответила Даймонд Тиара.       — Ого, — впечатлилась Сансет. — Ты явно готовилась к этой встрече.       — В будущем я унаследую бизнес пары и должна быть готова к этому, — высокомерно вздёрнула нос розовая земная пони, а затем опомнилась. — Так вот, я подумала, что может они прислушиваются к Вам? Никто не останется в обиде и получат плату.       — Ты уверена, что они станут настолько популярны, что это будет иметь смысл? — поинтересовалась единорожка.       — В Понивилле находятся летние дома аристократов из Кантерлота. Так что в столице они уже достаточно известные личности, — сообщила со знанием дела Сильвер Спун. — А оттуда слухи о них распространяться по всей Эквестрии рано или поздно. Был, конечно, шанс, что место героинь займут Твайлайт с её друзьями из-за Найтмер Мун, но с тех пор они практически ничего не делали, в отличие от квестеров.       — То есть, вы двое хотите создать из квестеров целый бренд или даже целую франшизу, пока они не стали популярнее сами по себе, — задумалась Сансет.       — Что такое франшиза? — переглянувшись с подругой, спросила Даймонд Тиара.       -… если воспринимать квестеров, как живых супергероев для пони… — задумчиво бормотала единорожка, не обратив внимания на вопрос кобылки. — Их образ ведь действительно можно сильно раскрутить. А конкуренция, по факту, практически отсутствует, ведь образы принцесс что-то из совсем другого разряда, а одна Деринг Ду не сможет удержать всех пони у себя из-за банальной жажды разнообразия…       Жеребята не понимали часть слов, что говорила Сансет, из-за чего от них ускользал общий смысл её фраз. Но чисто по её поведению Даймонд Тиара поняла, что смогла заинтересовать собеседницу своей идеей. Конечно, ей была не очень приятна мысль отдавать часть возможной прибили, по сути, посреднику, но её мирила с этим мысль, что иначе у неё вообще нет шансов на успех.       — Так каков Ваш положительный ответ? — чисто из вежливости поинтересовалась розовая кобылка.       — Забавно, что ты знаешь эту шутку, — усмехнулась в ответ единорожка, выходя из своих мыслей. — Скажем так, идея действительно перспективная, но нам нужна конкретика. Как именно мы собираемся воспользоваться образом квестеров для обогащения.       «Может это не честно по отношению к ним после того, как они меня «спасли», — подумала Сансет. — «С другой стороны, я не просила вытаскивать меня из сна, где я продолжала жить в своём родном мире».       Успокоив этим совесть, единорожка пригласила жеребят на кухню, где они начнут обсуждение своего будущего сотруднечества.

***

      — Леттер проиграла и была схвачена? — сразу по приходу спросила явно удивлённая Блюберри.       — Ты так говоришь, как будто узнала это только что, — ответила на это Энжел, передавая плату за заказ Тиалав.       — Ну-у-у… — протянула замаскированная чейнджлинг. — Вообще-то да. Как узнала, так сразу поспешила обратно…       — Чтобы убедиться, что с нами двумя всё в порядке? — с мягкой, но несколько натянутой улыбкой уточнила владелица чайной.       — Да, — созналась Блюберри, отведя взгляд.       — Знаешь… — хотела что-то сказать зелёная кобыла, но затем улыбка сошла с её мордочки, и она искренне поблагодарила. — Спасибо. С нами всё в порядке. Уже несколько дней прошло с того момента… но твой отпуск ещё не закончился. Можешь возвращаться к своей наставнице. Ты ведь явно по ней скучала.       — Может в другой раз, — видя состояние Тиалав, отказалась Боюберри. — Я уже поговорила с ней и… впрочем, не буду вас напрягать нашими внутренними проблемами. У вас явно своих хватает. Просто позволь мне вернуться к работе.       — Не вижу смысла возражать, — снова попыталась улыбнуться ей зелёная земная пони.       — Она такая… с того дня? — подойдя к кремовой пегаске, шёпотом спросила чейнджлинг.       — Винит себя, что так произошло, — кивнула ей Энжел, отвечая так же тихо. — Честно, я не думаю, что что-то сильно изменилось бы без бойкота.       — Что ещё за бойкот? — спросила перевёртыш.       — Долго объяснять. Расскажу во время перерыва, — ответила пегаска.       Чейнджлинг, подумав, согласилась и обе официантки принялись за работу.

***

      Свити Белль магией передвинула шахматную фигуру и бросила взгляд на свою соперницу. Маленькая синяя земная пони задумчиво разглядывала доску, судорожно ища ход, после которого её оборона не разрушится, как карточный домик. Долгие минуты она размышляла, что явно не нравилось немногочисленным одноклассникам, что остались поддерживать своих друзей.       Чирайли, следя за внутришкольным соревнованиям по шахматам, заметила, что время синей кобылки начало истекать, и решила напомнить ей об этом.       — Оушен, у тебя осталось десять секунд, иначе ты проиграешь, — мягким тоном сказала кобылке учительница.       Синяя земная пони, что секунду ранее нервничала так сильно, что у неё пот лился ручьями со лба, неожиданно для всех взвигнула на весь класс, оглушив его, а затем передней конечностью слесла со стола шахматную доску с фигурами. Держась одним передним копытом за висок, она отбежала к стене и обернулась к остальным пони.       — Я должна была победить! — взвигнула кобылка, чьи глаза засветились фиолетовым, а её саму начал окружать фиолетовый туман.       Учительница, быстро понявшая, что происходит, начала уводить учеников из класса. Туман быстро развеялся и монстр с розовой чешуёй по всему телу издал возмущённый рык.       — Ну куда же вы? — изменившимся голосом спросила искажённая пони, поправляя кудри голубой гривы, убирая их с фиолетовых кристаллов, что были на месте глаз. — Я же не успела вас поблагодарить за то, что помогли мне сломить моего носителя.       Чирайли, не слушая её, вивела последнего своего подопечного и заперла дверь на улицу.       — Дети, без паники, — попросила учительница. — Кто-нибудь знает, где ближайшая из квестеров?       — Сзади! — выкрикнула Скуталу, заметившая монстра.       Чирайли обернулась и с ужасом заметила, что забыла про окно, через которое пролетел маленький, размером с жеребёнка, монстр. Учительница тут же встала на пути чудища, закрывая собой жеребят.       — Это обидно, мисс Чирайли, — сказала искажённая пони. — Я ведь даже ничего не сделала.       — Кроме того, что захватила тело моей ученицы, — решила потянуть время разговором земная пони, постепенно отступая назад.       — Жаль, но Вы не оставляете мне выбора, — вытянула в её сторону переднее копыто монстр.       В этот момент из призрачного прохода, что был в стене школы, вылетели золотые магические нити. Они быстро обхватили удивившееся чудище и утянули её в портал. Искажённая пони на глазах Чирайли с испуганным криком исчезла в стене.       — Что это было? — первая отошла от шока Эппл Блум.       — Не знаю, — честно ответила Чирайли. — Только надеюсь, что это были квестеры.

***

      Четвёрка квестеров выбежали из призрачных проходов на главную площадь городка, с некоторым удивлением отмечая пустоту вокруг. Вокруг не было никаких прохожих, в все двери и окна на домах были заперты.       — Пони уже успели разбежаться? — задалась вопросом Энжел.       — Похоже, в этот раз очки среагировали позже обычного, — предположила Рэрити.       — Это не объясняет отсутствие монстра, — отметила Лаймстоун, подходя к остальным. — Мы всё равно должны были оказаться рядом с ним.       — Толпы чейнджлингов тоже нет, — дополнила замечание Тиалав.       — Всё предельно просто. Я уже разобралась с монстром, — ответил ей самодовольный голос.       Квестеры обернулись на голос и заметили Уайт Голд, что демонстративно смотрела на часы, что были на её передней ноге. Сама единорожка прислонилась боком к стене одного из домом на краю площади.       — Что? — узнав её, удивилась Энжел и сделала несколько шагов в её сторону. — Но как Вы могли это сделать?       — Ты меня явно недооцениваешь, Энжел, — встав на все четыре ноги и отойдя от стены, с усмешкой ответила альбинос.       Она сделала круговой жест передним копытом, в котором внезапно оказались чёрные солнцезащитные очки, что насторожило Лаймстоун и удивило остальных кобыл. Очки отличались формой от других, имея на своих линзах по два дополнительных треугольных выступы по внешним краям, частично закрывавшие виски и верхнюю часть щёк. Уайт надела очки и провела по ним копытом.       — «Квестер-ер-ер…» — раздался привычный для кобыл голос Дискорда, но какой-то искажённый и неправильный.       На единорожке тут же появился белый доспех. Никакого узора на пластинах не было, за исключением нагрудника, которой был покрыт чёрными полосами. Так же все пластины по краям имели золотой цвет. Если у остальных квестеров очки при появлении брони теряли свои цвета, становившись чёрными, то у Уайт было наоборот. Очки, ставшие частью шлема, приобрели кроваво-красный цвет, как её глаза, за исключением тонкой чёрной линии в месте соединения с остальным шлемом. Рог белого шлема сильно выделялся на его фоне, имея чёрный цвет. Куски ткани на месте гривы и хвоста отсутствовали. Хвост единорожки был спрятан в тонкой полоске белого металла с золотыми краями, как у паладинов и Энжел. Единорожка-альбинос демонстративно расправила крылья, позволяя квестерам рассмотреть их, ведь они имели белые и чёрные перья вперемешку, а лезвия на их внешних краях сверкали золотом.       — Вижу, я смогла вас впечатлить, — ухмыльнулась под шлемом доктор, складывая крылья обратно.       — Откуда ты взяла эти очки? — первой спросила Рэрити.       — Они сами меня нашли, — ответила Уайт Голд.       — Сами? — запецилась за это слово Энжел и с надеждой спросила. — Так значит, Вы такая же квестер, как и мы?       — Какие глупости иногда лезут тебе в голову, — усмехнулась в ответ единорожка-альбинос. — Мы не будем одной командой.       — Что? Но… почему? — не понимала кремовая пегаска.       — Потому что… я собираюсь насладиться этим, — ответила доктор и зажгла рог.       Файер единственная успела среагировать и резко взлететь вверх на ускорителях, что по её мысленной команде повернулись к земле. Остальных квестеров снёс с места шквал золотых магических лучей. Троица, отлетев на пару метров, рухнула на землю.       — Кто это вообще? — поднимаясь на ноги, спросила Тиалав.       — Какая-то знакомая Энжел, — ответила ей Лаймстоун.       — Её лечащий врач, — дополнила Рэрити. — Точнее, как я понимаю, уже бывший.       — Это грубо, знаете. Я ведь могла и сама ответить, — с усмешкой сказала Уайт Голд.       Энжел приземлилась рядом с товарищами по команде, явно не зная, что ей делать в этой ситуации.       — Впрочем, вопрос действительно занятный, — продолжила тем временем единорожка-альбинос, явно задумавшись. — Раз вас называют квестерами, то я буду…       Вместо продолжения фразы она снова зажгла рог и написала своей магией в воздухе одно слово так, чтобы остальные кобылы могли без проблем прочитать его. Золотые буквы, едва доктор дописала слово, на мгновение ярко сверкнули, ещё больше привлекая внимание к себе.       — «Квест-Киллер», — вслух прочитала потерянная Энжел.

***

      Дискорд, наблюдавший за своими подопечными, едва сдержал нецензурную брань, которую он подчерпнул из головы Сансет.       — Это мои очки! Те самые, что я отдал Флаттершай! Что ты с ними сделала! — схватился за голову дух хаоса, видя, как на Уайт Голд появилась броня. — Как?! Как они оказались у тебя?! И зачем тебе всё это?!

***

      Уайт Голд, лёжа на спине и обильно потея от вложенных усилий, поднимала передними копытами тяжёлую штангу, когда в её кабинет ворвалась одна из медсестёр.       — Доктор, там… Что Вы делаете? — опешила взволнованная до этого кобыла.       Единорожка-альбинос печально вздохнула, подняла штангу магией и положила её на специальные стойки у стены, после чего слезла со специальной кушетки, которую использовала для тренировок.       — Новенькая? — скучающим тоном спросила доктор, притянув телекинезом полотенце и начав им вытираться.       — Д-да, — насторожилась вошедшая кобыла.       — Тогда всё ясно, — уже привыкла к подобной «шутке» от коллег Уайт. — В этот раз ничего не скажу. Просто прочитай мои исследования о том, как физическое развитие пони влияет на его магический потенциал. Зачем пришла?       — У Вас новый пациент, — опомнилась медсестра. — Тяжёлый случай. Срочно нужна операция.       — Кто-то интересный? — направляясь к выходу из кабинета и магией накидывая на плечи медицинский халат, скучающим голосом спросила Уайт.       — Интересный? — не поняла вторая кобыла, но затем поспешила за ней и начала кратко описывать пациента. — Пегас. Двадцать три года. Работает в Дневной страже принцессы Селестии. Упал с большой высоты. Сломаны…       — Стой, — вдруг сказала единорожка и сама остановилась.       Она прислушалась к своим ощущениям и поняла, что что-то её тянет из больницы. Внутреннее ощущение, словно она куда-то опаздывает. Уайт привыкла доверять своей интуиции после столкновения с таким явлением, как Пинки-чувство, поэтому подошла к окну. Единорожка-альбинос подошла к окну коридора и посмотрела на улицу через окно. Медсестра хотела напомнить о срочности, но не решилась, помня о том, как ей советовали не злить Уайт Голд, если она не хотела потерять работу.       Доктор осмотрела улицу, и её взгляд зацепился за вокзал. Она сразу поняла, что ей нужно туда.       Не говоря ни слова Уайт развернулась и поспешила к лестнице на первый этаж, сбрасывая с плеч свой халат. Медсестра побежала за ней, окликая её, но безнадёжно отстала.

***

      Уайт покинула поезд, уже прекрасно зная, что она опоздала. Уходя с вокзала, она резко схватила телекинезом Пинки, что уже спешила к ней, и притянула к себе.       — Приветик, — ничуть не обеспокоилась этим розовая земная пони.       — Что сегодня произошло в Понивилле? — потребовала ответ доктор.       Из тарабарщины кондитерши она поняла только то, что сегодня как минимум дважды появлялись какие-то монстры, которых одолели пони в доспехах.       «Вот для чего принцесса готовила паладинов», — поняла Уайт и потеряла к этому интерес, прекрасно зная реакцию Селестии на её вмешательство.       — Пустая трата времени, — произнесла единорожка, отпуская Пинки.       — Ты придёшь на Приветственную вечеринку в честь Твайлайт Спаркл? — стоило доктору обернуться, как перед ней снова оказалась розовая земная пони.       — Нет, — ничуть не удивилась этой телепортации альбинос и обошла собеседницу.       «Если в этом замешана ещё и ученица принцессы, то мне здесь точно делать нечего», — нахмурилась Уайт, направляясь обратно к вокзалу. — «Хотелось бы увидеть Найтмер Мун в живую, но наверняка это будет лишь актриса для испытания Твайлайт».       — Ещё увидимся, — помахала ей вслед передней ногой Пинки.

***

      Весь следующие недели с того инцидента с её побегом в Понивилль, Уайт была задумчивее обычного, что не укрылось от её коллег. Но все расспросы об этом и о том, куда она в тот день убежала, она стойко игнорировала, чем ещё больше отдалила других пони от себя.       Поначалу она думала, что вскоре к ней придёт принцесса Селестия с разговором о том, что не следует так внезапно срываться непонятно куда, когда ей доверили провести операцию. Но спустя пару недель Уайт отбросила эту мысль. «Если бы хотела, то давно бы отсчитала. Но, похоже, у неё есть дела поважнее», — подумала единорожка.       Во время очередной операции, единорожка как обычно прокручивала в голове полученную информацию о пациентке.       «Единорог. Кобыла. Двадцать пять лет. Попытка выучить телепортацию окончилась в стене», — аккуратно доставая кусочек мрамора из внутренностей оперируемой, снова перечислила в своей голове доктор. — «Обычная скучная посредственность. Толку от того, что я её вылечу немного. Подобные ей всегда найдут способ умереть, если не успокоятся. И на это я трачу свою жизнь, стараясь перекрыть усилия естественного отбора».       Бросив диагностирующее заклинание и убедившись, что она достала все чужеродные объекты из тела кобылы, Уайт убрала скальпель и создала из своей магии золотые нити, с помощью которых наложила временные швы.       — Зашить её сможете сами, — небрежно бросила единорожка, отходя от стола и снимая телекинезом маску со специальной шапкой.       Работники, привыкшие к такому отношению доктора, без лишних вопросов принялись за дело.       Уайт вернулась в свой кабинет и бросила оставшуюся форму на ближайший стул. На столе её ждал конверт с письмом, который она отложила на потом.       — Надеюсь это что-то интересное, — без надежды произнесла единорожка, вскрывая магией конверт и доставая письмо. — От Куки? Она никогда не пишет просто так. Хочет встретиться в Понивилле? Всё лучше, чем находиться здесь. К тому же, как раз Энжел пропустила осмотр. Будет убедительная причина для остальных.       Приняв решение, альбинос сразу покинула кабинет и направилась к выходу из больницы.

***

      Бросив короткий взгляд на Куки, Уайт хмыкнула и отошла от окна, скрываясь в глубине СПА-салона. Она захотела побыть одна, ведь ей не давал покоя факт превращения Рэрити в квестера на глазах у всех.       «Это оно. Это точно оно», — ничуть не сомневалась альбинос. — «Всё дело в очках. Если бы я услышала зов раньше, если бы успела прибыть в Понивилль, то на месте Рэрити была бы я. Я упустила такой великолепный шанс изменить свою жизнь».       — Вам нужна помощь, мисс? — поинтересовался у неё ехидный голос.       Доктор резко обернулась на голос, зажигая рог, и схватила телекинезом монстра-Дискорда. Чудище, не ожидавшее такого, крякнуло от неожиданного давления в груди.       — Надо же, какая боевая, — не смотря на это, усмехнулся искажённый пони.       Уайт осмотрелась по сторонам, убеждаясь, что в этом коридоре они одни.       — Не волнуйся, я предусмотрел, чтобы наша встреча была приватной, — ответил ей монстр.       — И что тебе от меня нужно? — поинтересовалась у него единорожка, явно не собираясь отпускать собеседника.       — Лично мне — ничего, — приложило лапу к груди чудище, что не осталось без внимания напрягшейся кобылы. — Но ты кое-кого, а точнее кое-что заинтересовала.       Монстр небрежно достал словно из ниоткуда чёрные солнцезащитные очки и бросил их в доктора. Та перехватила предмет в воздухе магией и снова перевела взгляд на чудище, но того уже и след простыл.       Поняв, что она держит телекинезом, Уайт сильно удивилась, не веря, что это правда. Она осторожно надела очки и провела по ним копытом, но никакого эффекта не было.       — Жестокая шутка, — недовольно пробурчала единорожка, снимая очки и собираясь отшвырнуть их в сторону.       Но внезапно её пробило чувством голода. Но голода не обычного, а всепоглощающего. Словно она не ела всю жизнь и только сейчас добралась до долгожданной еды, но не могла дотянуться до неё совсем чуть-чуть. Уайт снова обратила внимания на солнцезащитные очки, что упали на пол. Она подняла их копытокинезом и, подумав, зажгла рог, попробовав направить свою магию в очки. Чувство голода заметно отступило, но не исчезло полностью.       — Так тебе не хватает магии для работы, — осознала с явным воодушевлением единорожка. — Моих запасов может и хватит, но тебе она не совсем подходит. Тебе нужно явно что-то более хаотичное… более первобытное. Не волнуйся, я помогу приобрести тебе полную силу, если ты поможешь мне изменить мою жизнь.       Очки внешне никак не отреагировали, но доктор радостно оскалилась, поняв с помощью интуиции, что артефакт согласен с её планом.

***

      Очередной рабочий день был окончен и Уайт вернулась в свой кабинет. Кабинет, который долго заменял ей дом, так как она не видела смысла покупать его здесь, в Кантерлоте, из-за чего большая часть её зарплаты лежала невостребованной до недавнего времени. Перейдя в дальнюю, более обжитую часть кабинета, спрятанную за ширмой, она достала солнцезащитные очки и надела их, сразу повернувшись к призрачному проходу.       — Даже того, что даю я, хватает для этого, — позволила себе улыбку единорожка. — Не волнуйся. Сегодня я добуду для тебя более подходящий источник магии. Нужно только немного подождать.       Дождавшись глубокой ночи, когда большинство пони спят, доктор снова надела очки и воспользовалась порталом. Оказавшись на другой стороне, она сразу узнала кабинет директора Школы Одарённых Единорогов принцессы Селестии. Не теряя времени она открыла копытокинезом один из многочисленных шкафов и с предвкушением обнаружила то, что искала.       — Эта наивность меня иногда даже пугает, — прокомментировала отсутствие замка на шкафу Уайт, телекинезом поднимая свой трофей.       Не поднимая лишнего шума, она унесла его с собой через призрачный проход. Единорожка оказалась в подвале своего недавно приобретённого дома в Понивилле и положила украденную вещь на небольшую кучу деревянных коробок, прикрытых сверху одеялами. Ей удалось сделать это не привлекая внимания Пинки только благодаря очкам Дискорда.       Проверив охранные и скрывающие заклинания и убедившись, что трофею ничего не угрожает в ближайшей перспективе, Уайт вернулась в свой кабинет и сняла очки.       — Может пока этот источник не так эффективен, как хотелось бы, но он подойдёт тебе намного больше, чем моя магия, — обратилась к артефакту единорожка. — Попробуй прокормиться за его счёт несколько дней, но не съедай всё до конца. Мы же не хотим его терять.       Дав напутствие, доктор бросила очки в стену в том месте, где был призрачный проход. Вместо того, чтобы разбиться об стену, очки на её глазах пропали в стене. Уайт уже с предвкушением ждала момента, когда она сможет воспользоваться более полным функционалом артефакта.

***

      Уайт поняла, что момент настал, когда очередным утром она обнаружила солнцезащитные очки на своём столе рано утром, ещё до того, как Селестия подняла солнце. Желая как можно скорее всё проверить, она надела очки и с помощью портала перенеслась в просторный подвал своего нового дома.       Первым делом она убедилась, что с её новым источником магии для очков всё в порядке и только затем обратила внимание на изменение самого артефакта.       — Решил изменить имидж? — потрогала она копытом небольшие бугорки стекла, что начали расти с боковых сторон линз. — Нет. Скорее это влияние источника, ведь это не совсем магия хаоса, пусть и близка к ней. Но хватит оттягивать момент.       Она провела копытом по очкам и на ней сразу появились белые доспехи. Не успела единорожка обрадоваться, как через её тело словно прошла молния. Она едва устояла на копытах из-за скрутившей её боли. Броня на ней почти сразу пропала. Доктор тяжело дышала, приходя в себя. Она провела передней ногой по мордочке и заметила на ней кровавое пятно.       — Конечно же, я была так увлечена перспективами, что забыла, что эта магия не так универсальна, как магия хаоса, и более конфликтна ко всем другим видам магии. В том числе моей собственной, — больше не обращая внимания на небольшую дорожку крови, что лилась из края её рта, усмехнулась своей наивности Уайт. — Ничего. Это дело поправимо. Главное, что оно сработало. Я действительно могу стать квестером.

***

      Белая единорожка собирала свои вещи с помощью телекинеза, когда дверь в её кабинет открылась.       — Я уже всё сказала, — не оборачиваясь, ответила доктор. — И меня не переубедить.       — Даже мне? — с лёгкой улыбкой поинтересовалась аликорн.       — Принцесса Селестия? — узнала голос и повернулась к гостье. — Чем обязана?       — До меня дошли слухи, что лучший хирург Эквестрии решила покинуть свою работу, — ответила аликорн.       — Слухи распространяются довольно быстро. Я заявила об этом всего полчаса назад, — с явным недоверием прокомментировала Уайт Голд.       — Но то, что ты нашла что-то более интересное для себя, чем помощь другим пони было заметно намного раньше, — с грустной улыбкой возразила принцесса.       — Хм, — задумалась над этим единорожка-альбинос и была вынуждена признать. — Звучит… до безобразия правдоподобно.       — Твой интерес ведь связан с квестерами? — решила сразу спросить Селестия, видя, что собеседница не прекратила складывать вещи.       — Какое Вам до этого дело? — грубо ответила доктор, но затем спохватилась и продолжила более нейтральным тоном. — Прошу прощения. Но это слишком личное.       — Чего тебе не хватает? Что ты так стремишься найти? — спросила у неё принцесса. — У тебя есть буквально всё, что может желать пони. Ты добилась успеха в той области, в которой у тебя не было таланта и стала далеко не последней в научном сообществе. Самое главное — ты можешь спасать жизни других пони и обретать в их виде новых друзей.       — Мы уже говорили на эту тему, когда я пыталась записаться в Ваши паладины, — напомнила единорожка.       — И я честно тебе сказала, что наибольшую пользу ты принесёшь здесь, а не среди них. Ты спасла своими умениями множество жизней. Неужели это не имеет для тебя значения? — попыталась достучаться до неё Селестия.       — А кто Вам сказал, что я стала хирургом из желания спасать других? — впервые посмотрела прямо в глаза аликорна Уайт.       Лишь по этому взгляду. Взгляду пони, которая устала прятать свои настоящие желания и цели, принцесса поняла, что у неё никогда не было шансов её переубедить. Она могла лишь максимально отсрочить этот момент. Она могла приказать ей остаться. Но это лишь превратило бы единорожку в бомбу замедленного действия, что сработает в самый неподходящий момент.       — Ты понимаешь, что будет, если ты перейдёшь определённую черту? — строго спросила у неё принцесса.       — Прекрасно осознаю, — поняла, что сказала лишнее, доктор, но отступать было уже поздно.       — Ты точно хочешь окончательно обрубить все связи с Кантерлотом? — решила уточнить Селестия, надеясь, что Уайт Голд ещё можно вернуть, пусть и через время.       — Я никогда сюда не вернусь, — процедила сквозь зубы единорожка проходя со своими вещами в облаке телекинеза к выходу. — Я всегда была слишком плоха для этого места.

***

      Уайт в очередной раз провела копытом по очкам и призвала броню. Не почувствовав боли, она сделала в доспехах несколько прыжков и воспользовалась магией. Не почувствовав никакой боли, она отозвала броню, и её мордочка расплылась в искренней улыбке. Впервые за долгие годы она громко рассмеялась, и её смех из-за эха в подвале стал похож на зловещий.

***

      Уайт ворвалась в ряды остальных квестеров и начала бить по ним лезвиями на крыльях. Раскидав кобыл в стороны, единорожка-альбинос резко взмахнула крыльями, отлетая назад и избегая магии Лаймстоун, которая хотала утянуть её под землю.       Доктор зажгла рог, и на доспехах остальных кобыл появились золотые полосы магии в тех местах, где их ударили крылом. Тонкие линии взорвались, снова сбивая их с ног.       — Вы даже не стараетесь, — чуть ли не возмутилась Уайт.       — Потому что это неправильно, — ответила кремовая пегаска, поднимаясь. — Ты ведь не просто пони, но и квестер, как и мы. Тебя выбрали, чтобы помогать пони с монстрами.       — Энжел, не расстраивай меня, — попросила альбинос. — Ты практически единственная, о чьём спасении я не пожалела. Твоя страсть, твоя агрессия в некоторые моменты. Я же видела, что ты не очередная заурядная пони.       — Как можно жалеть о том, что ты кого-то спасла? — не понимала Рэрити.       — Я жалею, что потратила на это своё время, — пояснила доктор. — Мне никогда не нравился мир вокруг. Всё вокруг слишком чисто и правильно. Всё слишком… контролируемо. Тот же Вечнодикий лес считается аномалией, хотя на самом деле это одно из немногих естественных проявлений природы. Я пыталась вписаться в этот искусственный мир, став хирургом. Это была практически единственная честная профессия, в которой я имела постоянный доспут к страданиям и смертям других. Гордость, конечно, не позволяла мне убивать кого-то намеренно, но если пациент не справлялся после операции… Это всё ещё один из немногих моментов, будоражащих моё сознание, заставляющих верить, что я ещё живое существо, а не просто полезный инструмент. Но само копошение во внутренностях пони, из-за которого я и выбрала эту профессию, за столько лет потеряло для меня вкус.       — Знаешь, даже для меня это жутко, — вздрогнула, представив картину, Лаймстоун.       Остальные квестеры чувствовали себя явно не в своей тарелке от этих заявлений. Особенно не по себе было Энжел, ведь она была знакома с Уайт намного дольше остальных.       — Р-разве врачи не дают… клятву? — сама не знала, на что рассчитывала, официантка.       — Клятва, не подкреплённая магией? Пустой звук, — небрежно отмахнулась Уайт Голд. — Следование ей не принесло мне ничего, кроме головной боли. Я потратила на годы на других пони и это почти опустошило меня. Только теперь, когда я получила силу в этом скучном мире, моя жизнь стала по-настоящему интересной.       Единорожка-альбинос выстрелила в кремовую пегаску, отбросив её на несколько метров назад.       — С меня хватит, — заявила Граунд. — Мы пытались с ней договориться, но это бесполезно. Пришло время драки.       — Хоть у кого-то из вас работает голова, — оценила её стремление Квест-Киллер. — Давай, развлеки меня.       — «Стоять!» — внезапно раздался выкрик Дискорда в головах квестеров. — «Это слишком опасно!»       — Мы ей до этого поддавались, — с возмущением возразила шахтёрша.       — «Дело в другом», — ответил ей дух хаоса, которого продолжили слышать все. — «Я смог поверхностно изучить магию, которую она использовала, чтобы доделать очки, и у меня буквально шерсть дыбом встала от этого. Не знаю, где она достала эту магию, но она чрезвычайно агрессивна и связь её источника с очками всё ещё нестабильна».       — И что это должно значить? — не до конца понимала Лаймстоун.       — «Одно неверное движение или всплеск магии и очки взорвутся, унеся с собой не только Уайт, но и часть Понивилля», — ответил драконикус.       — Хмм, любопытно, — ответила на это единорожка-альбинос. — Ты быстро выяснил это.       — «Так ты знала?» — опешил от этого Дискорд. — «И ты меня слышишь? Хотя стой, ты ведь квестер, конечно слышишь. Снимай очки немедленно, если не хочешь взлететь на воздух!»       — Неинтересно, — отмахнулась от него доктор. — Я не собираюсь останавливаться сейчас, на предпоследнем этапе. А если по итогу я взорвусь, то не вижу в этом проблемы. Значит я просто не прошла естественный отбор.       — Ты… ты сошла с ума, — только и смогла выговорить Тиалав. — Делай со своей жизнью, что хочешь, но как же жители Понивилля?       — А какое мне будет до этого дело, если я умру? — с усмешкой спросила в ответ Уайт.       — А нам не нужна магия, чтобы набить тебе морду! — заявила Лаймстоун и побежала на альбиноса.       Тиалав, не долго думая, последовала за ней. Они обе одновременно набросились на противницу, замахиваясь крыльями, но та просто зажгла рог и поставила перед собой щит из золотой магии.       Граунд и Ватер не сразу поняли, что произошло, а затем барьер резко полетел на них, тараном отбросив на несколько метров.       — Да она просто играется с нами! — теперь по-настоящему разозлилась Лаймстоун.       — Может… мы ещё можем… — тихо спрашивала Энжел, опустив голову, но её никто не слушал.       Шахтёрша и владелица чайной атаковали снова, но доктор приняла лезвия на своё крыло. Она резко приблизилась к противницам и коснулась передними копытами их нагрудных пластин.       На всю площадь раздался оглушающий звук вырывания бумаги, после чего Уайт резким взмахом крыла отбросила обеих кобыл от себя.       Рэрити, которая старалась не привлекать к себе внимания, атаковала противницу сзади, но та успела обернуться и подставить крыло под удар.       — Тяжело без магии, да? — усмехнулась доктор и ударила передним копытом модельершу в грудь.       Снова раздался звук порванной бумаги, и Рэрити рухнула на землю.       Уайт позволила себе усмешку, из-за чего упустила Энжел, которая на большой скорости протаранила её. Единорожка вцепилась копытокинезом в пегаску и они вместе снесли с места призрачную скамейку, что сильно замедлила их полёт.       Обе кобылы рухнули на землю, быстро вскочили на ноги и ударили друг друга крыльями. Лезвия, столкнувшись друг с другом, высекли искры. Врач захотела ударить официантку копытом, но та успела среагировать и перехватить конечность, прижав её к телу.       — Ещё не поздно одуматься, — попыталась достучаться до противницы Файер.       — Тут ты сильно ошибаешься, — с небольшими нотками извинения в голосе ответила ей Квест-Киллер, и со всей силы ударила вторым передним копытом в лоб красной квестер.       Пегаска покатилась по земле, пока с грохотом не врезалась в ратушу.       — Спасибо вам всем, — внезапно обратилась к остальным квестерам Уайт. — Благодаря вам у меня неплохой улов.       Единорожка-альбинос продемонстрировала несколько вырванных страниц, на которых текст присутствовал лишь кусками.       — Это… что? — спросила у остальных Рэрити.       — «Она меня… то есть нас обокрала!» — первым сообразил Дискорд, листая книгу, из-за которой он и начал всю историю к квестерами. — «Она через вас вырвала страницы из книги, куда отправляются силы монстров после их уничтожения!»       — Ты чего удумала?! — всполошилась Лаймстоун, поняв, что это точно не случайность.       — Вы же так боитесь, что мои очки взорвутся, — ехидно напомнила им Уайт, демонстративно покидая площадь. — А с помощью этих страниц я стабилизурую связь между очками и источником магии. Вот тогда мы сможем сразиться по-настоящему. А теперь прошу меня извинить, но мне ещё нужно устранить эту угрозу Понивиллю.       — Да ты… ты… — не могла подобрать слов Граунд, но Вуд положила копыто ей на плечо.       — Это изначально был проигранный бой, — сказала ей Рэрити, что не сильно успокоило Лаймстоун, но она не стала преследовать Уайт Голд.       — Просто предуждаю, так как вы все мне, в некоторой степени, нравитесь. Как только я получу полноценные очки, начнётся настоящая игра, — сказала доктор, на несколько секунд повернув к остальным квестерам голову, после чего продолжила путь.       — Будь здесь Леттер, она бы нашла выход, — снова почувствовала вину за собой Тиалав.       Никто ей не ответил, но было явно видно, что с этой мыслью они, в той или иной степени, согласны.

***

      Маленькая розовая искажённая пони с визгом рухнула на землю, когда пропали золотые нити, которыми она была связана. Она осторожно выглянула из переулка, где её подвесила Уайт, и, к своему ужасу, заметила кроме неё ещё четверых квестеров. Единорожка-альбинос в это время уже уходила с площади, держа телекинезом несколько вырванных страниц. Но монстр был уверен, что она знала, что он выбрался.       — Появление шестой охотницы — очень плохая новость, — вжалось в стену, чтобы его не было видно, чудище. — Только она какая-то странная. Схватила меня, распугала мной всех пони здесь и заставила на время убрать сокрытие, чтобы меня нашли очки других охотниц… Лучше пока скрыться и разобраться, что здесь происходит.       Приняв решение, монстр вернул себе облик синей кобылки и побежал как можно дальше от центра городка.

***

      «Как легко их было убедить, что я готова вот так просто умереть», — мысленно усмехнулась Уайт Голд. — «Конечно, небольшой риск был, но постаралась его минимизоровать. А их отказ от магии был очень кстати, ведь сейчас я бы не смогла справиться со всей четвёрткой. Интересно, что бы они сделали, поняв, что их доспехи тоже проявления магии и они могли просто своим присутствием вызвать детонацию?»       Единорожка-альбинос могла сразу воспользоваться порталом, чтобы вернуться в свой новый дом, но она не могла пропустить эту встречу. Она целенаправлена шла к Бладрут, что ожидала её на очередном перекрёстке.       — Какая встреча, — наигранно обрадовалась Квест-Киллер, даже не думая о том, чтобы отозвать броню. — Чем обязана?       — Пытаюсь понять, зачем ты напала на своих союзниц, — честно ответила паладин, подходя к ней. — Дискорду, похоже, совсем плевать, кого брать к себе в команду.       — Я не с ними, а сама по себе… почти, — ответила на это доктор, а затем нагло взяла копытокинезом собеседницу за подбородок. — Впрочем, я буду не против, если ты будешь работать на меня. Я была впечатлена тем, что тебе с напарницей удалось победить Леттер.       — Ты слишком многое о себе возомнила, — нахмурилась Бладрут, ударив по закованому в броню копыту своим, из-за чего альбинос её отпустила.       — Аккуратнее. Ты же не хочешь взорваться вместе со мной? — усмехнулась на это Уайт. — Была рада встрече, но мне пора. Напарник зовёт.       Алая единорожка проводила белую взглядом, пока та не зашла в призрачный проход.

***

      — Что с вами произошло? — заметив настроение пришедших, спросила Блюберри.       — Нас… переиграли, — не смогла найти более подходящее слово Рэрити, садясь за ближайший к прилавку столик.       — Скорее нами просто воспользовались, — едва не прорычала Лаймстоун, садясь рядом, в затем обратила внимание на молчаливую пегаску. — Энжел, ты надоела. Скажи хоть что-нибудь.       — Что ты хочешь от меня услышать? — депресивно спросила в ответ официантка.       — Не дави на неё. Ей сейчас хуже, чем нам, — вступилась за неё Тиалав, но под тяжёлым взглядом шахтёрши, опустила голову.       — Можете топиться в этом болоте сколько хотите, а я пойду. Хотя бы потренируюсь, — заявила Лаймстоун, вскочив с места и быстро покинув чайную.       — Она остынет… надеюсь, — неуверенно сказала Рэрити.       — У каждого свой метод справляться со стрессом, — ничуть не обиделась Тиалав, прекрасно понимая состояние Лаймстоун.       — Дискорд, есть идеи, для чего конкретно ей эти листы, — надев солнцезащитные очки, внезапно для остальных спросила Энжел. — Ведь всё не может быть так просто, как она объясняла.       — «Я знаю только одну вещь, кроме ваших очков, которая могут взаимодействовать с силами монстров, и не сделана паладинами Селестии. Сейчас проверю», — подумав, сообщил дух хаоса, после чего пегаска услышала с его стороны какой-то грохот, а затем его задумчивый голос. — «Она украла у нас не только страницы из книги».       — Что ещё? — сразу спросила официантка.       — «Вы всё ещё помните, на что Леттер тратила свои очки?» — поинтересовался у всех присутствующих драконикус.

***

      Уайт выпрыгнула из портала в подвале своего дома и сразу подошла к куче деревянных коробок и одеял. Магией отбросив в сторону верхнее одеяло, она снова рассмотрела получившееся у неё гнездо.       В этом большом гнезде из одеял лежало сиреневое драконье яйцо. Единорожка положила вырванные страницы на него и зажгла рог. Золотой луч ударил по яйцу, наполняя его магией.       — Не волнуйся. Очень скоро ты станешь свободным, и вместе мы поучаствуем в самой захватывающей игре в нашей жизни, — заявила доктор.       Тем временем от листов под воздействием магии начали тянуться магические нити, опутывающие яйцо и уходящие в деревянные ящики, на которых было гнездо. Там нити подключались к деталям разобранного металлического волка чёрного цвета, которого однажды заказала у Дискорда Леттер, а после единственного использования благополучно забыла о нём.       — Осталось лишь наполнить тебя достаточным количеством магии. Это займёт несколько дней, но мы уже продали столько лет. Думаю, это последнее испытание мы выдержим, — сказала Уайт и рассмеялась.       Её смех, сочетающий в себе злорадство и малую долю безумия, разнёсся на весь подвал, усиливаясь эхом.